<<
>>

§ 1. Понятие и история античного скептицизма

Скептицизм — течение в эллинистически-римской философии, отвергающее возможность объективного знания о природных и социальных процессах в их сущности и закономерностях. Отсюда классическое требование «воздержания от суждений» (epoche) в теории и невозмутимости и безмятежности (ataraxia) в практической деятельности.

Название школы произошло от древнегреческого слова skeptikos или zetetikos — ищущий, исследующий, рассматривающий. Так что источником скептицизма было все же стремление к познанию и разочарование в его результатах. Приобретя в философии особое значение, термин «скептик» противопоставляется слову «догматик» (dogma — учение) как выражению некритического, «поучительного» философствования . Начиная с Цицерона, первым, насколько мы часть мирового целого; лучше даже сказать, не часть (meros), а член (melos) его. Целенаправленность, органическая связность, упорядо-ченность мирового процесса, его разумность не дискредитируются наличием в мире несовершенства — оно необходимо, как щепки и стружки в мастерской плотника. О мире в целом надо судить, следовательно, как о божественном и разумном.

Впрочем, Марк Аврелий обращает внимание на то, что различные картины мира не столь уж различны в отношении практических выводов из них. «Властвуют, — говорит он, — или неминуемая судьба и непреодолимый порядок, или милостивое провидение, или безличный слепой случай. Если властвует неминуемая судьба, то зачем ты противишься ей? Если провидение, милость которого можно заслужить, то будь достоин помощи богов. Если же властвует беспорядочный случай, то радуйся, что среди этого водоворота ты имеешь в ссбе самом руководящий дух» (XII. 14). Конечно, сам философ приемлет господство божественного провидения и неминуемой судьбы, первое требует нравственного совершенства, вторая — покорности.

Учение Марка Аврелия о человеке и его этика не отличаются оригинальностью, восходя к стоицизму Эпиктета.

Исходный пункт здесь — тот же дуализм души и тела, уточняемый за счет деления человека на три «части»: тело, душу (пневму) и руководящее начало (hegemonikon), или дух. Телу принадлежат ощущения, душе — стремления, а духу — основоположения (dogmata — см.: III. 16). Дух представляет божественное начало в человеке, так что бог созерцает его безотносительно к телу. Впрочем, и дух рассеивается после смерти, вновь соединяясь с божеством. В этике мы видим то же упование на разум, позволяющее видеть добро в гармоничной, согласной с божественным разумом природой и с самим собой жизни. Только один момент выделяет Марка Аврелия в вопросе о смысле жизни. Философ на троне, он считает, что как ни жалок человек и как ни тщетна вся его жизнь, перед ним стоят великие нравственные задачи, сводящиеся в конечном счете к выполнению своего долга: ведь «цель разумных существ — следовать разумному закону их государства и его старинной конституции» (II. 16). В то же время мы всегда можем отдохнуть от мира, удалившись в себя и преисполнившись сознанием выполненного долга. Стоицизм в Римской империи не только отражал общее умона-строение, но и формировал ту достаточно необычную для древнего мира идейную установку, согласно которой ни благородное происхождение, ни высокое положение и богатство не обеспечивают земного и загробного блаженства, а даже наоборот, исключают последнее. Условия блаженства в потустороннем мире — это скорее доброта и невинность, бескорыстие и бедность, кротость и простодушие — жить 326 надо «не мудрствуя лукаво». Носителями такого рода добродетелей оказываются преимущественно бедняки: ремесленники и крестьяне, рабы и вольноотпущенники, отвоевавшие свое солдаты. Исследование специфических черт духовной жизни социальных низов Римской империи свидетельствует о чрезвычайной распространенности таких воззрений, а вместе с тем о том, что на них воздействует и философия — не через высокоинтеллектуальные, утонченные рассуждения в ученых трактатах, а через проповедь бродячих философов, переходивших из города в город, из провинции в провинцию. Моральные учения поздних стоиков и киников, иной раз сходные до неразличимости, проповедуются философами-странниками, изобличающими общест-венные пороки, пропагандирующими нравственные принципы, а за-одно творящими «чудеса» в подтверждение своей правоты и покровительства богов. Упрощенные и вульгаризированные, сниженные до уровня понимания неграмотных или полуграмотных обывателей, они быстро вырождались в религиозные учения, сливаясь с религиозными движениями, развертывающимися в Империи. Этот процесс затронул и эллинистическую философию в целом. Но прежде она должна была пройти еще через один искус — скептицизм.

<< | >>
Источник: А.С. Богомолов. АНТИЧНАЯ ФИЛОСОФИЯ. 2006

Еще по теме § 1. Понятие и история античного скептицизма:

  1. БОГАТСТВО АНГЛИИ ВО ВНЕШНЕЙ ТОРГОВЛЕ