3.1. Точка как положенная единица
Если взять не «единое» просто, которое никаким образом не существует, а «единое-существующее» (ev єі eaxiv), говорит Платон, оно будет включать бытие, не тождественное с единым.
Единое-существующее — это единое вместе с двойственностью, ина- ковостью себе, единое, помещенное в „иное", положенное, имеющее положение.Так Аристотель определяет точку. Можно, следовательно, ожидать, что апории точки будут соответствовать апориям второй «гипотезы» «Парменида».
Аристотель подходит к точке, отправляясь от тел и рассматривая их делимость в количественном отношении. Если тело делимо в трех направлениях (измерениях), плоскость — в двух, а линия — в одном, то «то, что ни в одном направлении не делимо по количеству, — точка или единица (povdq); не имеет положения единица, а имеет положение точка» (Метаф. V ІОІбЬЗО).
Итак, по Аристотелю, точка povocq Geaiv гхоъса — единица, имеющая положениеили povaq Gexoq — положенная единица
Это положение чрезвычайно странное. С одной стороны, точка (но у точки нет сторон) есть не что иное, как та же единица: она неделима не по виду (как форма), а по количеству, т. е. потому, что не содержит в себе единиц, на которые могла бы разделиться, не имеет, на что делиться, — частей? С другой стороны, точка имеет положение, место. „Положение" — это не место или „место без протяжения", однако вместе с точкой — единицей, имеющей место, положение, — уже (пред)положено то, в чем вообще может быть положение и место.
Точка — это примета,знамение". Печать, укол единого на „теле" многого и след множественности на единстве исчезающего единого. Первый намек на бытие и последняя память...
Единица нигде и никак не находится (она „мыслится" ), точка же (не имеющая частей, а значит, и фигуры, вида, места) — находится: это, например, конец, граница линии. Это — вершина угла, плоского или объемного.
Это — центр круга, центр тяжести, центр кругового движения. В качестве последнеп*точка оказывается одновременно движущейся и неподвижной, находящейся на границе между покоем и движением. Наконец, точка имеет положение и во времени, здесь она определяется как момент теперь — vGv — граница между прошедшим и наступающим, исчезающая граница, благодаря которой, однако, только и существуют (возникают) уже прошлое и еще грядущее, раньше и позже, т. е. само время...Такое пограничное положение точки и делает ее средоточием апорий. Точка уже (еще) не имеет частей, но еще (уже) имеет положение, она находится на границе между простой мыслимостью и зримым существованием, на границе между ничто и что. Она воплощает своим бытием-небытием загадочность начала и конца — точек, в которых бытие граничит с небытием. В точке, ограничивающей, определяющей (наделяющей пределами) отрезок, сосредоточены апории, которыми чреваты любые пределы и границы, отграничивающие, отличающие одно определенное сущее от другого определенного сущего, т. е. формы — роды, виды, индивиды; числа, гармонии, космосы, времена, эпохи, эоны... — словом, всю онтологику греческой мысли.