3. Пути становления культуры в развивающихся странах

В результате освобождения от политической и прямой, культурной зависимости бывших колониальных стран от буржуазного Запада активизируются и самоопределяются те этнические и национальные культуры, которые прежде были подчинены определяющему внешнему влиянию.

25 Problemes de la culture et des valeurs culturelles dans le monde contemporaine. Paris, UNESCO, 1983.

=== 229 ===

Эти тенденции сами по себе не обязательно предстают как дезинтегративные. Напротив, они порождаются усилением интеграции первичных социальных ячеек, еще в значительной степени разрозненных в социально-производственном плане. Огромная этническая и религиозная чересполосица в этих странах приводит к несовпадению интегративных процессов на первоначальном уровне с более широкими тенденциями к объединению. Важным субъектом отношений здесь выступают различного рода первичные социальные организмы: племя, этнос, субнациональная и национальная общность, обладающие сложившимся культурным своеобразием.

Анализируя эти процессы и их перспективы, многие исследователи на Западе в последнее время выдвигают идею «культурного плюрализма» в отношении развитых и развивающихся стран. На международном совещании экспертов по проблемам культуры в г. Альберте (Канада) в 1977 г. была принята декларация, призывающая признать плюрализм как «всеобщую реальность» в развитых и развивающихся странах, которая наиболее очевидным образом проявляется в культуре. В плюрализме авторы декларации усматривают основу для саморазвития различных обществ, проявления их эндогенных потенций 26. Исходя из этого, многие теоретики критически оценивают тенденции к усилению «униформности» различных культур под натиском «технической цивилизации», что приводит, по их мнению, к снижению творческого импульса и опустошению духа.

Концепция культурного плюрализма нередко встречает отпор со стороны многих националистических лидеров. «Безграничный плюрализм», охватывающий этнические группы и племена, явно идет вразрез с тенденциями к национальной консолидации и с общим стремлением большинства стран Азии и Африки к объединению против экспансии буржуазного Запада. Кроме того, основное выражение плюрализма усматривается в сферах, мало в чем

26 Cultures, 1977, vol. IV, N 2.

27 Clawford U. The Politics of Cultural Pluralism. Madison, 1976.

=== 230 ===

ущемляющих «универсализм» мирового капиталистического рынка. К тому же неизбежным спутником такого рода плюрализма становится тенденция к возникновению острых конфликтов — от племенных, до межрегиональных.

В освободившихся странах плюралистические тенденции в культуре, несомненно имеющие место, нередко осуждаются приверженцами национального и паннационального единства, отрицательно относящимися ко всему, что может подорвать и ослабить это единство. Возникающая при этом проблема формулируется так: как преодолеть дезинтеграцию первичных ячеек и создать устойчивые культурные общности, не породив при этом межгрупповых, межэтнических и межнациональных конфликтов?

Сама по себе разнородность (пли несходство) этнических культурных традиций не исключает тенденций к возникновению полиэтнических общностей, составляющих национальное культурное единство. Как показывает исторический опыт последних десятилетий, это единство во многом формируется на основе государственной и политической интеграции, способствующей постепенному сближению различных этнических общностей. Важным культурообразующим фактором, порождающим общие ценности, исторический опыт, ориентации и ожидания, символику и формы культурно-политической жизни, объединяющие различные этносы и нации, является национально-освободительное движение.

Отмеченные выше основные характеристики и закономерности, присущие неевропейскому типу культур, свидетельствуют о том, что концепции «культурной самобытности», которые в разное время и в разных вариантах выдвигались многими мыслителями и деятелями культуры восточных и африканских стран, относятся, хотя и в меньшей степени, к странам Латинской Америки. Проблема культурной самобытности, общей для «незападных» стран, имеющая к настоящему времени уже сложившуюся традицию в истории общественной мысли, не только сохраняет свою актуальность, но и все органичнее включается в новейшие процессы глобальной модернизации.

Основные черты такой самобытности, по мнению сторонников этой концепции, заключаются в признании единства мира, природного и социального, вытекающем не из рационального понимания объективных законов и не из деятельного приобщения к миру, а из внутренней гармонии и солидарности общества, возникающих на основе соблюдения нравственного закона. В культурологическом плане

=== 231 ===

такие установки выражаются прежде всего через ценностные факторы, но они могут воплощаться п в социологических моделях. В различных вариантах «национального социализма» ценностные аспекты связываются с социальными и выступают во взаимообусловленном единстве с ними.

Производственное и научно-техническое овладение природой, связанное с воздействием на нее средств труда, выдается за специфику западного общества. Утилизаторскому и приобретательскому подходу к внешнему миру и людям противопоставляется способность к установлению гармоничных отношений между человеком, обществом и природой, будто бы присущая каждому из вариантов восточной или африканской культуры. Гармоничность усматривается также и в преобладании этических принципов над формализмом буржуазного права, не учитывающего субъективные аспекты человеческой жизни.

В теоретических концепциях такие установки нередко облекаются в религиозную оболочку. При этом ислам, индуизм или буддизм предстают «не только как религии», но и как некое социокультурное целое.

Конечно, концепции самобытности, выдвигаемые в разных странах и культурах, приобретают некоторое типологическое сходство между собой прежде всего потому, что они оформляются в противовес рационально-индустриальному и индивидуалистическому Западу из отталкивания от него и выделения некоего противостоящего ему общего духовного начала. В содержательном аспекте отступают на задний план различия не только между локальными, но и «высокими», «мировыми» культурами. Принципы самобытности во многом сходны в арабо-мусульманском, индийском, буддистском, африканском регионах.

Мыслители, отстаивающие ценности африканской культуры, относительно недавно вступившей в «диалог цивилизаций», развивают концепции, во многом сходные с построениями теоретиков из восточных регионов. Теоретическое обобщение данных культурной антропологии, получившее отражение в негритюде и различных системах

=== 232 ===

«африканской философии», сблизило представления об общественном сознании в Африке и других неевропейских цивилизациях.

Индеанизм в странах Латинской Америки подобен по содержанию ценностей африканизму, отстаиваемому многими мыслителями стран Тропической Африки, а последний во многих существенных чертах перекликается со своими азиатскими аналогами. Разнообразие генетических путей, сложившейся символики, эстетических и интеллектуальных традиций не препятствует обнаружению глубокого сходства в содержании этих построений. Вместе с тем в результате взаимодействия различных систем цивилизации и их культур, о которых говорилось выше, могут наблюдаться и плодотворные взаимные влияния, приводящие к полезным и содержательным заимствованиям тех элементов, в которых нуждается данная цивилизация п которые получили более основательную разработку в лоне другой.

Буржуазный Запад в лице определенных культурных течений «импортирует» некоторые элементы восточных и африканских культур, стремясь найти в них средство для излечения от духовных противоречий и пороков капитализма. Эти течения обращаются к культуре стран Востока и Африки, надеясь обрести там формы восполнения возможностей жизнеустройства, предоставляемых западным буржуазным обществом. На Востоке неудовлетворенное и мятущееся сознание элит обретает какие-то варианты романтического, экзистенциально-интуитивного и антииндустриального жизненного настроя, противопоставленного вещному, профессиональному и рациональному общению людей. Картина восточной культуры, воспринятой на Западе, становится похожей на зеркало, отражающее интенцию ищущего. Денатурализованные варианты восточного мистицизма — дзен-буддизм, йога и суфизм — в квазинаучной, эстетизированной или вообще в паракультурной форме стали переселяться на Запад, находя место в его дифференцированном сознании, но в общем не нарушая

28 См.: Завадская Е. В. Культура Востока в современном западном мире. М., 1977.

=== 233 ===

системной определенности его культуры и основ его общественного бытия.

Подобно тому как в политическом и экономическом планах отношения между ведущими капиталистическими державами и освободившимися странами отмечены острыми противоречиями и конфликтами, противоречивые отношения возникают и между цивилизациями этих регионов. Исчерпание определенной меры «вместимости» заимствований влечет за собой реакцию различной силы и остроты против всего того, что предстает как «инородный» элемент.

Многие сторонники концепции самобытности культур неевропейских народов признают, что ее недостаточно для самоопределения освободившихся стран, так как в ней отсутствует необходимый компонент вхождения в современный мир, нет ответа на вопрос, как решить проблемы производственного развития этих стран.

Еще в конце XIX в. один из наиболее ярких апологетов индийской духовной самобытности, Вивекананда, писал, что Индия должна узнать от Европы, как покорять внешнюю природу, а Европа должна узнать от Индии, как покорять природу внутреннюю. В Индии преуспели в развитии одной фазы человека, на Западе — другой. Необходимо соединение обеих 29. Такого рода призывы и программы звучат на протяжении всего XX в. Несмотря на изменение терминологии, на большую степень отработанности аргументации, принципиальная постановка вопроса остается той же.

Аналогичные призывы содержатся и в «Панафриканском манифесте культуры» (1969 г.), в котором признается необходимость приобщения африканцев к индустриально-технической деятельности, изменения их отношения к науке и технике, внедрения принципов экономического рационализма и т. д. Вместе с тем авторы манифеста призывают бережно относиться к тем элементам культурного наследия, которые обеспечивают поддержание единства и гармонии в обществе: «Общество должно одновременно сохранять свою сущность, чтобы не распасться, и обеспечить эффективность, чтобы располагать средствами к существованию и поддержанию самостоятельности» 30. Традиции важны, чтобы избежать человеческих страданий.

29 См.: Костюченко В. С. Вивекананда. М., 1977, с. 157.

30 La culture africaine. Symposium d'Alger. Alger, 1969, p. 183.

=== 234 ===

Не допуская бесплодной консервации прошлого, необходимо приспосабливать наследие к современным потребностям.

В рамках таких теорий предпринимаются попытки синтеза научно-рационалистического мировоззрения Запада и этической самобытности этих народов либо путем обращения к принципу «двойственности истины», либо путем рационалистического (зачастую квазирационалистического) объяснения элементов традиционных культур и верований 31. Встречаются попытки и чисто эклектического синтеза «позитивной науки» с религиозными принципами, заложенными в Коране, Ведах или заветах Будды.

Несмотря на призывы и уверения в целостном подходе, такого рода идеологическим манифестам не удается согласовать самобытность и развитие. Традиции и современные идеи остаются самодовлеющими принципами в рамках дуалистической культуры и социально-политической системы. Предполагается, что развитие материальных основ жизни возьмет на себя Запад, который и будет поставлять Востоку или Африке научно-технические идеи и технологию в обмен на духовные ценности. Самобытность оказывается амбивалентной; испытывая неуверенность в сохранении ее самостоятельности, сторонники этих концепций не прочь приобщить свои страны к некоторым продуктам западной культуры, прежде всего товарам, технологии, научным достижениям и открытиям, предлагая взамен свои этические ценности. Конечно, эти теоретики сталкиваются с возражением, что предлагаемый обмен выглядит явно «неэквивалентным». Отвечая на него, они утверждают, что потребность в «нематериальных ценностях» со стороны Запада, находящегося в глубоком духовном и моральном кризисе, настолько велика, что ему ничего не остается делать, как согласиться на такого рода обмен материального на духовное, научного на человеческое, рационального на интуитивное, утилитарного на моральное.

Наряду с идеями о постепенной реформации восточной, африканской или латиноамериканской культур или их синтеза с достижениями буржуазного Запада все активнее отстаивается представление о тотальном противостоянии культур, религий, рас. «Бездушному материализму» Запада, оставляющего за бортом современной цивилизации громадные массы людей, противопоставляется «духовный гуманизм» народов остальных культурных регионов. Этиче-

31 См.: Фролова Е. А. Проблема веры и знания в арабской философии. М., 1983.

=== 235 ===

ский универсализм незападного мира стимулируется и тем, что он представляется идеологам духовным ответом на глобальный вызов того «экономического универсализма», на который претендует капитализм.

Противопоставление западной культуры восточной оправданно, поскольку в нем получает выражение, хотя и в превращенной форме, реальная современная конфликтная ситуация, возникающая в процессе вовлечения и приспосабливания общества с устойчивыми и преобладающими докапиталистическими отношениями и ориентациями к современному капитализму, прежде всего к тем его формам, которые воздействуют на развивающиеся страны. К настоящему времени в странах не только Латинской Америки, но и Азии и Африки сложились устойчивые капиталистические уклады, но капитализм в целом в большинстве случаев не в состоянии подчинить широкие слои населения, приводя лишь к разрушению прежних форм бытия. Поиски иных форм, способных противостоять натиску капитализма, и составляют основное содержание концепций самобытности в их ценностных или социальных разновидностях.

Рассматривая выше типологические характеристики неевропейских цивилизаций, мы отмечали также присущий им динамизм, выражавшийся в смене периодов подъема и упадка, усиления дифференциации или гомогенности, роста и крушения крупных государств и т. д. В каждый отдельный период в обществе действовали различные тенденции, которые либо сосуществовали и дополняли друг друга, либо вступали между собой в конфликт. Эта динамика культур остается за пределами концепций «культурной самобытности», которые предстают как идеологизированные модели, дающие стереотипное изображение прошлого и настоящего.

Даваемые в концепциях самобытности описания культуры Запада и Востока (или Африки) не покрывают всего разнообразия и социальной организации ни той ни другой. При односторонней ориентации в культурном подходе замалчиваются или приукрашиваются относящиеся как к прошлому, так и к современности социальные противоречия, отражающиеся в глубоком различии «двух культур». Поэтому потребовался более глубокий и содержательный подход к культурному достоянию Запада и Востока, чтобы обнаружить в них противоречивые, отталкивающиеся друг от друга направления, глубокую их разделенность как в социальном, так и в собственно культурном плане.

=== 236 ===

Многие мыслители Востока отмечают в западной культуре разные элементы, играющие не одинаковую роль как в социальной структуре, так и в системе культуры. Более того, эти элементы по-разному соотносятся с культурой Востока, в силу чего и сам Восток оказывался в состоянии обрести некую общность с «собратьями по несчастью я борьбе». Различные авторы в развивающихся странах раскрывают диалектику отношений между Востоком и Западом, свидетельствующую о движении, в результате которого отношения между соперниками становятся крайне дифференцированными и сами они радикально меняют свой облик.

В ходе растущего самосознания мыслители Востока обнаруживают, что «бунт против Запада», облекаемый в форму «самобытности», предстает как бы порождением того же Запада, который использует подобные мотивы для внутренней самокритики, не означающей, однако, его коренной социальной или культурной перестройки32. Указывается, Запад не прочь способствовать утверждению «самобытности», так как это еще не подрывает его основных политико-экономических интересов и целей. Капиталистический Запад научился внешне скрывать свои своекорыстные цели и, отбросив идеи духовного универсализма, отстаивает теперь неоколониалистскую модель плюрализма, в которой найдут место и «самобытные» ценности Востока и Африки.

В результате критической оценки собственной культуры деятелями неевропейских стран выяснилось, что культура восточных или африканских народов несводима к тем нормативным ценностям, которые выдвигаются в концепциях самобытности. Эта культура оказалась не только сложной, но и противоречивой, заключающей в себе различные тенденции, либо сосуществующие и соподчиненные, либо исключающие друг друга. Как на массовом, так и на «высоком» уровне встречаются различные, подчас антиномичные ориентации, реальное значение которых не совпадает с их санкционированным статусом в иерархии ценностей. Более того, нормативный характер ценностей отражает попытки снизить значение иных установок, принципиально отличающихся от тех, которые пользуются статусом нормы и канона.

32 Острую критику этих концепций дал еще Ф. Фанон, который указывал, что «самобытность» предстает как реакция, как отрицание негативных влияний буржуазной культуры.

=== 237 ===

Таким образом, основное содержание критики концепции самобытности сводится к следующему: в ней наблюдается тенденция к конструированию некой целостности культуры Запада пли Востока, не учитывается наличие в них глубоких разнородных и конфликтных характеристик и принципов; отмечается престижное значение одной из этих тенденций и замалчиваются иные направления или они лишаются конституирующей роли. Для этой концепции характерны антиисторизм, не учитывающий изменения содержания культуры в различные периоды; отрыв содержания культуры от социально-экономических и политических условий жизни общества; идеологизация реальных культурных процессов в интересах привилегированных консервативных сил; недооценка значения развития производственной ориентации, приобщения общественного сознания к принципам рационализма, научности и современной технологии; игнорирование подлинного противостояния развитого империалистического Запада и развивающихся стран в сфере производства, зависимости последних, блокирующей вызревание новых социальных структур, а также роли современной культуры, имеющей в основе научное знание, необходимое, в частности, и для самостоятельного развития стран Востока и Африки в условиях научно-технической революции.

Важную роль в развитии общественного сознания восточных и африканских стран играют идеи преобразования жизни общества на основе обращения к достоянию, которое содержится в культурном наследии. Защитники культурной самостоятельности видят источник самоутверждения общества не в разработке различных вариантов жизнеустройства, не в нормах поведения и ориентациях, присущих обществу в настоящем или в недавнем прошлом, а в периодах расцвета цивилизаций на Востоке или в Африке.

Этот вариант культурного самоутверждения отличается от теорий культурной самобытности, так как он основан не на отталкивании от рационально-материалистического Запада, а, напротив, на «присваивании» тех характеристик культуры и ориентации общества, которые Запад считал доселе преимущественно своим достоянием. Происходит как бы «переворачивание» цивилизаторских отношений, в результате чего различные регионы Востока или Африки изображаются как первоначало цивилизации, колыбель тех ценностей Просвещения и Возрождения, на которых основывается современная культура.

=== 238 ===

В таких концепциях арабская цивилизация предстает как восприемница античного наследия, сохранившая в обогатившая его, в том числе давшая основу европейскому Ренессансу. Многое сделано, чтобы показать большой вклад в развитие европейской философии таких мыслителей, как Фараби, Ибн-Сина, Беруни, Ибн-Рошд, Ибн-Халдун и др. Индия представляется как «колыбель культур», породившая многие достижения, которые обогатили как античную, так и другие мировые цивилизации (включая доколумбову Америку). Африканские теоретики (прежде всего сенегальский историк Шейх Анта Диоп) отстаивают право «первородства» культуры Тропической Африки по отношению к античной культуре 33.

Реабилитируя национальные культуры, такие теоретики отыскивают свидетельства больших достижений в области практической, материальной и научной деятельности в прошлом, когда строились города и создавались грандиозные сооружения (пирамиды, храмы, дворцы, каналы), совершались открытия в области медицины, сельского хозяйства и технологии, когда развивались математика и география, расцветали ремесла, промышленность, торговля и искусства, совершались географические открытия, высоко ценилось образование и т. д. Научные достижения, сыгравшие важную роль в развитии современной цивилизации, провозглашаются продуктом арабской, китайской, индийской или африканской культур, и в каждом из этих регионов отыскиваются подобные свидетельства.

Отступая от не всегда плодотворных споров о приоритете в отношении тех или иных достижений цивилизации, ряд теоретиков указывают, что в каждой цивилизации имеются элементы разных культур, исторически предшествовавших или существовавших параллельно данной. Египетские, тунисские, ливанские авторы нередко обращаются к понятию «средиземноморская культура», в которой объединяются достижения разных периодов и стран: Древнего Египта, Финикии, античной Греции, Карфагена, Рима, иудейства, христианства, ислама, арабов. В этой культуре усматривается не только синтез Запада и Востока, но и их неразделенность; она представляется ареной взаимных встреч и влияний34. Индийские культурологи

33 См.: Ерасов Б. С. Тропическая Африка: идеология и проблемы культуры.

34 Эту концепцию отстаивают египетские ученые Таха Хусейн, Тауфик ал-Хакпм, Луис Авада, Н. Фуад, Хусейн Фавзи, М. аль Муса и Миррит Б. Гхали.

=== 239 ===

отмечают вклад индийской культуры в различные древние, средневековые и новейшие традиции, в том числе связанные с «гетерогенными» культурами ислама и Запада.

В тех или иных вариантах эти идеи становятся важной составной частью идеологии радикального национализма, обосновывающего право на включение освободившихся государств в мировую цивилизацию на основе собственного культурного достояния. Для мыслителей стран Северной Африки Карфаген стал воплощением культурно-политического единства различных народов, основанного на взаимном обогащении культур, а не на жестоком насилии, присущем Древнему Риму. В Египте утверждается идея «фараонизма», согласно которой истоки современного Египта уходят на шесть тысячелетий в глубь истории, древние науки и искусства становятся воплощением одного из первых взлетов цивилизации (а пирамиды превращаются в символ созидательного труда и технического мастерства). Халдея и Вавилон изображаются предшественниками культуры современного Ирака, а миф о Гильгамеше становится культурно-идеологической предтечей этой страны. Тот сложный конгломерат народов, над которым властвовали различные династии в Иране, приобрел в шахской идеологии некую символизированную устойчивость в образе «вечного Ирана».

Подобное возрождение культуры и расширение ее исторических горизонтов имеют большое значение в жизни нации, так как раскрывают потенциальные возможности, имеющиеся в ее достоянии. Обращение к этим достижениям, прогрессивным традициям прошлого и исторической героике становятся существенными элементами национальной идеологии, так как способствуют укреплению самостоятельности общества в процессе вхождения в современный мир 35. И тем не менее историческая динамика данного общества и мировой культуры в целом остается за рамками такого понимания культурных явлений. Вне поля зрения оказывается то реальное движение, которое привело к формированию современной мировой цивилизации, вызвало глубокий сдвиг в различных сторонах жизни общества.

35 Этот подход нашел отражение, например, в материалах исследовательской программы университета ООН в Токио. «Альтернативы социокультурного развития в меняющемся мире», разрабатываемой в настоящее время (Intellectual creativity in endogeneous culture, ed. A, Abdel-Malek. Tokyo, 1981).

=== 240 ===

Теоретики, открывающие в национальном историческом достоянии своего общества свидетельства значительных достижений в разных сферах творчества, сталкиваются с неоспоримым фактом исторического отставания своих обществ как по сравнению с достижениями Запада, так и по отношению к собственному прошлому. Требуется зрелость теоретической мысли, чтобы преодолеть апологетический подход к наследию прошлого и проанализировать его критически, раскрыть противоречивые тенденции, действующие в нем на разных этапах развития, и выявить причины, приведшие к отставанию восточных и африканских цивилизаций после периодов очевидного подъема и расцвета.

Некоторые националистически настроенные теоретики видят эту причину прежде всего — и даже исключительно — в пагубных последствиях колониализма, разрушавшего культуры покоренных стран и насаждавшего в них собственную, явно чуждую народам этих стран. Но про таком подходе без объяснения остаются динамика и состояние этих культур в период, предшествовавший проникновению западной культуры. Многие национальные историки показывают, что причины отсталости, сложившейся к началу рокового столкновения, по своему происхождению были внутренними. Лишь подлинно исторический подход позволит показать, что взлеты и «падения» различных обществ происходили в силу присущей им внутренней социокультурной динамики, а также внешних воздействий.

Следует отметить, что вопросы взаимодействия культур все шире обсуждаются в западном буржуазном культуроведении. Обобщая основные течения в западной теоретической мысли, связанные с изучением такого взаимодействия, можно выделить направления, резко отличающиеся по своим предпосылкам и выводам.

Представители одного из них отстаивают процессы «аккультурации», приводящей к сближению с западными социокультурными моделями в ходе капиталистической индустриализации. Это направление тесно связано с запросами мирового капиталистического хозяйства и нередко содержит рекомендации, прямо обслуживающие правящие круги ведущих капиталистических держав. Теоретики капиталистической модернизации стремятся примирить требования современного прогресса, требующего повышения: производительности, рациональности и постоянного роста производства, с преемственностью традиций, поддержи-

=== 241 ===

вающих единство и стабильность общества без перестройки его структуры 36. Такой подход отвечает консервативному пути прогресса, защищаемому современным буржуазным реформизмом. Исходя из него прокламируется острая необходимость поддержания замкнутой первичной солидарности, с тем чтобы избежать драматических потрясений, привносимых «большим рынком» и социальной перестройкой. Традиции должны смягчать противоречия и конфликты между классами, социальными группами и самой личностью, неизбежно порождаемые промышленным развитием в условиях классового антагонизма 37.

Сторонники другого направления обосновывают процессы «взаимодействия» и «диалога» культур. Это направление интенсивно развивается в условиях, когда проникновение капитализма в развивающиеся страны все более затрудняется. В академических кругах эта тема приобретает престижный характер и вызывает благосклонное внимание «благотворительных фондов» ввиду той резкой критики, которая раздается по адресу культурного империализма38. Резкой критике политика культурного империализма подвергается и в западной леворадикальной мысли 39.

Наконец, следует указать и на концепции консервативных кругов, в которых подчеркивается главным образом «обременительность» для Запада культурной модернизации развивающихся стран 40.

Как видно, хотя и с разных сторон, представители двух последних направлений выступают за «культурное размежевание» или признают его неизбежность. Оценивая итоги капиталистической модернизации, один из наиболее авторитетных западных исследователей «переходных обществ», Ш. Эйзенштадт, приходит к пессимистическому

36 См.: Старостин Б. С. Социальное обновление схемы и реальность. М., 1981; его же. Освободившиеся страны: общество и личность. М., 1984.

37 Обоснование прозападной модернизации культуры см.: Inkeles A.t Smith D. H. Becoming Modern: Individual Change in Six Developing Countries. Cambr. (Mass.), 1974.

38 Bonds without Bondage. Explorations in Transnational Interactions. Ed. by K. Kumar. Honolulu, 1979.

39 Philantropy and Cultural Imperialism. The Foundations at Home and Abroad. Ed. R. P. Amove. Boston, 1980; Transnational Enterprises: Their Impact on the Third World Societies and Cultures. Ed. by K. Kumar. Boulder, 1980; Societes transnationales et developpement endogene. Essais sur la culture, la communication, l'education. la science et la technologie. UNESCO, 1981.

40 May B. The Third World Calamity. L., 1981.

=== 242 ===

выводу: «Европейский, или западный, эпизод в истории человечества может оказаться быстро преходящим. Может быть и так, что через столетие все это уйдет в прошлое и западное влияние будет иметь только историческое значение» 41. Он указывает на глубокие разрушительные последствия воздействия буржуазной культуры Запада на культуру освободившихся стран.

Это не означает, что капиталистические страны в практической политике пересматривают и тем более собираются свернуть программы, которые характеризуют «культурный империализм». Напротив, по мере углубления проникновения мирового капитала в освободившиеся страны все более важное место отводится экспансии в сфере культуры как составной части механизма подчинения этих стран.

Какой же выход из создавшегося положения предлагают революционно-демократические силы развивающихся стран? Как показал опыт революционно-демократических преобразований в современных странах Востока и Африки, элементы культурного достояния и обращение к прошлому могут играть важную положительную роль в процессе перехода от старого к новому. Но непременным условием при этом является создание такой системы социальных и политических отношений и культурно-идеологической ориентации, которая отвечала бы интересам современной революционной борьбы и задачам социальной перестройки и позволила бы дать новую интерпретацию национальным ценностям и традициям.

Революционный демократизм предполагает не только социально-политическое, но и культурное преобразование общества. Революционные демократы опираются на потенции, представления и ориентации, присущие массам, пробуждающимся к новой жизни. Они опираются также на традиции борьбы против угнетения, на нормы взаимопомощи и взаимоуважения, на гуманистические начала в новой культуре. Вместе с тем движение за социальное освобождение означает создание новой традиции, решительно преодолевающей насаждавшиеся эксплуататорами стереотипы пассивности и конформизма.

Большое внимание революционные демократы освободившихся стран уделяют просвещению масс, их приобщению к современным достижениям культуры, что способствует радикальному обновлению мышления и психологии

41 Expansion and Reaction. Leiden, 1978, p. 170.

=== 243 ===

людей. Культурно-воспитательная работа является важной составной частью деятельности революционно-демократических партий и государств социалистической ориентации. Эта работа не ограничивается просветительскими рамками, а заключается в коренном преобразовании роли народных масс.

Как указывал В. И. Ленин, задача революционных сил заключается не в том, чтобы перенести уже готовые формы культуры и политической деятельности, те идеалы прогресса и демократии, «до которых доработался Запад», на иное общество, обладающее своими особенностями. Попытка перенести элементы чужой культуры, лишенной в странах Востока практической основы, приводит к формализму, чисто поверхностному использованию образцов деятельности, не связанных с потребностями стран Востока. Доступность коммунистического учения для народов угнетенных стран, которой требовал В. И. Ленин, означает учет в ходе культурно-идеологических преобразований состояния общественного сознания, выдвижение программы такой перестройки, которая исходит из имеющегося исторического наследия и характера его включения в мировые отношения 42. Поэтому в коммунистическом учении подчеркивается значение как объективных, так и субъективных условий, которые сложились в данной стране. Исходя из них и дается ответ на проблемы, возникающие перед революционными силами. Опыт решения этих проблем становится частью их собственного идеологического и культурного достояния.

Марксизм-ленинизм раскрывает пути приобщения всех народов к цивилизации нового типа, исключающей социально-экономическую и культурную ограниченность, присущую предшествующим типам организации общества. Для этого необходимо вовлечение широких народных масс в активную преобразующую деятельность во всех областях жизни, что требует их приобщения к современным достижениям культуры. Марксизм-ленинизм показывает, что культурное достояние каждого народа не сводится к «сумме его достижений», культурное наследие противоречиво, оно отражает противоречивость социального прогресса в антагонистических обществах. Достижения культуры данного общества могут и должны сыграть позитивную роль в движении к будущему. Выявление этих достижений способствует обогащению мировой культуры.

42 См.: Изабелин Б. С. Ленинское наследие и развитие культуры стран Востока. — Народы Азии и Африки, 1970, № 5.

=== 244 ===