§ 1. Эпикур: жизнь, произведения, школа
Диоген Лаэрций, которому мы обязаны большей частью свидетельств об Эпикуре (ок. 342/341 —270/271 гг. до н. э.), сообщает, что философ родился и вырос на о. Самос, где его отец, афинянин из дема
Гаргетта, рода Филаидов, был клерухом (военным поселенцем).
В восемнадцатилетнем возрасте Эпикур приехал в Афины, однако пробыл там недолго. В 322 г. до н. э., после смерти Александра Македонского, регент Пердикка изгнал афинян с Самоса и Эпикур перебрался в Колофон, куда переселилась его семья. Около десяти лет он живет, зарабатывая на жизнь преподавательской работой, в различных городах Малой Азии. В 32 года он основал собственную школу, сначала она находилась в Митилеце и в Лампсаке, а в 306 г. тридцатипятилетний философ окончательно переселяется в Афины. Он покупает дом с садом, и его школа получила отсюда название «Сад Эпикура». По обычаю того времени на ее воротах была помещена надпись, выражавшая суть учения: «Странник, тебе будет здесь хорошо: здесь удовольствие — высшее благо». Умер Эпикур на семидесятом году жизни, завещав ученикам хранить верность учению:Счастливы будьте, друзья, и помните наши ученья!—
Так, умирая, сказал милым друзьям Эпикур...
Эпикур стал заниматься науками с четырнадцати лет. Во время своего первого пребывания в Афинах он слушал, возможно, Ксенократа, стоявшего тогда во главе Академии. Уже в Малой Азии, на Тео- се, он познакомился, через Навсифана, с основами атомизма Демокрита, а от платоника Памфила узнал основания философии Платона. Правда, сам Эпикур отказывался признать себя чьим-либо учеником и называл себя самоучкой. Видимо, это скорее констатация им своей философской оригинальности, чем факт. Эпикур — продолжатель Демокрита, но это не отношение ученика к учителю. Их взаимоотно-шение выразил К. Маркс: «Лишь с трудом можно еще допустить, что эти философы, во всем противореча друг другу, будут придерживаться одного и того же учения.
И все же они представляются прикованными друг к другу» . Эпикур « во всем противоречит» Демокриту в том отношении, что он совершенно иначе понимает задачи философии. У Демокрита на первом плане стоит аподиктическое, достоверное, необходимое знание — причинное объяснение явлений природы. У Эпикура — этика, понимаемая как обоснование свободного поведения, не связанного природной необходимостью. Энтузиазм и серьезность, с какими требует причинного объяснения Демокрит, сменяются у Эпикура безграничной беспечностью при объяснении отдельных природных явлений. Демокрит стремится обосновать действительность и не-обходимость своего объекта; Эпикур интересуется не столько объ-ектом, которому надо дать объяснение, сколько субъектом, который дает это объяснение и действует на его основе, всегда имея в виду, что возможны и другие объяснения. Лишь бы они были логически возможны. «Как мы видим, — продолжает К. Маркс, — здесь отсутствует интерес к исследованию реальных оснований объектов. Дело идет лишь об успокоении объясняющего субъекта» .За этим противоречием стоит различие социальной ориентации, связанное с радикальными изменениями в общественной жизни Гре-ции, отразившимися в философии с ее углублением в этические про-блемы. Именно отсюда оригинальность учения Эпикура. Высоко ее оценивая, он, по сообщениям древних, без особого уважения отно-сился к своим предшественникам. «Навсифана он называл слизнем, неучем, плутом и бабником; учеников Платона — Дионисиевыми лизоблюдами; самого Платона — златокованным мудрецом; Аристотеля — мотом, который пропил отцово добро и пошел наемничать и морочить людей; Протагора — дровоносом, Демокритовым писцом и деревенским грамотеем; Демокрита — Пустокритом; Гераклита — мутителем воды ... киников — бичом всей Эллады; диалектиков (логиков. — А.Б.) — вредителями» (Диоген Лаэрций. X. 8). Но тот же Диоген отвергает эти утверждения, говоря, что те, кто так оценивает Эпикура, — не иначе как сумасшедшие. «Муж этот имеет достаточно свидетельств своего несравненного ко всем благорасположения: и отечество, почтившее его медными статуями, и такое множество друзей, что число их не измерить и целыми городами, и все ученики, прикованные к его учению точно песнями Сирен ...
и преемственность его продолжателей ... и благодарность его к родителям, и благодетель-ность к братьям, и кротость к рабам... Благочестие его перед богами и любовь к отечеству несказанны» (там же. X. 9—10).Но почему же тогда нет в истории человеческой культуры философа, учение и сама личность которого вызывали бы столь постоянные злостные и, прямо скажем, несправедливые и необоснованные нападки? Почему в XVII в. общая оценка его философии, не без юмора переложенная известным историком философии И. Бруккером, такова: «Каин был человек злой, сие известно: следовательно, исповедывал и учил Епикуреизму; но кого, когда и как, сие никто сказать не в состоя-нии»? Почему в XVII в. с Эпикуром и Лукрецием воюют, каксживы- ми, десятки авторов различных «Анти-Лукрециев»? Два обстоятель-ства помогут разъяснить этот вопрос.
Первый — это этика Эпикура и эпикурейцев. Хотя философ по существу воспроизвел гедонизм киренаиков, признававших удовольствие критерием нравственного поступка, он гораздо решительнее, чем они, подчеркивает независимость этики от религиозного и госу-дарственного авторитета. Ни тот, ни другой не могут играть никакой роли в определении поведения человека, свободного в своих поступ-ках. Второй — отношение Эпикура к богам. Не отвергая их сущест-вования, Эпикур и эпикурейцы считают невозможным какое бы то ни было вмешательство богов в человеческую жизнь. В этом смысле они — самые решительные атеисты, и их учение получает гораздо большее атеистическое звучание, чем теоретический атеизм, затраги-вающий догму, но не воздействующий на практику. Учение Эпикура — практический атеизм, предвещавший не только общество, чуждое суеверий, но атеистическое и в то же время нравственное общество, свободное не только от богов, но и от господ. Конечно, это лишь логический вывод из учения Эпикура, сам он его не сделал. Но логика его рассуждений была чутко уловлена многочисленными «друзьями бога и государя». Как свидетельствует один из авторов, писавших в XVIII в.
антиэпикурейские поэмы, «поэтому ясно, что атеист должен быть худшим из подданных; что его принципы опрокидывают троны государей и подрывают основания правительства и общества, от которых столь зависит счастье человечества; и поэтому нельзя представить большего нарушителя общественного мира или большего врага государя и страны, чем убежденный атеист, который рьяно проповедует свои разрушительные мнения» .18*
275
Враждебное отношение к Эпикуру и эпикурейцам со стороны представителей других философских школ (почти уникальное исключение составляет Сенека, выступивший в защиту «незаслуженно опо - зоренной» школы Эпикура) было, видимо, немаловажной причиной того, что их сочинения по большей части погибли. Эпикур написал около 300 трудов, в том числе «О природе» в 37-ми кн., «Об атомах и пустоте», «О предпочтении и избегании», «О богах», «О конечной цели», «О судьбе», «О представлениях», «О царской власти», «О любви» и т.д. До нас дошли, благодаря Диогену Лаэрцию, три послания Эпикура — к Геродоту о природе, к Пифоклу о небесных явлениях и к Менекею об образе жизни: Диоген присоединяет к ним «Глав ные мысли» — 40 афоризмов этического содержания. В 1888 г. в библиотеке Ватикана была обнаружена рукопись, содержавшая соб-рание афоризмов, частично совпадавших с «Главными мыслями», но более обширное (81 афоризм) и включавшее также отдельные выска-зывания учеников Эпикура Метродора и Гермарха. Сохранился также ряд отрывков из известных и неизвестных работ Эпикура и его писем. Огромный, но труднодоступный материал содержится в многочисленных полемических сочинениях противников эпикуреизма — Плутарха, Цицерона, Секста Эмпирика, отцов церкви .
Еще меньше знаем мы о представителях школы Эпикура — кроме Лукреция, знаменитая поэма которого «О природе вещей» дошла до нас полностью и имеет неоценимое значение для изучения эпикуреизма. Мы знаем много имен эпикурейцев. Диоген Лаэрций упоминает Метродора из Лампсака, Полиэна из Лампсака же, Гермарха из Ми- тилены, Леонтия и его жену Фемисту, Колота и Идоменея.
Преемником Эпикура по руководству школой был Гермарх, его сменил Полистрат. Затем Сад возглавляли Дионисий и Василид. Диоген называет также Аполлодора, сочинившего якобы четыреста с лишним книг, двух Птолемеев из Александрии, Зенона Сидонского, Деметрия Ла- конца, Диогена из Тарса и Ориона. Мы располагаем разрозненными отрывками из сочинений Колота, направленных против Платона и частично сохранившейся работой Полистрата, посвященной критике киников и скептиков. Эпикуреизм в Италии представлен Филодемом из Гадары. В руинах Геркуланума, засыпанного пеплом Везувия, в конце XVIII в. была открыта огромная (около 1800 свитков) философская библиотека. Далеко еще не оконченная работа над этими «черно-серыми лоскутами», на которых сохранились изрядно попорченные отрывки древних текстов, все же позволила реставрировать значительные части сочинений Филодема: «О богах», «О святости», «Риторика», «О музыке». Наиболее важен в философском отношении трактат, посвященный критике стоической логики и обоснованию индуктивного метода, а также неизвестные прежде отрывки из сочи-нений Эпикура и древних эпикурейцев. В 1884 г. были открыты, а через пять лет описаны «эноандские камни», на которых вырезаны пространные отрывки из произведений представителя позднего Сада — Диогена из Эноанды.Филологи — издатели и переводчики текстов Эпикура, единодушно отзываются о них как о крайне сложных для понимания. Видимо, Эпикур, презрительно относившийся к словесному украшательству, свойственному стилю раннего эллинизма, стремился выражаться кратко и ясно, для чего вводил много собственных терминов, не встречающихся у других авторов. Поскольку же сохранились лишь краткие изложения его учений, где, естественно, отсутствуют развернутые определения, мыслимые общеизвестными среди учеников Эпикура, ситуация усугубляется. Сказались и плохое состояние текста Диогена Лаэрция, и ошибки переписчиков, которые, имея дело с труднопони- маемым текстом, добавляли свои ошибки или «поправки». Совершенство изложения эпикуреизма одним из величайших поэтов Рима Лукрецием позволяет нам, хотя и косвенно, оценить совершенство содержания самого этого учения.
В соответствии с эллинистической традицией, членившей философию на физику, логику и этику, Эпикур выделяет в своем учении физику, канонику (учение о познании) и этику.