§ 1. Истоки и смысл античного атомизма
Атомизм — одна из наиболее целостных, последовательных и ус-тойчивых традиций в мировой философии и науке. Он характерен не только для древнегреческой философии. Стоик Посидоний и неопла-тоник Ямвлих ссылаются на финикийца Моха, жившего «до Троян-ской войны», иными словами, в незапамятные времена, как на осно-вателя этой философии.
В Древней Индии учение, известное под на-званием Вайшешика (от санскр. visesa — особенность), включало атомистическую теорию материи. Развитая здесь аргументация в пользу атомизма сходна с греческой, и высказывались мнения о взаи-мовлиянии или заимствовании. Правда, определить, кто у кого заим-ствовал, не представляется возможным. Во всяком случае, Вайшеши-ка как система вряд ли старше III в. до н. э. Атомизм принимался и некоторыми течениями арабоязычной средневековой философии. В Новое время он становится естественнонаучной теорией, оформившейся в XIX в. и до сих пор, хотя и в преобразованной форме, выступающей важнейшей составной частью естественнонаучной картины мира.Как бы ни решался вопрос об иноземных источниках атомизма, не подлежит сомнению, что древнегреческий атомизм выступает перед нами не только оригинальным творением греческого духа, но и итогом длительного развития именно греческой философской традиции, синтезом целого ряда ее тенденций и идейных установок. В нем находим мы разрешение многих ранее поставленных проблем. Своими корнями он уходит в ионийскую «физику» и пифагореизм, в умозрения элеа- тов и «физику» V в. до н. э. Проблемы бытия и небытия (пустоты), существования и возникновения, множества и числа, делимости и качества — все проблемы, затронутые предшествующими школами, так или иначе нашли отражение в системе атомизма. Этот синтетический его характер представляет — к сожалению, постоянно игнорировавшееся историками философии — основаниедля того, чтобы увидеть в атомизме Демокрита первую систему классической греческой философии.
Основателями древнегреческого атомизма признаются Левкипп и Демокрит.
Однако уже в IV в. до н. э. произведения или, точнее, фрагменты произведений этих двух писателей были объединены в один корпус, и расчленение последнего представлявляет неразрешимые трудности. Лишь один фрагмент из книги Левкиппа «Об уме» дошел до нас под его собственным именем, тогда как все остальные фигурируют в свидетельствах под именами Левкиппа и Демокрита вместе: «Левкипп и Демокрит говорят...», «Демокрит и Левкипп со своими приверженцами учили...» ит. д. Конечно, можно попытаться выделить учения Левкиппа по признаку их большей простоты и примитивности, но это будет очень приблизительное расчленение, и нам'в основном придется пользоваться корпусом высказываний Левкиппа — Демокрита практически как целым. И все же кое-что о Левкиппе следует сказать отдельно.Левкипп — современник Зенона Элейского, Эмпедокла и Анаксагора, ученик первого из них и учитель Демокрита. Очень приблизительно годы его жизни можно определить как 500—440 гг. до н. э. Родом он был не то из Элей, не то из Абдер, а может быть, и из Милета. Согласно доксографии, восходящей кТеофрасту, Левкипп был автором сочинений «Великий диакосмос» и «Об уме». Первое, по словам Диогена Лаэрция (IX. 39—40), принадлежало самому Демокриту и принесло ему славу выдающегося ученого. Из второго сохранилась цитата, характеризующая детерминизм Левкиппа. Следует допустить, что Левкипп вводит в философию понятие неделимой частицы материи — атома, понятие абсолютной пустоты, в которой движутся атомы, и учение о детерминации всех природных явлений, выраженное тезисом: «Ни одна вещь не происходит попусту, но все на [некотором] и* 163 основании (ек logoy) и по необходимости» (Л 22). Диоген Лаэрций практически не различает учений Левкиппа и Демокрита, выделяя лишь несколько различный порядок изложения проблем .
Больше мы знаем о Демокрите. Годы его жизни—ок. 460—370 гг. до н. э. Родом он был из Абдер, считавшихся в Греции не только глухой интеллектуальной провинцией, но даже просто городом глупцов. Но нарицательное «абдерит» — простак, простофиля, глупец — стало собственным именем одного из величайших мыслителей.
Поистине «не место красит человека». По преданию, Демокрит «был учеником каких-то магов и халдеев, которых царь Ксеркс предоставил его отцу в качестве учителей, когда у него гостил... у них-то он еще в детстве перенял науку о богах и звездах. Потом он перешел к Левкиппу (Диоген Лаэрций. IX. 34). Существуют сведения, что он совершил путешествие в Египет, Персию и даже Эфиопию и Индию. Вернувшись из путешествия, он вел скромный и уединенный образ жизни, занимаясь наукой и ценя ее так высоко, что, как говорят, «сказал, что он предпочел бы одно причинное (aitiologian) объяснение сану персидского царя» (Л LVIII). Завистники обвинили его в том, что он, вопреки абдерским законам, растратил доставшееся ему наследство; в ответ он «прочитал народу свой «Большой Мирострой», лучшее из всех его сочинений, и получил за него в награду пятьсот талантов; мало того, в честь его воздвигли медные статуи, а когда он умер, то погребли его на государственный счет,— а жил он более ста лет» (Диоген Лаэрций. IX. 39). Впрочем, говорят, что награда не превышала ста талантов,— сумма тоже немалая. Многочисленные свидетельства и легенды говорят о Демокрите как о «смеющемся философе», «настолько несерьезным казалось ему все, что делалось всерьез» (Л LVII). Рассказы о нем свидетельствуют о глубокой житейской мудрости философа, о его наблюдательности, обширных познаниях. Диоген Лаэрций, ссылаясь на библиографа Фрасилла, приводит список, состоящий из более чем 60 произведений Демокрита, главное место среди которых занимают «Великий диакос- мос» (как мы видели, приписываемый и Левкиппу), «Малый диакос- мос», «О логике, или Мерило». От сочинений Абдерита сохранились лишь фрагменты, перемешанные, как говорилось, с фрагментами и пересказами Левкиппа в почти неразличимое целое. Видимо, немалую роль сыграли в плачевной судьбе произведений философа мировоззренческие споры: «Аристоксен в своих «Исторических записках» сообщает, что Платон хотел сжечь все сочинения Демокрита, какие только мог собрать, но пифагорейцы Амикл и Клиний помешали ему, указав, что это бесполезно: книги его уже у многих на руках» (Диоген Лаэрций. IX. 40). Но один ли Платон намеревался «похоронить» Демокрита?На первый взгляд учение атомизма предельно просто. Начала всего сущего — это неделимые частицы-атомы и пустота. Ничто не воз-никает из несуществующего и не уничтожается в несуществующее, но возникновение вещей есть соединение атомов, а уничтожение — распадение на части, в пределе — на атомы. Все возникает на некотором основании и по необходимости; причина возникновения — вихрь, который и именуется необходимостью. Ощущаем мы потому, что в нас попадают «видики», отделяющиеся от вещей. Душа — совокупность особых атомов. Конечная цель человека — душевное благосостояние, при котором душа пребывает в спокойствии и равновесии, не смущаемая ни страхом, ни суеверием, ни какой бы то ни было другой страстью.
Просто, понятно, до наивности благочинно. Но что скрывается за этой внешней простотой? Почему учение Демокрита вызвало столь негативную реакцию и безудержную полемику, зачастую переходящую границы приличия? Разберемся.