Аффилиация и дружба

Женщина, «которую все любили», и мужчина, ненавидевший ее Кого считать другом?

Изучаем взаимоотношения в реальной жизни Внимание: метод

Изучаем близкие отношения со стороны

Обаяние и доминирование

Проблемы отношений и межличностная окружность Цели аффилиативного поведения Получение социальной поддержки Внимание: практика

Психология здоровья и социальная поддержка

Порядок рождения

Угрозы: почему нытики (иногда) любят компании Отказ от поддержки Внимание: социальная дисфункция Бесконечный круг одиночества и депрессии

Привязанность и социальное развитие Получение информации

Социальные сравнения и симпатии к людям, похожим на нас

Откровенные и скрытные люди

Неопределенность

Сходство

Когда различия могут спасти самооценку Приобретение статуса

Половые различия в дружеских отношениях Статус по ассоциации

Стремление к статусу может подорвать социальную поддержку Обмен материальными благами

Основные паттерны социального обмена Индивидуальные различия в общественной ориентации Общинные взаимоотношения и отношения обмена Близость

Различаются ли отношения обмена в западных и незападных культурах? Повторение:

Любимая всеми Элеонора Рузвельт и ненавидящий Эдгар Гувер

Элеонора Рузвельт

В четыре года дочь Элиота Рузвельта объявила близким, что она «всех любит, и все любят ее» (Cook, 1992; p.

Однако некоторым аристократам этот круг общения казался даже чересчур широким, один из них как-то сказал, что если Элеонору приглашали на ужин, «вы никогда не знали наверняка, кого она приведет с собой: черного, еврея, лесбиянку в штанах или грубых молодых коммунистов» (р.

Об Элеоноре говорили, что с окружающими она поддерживала страстные и теплые отношения. Вот так два человека отзывались о ней: «Уже само ее участие изменило мою жизнь», «От одного ее присутствия в комнате становилось светло» (р. 1).

Одна женщина рассказала о том, как она бежала, чтобы успеть на автобус в Гринвидж-Виллидж: (Район Манхэттена в Нью-Йорке. — Примеч. перев.) ...Передо мной была длинноногая женщина. Она скорее шла, чем бежала, но двигалась гораздо быстрее, чем я. Она вскочила в автобус, когда тот уже отъезжал, протянула длинную руку и крепко обхватив меня, втащила в автобус. И прямо перед собой я увидела улыбающееся лицо Элеоноры Рузвельт (р. 2).

Однако Элеонору Рузвельт любили не все. Один мужчина не чувствовал к ней даже симпатии. Фактически, по словам биографа, директор ФБР Дж. Эдгар Гувер буквально «презирал» Элеонору Рузвельт (Gentry, 1991). Он испытывал садистское удовольствие, например, от того, что распускал скандальные сплетни о ее связях с разными мужчинами и женщинами. Когда госпожу Рузвельт назначили представителем США в ООН и стали называть «первой леди мира», Гувер «пришел в неистовую ярость» (Gentry, 1991, p. 391). А когда в качестве посла США она получила несколько писем с угрозами, Гувер просто пренебрег этим и отказался возбуждать расследование.

В противоположность общительной Элеоноре Рузвельт, биографы Гувера называют его «особенно замкнутым человеком», «избегающим контактов с другими» (Gentry, 1991). Шофер, долгое время работавший у Гувера, отмечал его подозрительность к «посторонним» (р. 20). Гувер никогда не женился, и его племянница рассказывала, что он боялся увлечься женщиной. Его референт описывал поведение Гувера на похоронах человека, с которым тот проработал много лет:

«Он выглядел как обычно, когда появлялся в обществе: раздраженно, обиженно, как будто само пребывание там было тяжелой обязанностью. Нет, он не проявлял эмоций. Я никогда не видел, чтобы мистер Гувер действительно заботился о чем-то или о ком-то, кроме как, может быть, о своих собаках.

Элеонора Рузвельт была не единственным человеком, на себе испытавшим неприязнь Гувера. У Гувера был длинный список врагов, и он не гнушался подкладывать им подслушивающие и записывающие устройства в надежде раскрыть грязные секреты частной жизни людей, которых не любил (кроме Элеоноры Рузвельт его излюбленной мишенью был Мартин Лютер Кинг-младший).

Социальные отношения Элеоноры Рузвельт и Дж. Эдгара Гувера ставят перед нами ряд вопросов, которые мы рассмотрим в этой главе. Какие факторы влияют на установление дружеских отношений между людьми и какие, наоборот, приводят к тому, что люди не проявляют заботы друг о друге? Почему некоторые люди, такие как Элеонора Рузвельт, как правило, общительны и любимы в обществе, а другие, такие как Дж. Эдгар Гувер, — замкнуты и их не любят окружающие?

Почему люди ищут друзей? Большинство из нас принимают социальные отношения как само собой разумеющееся, так что этот вопрос может показаться смешным. Но хотя всем животным нужно есть, не все из них испытывают «голод» по социальной жизни. В самом деле, представители многих видов ведут существование отшельников. Возьмем, к примеру, близких нам орангутанов: «Социальные отношения среди орангутановвстречаются редко. Они фактически ограничены отношениями между матерями и их потомством и кратковременными, простыми встречами взрослых самцов и самок (только для спаривания)» (Wilson E. O., 1975, p. 257).

Зоолог Джон Олкок, объясняя причины того, почему животные любят одиночество, указывает, что социальность влечет за собой серьезные затраты. Животные одного вида борются между собой за одну и ту же еду, за места для своих жилищ и за другие ограниченные ресурсы. Кроме того, животные переносят заразные заболевания и паразитов. Еще хуже то, что они могут обманывать и даже убивать друг друга. Все эти наблюдения применимы и к виду Homo Sapiens. Так что, пожалуй, даже удивительно, что люди в целом не более подозрительны и одиноки, чем Дж.

КОГО СЧИТАТЬ ДРУГОМ?

Со времени Уильяма Джеймса (James, 1890) и Макдугалла (McDougall, 1908) психологи, исследовавшие корни мотивации человека, признали, что основным мотивом людей является мотив аффи- лиации — желания быть рядом с другими и желания устанавливать с людьми приятные и теплые отношения (см., например: Baumeister & Leary, 1995; Murray, 1938). Исследования подтвердили большое значение этого мотива для различных человеческих занятий (McAdams, 1990; Winter, 1996).

Аффилиативное поведение может включать взаимодействия с совершенно неизвестными нам

Дружба.

Когда студентов просили описать дружеские отношения, то они отмечали взаимную радость, поддержку, открытость, доверие и равенство. Хотя словарь разграничивает друзей, родственников и любовников, подлинная дружба не включает такое точное деление.

людьми: это может быть разговорчивая незнакомка в очереди в супермаркете, живо обсуждающая последние новости в желтой прессе. Эти отношения могут перерасти в отношения со знакомыми людьми: мы здороваемся со знакомым продавцом в супермаркете, и этим наши отношения с ним ограничены. Кроме таких случайных отношений, мы связаны со своими близкими — друзьями, родственниками и любимыми.

Словарь Вебстера определяет друга как «человека, привязанного к нам и уважающего нас, но который не является ни нашим родственником, ни любовником». Когда исследователи пошли дальше Вебстера и попросили студентов рассказать о качествах идеального друга, то обнаружили, что в описаниях студентов было много общего (Bukowski, Hova & Boivin, 1994; Sharabany, 1994). Например, когда Кейт Дэвис и Майкл Тодд (Davis & Todd, 1985) попросили группу студентов составить список характерных признаков дружбы, большинство из них назвало следующие:

Друзья относятся друг к другу на равных.

Друзья радуются компании друг друга.

Друзья доверяют друг другу и действуют в интересах друг друга.

Друзья помогают друг другу в трудное время.

Друзья принимают друг друга такими, какие они есть, и не стремятся сделать из товарища «нового человека».

Друзья уважают друг друга.

Друзья ведут себя открыто и не носят «ма-сок».

Друзья понимают друг друга.

Друзья верят друг другу.

10.

Разумеется, это — идеальные характеристики. В реальной жизни, когда мы представляем себе дружеские отношения, то осознаем, что не всегда они соответствуют всем этим характеристикам (Davis & Todd, 1985).

Отношения с друзьями отличаются большей произвольностью, чем отношения с родственниками (Adams & Bleiszner, 1994). Мы выбираем наших друзей и можем поменять их на других, но мы не можем поступить так со своими родственниками. Хотя Вебстер исключает родственников из категории друзей, настоящие связи между людьми гораздо сложнее, чем это указано в словаре. Во многих обществах, в том числе во многих субкультурах Северной Америки, оказывается, что, так или иначе, ваши ближайшие друзья часто генетически родственны вам (Daly, Salmon & Wilson, 1997; Rushton, 1989). В самом деле, наши предки, как правило, жили группами, состоящими из близких родственников, так что друзья человека в буквальном смысле всегда были родственниками. Современный индустриальный мир отличается ото всех остальных периодов истории тем, что человек меньше времени проводит в обществе своих родственников (Adams & Bleiszner, 1994).

Мотив аффилиации (Affiliation motive) — желание быть рядом с другими и участвовать в приятных взаимодействиях с ними.

d) — кто-то, с кем мы устанавливаем сердечные и теплые отношения.

Любовники не похожи на друзей в основном благодаря наличию романтического или сексуального влечения (Rawlins, 1992). Опять-таки, это различие иногда оказывается нечетким, любовь и дружба могут незаметно переходить друг в друга (Oliker, 1989). На деле большинство женатых людей считают своего супруга или супругу «лучшим другом» (Myers, 2000). Тем не менее из-за того, что в браке всегда учитываются условия контракта или закон, принимаются во внимание исключительные «права» супругов, а кроме того, существуют врожденные ролевые различия между партнерами, то брак не может отвечать всем идеалам дружбы (Rawlins, 1992). В целом есть большая разница между степенью влечения и страсти, испытываемой человеком к тому, кого он считает «лучшим другом» или «любовником».

Изучаем взаимоотношения в реальной жизни

Задумайтесь на минуту и вспомните, что было в прошлом месяце. Сколько за это время у вас было действительно приятных встреч с близкими друзьями? Хотя этот вопрос может показаться достаточно простым, ваш ответ по ряду причин не предоставит надежных научных данных (Reis & Wheeler, 1991; Schwarz, 1990). Во-первых, люди используют разные критерии для того, чтобы определить, что такое «близкий друг». Во-вторых, всегда присутствуют нормальные когнитивные искажения, обсуждавшиеся в главе 3, влияющие на искажения нашей памяти. Если, скажем, ваш сосед по комнате с утра испортил вам настроение, то это отразится на ваших воспоминаниях об остальных взаимодействиях с тем же соседом и из-за этого будет трудно вспомнить приятные взаимодействия с ним две недели назад (Forgas, Levinger & Moylan, 1994; Schwarz & Clore, 1983). Даже если вы просто сидите в помещении с дурным запахом, вам в голову приходит гораздо больше неприятных воспоминаний, чем обычно (Ehrlichmann & Halpern, 1988).

Что делают исследователи, чтобы изучить взаимодействия людей в реальной жизни? Один из возможных способов — так называемый метод естественного наблюдения. В этом случае психологи наблюдают за тем, как люди себя ведут в повседневной жизни. К сожалению, сами наблюдения изменяют взаимодействия, которые исследователь хочет изучить. В присутствии исследователя участники наблюдаемой ситуации, вероятнее всего, будут говорить на социально приемлемые темы, и даже если и будут испытывать гнев или интимные чувства, никак их не проявят (Reis & Wheeler, 1991). В рубрике «Внимание: метод» мы приводим пример метода, обладающего рядом многих преимуществ естественного наблюдения, но без его очевидного недостатка — рядом с испытуемым нет экспериментатора с магнитофоном и записной книжкой.

Внимание: метод

^ ИЗУЧАЕМ БЛИЗКИЕ ОТНОШЕНИЯ СО СТОРОНЫ

Ученым, интересовавшимся взаимоотношениями в реальной жизни и при этом желавшим избежать проблемы подсматривающего исследователя, пришла в голову простая, но изящная идея: убрать наблюдателя и попросить людей самих записывать, как они себя ведут в повседневной жизни (см., например: Lydon, Jamieson & Holmes, 1997;

Suls, Martin & David, 1998). Исследователи назвали это методом выборки переживаний. При таком методе испытуемым дают пейджеры. После того как они услышали звуковой сигнал, участники эксперимента заполняют короткое описание, уточнив, с кем они находятся и что происходит (Czikszentmihalyi, Larson & Preskott, 1977).

Метод выборки переживаний (Experience sam-

d) —техника наблюдения, когда испытуемые записывают, с кем они находятся и что происходит.

Еще одна техника состоит в том, что испытуемых просят заполнить короткую анкету после каждого значимого социального взаимодействия (см., например: Berry & Landry, 1997; Pietromonaco & Feldman-Barrett, 1997). Этот метод наиболее широко применялся группой исследователей в университете Рочестер и получил название «Запись взаимодействия Рочестера» (Gable & Reis, 1999; Reis & Wheeler, 1991).

Типичная регистрация взаимодействия Рочестера

Инструкция: запись может содержать значимое взаимодействие, возникшее у вас с другим человеком. Значимое взаимодействие — это любая ситуация, включающая двух или более людей, реагирующих друг на друга. Разговор — самый очевидный пример значимого взаимодействия, но есть и другие виды взаимодействия, например, совместная работа над заданиями или простое пребывание в одном месте, но простого пребывания рядом с другим недостаточно для того, чтобы взаимодействие считалось значимым. Так, если вы смотрите телевизор и не разговариваете с человеком, то это не взаимодействие. Для того чтобы это считалось взаимодействием, вы должны реагировать друг на друга, скажем, говорить о том, что смотрите.

Дата Время утро/вечер Продолжительность часы минуты

Перечислите инициалы и пол не более 3-х главных участников

Если участвует больше трех людей, то сколько: мужчин женщин

Теперь оцените взаимодействие по следующим параметрам: Насколько интимным было это взаимодействие? поверхностное 1 2 3 4 5 6 7 значимое Вы были откровенны: совсем нет 1 2 3 4 5 6 7 очень Другие были откровенны: совсем нет 1 2 3 4 5 6 7 очень Вы чувствовали себя частью группы? я не чувствовал себя частью группы 1 2 3 4 5 6 7 чувствовал себя частью группы Какое было качество взаимодействия? неприятное 1 2 3 4 5 6 7 приятное Насколько вы удовлетворены? меньше, чем ожидал 1 2 3 4 5 6 7 больше, чем ожидал Кто был инициатором взаимодействия? я был инициатором 1 2 3 4 5 6 7 другой Кто оказал более сильное влияние? я 1 2 3 4 5 6 7 другой Обведите тип взаимодействия: работа задание развлечения разговор свидание Источник: Reis & Wheeler (1991).

Предположим, вы принимаете участие в исследовании по методу записи взаимодействий и в обмен на 20 долларов или на балл в студенческой зачетке вы заполняете короткую анкету после каждого значимого социального взаимодействия, которое у вас было за период в две недели. Вам объясняют, что «взаимодействия» подразумевают совместную работу или разговор. Если вы просто стоите рядом с кем-то или сидите, например, когда смотрите телевизор, то это взаимодействием не считается.

Чтобы представить себе участие в этом исследовании, вспомните о каком-нибудь своем взаимодействии, которое продолжалось по крайней мере 10 минут. Затем заполните запись взаимодействия по табл. 7.1.

Когда испытуемые описывают свое взаимодействие сразу после того, как оно состоялось, то исследователи достигают одновременно двух целей: они получают информацию о реальном постоянном поведении, и наблюдателю не при-ходится вмешиваться во взаимодействие. Так, интимный разговор с близким другом, попавшим в неприятную ситуацию, например, просто не состоится или примет иной оборот, если рядом будет сидеть психолог в белом халате и записывать. А когда взаимодействие кончится само со-бой, то процесс его регистрации вряд ли нарушит естественный ход событий. В то же время, когда люди записывают свои взаимодействия сразу после того, как они происходят, это снижает многочисленные искажения воспоминаний, которые бы обязательно произошли, если бы испытуемые заполняли анкету месяц спустя.

Эти методы выборки переживаний помогли исследователям нарисовать более реалистичную картину повседневных социальных взаимодейст-

Таблица 7.1

вий. В среднем студент в колледже каждый день участвует в семи взаимодействиях по десять минут и больше каждое. Это означает, что через месяц студент должен был бы помнить приблизительно о 210 взаимодействиях. Поэтому неудивительно, что студенту было бы трудно точно воспроизвести эти взаимодействия. Одна группа исследователей попросила людей зафиксировать все случаи лжи во время взаимодействий (De- paulo, Kashy, Kirkendol, Wyer & Epstein, 1996). Хотя большинство, вероятно, склонно совершенно забывать о своей «маленькой невинной лжи», когда студентов просили записывать сразу же после взаимодействия, то они сообщили об удивительно большом количестве случаев обмана. Зачастую люди обманывают, чтобы сделать приятное другому человеку («Да нет, мне в самом деле нравится твоя новая прическа!»), хотя в большинстве случаев эти обманы служили личным целям («В ночь перед экзаменом умерла моя бабушка Тульза, профессор.»). В среднем в ходе этого эксперимента студенты лгали около двух раз в день. В еще одном исследовании психологи обнаружили, что незнакомые люди были больше склонны ко лжи ради личной пользы, а друзья чаще лгут, чтобы сделать приятное другу или подруге (Depaulo & Kashy, 1998).

Компьютерная революция помогла усовершенствовать метод выборки переживаний. Студентам в этих экспериментах теперь дают переносной компьютер, напоминающий невидимого робота-интервьюера. Несколько раз в день, независимо от того, где находится студент, компьютер подает сигнал. Когда студент отзывается, на экране вспыхивают вопросы анкеты (см., например: Parkinson, Briner, Reynolds & Totterdell, 1995; Stone, Broderick, Porter, & Kaell, 1997). Например: Гудок. «Что вы сейчас чувствуете?»

В этой и следующей главе мы опишем результаты различных исследований, применявших такой метод выборки повседневных переживаний.

Обаяние и доминирование

Когда люди думают о самих себе и других, то прежде всего им приходят в голову вопросы, касающиеся аффилиации и дружеских отношений. Насколько я приятен в общении? Насколько общителен этот человек и склонен ли он к социальному доминированию? Эти вопросы в нашем сознании — самые основные (McCrae & John, 1992). Исследования, проведенные по всему миру, обнаруживают, что мысли людей о самих себе и других можно точно описать, опираясь на два параметра: обаяние и доминирование (White,

Неуверенно-покорный

Рис. 7.1. Окружность межличностного взаимодействия

Обратите внимание на две основные характеристики, используемые людьми для описания друг друга: уверенно-доминирующий тип и неуверенно-покорный (вертикаль) и сердечный-приятный и бессердечный (горизонталь). Экстраверты (верхний правый квадрант), как правило, и приятные и до-минирующие.

Источник: adapted from Wiggins et al., (1989).

1980; Wiggins & Broughton, 1985). Рис. 7.1 по-казывает, как эти две характеристики формируют общую рамку межличностной окружности, в которой структурированы слова, чаще всего использующиеся для описания других (Wiggins & Broughton, 1985). Подумайте минуту и прикиньте, в какую точку окружности вы могли бы поместить себя или вашего близкого друга.

Элеонора Рузвельт и Дж. Эдгар Гувер стояли на разных точках этого круга. По горизонтальной шкале Элеонора Рузвельт, очевидно, находилась на точке сердечности и обаяния. Директор школы, где училась Элеонора Рузвельт, говорила: «Нельзя и пожелать себе более милой собеседницы. Она никогда. не бывает не в духе» (Cook, 1992, p. 116). Гувер, наоборот, производил на многих впечатление черствого человека. Как говорил заместитель директора ФБР Уильям Салливан, Гувер «никогда не испытывал привязанности ни к одному человеческому существу» (Summers, 1993, 24).

С другой стороны, оба, и Гувер и Рузвельт, были ближе к уверенно-доминирующему направлению вертикального континуума. И он, и она, например, в старших классах завоевали большое уважение своих сверстников; Гувер произносил речь на выпускном вечере, а Рузвельт вызывала восхищение как у учителей, так и у одноклассников. Взрослыми оба оставались достаточно честолюбивы и продолжали играть ведущие социальные роли. Он был директором ФБР, она — представителем США в ООН и выдающимся борцом за права человека. Такое сочетание характеристик позволяет поместить Гувера в левый верх- ний квадрант, надменно-расчетливый тип, а Рузвельт — в верхний правый квадрант, общительно- экстравертный тип.

Параметры обаяния и доминирования можно применить и к жизни заурядных людей. Если мы знаем, насколько человек обаятелен и склонен доминировать, то можем многое сказать о взаимоотношениях, которые возможно установить с ним или с ней (см., например: Berry, Willinng- ham & Thayer, 2000; Graziano, Jensen-Campbell & Hair, 1996; Shiner, 2000). Каждый из нас предпочитает обаятельных знакомых, но люди, по-видимому, еще любят общаться и с теми, кто дополняет их степень доминирования. Доминирующие люди любят общаться с людьми, склонными к подчинению, и наоборот (Dryer & Horowitz, 1997).

Проблемы отношений и межличностная окружность

Аффилиация с другими людьми имеет много преимуществ, но она требует затрат и не проходит безболезненно (Duck, 1994). Человеку, чтобы быть обаятельным и сотрудничать с другими, требуется потратить время и внимание, так что ему приходится отвлекаться от других проблем. Кроме того, в отношениях с другими всегда существует опасность, что если вы доминируете, то люди могут решить, что вы хотите их использовать, а если вы просто стараетесь понравиться, то вас сочтут за недалекого человека.

Неуверенность

Рис. 7.2. Окружность межличностных проблем

Эта окружность основывается на тех же двух шкалах, использовавшихся в межличностной окружности, и описывает проблемы, которые возникают у людей в отношениях с другими.

«К тому же другой человек может физически привлекать нас, независимо от того, что мы начинаем чувствовать после осознания его привлекательности: становится ли нам плохо или хорошо...»

Эти проблемы отношений можно рассмотреть, применив межличностную окружность (Gurtman, 1992). Задумайтесь на минуту и оцените себя с учетом примеров из теста на межличностные проблемы (табл. 7.2), а затем точно так же оцените проблемы своего друга, о котором вы уже думали, когда определяли его личные характеристики для предыдущей окружности. Наконец, рассмотрите, где вы оба находитесь в окружности на рис. 7.2. Похожа ли ваша позиция в предыдущей окружности на позицию в окружности 7.2?

Как мы расскажем далее, эти же самые два параметра обаяния и доминирования могут помочь нам понять различия между отношениями женщин и мужчин друг с другом. И эти параметры полностью относятся к цели аффилиативного поведения.

Цели аффилиативного поведения

Что заставляет нас желать установить связи с другими? Социальные психологи решили, что на этот вопрос можно ответить при помощи простой и впечатляющей модели.

Нам нравятся те, с кем нам хорошо

Модель подкрепления аффекта предполагает, что людей мотивирует одна простая цель — желание чувствовать себя хорошо (Byrne & Clo- re, 1970). Основная предпосылка модели подкрепления аффекта состоит в том, что мы устанавливаем связи и нам нравятся люди, ассоциирующиеся у нас с позитивными чувствами. И наоборот, мы чувствуем неприязнь и избегаем людей, ассоциирующихся у нас с негативными чувствами.

С помощью модели подкрепления аффекта психологи объясняют самые разные результаты и данные: в рамках этой модели становится понятно,? Таблица 7.2 Межличност Пример ная проблема Доминиро «Мне трудно получать распоряжения от людей, вание обладающих властью надо мной». «Я слишком независим» Недружелю «Мне трудно способствовать достижению целей бие другого человека» «Я слишком подозрителен к другим» Холодность «Мне трудно проявлять привязанность» «Мне трудно чувствовать близость к другим лю- дям» Неуверен «Мне трудно дать понять другим людям, чего я ность хочу» «Мне трудно чувствовать уверенность в себе, когда я с другими людьми» Поддающий «Я слишком доверчив» ся эксплуата «Я слишком много позволяю другим людям ции других пользоваться мной» Чересчур «Мне трудно устанавливать границы для других сильная за- людей» бота «Я чересчур щедр(а) с другими» Назойли- «Мне трудно скрыть что-то от других» вость «Я слишком много выбалтываю о себе лично другим людям»

Примерные варианты межличностных проблем

почему человека привлекают люди, придерживающиеся таких же, как он, установок, и отталкивают несогласные с ним, почему человека влечет к другому, обладающему качествами, которыми он бы хотел обладать сам, например, к физически привлекательному человеку. Кроме того, эта модель объясняет, почему нам нравятся люди, оказавшиеся рядом в тот момент, когда мы узнаем хорошие новости (Byrne, London & Reeves, 1968; Lott & Lott, 1974; Veitch & Griffitt, 1976). В соответствии с принципами классического обусловливания, в любой ситуации наши хорошие или плохие чувства отразятся на любом человеке, оказавшемся рядом. Так же как у собаки Павлова после звона колокольчика, который она слышала во время кормления, автоматически выделялась слюна, так и у нас возникает приятное ощущение, когда мы видим человека, который был с нами рядом в удачное для нас время.

Модель подкрепления аффекта (Reinforcement-

l) —теория о том, что нам нравятся люди, с которыми мы ассоциируем позитивные чувства, и не нравятся те, с кем у нас ассоциируются негативные чувства.

Хотя общий принцип, лежащий в основе мо-дели подкрепления аффекта, обладает достаточной достоверностью и хорошо объясняет влечение, было бы упрощением целиком полагаться на него, говоря о сложном феномене влечения одного человека к другому. В частности, порой нам больше нравятся люди, повстречавшиеся нам в трудный момент нашей жизни, при условии что они находятся в том же положении, что и мы, и не вызывают у нас неприятных эмоций (Kenrick & Johnson, 1979). К тому же другой человек может физически привлекать нас, независимо от того, что мы начинаем чувствовать после осознания его привлекательности: становится ли нам плохо или хорошо (Kenrick, Montello, Guttierries & Trost, 1993). Таким образом, наше влечение к другому человеку не просто функция позитивных или негативных чувств, которые мы испытываем, когда он или она рядом с нами.

Социальные вознаграждения

могут быть конкретными для данной ситуации

Модель, объясняющая влечение с помощью подкрепления аффекта, — это «общая» модель поведения. Общая модель поведения пытается объяснить поведение в целом на основании одного правила — в данном случае, хорошо нам или нет рядом с тем или иным человеком. При использовании такого общего правила возникает проблема, заключающаяся в том, что оно не объясняет нам, почему иногда одно и то же поведение разных людей приводит к тому, что один человек нам нравится, а другой — нет. В современных исследованиях, изучающих социальные отношения, ученые все чаще ставят «конкретные» вопросы (Bugental, 2000). Что движет человеком в данное время в данных отношениях? Какая у него сейчас мотивация? (Laur- sen & Bukowski, 1997; Sedikides & Skowronski,

Дж. Эдгар Гувер в возрасте

Гувер на фото изображен в униформе командующего ка-детского корпуса. Отношения Гувера были в целом иерар- хичными, и его межличностные проблемы отражены в левом квадранте окружности: он был доминирующим, мстительным, холодным, а не чересчур заботливым или тем, кого можно было бы использовать. В отличие от Элеоноры Рузвельт, Гувер в зрелом возрасте не под-держивал контактов со своими школьными друзьями.

1997). Порой нам приятно получить поддержку другого человека, временами нам больше нравятся советы, чем сочувствие, а иногда нам лучше всего, когда мы остаемся в полном одиночестве. Итак, с учетом нашего акцента на адаптивной функции социального поведения, опишем аффилиацию и дружбу исходя из того, как они помогают нам достичь четырех конкретных и иногда противоречащих друг другу социальных целей. Такое описание поможет нам понять, когда и почему люди ищут компании и расположения других. Эти четыре цели — получение социальной поддержки, информации, достижение статуса и обмен материальными благами.

Резюме

Дружба отличается от других отношений тем, что она добровольна и в ней нет страсти. В разных культурах два основных параметра — обаяние и доминирование — характеризуют представления людей о взаимоотношениях. Модель подкрепления аффекта учитывает общую цель — хорошее самочувствие. Конкретные модели предполагают, что те или иные отношения в разное время имеют неодинаковую цель. Мы рассмотрим четыре основные цели, которые люди преследуют, когда стремятся к аффилиации другими и формированию дружеских отношений: получать социальную поддержку, информацию, социальный статус или обмениваться материальными благами.

ПОЛУЧЕНИЕ

СОЦИАЛЬНОЙ ПОДДЕРЖКИ

В 8 часов вечера 30 октября 1938 года массовая паника охватила США. Паника началась сразу после того, как в сообщениях по радио передали о странном объекте, приземлившемся в Гро- верс Милл, штат Нью-Джерси. Комментаторы говорили о том, что на землю опустился странный, гудящий цилиндрический объект и этот объект внезапно начал открываться. Затем послышались леденящие кровь крики, от объекта отделилось странное создание и стало изрыгать пламя на прохожих. Тут передача прервалась, и последовали срочные сообщения о тысячах погибших людей, по мере того как этот объект продвигался к Нью-Йорку. Позже радиопередачи сообщали о других пришельцах, приземляющихся в разных местах атлантического побережья.

Как писал психолог из Принстонского университета Хэдли Кантрил (Cantril, 1940), около мил- лиона людей обманулись и поверили в реалистичность радиопередач. Охваченные ужасом массы американцев включили радио слишком поздно и не знали, что репортажи были частью драмати-ческого представления о марсианском вторжении, описанном в романе Герберта Уэллса «Война миров».

Как реагировали жертвы паники, когда они думали, что на Землю вторглись инопланетные пришельцы? По словам Кантрила, довольно часто люди стремились быть рядом с теми, кого они любят. Психолог приводит такие примеры:

«Я хотела быть вместе с моим мужем и племянником. Я выбежала из дома, встала на углу, ждала автобус, на каждую подъезжающую машину я думала, что это автобус, и я подбегала к ней, но напрасно. Когда я добралась до дома, моего мужа там не было, и я бросилась к следующей двери и предупредила соседей, что вот-вот настанет конец света». «Девушки в общежитии женского студенческого общества дрожали и, плача, обнимали друг друга, сгрудившись у радиоприемников. Они отходили друг от друга только для того, чтобы позвонить по телефону родителям и попрощаться, как им казалось, на-всегда» (Cantril, 1940, p. 53, 54, 95).

Хотя большинству из нас никогда не приходилось испытывать угрозу марсианского вторжения, отчет Кантрила (1940) иллюстрирует один важный принцип: когда мы находимся под действием стресса, мы часто обращаемся к другим за поддержкой.

Социальную поддержку можно определить как эмоциональную, информационную или ма-териальную помощь, предоставляемую другими людьми из социального окружения. Поскольку на обмен информацией и ресурсами влияют совершенно уникальные факторы, то мы в этом разделе сосредоточимся на эмоциональной поддержке — любви, заботе и опеке (Gotlieb, 1994). В следующих разделах мы расскажем об информационной и материальной поддержке.

— эмо-циональная, материальная или информационная помощь, предоставляемая другими людьми.

Тенденция обращаться к другим людям в периоды эмоционального дистресса, вероятно, обусловлена основной чертой человеческой природы, так как люди, как и представители других видов, чувствуют себя в большей безопасности, когда их много (Bowlby, 1969; Trivers, 1985). Люди в группах могут защитить друг друга в трудное время. И когда у нас есть плечо, на которое мы можем опереться, то даже с медицинской точки зрения оно может быть нам полезно.

Внимание:практика

^ ПСИХОЛОГИЯ ЗДОРОВЬЯ И СОЦИАЛЬНАЯ ПОДДЕРЖКА

Приносят ли друзья пользу нашему здоровью? Такой вопрос мог бы задать психолог здоровья. Психология здоровья — это изучение поведенческих и психологических факторов, влияющих на болезнь (Gatchell, Baum & Krantz, 1989; Salovey, Rothman & Rodin, 1998). Психологи здоровья предполагают, что физическое состояние нашего тела тесно связано с нашими мыслями и поведением. Один из самых интригующих выводов, который можно сделать на основании исследований в области психологии здоровья, — это то, что дружба и за-бота других буквально удлиняют жизнь человека и делают ее более счастливой (Reif & Singer, 2000).

y) — изу-чение поведенческих и психологических факторов,

влияющих на болезнь.

Сначала опишем вредные воздействия социальной изоляции. Одиночество часто влечет за собой депрессию, злоупотребление наркотиками и алкоголем, нарушения сна, головную боль, болезни и даже влияет на смертность в домах-интернатах (Jones & Carver, 1991; Takahashi, Tamura & Tokoro, 1997). Кроме того, одиночество ослабляет иммунную систему (Kiecolt-Glaser et al., 1985).

Со временем ранимость одиноких людей приводит к серьезным последствиям. Одна группа психологов исследовала врачей, во время учебы в медицинской школе считавших себя «одиночками». Через несколько десятилетий уровень заболеваемости раком у этих людей был значительно выше, чем у их общительных одноклассников (Shaffer, Graves-Pirkko, Swank & Pearson, 1987). Еще одно исследование обнаружило, что после сердечного приступа у 16% пациентов, живших в одиночестве, по сравнению с 9%, жившими с кем- то еще, случались рецидивы (Case, Moss & Case, 1992). Зато люди с сильными социальными связями меньше расстраиваются после стрессовых событий, они больше сопротивляются болезням, живут дольше даже после того, как им поставят диагноз смертельной болезни (см., например: Buunk & Verhoeven, 1991; Sarason, Sarason & Gu- rung, 1997). Одно присутствие человека, с которым мы можем поговорить о стрессовых событиях, уже улучшает наше эмоциональное состояние (Lepore, Ragan & Jones, 2000; Reis et al., 2000).

Исследования, показывающие взаимосвязи между сопротивляемостью стрессам и социальной поддержкой, являются корреляционными. То есть они указывают на статистическую связь между наличием заботливых друзей и ощущением здоровья, но не устанавливают причинной связи. Вероятно, определенный тип людей чаще обзаводится друзьями и сохраняет хорошее физическое здоровье. Например, вполне возможно, что экстраверты чаще делают физические упражнения и реже размышляют и горюют по поводу любой происшедшей с ними неприятности. Обратное может быть верно для людей от природы очень тревож-ных. Нилл Болджер и Джон Экенроде (Bolger & Eckenrode, 1991) попытались исключить такие источники смешения и путаницы и протестировали студентов за месяц до проведения вступительных экзаменов по медицине. Исследователи оценили результаты студентов в личностных тестах, проверили их экстравертность и нейротизм (эмоциональную нестабильность) и, кроме того, оценили ежедневный стресс студентов и количество контактов с другими людьми. Даже когда учитывались уже известные характеристики студентов, контакт с другими людьми служил буфером, помогал избавиться от чувства тревоги: студенты, входившие в контакт с более значительным количеством людей, менее болезненно переносили ситуацию экзаменов.

Некоторые исследования позволяют сделать вывод, что самая надежная эмоциональная поддержка — это не люди, а «лучший друг человека» — собака. Карен Аллен, Джим Бласкович, Джо Тома- ка и Роберт Келси (Allen, Blaskowich, Tomaka & Kelsey, 1991) дали женщинам-испытуемым задания, вызывающие стресс. Выполняя задания, женщины оказывалась в следующих ситуациях: находились в одиночестве, с другом или со своей любимой собакой. В эксперименте определялась частота сердцебиения каждой испытуемой,

«Экстраверты чаще делают физические упражнения и реже размышляют и горюют по поводу любой происшедшей с ними неприятности»

Лучший друг человека в период стресса.

Эксперименты, описываемые в тексте, предполагают, что в некоторых обстоятельствах компания вашей любимой собаки снимет стресс гораздо лучше, чем друг.

ее артериальное давление и кожно-гальваниче- ский рефлекс. Чтобы ввести стресс, испытуемых просили быстро отсчитывать числа в обратную сторону с интервалами по 13 и 17. Как показали физиологические измерения, присутствие друга, человека, только усиливало тревожность (эффект усиления тревожности в присутствии друзей в этом эксперименте, вероятно, обусловлен опре-деленным типом задания, включавшим возможное замешательство в обществе. Как мы дальше отмечаем, замешательство — это стрессовый фактор, скорее усиливающийся, а не ослабевающий в присутствии других). Тем не менее, когда рядом находилась собака, то у женщин наблюдалось значительно меньше признаков физиологического дистресса. Благотворное собачье влияние не ограничивается кратковременными экспериментами. В течение многих лет пожилые люди, у которых есть собаки, реже ходят к врачу и чаще остаются в живых после сердечного криза (Friedman, Katcher,

Lynch & Thomas, 1980; Siegel, 1990). ?

Итак, на основании экспериментов мы можем сделать вывод, что общество других людей, как правило, полезно для вашего психического и физического здоровья. Но это не одинаково верно для всех людей в любое время. Последствия социальной поддержки зависят от ситуации и от человека. Кто обращается к другим за социальной под-держкой, и какие ситуации вызывают потребность такой поддержки? Логика подсказывает, что люди, склонные к ощущению опасности и тревоги, будут нуждаться в большей эмоциональной поддержке, и эта потребность провоцируется ситуациями, вызывающими опасность, тревогу и чувство одиночества. В следующих разделах мы опишем исследование, подтверждающее нашу логику.

Порядок рождения

Представьте, что вы приходите в лабораторию на эксперимент. Перед вами стоит серьезного вида ученый в белом лабораторном халате, и из его кармана торчит стетоскоп. Рядом находится внушительное электрическое оборудование. Психолог представляется доктором Грегором Зил- штейном из медицинской школы департамента неврологии и психиатрии. Поглядывая на вас угрожающе, он объясняет, что эксперимент исследует эффекты электрического шока: «Я чувствую, что должен честно вам объяснить, для чего вас пригласили. Эти электрические разряды будут болезненными. Они причинят вам боль. Как вы сами догадываетесь, проводя такое исследование, мы хотим узнать обо всем, что действительно может принести пользу человечеству, поэтому необходимо, чтобы удары тока были интенсивными».

После того как вам показывают аппарат, наносящий удары тока, Зилштейн «разубеждает» вас, что хотя удары будут «очень болезненными», они не причинят «серьезного вреда». Затем следует десятиминутный перерыв, пока устанавливается аппаратура, так что у вас появляется выбор ждать одному или вместе с кем-либо из участников. Предпочтете ли вы ждать эксперимента в одиночестве или в компании других людей?

Стенли Шахтер (Shakhter, 1959) провел такой опыт с группами женщин. Другим участникам предоставили тот же самый выбор, но при этом не угрожали болезненными ударами тока. Шахтер обнаружил, что выбор испытуемых — остаться в одиночестве или ждать в компании, зависел не только от того, боялись они электрошока или нет, но также какими по счету детьми в своих семьях были испытуемые. Результаты этого эксперимента отображены на рис. 7.3.

Как вы можете видеть, женщины, которые были первыми или единственными детьми в семье, чаще всего стремились установить контакт. Однако в целом они не были более общительными; им нужна была компания только в ситуации сильного стресса. Шахтер подумал, что причина различия состоит в том, что первенцы и единственные дети учатся обращаться к другим за утешением, когда хотят избавиться от ощущения тревоги. Их родители еще плохо знают игру в воспитание и чаще тревожатся, когда замечают любые признаки дистресса у своих детей, и с готовностью утешают их, когда видят малейший дискомфорт. Таким образом, уже с раннего возраста первенцы ассоциируют присутствие других с ослаблением стресса. Когда появляется следующий ребенок, мама и папа уже устали от плача первенцев и

Рис. 7.3. Страх и установление контакта

Когда испытуемые не пугались, то первенцы не особенно стремились к установлению связей с другими людьми. Тем не менее когда им угрожали ударами током, первенцы гораздо больше стремились к аффилиации. Шахтер предположил, что первенцы не только сильнее реагируют на угрозы, но и чаще имеют родителей, внимательно реагирующих на их страхи.

младшие дети не научаются обращаться к другим, чтобы снять дистресс.

Шахтер, получив эти данные, сообщил также, что первенцы, когда попадали в неприятную ситуацию, чаще стремились получить эмоциональную поддержку в психотерапии, а младшие дети чаще прибегали к несоциальным средствам утешения, например употребляли алкоголь.

Стоит, кстати, заметить, что ни один участник эксперимента в действительности не получил ни-каких ударов током. Поскольку реальная угроза электрошока была необходима только для того, чтобы вызвать страх, исследователь предпочел обмануть испытуемых, вместо того чтобы подвергнуть их удару током в действительности (что было бы честнее, но в конечном итоге менее этично).

Угрозы: почему нытики (иногда) любят компании

Термин социальная поддержка косвенно связан с определенными ситуациями: люди стремятся к поддержке других, когда чувствуют, что им угрожают или они оказываются в изоляции, а также когда они одни и слышат репортажи о марсианах, вторгшихся в Нью-Джерси. Объективная опасность и социальная изоляция в равной степени усиливают нашу мотивацию получать утешение со стороны других людей.

Безличная опасность

В оригинальных экспериментах Шахтера испытуемым угрожала безличная опасность получения ударов током. Современные исследователи Брукс Гамп и Джеймс Кулик (Hamp & Kulik, 1997) делают вывод, что когда возникает объективная угроза, мы особенно стремимся к компании людей, похожих на нас самих. Так, экспериментаторы сообщили парам студенток последнего курса, что психологи проводят эксперимент на ишемию, нарушение нормального притока крови. Некоторым из испытуемых внушили, что эксперимент будет относительно безболезненным: им обмотают руки надувными манжетами для измерения артериального давления. Другим женщинам сказали, что их пристегнут к сложному аппарату, сдавят верхнюю часть руки и низ грудной клетки якобы для того, чтобы они почувствовали острую боль, похожую на ощущения людей с больным сердцем. Исследователи определили тенденцию к вступлению в контакт, когда отмечали продолжительность времени, которое студентки смотрели на другую испытуемую, находившуюся в комнате. Когда обе женщины считали, что будут подвергнуты болезненной процедуре, они смотрели друг на друга в два раза дольше, чем когда не ждали, что будут испытывать страдания.

Социальная изоляция

Как мы отмечали в главе 1, Уильям Джеймс (James, 1890) считал социальную изоляцию одной из самых жестоких пыток. «Для человека, заключенного на пустынном острове, — заметил Джеймс, — отпечаток человеческой ступни или фигура человека вдалеке будет самым волнующим переживанием» (Vol. II, 430). Уоррен Джонс и его коллеги (Jones et al., 1985) обобщили ряд факторов, укрепляющих ощущение социальной изоляции. Среди них — переезд на новое место жительства (Cutrona, 1982), начало посещения колледжа (Weiss, 1973), потеря работы (Bahr & Harvey, 1979), одинокая жизнь (DeJong-Gierveld, 1980) и неадекватные транспортные средства (Kivert, 1978). С другой стороны, Эванс и Липор (Evans & Lipor, 1993) обнаружили, что люди, жившие в домах с большим числом соседей, реже стремились к поддержке других или сами предлагали окружающим поддержку в неприятной ситуации.

По-видимому, социальная изоляция заставляет нас стремиться к компании других людей, а социальная скученность, наоборот, приводит к тому, что мы хотим остаться одни. Отказ от поддержки

Если поддержка других людей так полезна для вашего здоровья, тогда разве не все мы хотим получить как можно больше социальной под-держки? Не совсем. Некоторые люди активно отвергают поддержку других (Buunk, Doosje, Jans & Hopstaken, 1993).

Во-первых, мы не всегда считаем чужое сочувствие чем-то хорошим, особенно когда мы не можем отплатить за него (Greenberg & Westcott, 1983). Как мы более подробно расскажем в главе о просоциальном поведении, когда кто-то оказывает вам услугу и вы не можете отплатить за нее, это может послужить источником замешательства и будет считаться, что вы получаете милостыню или пользуетесь благотворительностью.

Возможность почувствовать неловкость часто ослабляет мотивацию получения поддержки других людей.

Представьте, что, как и испытуемым в классическом эксперименте, проводившемся Ирвингом Сарноффом и Филипом Зимбардо (Sarnoff & Zimbardo, 1961), вам сказали, что вы будете участвовать в эксперименте, где придется сосать различные предметы, связанные с «оральным» периодом развития, в том числе детские соски и рожки. Захотите ли вы ждать своей очереди вместе с другими или предпочтете ждать в одиночество? Если вы не отличаетесь от испытуемых в этом исследовании, то когда условия эксперимента будут вызывать у вас ощущение неловкости, предпочтете подождать в одиноче-стве. Поддерживающая функция друзей, по-видимому, исчезает, когда в их присутствии вам будет казаться, что вас оценивают. Когда испытуемые-студентки в одном эксперименте работали над тестом по математике, то их артериальное давление было ниже, если рядом с ними на-ходился близкий друг или подруга, правда, только если друг или подруга их не оценивали. В последнем случае эта ситуация была идентична той, когда испытуемые находились среди незнакомых людей (Kors, Linden & Gerin, 1997). Как мы отмечали раньше, в такой ситуации лучшим обществом для человека будет собака, которая вряд ли станет говорить колкости и комментировать ваши удачи или неудачи.

Некоторые люди отвергают поддержку против своей воли. Как мы увидим дальше, как раз те, кому больше всего, может быть, нужна эмоциональная поддержка и кто больше всего жаждет ее получить, порой ненамеренно отталкивают людей, пытающихся оказать им помощь.

Внимание: социальная дисфункция

^ БЕСКОНЕЧНЫЙ КРУГ ОДИНОЧЕСТВА И ДЕПРЕССИИ

Исследователи обнаружили, что депрессия и одиночество могут способствовать отказу от социальной поддержки. Во-первых, депрессивные люди менее эффективно справляются со стрессом (Marx, Williams & Claridge, 1992). Кроме того, они ухудшают ситуацию, когда своими поступками еще больше усиливают стресс. Когда они обращаются к своим друзьям и соседям за помощью, то их депрессивное внимание к негативным аспектам собственной жизни часто отталкивает тех самых людей, которые могли бы их поддержать. Даже наиболее сострадательные друзья в конце концов устают слышать одно и то же: «Жизнь такая скверная, ничего никогда не будет так, как я хочу, это все безнадежно». Еще более усложняя положение дел, депрессивные люди могут стремиться к взаимоотношениям с теми, кому они внушают неприязнь (Swann, Wenzlaff, Krull & Pelham, 1992). Когда друзья человека, охваченного депрессией, пытаются ему помочь, они сами могут впасть в депрессию (Joiner, 1994). По прошествии некоторого периода времени окружающие начинают считать, что взаимодействие с таким человеком достаточно неприятно, так что они будут его избегать (Joiner, Alfano & Metalsky, 1992; Strack & Coyne, 1983).

Одиноким людям свойственны некоторые устойчивые качества, порой непосредственно связанные с депрессией (рис. 7.4). Одинокие студенты в отличие от общительных более нервозны, депрессивны и более склонны к самокритике (Russell et al., 1980). Даже когда их проблемы имеют очевидную внешнюю причину, таким студентам приходят в голову саморазрушительные мысли и они формируют стабильные внутренние атрибуции (например, «вечно я все делаю неправильно») (Peplau, Russell & Heim, 1979). Например, студент только что переехал на новое место жительства и начал посещать колледж. У него нет машины, чтобы заехать к друзьям, но если этот человек склонен к депрессии, то он будет игнорировать проблемную ситуацию и решит, что он одинок только потому, что другие думают, что он непривлекательный и скучный.

Вместо того чтобы пригласить других или отправиться, скажем, на вечеринку, одинокие студенты ведут себя непродуктивно. Они много едят, употребляют наркотики или смотрят телевизор (Paloutzan & Ellison, 1982). Когда одинокие студенты все же встречаются с другими, они

Рис. 7.4. Бесконечный круг одиночества

Хотя одиночество и депрессия не всегда связаны, они могут быть частью цикла саморазрушительных мыслей и поведения. Одинокие люди некомфортно себя чувствуют и их действия ослабляют источники социальной поддержки. Это в свою очередь может привести не только к ощущениям одиночества, но и к саморазрушительным мыслям и опять-таки к депрессии. Депрессия в свою очередь ведет к поступкам, еще больше отвращающим окружающих и усиливающим ощущение одиночества.

могут вести себя так, что становятся еще менее привлекательными: больше говорят о себе, часто меняют темы, не интересуются своими партнерами, откровенничают не к месту (Jones, Hobbs & Hockenbury, 1982; Solano, Batten & Parish, 1982).

В довершение всех бед одинокие люди приписывают неоправданно высокие ожидания как себе, так и другим (Rawlins, 1992). После разговора, не принесшего удовлетворения, одино-кие студенты более негативно оценивают себя и других и проявляют меньше интереса к тому, чтобы видеть собеседников снова (Gable & Reis, 1999; Jones, Freemon & Goswick, 1981; Jones, Sansone & Helm, 1983). Уоррен Джонс и его коллеги на основании результатов ряда исследований делают вывод, что «одинокие люди по-гружены в себя, не отзывчивы, негативистски настроены и неэффективно ведут себя с незнакомыми людьми» (Jones et al., 1985, p. 223). И даже когда партнеры в разговоре воспринимают их позитивно, одинокие студенты избегают взаимодействия, потому что им кажется, что они дей-ствуют неудачно (Christensen & Kashy, 1998). ?

Привязанность и социальное развитие

Все же не все циклы, включающие взаимодействие и социальную поддержку, негативны. В своей книге «Привязанность» британский психолог Джон Боулби (Bowlby, 1969) делает вывод о том, что когда у человека с детских лет формируются устойчивые отношения с родителями, то в зрелом возрасте он оказывается лучше приспособлен к стрессам. Вероятно, так происходит потому, что люди с устойчивым типом привязанности к матери готовы получить поддержку. В одном долговременном исследовании психологи проследили за детьми с младенчества и до более позднего возраста, когда дети отправлялись в подростковый летний лагерь (Shulman, Elicker & Sroufe, 1994). В отличие от детей, чьи отношения с матерью были нестабильны или неустойчивы, дети с устойчивым типом привязанности к матери показывали в подростковом возрасте лучшие навыки в общении со сверстниками. Таким образом, те, кому это меньше всего нужно, чаще всего могут это получить! В главе 8 мы расскажем о роли привязанности в романти-ческих отношениях взрослых людей.

Когда дети вырастают и достигают подросткового возраста, они, вероятно, могут отказываться от эмоциональной поддержки родителей. Подростки чаще предпочитают эмоциональную поддержку сверстников, чем родительское утешение (Aseltine, Gore & Colten, 1994). Эта тенденция сохраняется и в колледже (Fraley & Davis, 1997). В самом деле, контакт с родителями, по- видимому, не ослабляет ощущения одиночества у студентов колледжа; им помогает только контакт с друзьями (Cutrona, 1982; Davis, Morrris & Kraus, 1998).

С другой стороны, родительская поддержка не помешает даже студентам колледжа. Молодые люди, поддерживающие стабильные отношения с родителями, реже впадают в негативное настроение и получают лучшие оценки, хотя друзья не особенно помогают им в этой сфере (Citrona, Cole, Colangelo, Assouline & Russel, 1994, Davis et al., 1998). Так что если вы когда-нибудь окажетесь в роли родителей тинейджера и ваш сын или дочь будет отвергать ваши благие намерения поддержать его или ее, то вы, вероятно, правильно поступите, если будете, несмотря на сопротивление дочери или сына, постоянно предлагать помощь. А если вы тот самый сын или дочь, то, вероятно, самое лучшее для вашего психического здоровья и счастья (не говоря уже о ваших средних оценках) — принять предложение и опереться на родительское плечо, когда вам его предлагают.

Кто и когда стремится получить социальную поддержку? Потребность в эмоциональной поддержке особенно ярко проявляется у детей-первенцев. Некоторые ситуации (такие как объективная опасность и ощущение социальной изоляции) провоцируют потребность в социальной поддержке, в то время как другие (неловкая ситуация) подавляют желание обращаться к другим. Наконец, некоторые люди намеренно или ненамеренно ведут себя так, что лишают себя той самой поддержки, в которой они столь нуждаются. В следующем разделе мы рассмотрим еще одну цель установления контактов с другими — получение информации.

ПОЛУЧЕНИЕ ИНФОРМАЦИИ

На плечах у каждого человека есть голова и в ней хранится много, возможно, полезных фак-тов, идей и альтернативных мнений. Если вы хотите быстро выяснить, как починить протекающий кран, подрубить слаксы или приготовить вкусный соус для спагетти, то друг или сосед может оказаться полезнее, чем любая книга из публичной библиотеки. А когда мы объединяем собственные усилия с усилиями других лю-дей, то наш общий коэффициент умственного развития возрастает (Wegner, 1987; Thompson & Fine, 1999). Люди, работающие с друзьями, как правило, лучше справляются с выполнением любых заданий, начиная с запоминания слов и кончая разрешением сложных проблем (Andersson & Roennberg, 1997; Zajac & Hartup, 1997). Еще одна причина, почему друзья хорошо работают вместе, состоит в том, что они обладают общей базой знаний и лучше подготовлены к тому, чтобы «читать» чувства и намерения другого (Colvin, Vogt & Ickes, 1997).

Наши друзья могут предоставить нам обширную информацию об окружающем мире и предложить стратегии для разрешения проблем. Но когда дело касается социальной реальности (например, «насколько я нравлюсь людям?»), то важными становятся мнения посторонних людей. В 1960-е и 1970-е годы повальным увлечением стали «группы встреч» (Rogers, 1970). Целью этих групповых занятий было устроить прямые и честные «столкновения». Во время таких встреч люди снимали свои обычные социальные маски любезности, обмени-вались открытыми реакциями друг на друга и раскрывали свое собственное внутреннее «я». В одном обычном упражнении члены группы попарно обсуждали свое первое впечатление друг о друге и делились позитивными и негативными впечатлениями. Гуманистический психолог Карл Роджерс, выдающийся сторонник и идеолог групп встреч, отмечал, что основная польза этих встреч состояла в том, что людям не просто становилось лучше, но они получали правдивое представление о том, как их воспринимали другие. По мнению Роджерса, основное в психическом здоровье — это наличие искренних и честных взаимоотношений, в которых вы можете поделиться своими мыслями и чувствами и не бояться, что вас отвергнут. Джеймс Пеннебейкер и его коллеги предоставили много доказательств того, что простая возможность обсудить неприятные события с другими может быть полезна для вашего здоровья (см., например: Pen- nebaker, Barger & Tiebout, 1989; Pennebaker, Hughes & O'Heeron, 1987).

Кроме информации о самих себе, другие люди также предоставляют нам информацию об окружающих. Несмотря на тот факт, что Дж. Эдгар Гувер говорил малоприятные вещи о жене Франклина Делано Рузвельта и его друзьях, президент Рузвельт поддерживал дружеские отношения с Гувером. Почему? Вероятно, потому, что Гувер предоставлял ему ценную информацию как о друзьях президента, так и о врагах — Гувер был виртуозным сплетником. Как достоверно известно, Рузвельт несколько раз обращался к Гуверу для получения конфиденциальной информации о своих противниках.

Социальные сравнения и симпатии к людям, похожим на нас

В главе 3 мы уже упоминали классическую теорию социального сравнения Леона Фестингера (Festinger, 1954). Как считал Фестингер, люди любят оценивать свое мнение и способности, и часто самый лучший способ это сделать — сравнить самих себя с другими. На некоторые вопросы (такие как, например, сможем ли мы пробежать милю за пять минут) можно ответить, сравнив себя с физическим, а не с социальным окружением, или взяв в руку секундомер. Тем не менее для ответа на многие вопросы о своих способностях и мнениях мы должны обратиться к другим людям. Вы ведете себя безрассудно по отношению к вашим парню или девушке? Другие считают вас дружелюбными или недружелюбными? Ваше мнение о смертной казни и аборте разумно или вы придерживаетесь слишком эксцентричных взглядов?

Теория Фестингера содержала еще одну предпосылку: мы предпочитаем сравнивать свое мнение и способности с аналогичным мнением и способ-

Сходство и дружба

На основании данных исследований можно сделать вывод о том, что нам нравятся люди, чей возраст и вид напоминают наш собственный, кто думает так же, как мы, разделяет хотя бы отчасти наши интересы и чьи личные привычки похожи на наши собственные. Отчасти привлекательность похожих людей для нас обусловлена тем, что такие люди укрепляют наши мнения и установки.

ностями, а не с резко отличающимися. Если вы школьник и захотите выяснить, насколько хоро-шо вы играете в баскетбол, то не станете сравнивать свою игру с игрой звезд НБА. Релевантной группой для сравнения будут в данном случае другие школьные игроки. Точно так же, если вы — либеральный демократ и хотите знать, разумно ли ваше мнение об аборте и смертной казни, вы не станете обращаться к членам американской нацистской партии, а сравните ваше мнение с точкой зрения других либеральных демократов. Этот аспект теории Фестингера оказал важное историческое влияние на исследования по самой излюбленной социальными психологами теме — влечения к людям, похожим на нас (Byrne, 1971; Tan & Singh, 1995).

Отчасти мы стремимся выяснить информацию от других, желая узнать, «как все есть на самом деле». Однако большинство из нас хотят получить правду вместе с «большой ложкой сахара», поэтому мы склоняемся к информации, способствующей нашему хорошему настроению или укрепляющей наше мировоззрение (Baumeister, 1998; Sedikides, 1993). Похожие на нас люди часто соглашаются с нами, и нам это приятно, поэтому- то, вероятно, нас к ним и влечет (Clore & Byrne, 1974; Orive, 1988). Напротив, мы, как правило, негативно реагируем на других, если они с нами не соглашаются (Rosenbaum, 1986). Отчасти влечение к другим людям, похожим на нас, — это всего лишь наша надежда на то, что похожие люди будут относиться к нам с большей симпатией, чем непохожие (Condon & Crano, 1988). Однако кроме этого такие люди подтверждают наши представления о самих себе и о мире (Pittman, 1998).

Не каждого человека в равной степени привлекают похожие на него люди и отталкивают отличающиеся. Как отмечают биографы, Элеонора Рузвельт считала, что ее стимулировали различ-ные точки зрения (вспомните комментарий о том, как эта белая англо-саксонская протестантка по-дружески относилась к «черным, евреям и грубой коммунистической молодежи»). Дж. Эдгар Гувер, со своей стороны, был нетерпим к несогласию и окружал себя теми, кто придерживался очень похожих представлений, привычек или получил такое же воспитание (Gentry, 1991). Например, друг Гувера Клайд Толсон не только разделял установки, очень похожие на установки Гувера, а по характеру и преданному отношению к службе напоминал самого Гувера, но, кроме того, его описывали как «полного подхалима».

Откровенные и скрытные люди

Ваши друзья, вероятно, не одинаково часто обращаются к другим за информацией. Что касается стимулов, то некоторым нужна поддержка окружающих, чтобы выбрать подходящее поведение, а другие явно счастливы оттого, что могут сами решить, как поступить. Если говорить об ответной реакции, то некоторые люди рассказывают о себе все, а другие ведут себя скрытно. В самом деле, основной аспект дружбы — это самораскрытие, то есть выдача интимной информации о самом себе (Harvey & Omarzu, 1997). Взаимная откровенность настолько важна, что совершенно незнакомые люди могут почувствовать, что они друзья всего через полчаса после того, как расскажут друг другу о деталях своей жизни (Aron, Melinat, Aron, Vallo- ne & Bator, 1997). Вы можете понравиться другим всего лишь после того, как будете с ними откровенны (Collins & Miller, 1994). Однако люди сильно отличаются в своей склонности к самораскрытию. Женщины чаще мужчин много рассказывают о себе (Dinda & Allen, 1992). О чем говорят мужчины, пока женщины делятся интимными деталями своих личных отношений? Если вы думаете, что о спорте или политике, то вы, вероятно, подслушали один или два разговора между мужчинами (Aries & Johnson, 1983; Rawlins, 1992). Различие в содержании разговора настолько явно, что человек может четко отличить запись разговора между мужчинами от записи разговора между женщинами, даже если убрать любые другие детали. Как писал психолог, пришед- ший к такому выводу: «Девочки не говорят о гаражах» (Martin, 1997).

;) — раскрытие

интимной информации о себе.

Более высокий уровень самораскрытия среди женщин объясняет данные, которые мы будем обсуждать дальше, о том, что дружба приносит женщинам больше удовлетворения, чем мужчинам.

Другие факторы воздействуют на то, как некоторые из нас передают информацию и обмениваются ею с другими (DePaulo & Kashy, 1998; Kenny & DePaulo, 1993). Например, люди, испытывающие сильную потребность в социальном одобрении, будут, скорее всего, избирательно сообщать другим позитивную информацию (Crowne & Marlow, 1964). Если вам очень нужно одобрение, то вместо того чтобы сообщать Стиву, что товарищи по классу считают его безжалостным спорщиком, вы можете сказать, что его разговоры наводят других на интересные мысли. По-видимому, люди, которым очень нужно одобрение, осознают принцип, что человек иногда начинает недолюбливать тех, кто приносит плохие новости (Rosen & Tesser, 1970).

Что касается восприятия, то люди социально тревожные, как правило, негативно интерпретируют обратную связь: «Она сказала, что моя стрижка уникальна! Она, наверное, хочет сказать, что я похожа на психа!» (Pozo, Carver, Wellens & Scheier, 1991). Таким образом, тревожные люди могут интерпретировать нейтральные новости как плохие, по крайней мере когда эти новости касаются их самих.

Нежелание некоторых людей передавать негативную информацию заходит гораздо дальше простой цензуры. Чтобы не заставить другого чувствовать себя неловко, порой мы просто придумываем что-то более приятное. Другими словами — лжем. Еще больше лгут общительные, склонные к манипуляциям и озабоченные самопрезен-тацией люди. Как мы уже говорили раньше, часть наших повседневных обманов служит целям другого человека («Я сказала своей соседке по комнате, что чудесно провела время на ее вечеринке»); другая ложь служит собственным целям человека («Я солгал, чтобы показаться честным»). Люди, склонные к манипуляциям или с хронически плохими взаимоотношениями, чаще лгут ради своих личных целей (Kashy & Depaulo, 1996).

Неопределенность

Какие обстоятельства заставляют нас стремиться получить информацию у других людей? В соответствии с теорией социального сравнения, мотивация сравнивать наши мнения, спо- собности или реакции с мнениями, способностями или реакцией других людей усиливается, когда мы не знаем наверняка что-то, имеющее для нас большое значение (West & Wicklund, 1980). Нам не нужно сверяться с другими, когда мы уже знаем ответ на вопрос (например, будет ли католическое Рождество 25 декабря?) или когда вопрос нас не очень волнует (где в 1992 году урожай был больше — в Иране или в Турции?). Некоторые обстоятельства чаще вызывают у нас состояние неопределенности, чем другие. Например, слухи (подобно историям о салемских ведьмах, распространявшиеся в 1692 году), как правило, распространялись быстрее, когда событие было важным и когда реальные факты было трудно выяснить (Allport & Postman, 1947). Проводя экспериментальное исследование состояния неопределенности и аффилиации, ученые угрожали студентам болезненными ударами током. Некоторые из испытуемых видели записи физиологических реакций других студентов на ту же самую угрозу. Часть испытуемых наблюдала за своими собственными физиологическими реакциями, еще одной группе вообще не предоставили никакой информации (Gerard & Rabbie, 1961). Когда студенты думали, что знают, как реагировали другие, то они меньше стремились к аффилиации, чем когда им не давали информации или предоставляли информацию только об их собственной реакции. Такие данные соответствуют представлению о том, что мотивация аффилиации в состоянии страха отчасти основывается на сравнении собственной реакции с реакцией других людей.

Сходство

Другие исследования подтверждают вторую предпосылку теории социального сравнения: люди в состоянии неопределенности стремятся сравнивать себя с другими людьми, похожими на них, находящимися «в той же лодке» или обладающими сходными интересами или чертами личности (Gump & Kulik, 1997; Miller & Zimbardo, 1966). Однако в одном недавнем исследовании делается вывод, что потребность человека сравнивать себя с себе подобными людьми ограничена. Когда какой- то вопрос очень важен для нашего благополучия, мы, вероятнее всего, обратимся к тем, кто может сообщить нам точную информацию, независимо от того, похожи эти люди на нас или нет. Так, например, пациенты перед операцией коронарного шунтирования предпочитают находиться в палате с теми, кто уже прошел операцию, а не с такими же, как и они, пациентами, еще ждущими своей очереди (Kulik & Maler, 1990). Точно так же студенты, которые ждут, когда им нанесут сильный удар электротоком, сообщают, что если им разрешат поговорить, то они, скорее всего, побеседуют с теми, кто уже испытал шок (Kirkpatrick & Shaver, 1988).

Главная цель аффилиации в ситуации реаль-ной опасности, как правило, — стремление внести когнитивную ясность: люди, чье благополучие оказывается под угрозой, не просто заинтересованы в аффилиации, чтобы узнать, являются ли их реакции «социально приемлемыми или нет»; они хотят получить всю полезную информацию (Kulik, Mahler & Earnest, 1994).

Когда различия могут спасти самооценку

Будем ли мы стремиться получить информацию у таких же людей, как и мы сами, или у отличных от нас, зависит от нашей я-концепции. Дженнифер Кэмпбелл и Эйб Тессер (Campbell & Tesser, 1985) предположили, что существенная цель социального взаимодействия — поддержание позитивной оценки собственного «я». С точки зрения теории поддержания самооценки, сравнение себя с похожими людьми может быть палкой о двух концах. Если человек похож на вас и добивается большого успеха, то вы можете «купаться в лучах его славы» (Cialdini et al., 1976; Hirt, Zillman, Erickson & Kennedy, 1992). Сказать: «Мой брат только что получил награду за свой рассказ!» — это все равно что намекнуть на то, что вы происходите из семьи гениев. Тем не менее если человек, похожий на вас, добивается успеха в области, в которой, как вы считаете, вы обладаете особыми навыками, то из-за этого вы можете начать скептически относиться к своей собственной деятельности (Beach et al., 1998). Например, если вы тоже хотите стать писателем, то приз, доставшийся брату, может напомнить вам, что вы никогда не получали наград за свои произведения. Кэмпбелл и Тессер (Campbell & Tesser, 1985) отмечают, что в результате люди предпочитают других, хорошо справляющихся с работой или заданиями и похожих на них самих, но не лучше.

С другой стороны, нас не беспокоит, если кто- то другой оказывается лучше нас в чем-то, что не кажется нам непосредственно связанным со сферой наших интересов. Как отмечал пионер психологии Уильям Джеймс:

Я поставил все на то, чтобы стать психологом, и чувствую себя оскорбленным, если другие знают в психологии больше, чем я. Но меня вполне удовлетворяет ощущение полного незнания греческого языка. Мое невежество в этой сфере не создает у меня ощущения никакого личного унижения (James, 1907, p. 310).

Чтобы избежать сравнений, провоцирующих зависть в длительных отношениях, люди, как правило, проводят очень точную границу. Муж и жена Тессер и Кэмпбелл оба занимались исследованиями в области политической науки и преподавали, и при этом они удивлялись, когда исследователи спрашивали, не возникало ли у них проблем сравнения из-за работы в одной и той же сфере. Супруги отметили, что едва ли они работали в одной и той же области, так как один из них изучал международные отношения, а другой — сравни-тельную политику!

Современное исследование приходит к выводу, что неосведомленность, являющаяся следствием избирательного социального сравнения, в действительности может быть связана с ощущением счастья и довольства собой. Соня Любомирская и Ли Росс (Lyubomirsky & Ross, 1977) обнаружили, что постоянно недовольные студенты сильно реагировали на информацию о социальном сравнении. Как показано на рис. 7.5, оценка собственных навыков у недовольных собой студентов повышалась, когда они лучше справлялись с заданием, чем их партнер, и понижалась, если они действовали менее умело. Довольные собой, ве-селые студенты также повышали свои оценки, ко-

Рис. 7.5. Счастливое неведение об информации, дающей возможность социального сравнения

Студенты в одном исследовании оценивали свой навык в разрешении анаграмм до и после того, как видели другого студента, лучше или хуже их справлявшегося с задачей. У недовольных людей самооценка повышалась после того, как они побивали оппонента, и понижалась после того, как побеждали другие. У довольных и веселых самооценка повышалась не только после того, как они побеждали другого студента, но и когда другой студент выполнял задачу лучше.

гда превосходили других, но когда другой студент лучше их справлялся с заданием, они не обращали внимания на обратную связь и в любом случае повышали свою самооценку.

Резюме

Порой мотивом нашего стремления войти в контакт с другими является желание получить от окружающих информацию или поделиться информацией, которая есть у нас. Но не все мы и не всегда охотно делимся всей имеющейся информацией. Некоторые люди более склонны к самораскрытию, а женщины в целом больше рассказывают о себе, чем мужчины. Мы обращаемся к другим в ситуациях, когда мы чувствуем неопределенность, и, как правило, предпочитаем информацию, имеющуюся у людей, похожих на нас. Однако если ситуация требует точной правды, мы можем предпочесть узнать ее от людей, непохожих на нас. Мы не желаем слишком подробно узнавать о том, что кто- то другой превосходит нас в характеристике, существенной для нашей самооценки, особенно когда этот человек наш близкий друг. В самом деле, самооценка постоянно довольных собой и веселых людей не страдает от информации о том, что у кого- то другого что-то получилось лучше, чем у нас.

ПРИОБРЕТЕНИЕ СТАТУСА

Дж. Эдгар Гувер обладал с Элеонорой Рузвельт одной общей чертой, из-за которой ни один из них не стремился к компании другого. Оба они обладали большой политической силой: они были настолько влиятельны, что для других людей уже одна их благосклонность могла означать успех или неудачу. Например, близкие дружеские отношения Клайда Толсона с Дж. Эдгаром Гувером оказали очень благоприятное влияние на его карьеру. В самом деле, Гувер даже создал для своего приятеля специальный пост помощника директора ФБР. Возвышение Толсона подтверждает народную мудрость о том, что «важно, не что ты знаешь, а кого ты знаешь».

Люди с самым высоким социальным положением часто вполне осознают такие отношения. Франклин Делано Рузвельт хотя и не был избранным делегатом (тогда он занимал пост представителя штата и жил в Олбани), посетил Демократический съезд в 1912 году и «прорабатывал толпу», представляя себя как самого ярого сторонника Вудро Вильсона от штата Нью-Йорк. Когда Вильсон получил номинацию, а позднее выиграл на

Объединение для достижения статуса

Люди не единственные приматы, формирующие союз для достижения власти. Два самца-бабуина слева объединились, чтобы бороться за самку с более сильным доминирующим самцом справа. Сформировав такую коалицию, два недоминирующих самца получают возможность завоевать самку, а этого они бы не смогли добиться поодиночке.

национальных выборах, Рузвельт был вознагражден: он получил влиятельный политический пост помощника секретаря по делам флота. Как только семья Рузвельтов переехала в Вашингтон, Элеонора начала содействовать политической карьере Франклина и стала устанавливать дружеские отношения с влиятельными семействами:

«.почти каждый полдень она отводила утомительной традиции „приглашений". Она оставляла свои визитные карточки у дверей или отдавала женам чиновников кабинета, женам чиновников Верховного суда и женам конгрессменов. Не было ни одной жены известного чиновника, которую бы она пропустила. Она встречалась со всеми, искала потенциальных друзей и союзников, вела подробные записи в журнале визитов и обо всем докладывала ФДР*» (Cook, 1992, 207).

Жители Вашингтона — не единственные, кто устанавливает связи, чтобы повысить свой статус. На самом деле такие же политические союзы формируются и у других представителей отряда приматов (de Waal, 1989). Социальный статус у шимпанзе, так же как и у людей, связан с тем, «кого ты знаешь», и ведущие позиции часто приобретают группы друзей, которые вдвоем могут превзойти по влиянию даже самых крупных и доминирую-щих одиноких шимпанзе.

Слишком рьяные попытки продвинуться в иерархии доминирования могут помешать достичь

*Франклину Делано Рузвельту. (Примеч. перев.)

цели приобретения симпатии. Как писал Оскар Уайльд: «Люди простят вам все, кроме успеха». Разумеется, как мы только что отметили, обсуждая теорию самооценки, афоризм Оскара Уайльда можно применить только тогда, когда ваш успех плохо отражается на других людях. Мы способствуем успехам тех, кто к нам лоялен, как Толсон к Дж. Эдгару Гуверу, и желаем успеха людям, которые работают или учатся вместе с нами, потому что этот успех может положительно отразиться и на нас. С другой стороны, нас влечет к влиятельным людям, чей успех может принести нам пользу, так как Франклина и Элеонору Рузвельт привлекала влиятельная элита в Вашингтоне. В следующем разделе мы рассмотрим, как мужчины и женщины стремятся к различному балансу доминирования и симпатии в своих отношениях.

Половые различия в дружеских отношениях

Элизабет Рид была адвокатом и подругой Элеоноры Рузвельт. Кроме того, она занимала высокий пост в Лиге женщин за голосование. Каждую неделю Элизабет Рид просматривала записи в Конгрессе и публиковала влиятельный информационный бюллетень, называвшийся «Город, штат, нация». Однако несмотря на свой искренний интерес к политике, она писала подруге:

«...Мы так и не добрались до главного: что важнее в жизни — дело или человеческие отношения. что касается меня, то это — человеческие отношения. Ты можешь 50 лет искать себе дело и потом обнаружить, что твоя жизнь слишком бессмысленна и пуста, чтобы ее можно было вынести. Если человеку повезло и он встречает другого человека, заслуживающего любви, то это много значит для него, если, конечно, он не пе-реживает кризис или не увлечен призванием» (Cook, 298).

Оценка Элизабет Рид относительного преобладания близких отношений над карьерой показывает общее отличие между мужчинами и женщинами. Интервью со студентами младших и старших курсов колледжа показывают, что мужчины чаще ассоциируют свою личную идентичность с дости-жениями в карьере, а у женщин в идентичности чаще переплетаются карьера и близкие отношения (Maines & Hardesty, 1987). Эти половые различия проявляются уже с детства (Rawlins, 1992). Дружба девочек-подростков более близка и они проявляют друг к другу больше участия, чем мальчики, кроме того, самооценка женщин сильнее связана с тем, есть ли у них близкая подруга или нет (Townsend, McCracken & Wilton, 1988). Соци- альная включенность имеет для них настолько большое значение, что основной метод, которым пользуются девушки-подростки, чтобы причинить боль друг другу, — это исключение противницы из социальной группы (Owens, Shute & Slee, 2000).

Мальчики-подростки формируют менее участливые дружеские отношения, они чаще обсуждают досуг, например, спортивные соревнования (Martin, 1997; Shulman, Laursen, Kalman & Kar- povsky, 1997). В своих взаимодействиях с роди-телями мальчики-подростки чаще говорят о карьере и колледжах, а девочки чаще обсуждают друзей, подруг и семейные проблемы. В колледже девочки состоят в более близких отношениях со своими подругами, чем мальчики (Wheeler, Reis & Nezlek, 1983). Вероятно, из-за таких различий у девочек в колледже больше подруг, чем у мальчиков (Nezlek, 1993). В дальнейшей жизни мужчины более склонны дружить и поддерживать контакты с коллегами по работе, а женщины поддерживают отношения с людьми и за пределами работы (Rawlins, 1992).

Анита Барби и ее коллеги (Barby et al., 1993) отметили еще одно последствие половых различий в стиле дружбы. Поскольку женская гендерная роль подразумевает больше заботы и эмоциональной экспрессивности, считают психологи, женщинам легче справиться со своими проблемами, по-лучать и предоставлять социальную поддержку. Мужчины, половая роль которых подразумевает успех и независимость, испытывают больше проблем с предоставлением и получением социальной поддержки, хотя они, в отличие от женщин, могут принести больше пользы другу (например, когда помогают починить машину).

Ряд данных подтверждает проведенный Барби анализ половых различий в социальной под-

«Девочки чаще обсуждают друзей, подруг и семейные проблемы» держке. Например, женщины, как правило, более приятны в общении, у них лучше развита эмпатия, женщины более чутко реагируют на невербальную коммуникацию и лучше улаживают конфликты в группах (Bank & Hansford, 2000; Eagly & Wood, 1991). Женщины больше улыбаются, чем мужчины, они внимательнее и приятнее мужчин и более непосредственны в оценках (Carli, 1989; Hall & Halberstadt, 1986; Helgelson, Shaver & Dyer, 1987). Мужчин больше тревожит то, что друзья станут презирать их, если они не смогут справиться сами со своими незначительными проблемами (Bruder- Mattson & Hovanitz, 1990). При решении проблем в романтических отношениях мужчины чаще применяют логический и неэмоциональный подход (Kelley et al., 1978). Например, они чаще говорят: «Не волнуйся так» или «Это не так уж важно». Наконец, мужчины больше женщин придают в отношениях значение социальной иерархии (McWil- liams & Howard, 1993). Очевидно, что эти отличительные признаки более характерны для Дж. Эдгара Гувера, чем для Элеоноры Рузвельт.

В целом взаимоотношения между мужчинами характеризуются более строгой иерархичностью и стремлением получить или принести пользу — это компоненты поиска статуса, а женщины больше внимания придают эмоциональной поддержке и близости. В результате основная составляющая мужской дружбы — это чувство уважения, а женской — привязанность. Поэтому стоит ли удивляться, что оба пола больше ценят дружбу с жен-щинами?

Статус по ассоциации

Когда у человека возникает желание устанавливать контакты с другими ради достижения статуса? Это происходит в ситуации, когда статус имеет большое значение, например, в отношениях на работе, где люди стараются установить связи с теми, кто выше их по положению. С другой стороны, когда человек обладает социально нежелательными характеристиками, которые могут вызывать негативные ассоциации, то у окружающих возникает желание отдалиться от него.

Заискивание ради получения статуса

Интерес к статусу выходит на первое место во взаимоотношениях, когда выстраивается четкая социальная иерархия. В самом деле, взаимоотношения на работе устанавливаются чаще всего в зависимости от статуса людей (Kanter, 1977). Аспирантам в университетах, посещающим профессиональные семинары, до боли знакома такая

Дружба и поиск статуса.

Дж. Эдгар Гувер снискал расположение президентов, от которых зависело его постоянное назначение главой ФБР. В свою очередь, он помог им и передал конфиденциальную информацию об их возможных врагах. Гувер увидел в Никсоне потенциального союзника во время охоты на коммунистов, организованной сенатором Маккарти* в 1950-х годах, и сопровождал Никсона на его пути к власти.

досадная тенденция собеседников: стоит пройти мимо какому-нибудь именитому ученому с табличкой на груди, и скромный аспирант оказывается в одиночестве в середине разговора. Собеседник то-ропливо прощается, глядя не на аспиранта, а на табличку: «Извините, мне пора. А, доктор Зил- штейн, я заметил ваше имя. Я прочел очень много ваших работ и считаю, что они так вдохновляют.» Когда людей в организации спрашивали про их политику, они часто говорили о том, что старались походить на влиятельных персон, чтобы продвинуться по службе (Allen, Madison, Porter, Ren- wick & Mayes, 1979). Подобно Клайду Толсону и другим чиновникам ФБР, всегда отвечавшим «да» Дж. Эдгару Гуверу, люди в организациях как пра-вило, соглашаются со своими начальниками, в на-дежде заслужить благосклонность шефа (Greenberg & Baron, 1993; Liden & Mitchell, 1988).

Желание устанавливать дружеские отношения с людьми более высокого ранга особенно ярко проявляется в культурах с высокой ориентацией на статус, например в Японии. В одном исследовании работники офиса в американской организации и служащие японской фирмы оценивали других работников офиса и указывали степень своей симпатии к ним. Американцы выше ценили служащих такого же уровня, как они сами, а японцам больше всего нравились сотрудники с более высоким статусом (Nakao, 1987).

* Маккарти Джозеф (1908—1957) — сенатор-республиканец от штата Висконсин (1947—1957), председатель сенатской комиссии Конгресса США по вопросам антиамериканской деятельности. Развернул кампанию преследования лиц, подозреваемых в коммунистических убеждениях. Его излюбленным приемом было установление «вины по ассоциации» (guilt by association). (Примеч. перев.)

Стремление избавиться от негативных ассоциаций

Обратная сторона медали — это стремление людей разорвать социальные связи, которые бы могли плохо отразиться на них самих. Например, студенты в одном эксперименте заполнили «шкалу гнева и враждебности Джонсона». Затем студентам сообщили, будто их результаты показывали, что они представляют тип человека, проявляющего «тенденцию к враждебности и подавляющего гнев», но, как правило, не осознающего эти тенденции». Другие участники заполнили «шкалу нечестности Джонсона», и им внушили, что у них высок уровень «подавленной нечестности». После этого испытуемые увидели личностную анкету другого студента и прочли заметку о нем. В заметке этот другой человек признавался, что он или вел себя жестоко с маленьким племянником или украл деньги из шкафчика в спортивном зале. В заключение студенты оценивали себя по тому же самому личностному опроснику. Студенты, чувствовавшие, что обороняются от своей «подавленной враждебности», пытались отстраниться от злого человека, оценивая самих себя как очень непохожих. С другой стороны, студенты, настороженно относившиеся к своей собственной «подавленной нечестности», старались отдалиться от вора (Schimel et al., 2000). Мужчины, студенты послед-него курса, в еще одном исследовании пытались отдалиться от мужчины, похожего на них, поддер-живавшего дружбу с гомосексуалистом (Neuberg, Smith, Hoffman & Russell, 1994).

В каком-то смысле этот феномен отдаления противоположен «купанию в лучах славы» (стремление человека вызвать ассоциацию с успешными людьми), о котором мы говорили в главе 4. С. Р. Снайдер, Мэриан Лассегард и Кэрол Форд (Snyder, Lasse- gard & Ford, 1986) исследовали феномен отдаления в малых группах студентов, которых они отобрали в «синюю команду». Участники эксперимента должны были вместе работать над решением интеллектуальных задач. Студентам сообщали, например, что их команда потерпела неудачу (набрала количество очков, составляющих менее 70% для своего возраста) или, наоборот, достигла успеха и одержала блестящую победу (набрала свыше 90% очков для своего возраста). После выполнения задания студентам говорили: «У двери есть коробка со значками команды, вы можете взять и надеть значок, если хотите». По сравнению со студентами, не получившими информации, те, кому сказали, что их группа потерпела неудачу, гораздо реже брали значок (рис. 7.6). Исследователи объяснили результаты с точки зрения теории баланса Хайдера (Heider, 1958), которая, как мы уже обсуждали в главе 5, предполагает, что люди таким об-

Рис. 7.6. Отдаление отраженной неудачи

Студентам в одном эксперименте сказали, что их команда выступила или великолепно или очень плохо. По сравнению с испытуемыми, которые не получили никакой информации, те, кто думал, что их команда провалилась, значительно реже брали значок своей команды.

разом, управляют своими ассоциациями, чтобы сохранить постоянные (и предпочтительно благоприятные) образы самих себя.

Стремление к статусу может подорвать социальную поддержку

Как мы уже отмечали раньше, у человека может существовать базовый конфликт между мотивами получить эмоциональную поддержку и приобрести статус посредством дружеских отношений. Фактически есть доказательства того, что смешение работы и игры может принести в конечном итоге вред и подорвать социальные связи человека. Например, студенты с сильной мотивацией часто говорят со своими друзьями об академических успехах. Поскольку ваших друзей не так уж интересуют ваши успехи, то так вы начнете терять друзей. Студенты со слабой мотивацией сохраняют более крепкие социальные связи отчасти благодаря тому, что говорят о том, что интересно их друзьям (Harlow & Cantor, 1994).

На протяжении жизни ориентация людей на статус может уменьшить их привлекательность в качестве друзей. Это имеет интересные последствия для дружбы между представителями того и другого пола. Оказывается, что мужчины больше ценят компанию женщин, а женщины не всегда отвечают взаимностью и предпочитают общество других женщин (McWilliams & Howard, 1993). Женщины придают большее значение дружбе с женщинами и получают от нее больше удовольствия, чем от дружбы с мужчинами (Reis, Sen- chack & Solomon, 1985). Как мы уже отмечали выше, женщины очень непосредственны в своих оценках и выражении признательности. Мужчины не столь признательны (Hegelson, Shaver & Dyer, 1987). Женщины посылают вам благодарственную открытку и в ней написано: «Это было действительно здорово! Как хорошо, что в моей жизни есть ты! Давай в следующую пятницу по-завтракаем вместе!». Мужчины говорят: «Мне ка-жется, я знаю, как научить тебя делать меткие удары при игре в гольф. Пойдем со мной в сле-дующую пятницу, и ты посмотришь, как это делает мастер!» Стоит ли удивляться тому, что в период стресса и тому и другому полу нужны женщины. Это хороший пример того, как человек меняет ситуацию. Мужчина придает типичное для своего пола внимание статусу и конкуренции и поэтому зачастую создает другое (менее подкрепляющее) социальное окружение, чем у женщин.

Резюме

Один из мотивов аффилиации с другими — это приобретение статуса. В отношениях между мужчинами, как правило, важны мотивы власти. В ситуации, когда социальные иерархии становятся особенно значимыми, люди чаще стремятся найти друзей, которые могут повысить их статус. Мотив достижения статуса в наших отношениях может ослабить социальную поддержку, и мужчины особенно склонны формировать социальное окруже-ние, ориентированное на статус, но не обеспечи-вающее такую же эмоциональную поддержку, как социальное окружение женщин.

ОБМЕН МАТЕРИАЛЬНЫМИ БЛАГАМИ

Представьте себе, что вы живете тысячу лет назад с небольшой группой людей в глухих джунглях Южной Америки. Далее вообразите, что иногда еды у вас слишком много, а иногда ее не хватает. У вас был удачный день на рыбалке, и вы вернулись домой с пятикилограммовой рыбой. Вы оставите ее для себя и своей семьи или поделитесь ею с другими членами группы? Большая часть истории человеческого рода и жизни наших предков составляла жизнь в таких малых группах (Caporeal, 1997; Sedikides & Skowronski, 1997). Исследования современных групп охотников и собирателей обнаруживают, что если бы они не делились друг с другом предметами и услугами, то могли бы погибнуть (Hill & Hurtado, 1999).

У охотников племени аче, живущих в парагвайских джунглях, удачная охота зачастую сме-

Индейцы племени аче.

Семьи индейцев обеспечивают отношения взаимности, отдавая большую часть добычи, когда удача сопутствует им, и получая поддержку в те периоды, когда охота оказывается безуспешной. Таким образом каждый сохраняет больше шансов на выживание.

няется чередой неудач. Иногда они приносят домой еды гораздо больше, чем могут съесть, а в другие дни возвращаются с пустыми руками. Если охотник поймает кабана и оставит его только для себя и своей семьи, большая часть испортится (не забывайте, что в парагвайских джунглях нет ни холодильников, ни морозильных камер). В неудачный период такой охотник-индивидуал и его семья будут голодать. Охотники не следуют философии «крепкого индивидуализма»*. После удачного дня охотник делится своей добычей, отдавая далеко не малую часть — 90%. В обмен на такую щедрость соседи поделятся с охотником, когда удача отвернется от него. Обмениваясь запасами таким образом, группа проводит жизненно важную политику подстраховки, предотвращающей голод (Hill & Hurtado, 1993).

Поскольку обмен ресурсами имеет большое зна-чение для людей, то во всех подобных сообществах существуют строгие правила того, кто, как и с кем производит обмен (Haslam, 1997). Мы расскажем об этих правилах в следующем разделе.

Основные паттерны социального обмена

Хотя, скорее всего, на днях вы не делились кабаном со своими друзьями и соседями, однако большинство из нас постоянно совершают обмен материальными вознаграждениями, когда мы от* Rugged indiv'dualism — убеждение, что каждый человек может самостоятельно преуспеть в жизни и помощь правительства должна быть минимальной. Фраза часто ассоциируется с политикой республиканской партии. (Примеч. перев.) правляемся в магазин, обедаем вместе в День благодарения или ищем работу. Обмен предметами и услугами так важен в социальной жизни, что некоторые социальные психологи уверены, что он составляет ядро наших взаимоотношений с другими людьми (Foa & Foa, 1980).

Одна из наиболее влиятельных теорий дружбы утверждает, что больше всего нас привлекают те взаимоотношения, в которых соблюдается принцип справедливости: при таких взаимоотношениях вы и ваш партнер получаете приблизительно одинаковый «доход» и несете одинаковые расходы (Hatfield, Traupmann, Sprecher, Utne & Hay, 1985). Чтобы понять, как действует принцип справедливости, представьте себе какого-нибудь одного вашего друга и составьте список благ и вознаграждений, которые каждый из вас получил за все время вашей дружбы. Ваш друг, возможно, приносит вам пользу, когда помогает вам в учебе, говорит комплименты и приглашает вас на веселые вечеринки, которые он устраивает. Вы, вероятно, вознаграждаете его тем же, за исключением вечеринок, однако он может одалживать вашу машину, когда его собственная находится в ремонте.

Теперь перечислим те затраты, которые вы понесли за время вашей дружбы. К ним можно отнести неуместные шутки, отвлекающие вас во время учебной сессии, его безжалостные победы над вами в теннисе, а также критические замечания друга по поводу вашей девушки или парня. Что касается затрат вашего друга, возможно, вы заставляете его почувствовать себя глупым, когда получаете более высокие оценки на экзаменах, или огорчаете его, когда не проигрываете ему или ей в теннис. Если вы подведете итог всем вашим вознаграждениям и затратам, сравните их с итогом вашего друга и получите приблизительно одинаковый результат, то тогда ваши взаимоотношения можно признать справедливыми. Зато если вы поймете, что ваш друг извлекает больше выгоды из этих отношений, чем вы сами, вы почувствуете себя обделенным. Если же, наоборот, вам выгоднее дружба с ним, вы почувствуете, что получаете слишком большое вознаграждение. Справедливость далеко не единственная форма социального обмена во взаимоотношениях. Ник Хаслам и Алан Фиск (Haslam & Fiske, 1999) описали четыре модели социальных отношений, каждая из которых характеризуется различным набором правил социального обмена (табл. 7.3).

Во взаимоотношениях с общинным распределением все члены группы делят общие запа-сы: берут, когда нуждаются, и отдают, когда нуждаются другие. Распределение в семье часто происходит в соответствии с правилами общинного распределения. Во взаимоотношениях распределения на основе авторитета, ресурсы распределяются в соответствии с личным статусом человека в группе. В бизнесе, например, руководитель получает зарплату выше, личный секретарь — отдельное место для парковки и свободу приходить и уходить в удобное ему время. Правило соблюдения равенства включает обмен, в котором ни один человек не получает больше других. Друзья в китайском ресторане часто делятся в соответствии с этим правилом: каждый берет один фаршированный блинчик, соус и сметану, и ни один из них не принимается за блюдо из креветок на второе, пока все не съедят первое. Наконец, рыночная оценка — это форма обмена, когда каждый получает про-порционально тому, что вкладывает. Если официант хорошо обслуживает клиентов, то ждет, что получит хорошие чаевые, и если вы дорого платите за обед, то рассчитываете на то, что еда будет какой-то необычной. Рыночная оценка приблизительно эквивалентна справедливому обмену.

Как подразумевается в этой более сложной модели социального обмена, люди в своих отношениях с другими не всегда бывают мотивированы одними и теми же правилами обмена в своих отношениях с другими. Форма обмена зависит от того, кто участвует во взаимодействии и какой это тип взаимодействия. Мы вернемся к этой теме в главе 8, в которой мы расскажем о любви и взаимоотношениях в семье. Теперь мы обратимся к рассмотрению некоторых личностных и ситуативных факторов, влияющих на решения, касающиеся обмена.

y) — положение дел, при котором выгоды и затраты, вытекающие из взаимоотношений, пропорциональны выгодам и затратам.

— обмен

какими-либо благами во взаимоотношениях. Общинное распределение (Communal sharing) —

форма обмена, при которой члены группы распределяют общий фонд ресурсов, забирая по мере не-обходимости и отдавая, когда другие нуждаются в них.

Распределение на основе авторитета (Authority

g) — форма обмена, когда товары распределяются в соответствии со статусом человека в группе.

n ) —

форма обмена, когда каждый человек получает то же, что и другие.

g) — форма обмена, когда каждый получает пропорционально то-му, что он вложил.? Индивидуальные различия в общественной ориентации

Когда вы думаете о людях, которых знаете, разве вы не вспоминаете кого-то, кто всегда «считает», ведет строгий учет того, что он дает и получа-ет от других? Беспокоит ли кого-то то, что он не получил дохода или получил слишком много, по- видимому, отчасти зависит от его или ее личной ориентации на социальный обмен (Buunk, Doosie, Jans & Hopstaken, 1993; Clark, Outlette, Powell & Milberg, 1987). Люди, придерживающиеся общественной ориентации, считают, что каждый человек должен давать во взаимоотношениях то, что необходимо, чтобы удовлетворять потребности другого. Люди, мало ориентирующиеся на интересы общества, придерживаются более «рыночной» точки зрения: то, что ты даешь другому, должно быть равноценно тому, что получаешь. Как показано на рис. 7.7, Брэм Банк и его коллеги (Bunck et al., 1993) обнаружили, что люди с низкой общественной ориентацией (ориентирующиеся на рыночные ценности) лучше всего себя чувствуют, когда с ними обходятся справедливо, и несчастливы, когда они получают или слишком много или слишком мало. С другой стороны, люди с высокой общественной ориентацией не особенно беспокоятся, когда возникает несоответствие между тем, что они дают в отношениях, и тем, что получают. Фактически они, кажется, совершенно счастливы даже тогда, когда больше вкладывают в отношения, чем получают.

Таблица 7.3

Различные модели социального обмена

Модель социальных от- Правила обмена Пример отношений, где

ношений используется это правило Общинное распределе-ние Все члены группы делятся ресурсами по потребностям, зависят друг от друга и заботятся друг о друге Дружная семья Распределение в соот-ветствии с авторитетом Люди с высоким статусом получают преданность, уважение и почтительность; люди с более низким статусом — защиту, совет и ими руководят Военный отряд Соблюдение равенства Никто не получает больше других; люди по очереди получают ресурсы, делят все поровну и обмениваются доходами Дети, играющие в летнем лагере Рыночная оценка Люди обмениваются в соответствии с рациональными правилами личных интересов, получают товары и услуги пропорционально тому, что они вкладывают и стремятся совершить наиболее удачную «сделку» Покупатель—продавец Таким образом, люди с общественной ориен-тацией меньше интересуются тем, что тщательно следят за своими вкладами и выгодами от отно-шений с другими. Как мы расскажем в следующем разделе, общественная ориентация может харак-теризовать не только людей, но и отдельные отно-шения и социальные ситуации.

Рис. 7.7. Когда мы получаем больше или меньше того, чем заслуживаем

Брэм Бунк и его коллеги обнаружили, что люди с высокой общественной ориентацией не особенно обеспокоены си-туацией, когда они получают мало выгоды или, наоборот, слишком много. Тем не менее те, кто обладает низкой общест-венной ориентацией, испытывают негативные чувства, если получают мало или слишком много.

Существуют ли определенные ситуации, когда мы реже или, наоборот, чаще обращаем внимание на вознаграждения и затраты в наших отно-шениях? Мы здесь рассмотрим два таких обстоя-тельства — тип отношений и близость партнеров.

Общинные взаимоотношения и отношения обмена

Маргарет Кларк и Джадсон Миллз и их коллеги провели различие между общинными отношениями и отношениями обмена (см., например: Clark & Christman, 1994; Clark, Mills & Corcoran, 1989). От-ношения обмена основаны на вознаграждениях и выгодах, полученных в прошлом, или которые человек надеется получить в будущем. Общинные взаимоотношения, наоборот, основаны на заботе о благополучии другого. Отношение матери к своему ребенку — хороший пример общинных взаимоот-ношений: мать, вероятнее всего, будет приносить ребенку пользу, основываясь на его потребностях, а не подсчитывать в уме выгоды и издержки, чтобы решить, не выкинуть ли ребенка на улицу, если «сделка» окажется слишком затратной.

Ряд исследований подтверждает пользу разгра-ничения между обменными и общинными отно-шениями. Например, когда маленькие дети делятся вознаграждениями со случайными знакомыми, они применяют принцип справедливости: дети раздают блага в зависимости от заслуг. Однако когда они делятся с друзьями, то больше склонны распределять вознаграждения поровну и меньше следят за тем, кто и чего заслуживает (Pataki, Shapiro & Clark, 1994). Люди в длительных взаимо-отношениях или те, кто хочет их установить, пере-стают следить за вознаграждениями, которые они предоставляют другому. Вместо этого они стара-ются удовлетворить потребности другого (Clark, Mills & Corcoran, 1989; Mills & Clark, 1994).

Близость

Другой простейший принцип заключается в том, что мы чаще обмениваемся доходами с людьми, когда нам легко и просто это сделать. Близость является тем фактором, который облегчает по-добное общение. Если мне нужно одолжить чашку сахарного песка или яйцо, мне будет проще обра-титься к своему ближайшему соседу и постучать в соседнюю дверь, чем спускаться по лестнице на несколько этажей ниже к тому, кого я лучше знаю. Этот же принцип будет действовать в том случае, если я захочу угостить кого-нибудь пиццей или пригласить сыграть партию в шахматы.

Исследования, проведенные в последние деся-тилетия, демонстрируют силу принципа близости-аттракции: мы предпочитаем выбирать друзей из тех людей, кто работает или живет рядом с нами. Например, классические исследования в студенческом общежитии обнаружили, что когда жильцам предлагали назвать имя человека, который нравится им больше всех, на первом месте оказывался ближайший сосед или соседка (Festin- ger, Schahter & Back, 1950). И это происходило не потому, что люди предпочитали жить рядом с друзьями, — студенты расселялись по случайному принципу. В другом исследовании психологи обна-ружили, что курсанты-полицейские дружат между собой, когда их фамилии начинаются с одинако-вой буквы (Segal, 1974). Почему? Дело в том, что курсантов рассаживают в аудитории и расселяют в комнатах по алфавиту, и они проводят время рядом с теми, чьи фамилии начинаются с той же буквы.

Соседей влечет друг к другу не только потому, что им легче вступить во взаимодействие, но еще и потому, что они просто более привычны друг другу. Поскольку люди хуже воспринимают незна-комые стимулы, в том числе и лица других людей, те стимулы, которые постоянно попадаются нам на глаза, начинают вызывать симпатию (Born- stein, 1989; Zajonc, 1968). Тенденция испытывать симпатию к людям, местам или предметам, кото-рые мы постоянно видим, называется эффектом простого нахождения в поле зрения.

Принцип аттрации-близости (Proximity-attrac-

;) —тенденция устанавливать дружеские отношения с теми, кто живет или работает поблизости.

Эффект простого нахождения в поле зрения

t) —тенденция испытывать позитивные чувства к людям, местам или вещам, которые мы часто видим.

Кроме привычности, соседи имеют более оче-видные преимущества. Близость облегчает им участие в ежедневном социальном обмене.

РАЗЛИЧАЮТСЯ ЛИ ОТНОШЕНИЯ ОБМЕНА В ЗАПАДНЫХ

И НЕЗАПАДНЫХ КУЛЬТУРАХ?

Мы уже отмечали, что правила обмена варьиру-ются при различных отношениях: для родствен-ников, друзей и незнакомцев правила обмена будут неодинаковыми. Эти правила также зависят и от культуры. И китайские и американские студенты одинаково выставляют оценки для группы незна-комцев, строго в соответствии с их выполнением задания. Американцы придерживались этого правила и в группе друзей. Китайцы же, делясь возна-граждениями с друзьями, в отличие от американ-цев чаще следовали правилу распределения, не принимая во внимание реальных заслуг (Leung & Bond, 1984). Почему возникло такое различие? Объясняется это тем, что китайцы традиционно проводят больше времени в группах с родственниками и ближайшими друзьями. То есть это культур-ное отличие обусловлено не столько различиями в мышлении китайцев и американцев, сколько разницей в составе групп их друзей и подруг.

Приведем более подробный пример того, ка-кое воздействие культура оказывает на дружбу.

Восьмилетняя Айрис живет в тростниковой хи-жине вместе со своими родителями и еще пятью братьями и сестрами в Папуа-Новая Гвинея. Ее родственники по отцовской линии живут в соседних хижинах вместе со своими семьями. Она вос-принимает своих двоюродных братьев и сестер как родных и играет с ними каждый день, а с младшими детьми остается в качестве няньки. Ежедневно ее семья обменивается едой с родст-венниками, еще больше укрепляя родственные связи. Айрис знает, что когда подрастет, она выйдет замуж за одного из дальних родственников, живущих в соседней деревне.

А вот Эрика, наоборот, живет в благоустроенной квартире вместе со своими родителями и един-ственным младшим братом в окрестностях одного из шведских городов с населением более миллиона человек. Ее семья проживает в этом месте всего два года, и хотя девочка уже успела подружиться с не-сколькими детьми из своего дома, ее новые друзья постоянно переезжают, и связь теряется. Эрика навещает родителей матери примерно шесть раз в году, а родителей отца и свою единственную тетушку с двумя детьми дважды в год. Она учится во втором классе средней школы вместе еще с 90 учениками вторых классов. После занятий Эрика отправляется в город на уроки музыки, где встречается с де-вочками, живущими от нее в сотне километров. После школы она планирует поступить на меди-цинский факультет университета и, возможно, даже переехать в другую страну (Tietjen,1994).

Социальные отличия в жизни Айрис и Эрики иллюстрируют три важнейшие отличительные черты, обнаруженные в процессе кросс-культур-ных психологических исследований (Fathali Mog- haddam, Donald Taylor & Stephen Wright, 1993):

Отношения в западном обществе определя-ются чаще всего свободным выбором. В большин-стве традиционных культур отношения сохраня-ют тенденцию к заданности. Как говорит посло-вица: «Ты можешь выбрать друзей, но не можешь выбрать семью». В земледельческих сообществах или в деревне, расположенной в джунглях, выбор и в самом деле невелик. Ваши связи ограничены вашей семьей и членами племенной и религиоз-ной группы. Большая семья может ограничивать свободу своих членов, однако она защищает их от воздействия тяжелых жизненных ситуаций.

Отношения в традиционных культурах более постоянны и продолжительны по сравнению с за-падными культурами. В современном урбанистическом обществе вы можете больше никогда не увидеть человека, с которым только что познако-мились, многие из ваших друзей скоро уедут или переедут, и даже ваш брак может оказаться явлением временным. В небольших земледельческих

Нахождение в поле зрения и влечение.

Исследования предполагают, что нам в основном нравятся те люди и предметы, которые постоянно находятся в поле нашего зрения. Это, вероятно, поможет нам понять, почему в политических кампаниях используется прием, когда имя и лицо кандидатов попадают в поле зрения избирателей, но при этом ничего не говорится о его программе или биографии. Таким образом, политик рассчитывает понравиться избира-телям, просто находясь в их поле зрения.

Большая сельская американская семья.

Изучая урбанистические общества, ученые выделяли в ос-новном произвольные краткосрочные взаимоотношения. Однако кросс-культурные исследования обнаружили, что для большинства земледельческих культур во всем мире характерны заданные семейные отношения. Вероятно, пси-хологи, получившие образование в колледже и живущие в больших европейских и американских городах, забыли о самых распространенных в мире отношениях.

сообществах или в деревушке, расположенной в джунглях, отношения с членами сообщества будут продолжаться всю вашу жизнь.

3. Отношения между людьми в урбанистическом западном обществе индивидуалистические, а в традиционном обществе коллективистические. Отношения с новым знакомым (например, с вашим собеседником в очереди в кассу) во многом похожи на отношения с вашими хорошими друзьями и возлюбленными. Форма таких отношений определяется особенностями личности, положе-нием, мнениями и желаниями двух людей, вовле-ченных в эти отношения. В маленьких сообществах отношения людей к своим соседям и родствен-никам определяются той группой, к которой они принадлежат.

Многие из характерных традиционных об-ществ не одобряют произвольные, временные и индивидуалистические отношения. В других об-ществах такие отношения возможны благодаря современным технологиям. Так, житель горных районов Непала может иметь друга в соседней деревне, расположенной в двадцати километрах. Однако чтобы преодолеть это расстояние, ему придется целый день карабкаться по горной тропинке. Пока он будет преодолевать этот путь, житель Нью-Йорка, совершая гораздо меньше усилий, может навестить своего друга в Лос-Анд-желесе, Сиэтле или даже в Лондоне. Телефон-ная связь, факс и электронная почта позволяют жителям современных городов легко поддержи-вать связь с другими людьми по всему миру.

Кроме того, различия во взаимоотношениях обусловливаются разными социальными нормами, основанными на коллективизме или индиви-дуализме. Как отмечалось в главе 2, коллективно ориентированные сообщества ставят потребности группы выше потребностей индивидуума, а взаи-мозависимость выше независимости (Hsu, 1983, Triandis, 1994). Индивидуалистические общества, такие как США и Канада, придают больше значение правам человека, свободе, равенству и личной независимости (Hofstede, 1980; Triandis, 1994).

Причина того, что современные урбанистические общества Северной Америки являются более индивидуалистическими и менее коллекти-вистскими, связана с теми типами отношений, которые приняты в этих мобильных и высоко-демократичных культурах. Если человек связан лишь с временными и меняющимися знакомы-ми, то рыночное распределение ресурсов более обоснованно, чем когда круг его знакомых и друзей ограничивается семьей.

Для того чтобы понять социальную психологию дружбы, очень важно осознать, что различные от-ношения имеют разные правила обмена. Первые исследования в этой области проводились в основном в лабораториях крупных университетов и пре-имущественно рассматривали отношения между незнакомыми людьми. Как только исследователи

Таблица 7.4 Факторы, оказывающие влияние на дружбу и аффилиацию

Цель Личность Ситуация Взаимодействия

Получение • Порядок рож- • Объективные угрозы • Возможное замешательство или потеря лица может заставить челове- социальной дения • Ощущение социальной ка отказаться от социальной поддержки

поддержки изоляции • Одинокие или впавшие в депрессию люди могут вести себя так, что

подорвут необходимую им поддержку

• Люди часто отвергают социальную поддержку родителей, когда становятся старше

Получение • Гендер — по- • Неопределенные ситуа- • Когда кто-то рядом лучше, чем мы по характеристике, основной для информации требность в ции нашей я-концепции, мы уклоняемся от сравнения с ним

одобрении • Сходство с другими •Довольные и веселые люди не обращают внимания на то, что другие людьми лучше их справились с чем-либо Приобретение статуса • Гендер • Важное значение соци-альной иерархии

Важное значение стату-са для культуры

Стигматизация других • Смешивание работы и игры может ухудшить поддерживающие взаи-моотношения

Поскольку женщины придают меньше значения иерархии и больше поддерживают других, мужчины склонны выше ценить дружбу с жен-щинами, чем женщины дружбу с мужчинами Обмен мате-риальными доходами • Общинная ориентация • Предполагаемая про-должительность отноше-ний

Пространственная бли-зость • В отличие от американцев китайцы придают меньше значения справедливости и благосклонности по отношению к близким друзьям

Добровольные, непостоянные и индивидуалистические отношения в современном обществе могут способствовать формированию обмена, основанного на принципе справедливости, а не на принципе традиционного общинного обмена стали изучать более близкие взаимоотношения, они поняли, что старые модели, основанные на «рыночных» принципах обмена, можно принять далеко не всегда (Berscheid & Reis, 1998). В следующей главе мы расскажем о длительных любовных и родственных отношениях. Как мы увидим, эти отношения едва ли следуют правилам, принятым в бизнесе.

Резюме

Основная цель установления контактов — обмен материальными вознаграждениями. Люди, хо-рошо ориентирующиеся в таком обмене, чувствуют себя некомфортно, когда недополучают вознаграждения или получают их сверх меры. В этом случае они ищут связи, при которых происходит относительно равноценный обмен. В общинных отношениях люди склонны принимать правила, основанные на необходимости. Мы предпочитаем заводить дружбу с людьми, живущими поблизости, отчасти потому, что это облегчает нам обмен материальными вознаграждениями. И наконец, люди имеют тенденцию применять различные правила обмена для разных людей и разных культур. Табл. 7.4. суммирует соответствующие факторы, а также различные цели установления контактов, обсуждавшиеся в этой главе.

„ „ Повторение:

ш

)вШ ЛЮБИМАЯ ВСЕМИ ЭЛЕОНОРА РУЗВЕЛЬТ И НЕНАВИДЯЩИЙ ЭДГАР ГУВЕР

Может ли исследование аффилиации и дружбы отношений дать нам какие-то новые данные для изучения постыдной антипатии между Элеонорой Рузвельт и Дж. Эдгаром Гувером? Как мы уже отмечали, эти двое занимали противоположные области на окружности межличностных отношений. Рузвельт была очень обаятельной — улыбчивой, сердечной, скромной, поддерживающей своих друзей. Гувер, напротив, был неприятным человеком: сердитым, критически настро-енным, подозрительным, способным нанести предательский удар даже самым близким людям. Личностные различия этих двоих сказались и на их постоянных взаимодействиях. Элеонора Рузвельт создала окружение и атмосферу, благоприятную для дружеских связей. Стиль Гувера отталкивал даже тех, кто проработал с ним в течение многих лет. Таким образом, когда Гувер вызывал неприязнь у других, то сам создавал почву для собственной подозрительности. Как мы знаем, несколько президентов подумывали о том, чтобы уволить его с должности директора ФБР. В окружении, которое создал себе сам Гувер, у него были все основания не доверять другим, и его поведение служит хорошим примером самореализующихся пророчеств, обсуждавшихся нами в главе 3.

Мы также увидели, что беспокойство, связанное с возможным замешательством, может заста-вить людей уклоняться от поиска социальной поддержки. Страх перед замешательством волновал Гувера всю жизнь, отчасти и из-за того, что его отца отправили в больницу, обнаружив признаки психического заболевания. Что касается социальной поддержки, то Гувер, по- видимому, отталкивал ее и делал это очень активно. Как отмечала его племянница, казалось, что он боялся слишком сближаться с людьми. Элеонора Рузвельт, напротив, провела всю жизнь в окружении людей, поддерживавших ее.

Кроме того, мы обсуждали, как поиск статуса у мужчин может порой подорвать социальные взаимоотношения. Гувер, конечно, с этой точки зрения, соответствует крайней степени проявления мужского типа. У него было необычайно сильное стремление к власти, и он безжалостно пользовался ею в созданном им королевстве ФБР. А Элеонора Рузвельт со своей стороны никогда не допускала возможности того, чтобы власть разрушила ее отношения с друзьями. Несмотря на свой высокий статус, она не тревожилась о том, что потеряет статус, связавшись с «больными» людьми. И до того, как Рузвельт стала «первой леди», и после этого она постоянно общалась с представителями меньшинств, лесбиянками и людьми, придержи-вающимися откровенно левых взглядов.

Обсуждая кросс-культурные социальные изменения, мы отметили, что правила обмена могут изменяться в зависимости от того, где и в каких условиях вы живете. Жизни Элеоноры Рузвельт и Дж. Эдгара Гувера представляют в этом отно-шении прекрасный пример. Рузвельт происходила из большой семьи, она выросла в деревне вместе со своими двоюродными братьями и сестрами. Как и любая девушка из маленькой деревни, о которых мы рассказывали, Элеонора вышла замуж за одного из своих кузенов (она уже носила фамилию Рузвельт, прежде чем вступила в брак с Франклином). В семье Рузвельт было несколько детей, и всю жизнь они оставались привязанными к своим большим семьям. Следовательно, Эле-

Элеонора Рузвельт и ее семья.

Отчасти различие между Элеонорой Рузвельт и Дж. Эдгаром Гувером можно объяснить тем, что она провела жизнь в большой семье, а он жил в одиночестве и никогда не оказывался в окружении многочисленных родственников.

онора выросла в окружении, благоприятствующем ориентации на общество. Гувер же рос в большом городе (Вашингтон, округ Колумбия), жил один с матерью, у него не было ни братьев, ни сестер, ни жены, ни детей.

Итак, семейное воспитание Гувера, ранний опыт и изолированное культурное окружение заставило его усвоить крайне индивидуалистический и эгоистичный межличностный стиль. Но почему он питал такую жгучую неприязнь к столь обаятельной женщине, как Элеонора Рузвельт? Безусловно, отчасти ответ на этот вопрос состоит в мощном принципе влечения схожих людей и его противоположности — отталкивании непохожих людей. В вопросах, существенных для их мировоззрения, Гувер и Рузвельт оказались полной противоположностью.

Гувер был консерватором и изоляционистом: его тревожили иностранцы и коварное влияние социалистов в США. Он пренебрегал активистами движения за права человека и был буквально одержим идеей законности и порядка. Элеонора Рузвельт была крайне либеральна, у нее были международные связи, ее волновала проблема прав человека, она благосклонно относилась к левым партиям. В момент одной открытой конфронтации она публично критиковала Гувера за то, что тот применял «тактику гестапо» после того, как узнала, что ФБР следит за ее друзьями. Когда Гувера позже попросили рас-следовать угрозы в адрес Рузвельт, он отказался, саркастически выразив озабоченность «правами человека» тех, кто ей угрожал.

Вероятно, из-за истории с психической болезнью своего отца Гувера особенно тревожила возможная негативная ассоциация. Во время судебных процессов комиссии по расследованию антиамериканской деятельности палаты представителей Конгресса США он и сенатор Джозеф Маккарти ис-пользовали любую отдаленную ассоциацию с ком-мунистами, чтобы при помощи шантажа вынуждать людей предавать друзей и знакомых. Интересно, что на репутации Гувера было такое же позорное пятно, что и у Элеоноры Рузвельт, и он изо всех сил пытался скрыть это обстоятельство. Вспомним, что Гувер собирал сведения о сексуальной жизни своих врагов и помогал распространять слухи об интимных отношениях Элеоноры как с мужчинами, так и с женщинами. После его смерти биографы обнаружили доказательства того, что Гувер сам, вероятно, вел довольно нетрадиционную личную жизнь. Так что публичные атаки директора ФБР на сексуальную жизнь таких общественных деятелей, как Элеонора Рузвельт и Мартин Лютер Кинг-младший, вполне вероятно, служили прикрытием его собственной тайны и болезни. Пока мы сохраним в секрете точные детали тайной жизни Гувера, так как они помогут нам в рубрике «Внимание: социальная дисфункция» в последней главе этой книги.

ИТОГИ ГЛАВЫ КОГО СЧИТАТЬ ДРУГОМ

Мотив аффилиации — потребность быть рядом с другими и иметь приятные и сердечные отношения.

Взаимоотношения с друзьями добровольны, в отличие от взаимоотношений с родственниками (хотя люди часто рассматривают родственников как друзей). Взаимоотношения с друзь- ями отличаются от любовных отношений тем, что в них нет романтических и страстных чувств.

3. Поскольку воспоминания людей о своих отношениях могут искажаться или быть неполными, исследователи разработали такую технику, как выборка переживаний, когда испытуемые записывают и отмечают несколько раз в день свои собственные взаимодействия.

Во всем мире люди думают о своих взаимоотношениях с точки зрения двух показателей — обаяния и доминирования. В комплексе эти признаки образуют своего рода окружность, которая может также указывать и на возможные проблемы в межличностных отношениях.

В соответствии с моделью подкрепления аффекта взаимоотношения имеют одну главную цель: усилить приятные чувства и ослабить неприятные. Модели в отдельных областях отношений предполагают, что различные цели ха-рактеризуют различные взаимоотношения в разное время.

ПОЛУЧЕНИЕ СОЦИАЛЬНОЙ ПОДДЕРЖКИ

Социальная поддержка определяется как эмоциональная, материальная или информационная помощь, предоставляемая другими людьми.

Психология здоровья — это изучение факторов поведения и психологии, влияющих на болезнь. Наличие адекватной социальной поддержки связано с ослаблением психологических и физических симптомов, лучшим иммунным реагированием и более быстрым выздоровлением во время болезни. Такую поддержку могут оказать человеку как люди, так и животные.

В отличие от детей, родившихся позже, дети- первенцы в условиях стресса чаще стремятся получить эмоциональную поддержку.

Люди стремятся получить социальную поддержку, когда им угрожает безличная опасность или ощущение социальной изоляции, но они уклоняются от социальной поддержки, если стресс возникает вследствие присутствия других людей или страха замешательства.

Люди могут отвергать социальную поддержку, если не думают, что сумеют ответить взаимностью. Одинокие и подавленные люди думают и ведут себя так, что в конце концов отталки-вают от себя ту самую поддержку, к которой стремятся.

ПОЛУЧЕНИЕ ИНФОРМАЦИИ

Другие люди могут предоставить человеку полезную информацию об объективной реальности, социальных нормах и о нем самом.

В соответствии с теорией социального сравнения человек предпочитает сравнивать себя с похожими людьми, чтобы оценить свои мнения и способности.

Женщины чаще склонны раскрывать личную информацию и вызывать откровенность со стороны других. Люди с сильной потребностью к социальному одобрению искажают информацию и делают ее более позитивной, а люди с высоким уровнем социальной тревожности искажают восприятие информации и делают ее более негативной.

Мы стремимся получать информацию от других, когда не уверены в решении важных вопросов и когда эти другие люди находятся в похожей ситуации.

В соответствии с теорией сохранения самооценки мы уклоняемся от очень близкого сравнения с другими, когда они добиваются успехов в той же области, в которой пытаемся достичь успехов мы сами. Постоянно счастливые люди игнорируют информацию о том, что другие превосходят их, но внимательно усваивают информацию о том, что они превосходят других.

ДОСТИЖЕНИЕ СТАТУСА

В отличие от женщин, мужчины в своих взаимоотношениях меньше внимания уделяют близости и больше придают значение власти. Соответственно, мужчины приобретают больше уважения друзей и знакомых, а женщины в отношениях достигают большей привязанности.

Люди стремятся к аффилиации с другими людьми, обладающими более высоким стату-сом, в контексте, когда статус имеет значение. И наоборот, люди порой отдаляются от тех, кто мог бы повредить их статусу.

Стремление к достижению статуса может вести к снижению социальной поддержки.

ОБМЕН МАТЕРИАЛЬНЫМИ БЛАГАМИ

Распределение материальных ресурсов имеет большое значение для выживания в малой самодостаточной группе, такой, в какой жили наши предки.

Принцип справедливости соблюдается, когда ваши выгоды и затраты в отношениях пропорциональны выгодам и затратам ваших партнеров. Различные правила обмена применяются в разных взаимоотношениях: при общинном распределении каждый свободно берет из общего фонда в соответствии со своими потреб-ностями. При распределении на основе авторитета ресурсы распределяются в зависимости от статуса. При соблюдении равенства каждый получает поровну. В рыночных отношениях люди обмениваются товарами и услугами в соответствии со своей личной выгодой и стремятся к наилучшей сделке.

Некоторые люди особенно склонны к общественной ориентации и меньше следят за тем, что они вкладывают или получают в отношениях.

Когда люди ожидают, что установят долговременные отношения, они обычно усваивают правила общинного обмена. Люди, живущие или работающие рядом, особенно часто становятся друзьями отчасти из-за того, что делят- ся ресурсами и вознаграждающими переживаниями.

5. Типичная ориентация человека по отношению к обмену может быть обусловлена культурными факторами, влияющими и на людей, живущих рядом. В культурах и местах, где родственники часто взаимодействуют, люди больше ориентируются на нормы общины.

КЛЮЧЕВЫЕ ТЕРМИНЫ Друг (Friend) — кто-то, с кем у нас устанавливаются теплые отношения.

Метод выборки переживаний (Experience sampling method) — техника наблюдения, когда испытуемые записывают, с кем они находятся и что происходит.

Модель подкрепления аффекта (Reinforcement- affect model) — теория о том, что нам нравятся люди, с которыми у нас ассоциируются позитивные чувства, и не нравятся те, с кем у нас ассоциируются негатив-ные чувства.

Мотив аффилиации (Affiliation motive) —желание быть рядом с другими и участвовать в приятных взаимодействиях с ними.

Общинное распределение (Communal sharing) —

форма обмена, при которой члены группы распределяют общий фонд ресурсов, забирая по мере необходимости и отдавая, когда другие нуждаются в них.

Принцип аттракции-близости (Proximity-attraction principle) — тенденция устанавливать дружеские отношения с теми, кто живет или работает поблизости.

Психология здоровья (Health psychology) — изучение поведенческих и психологических факторов, влияющих на болезнь.

Распределение на основе авторитета (Authority ranking) — форма обмена, когда товары распределяются в соответствии со статусом человека в группе.

Рыночная оценка (Market pricing) — форма обмена, когда каждый получает пропорционально тому, что он вложил.

Самораскрытие (Self-disclosure) — раскрытие интимной информации о себе.

Соблюдение равенства (Equality matching) — форма обмена, когда каждый человек получает то же, что и другие.

Социальная поддержка (Social support) —эмоциональная, материальная или информационная помощь, предоставляемая другими людьми.

Социальный обмен (Social exchange) — обмен какими- либо благами во взаимоотношениях.

Справедливость (Equity) — положение дел, при кото-ром выгоды и затраты, вытекающие из взаимоотношений, пропорциональны выгодам и затратам партнера.

Эффект простого нахождения в поле зрения (Mere exposure effect) —тенденция испытывать позитивные чувства к людям, местам или вещам, которые мы часто видим. глава