КАЛЕНДАРНЫЕ "ПРОВОДЫ" КАК RITES DE passage
Л.Н.Виноградова (Москва)
Многократно отмечалось, что при всем многообразии лекальных форм календарных "проводных" ритуалов восточнославянской тради-
1- 4 390
23
ции их структурное и семантическое единство вполне очевидно и восходит, по-видимому, к общей инвариантной мифологической схеме.
1.
Варианты обрядовой терминологии. Наиболее активно используется глагол "водить" ("провожать"). Напр., Вождение - Куста, Стрелы, Соловушки, Дремы, Кобылы; Проводы - Зимы, Старого года, Весны, Русалки, Ярилы; при этом характерен параллелизм названий типа "водить/хоронить". (О термине "Проводы" в значении ’похороны’ см. кандидатскую диссертацию 0.А.Седаковой "Обрядовая терминология и структура обрядового текста. Погребальный обряд восточных и южных славян". М., 1984. Ср. сходную терминологию в поминально-погребальном цикле: "вести душу", "водить душу", "проводы душки", "навьи проводы"). Ср.: Проводы/Похороны - Масленицы, Русалки, Весны, или: "Вождение Стрелы - Похованне Стрелы"; а также устойчивый тип фразеологии: "Хоронить дукушку", "Хоронить Кострому (Строму)" и др. Реже встречается глагол "гнать": "Изгнание зимы, кутьи", "Выпрауляине каляды", "гонити шуляка".2. Календарные сроки приуроченности обрядов этого типа различны, но неизменно распределяются в промежутке от Нового года до Купалы: традиционно выделяются Новый год, Крещение, Масленица, Юрьев день, Пасха, Вознесение, Троица, Купала. К некоторым из этих дат отнесена характерная терминология: "проводы", "проводная неделя" (обычно - неделя после Пасхи или после Троицы, реже - после Крещения).
3. Персонажами ритуальных "проводов" обычно выступают фигуры ряженых или чучело (антропоморфное или в виде птицы, козы, лошади).
Так, в виде ряженых выступают Русалка, Куст, Щодра, Малайка, Ляля, Коза, Лошадь и др. В виде чучел чаще фигурируют Кост рема, Кукушка, Соловей, Щуляк, Масленица, Весна, Семик, Ведьма.Большое место в составе "проводных" обрядов занимает зелень, цветы, венки, солома, сноп - как знак ряжения и материал изготовления чучел, а также самостоятельно растительность: деревце (чаще других - березка), ветка, елка, пучки веток, репей, которые функционально выполняют ту же роль, что и ряженый или чучело. Показательно в этой связи, что украшенная березка могла называться в разных вариантах обряда "Кустом", "Весной", "Семиком", "Кумушкой", "Садом", "Русалкой", "Соловушкой" и с лей осуществлялись соответственно традиционные ритуальные действия.
4. Традиционные ритуальные действия уничтожения обрядовых символов демонстрируют наиболее устойчивый набор вариативных
24
форм: сожжения, пускания по воде (толкания ряженого в воду), закапывания в землю, выпроваживания на кладбище, на границы полей, за село, в рожь, растерзания в ржаном поле, забрасывания на деревья. Постоянно отмечаемый собирателями параллелизм этих равнозначных действий в рамках разных локальных вариантов одного и того же обряда (напр., в купальском комплексе или при "Проводах Русалки, Весны" и проч.) позволяет рассматривать их как выражение единой семантики, сходной с представлениями о путях перехода в загробный мир, присущими погребальному комплексу. Ср. широко известный в поминальном цикле обрядов набор способов передачи умершим ритуальной пищи или вещей путем сжигания, закапывания, пускания по воде, забрасывания на дерево. Ср. также равноправные метафоры, разрабатывающие тему "смерть как путь" в погребальном цикле: дорога - вода - мост - огонь - дерево.
5. В качестве сопутствующих обрядовых элементов "проводных" ритуалов выделяются традиционные действия: перепрыгивания через костер, обливания ряженых и участников обряда водой, обязательные формы гаданий (при забрасывании венков в воду, на дерево, при перепрыгивании через огонь и др.), в отдельных вариантах обрядов - устройство нарочитого шума, щелканья кнутом, звона в "проводной" процессии; в "русальных" обрядах - устойчивый элемент связанный с восприятием ряженой Русалки, которая специально пугает участников обряда, как нечистой силы (боязнь контактов с ней, опасение, что она догонит и проч.).
6.
Обрядовая терминология, особенности ряжения и главным образом - параллелизм равнозначных по значению ритуальных действий типа: сожжения - пускания по воде - закапывания - забрасывания на дерево - выпроваживания на кладбище и другие детали календарных "проводов" дают основание видеть в них ритуалы типа rites de passage в основе которых, по-видимому, лежит глубинная семантика, связанная с представлениями о необходимости изгнания (выпроваживания в страну смерти) душ умерших, периодически посещавших своих родственников в определенные ритуальные периоды.7. Особого внимания заслуживает мало изученный аспект, связывающий обряды рассматриваемого типа с растительностью (хлебными злаками, соломой, зеленью, ветками, деревьями) и ржаным полем как особо отмеченным ритуальным пространством в комплексе весенне-летних "проводных" обрядов. К раскрытию смысла этой связи вегетативного культа и идеи плодородия с культом умерших ближе
25
всего подошел В.Я.Пропп, высказавший предположение, что умерший воскресает в растительности и что "в березовые ветки вселяются души умерших родственников", которые выступают опекунами • хозяйства, способствуют плодородию и могут влиять на все сферы земной жизни (В.Я.Пропп. Русские аграрные праздники. Л., 1963, с.96-97).
Таким образом, равнозначными можно рассматривать такие обрядовые символы "выпроваживания", как: соломенное чучело - сноп или пук соломы, укрепленный на шесте, - чучела птиц - конский череп или ряженая лошадь - ряженый, увешенный зеленью или в вен ке, - куст - березка - украшенная ветка и проч. фигуры, представляющие собой разные формы замены изображения душ умерших.