§ 4. Душа. — нравственность — государство

В центре учения Платона, как и его учителя Сократа, стоят проблемы нравственности. Они развертываются на широком фоне учения об идеях и космологии, о которых мы говорили. Более того, рели-гиозно-мифологический характер философии Платона определил и его этическое учение.

Не секрет, что «доказательства» Платона логически несостоятельны. В самом деле, (1) основано на смешении логической возможности и действительности. Переход в противоположность логически возможен, но его реальность следует еще доказать.

Таким образом следует заключить, что во всех доказательствах бессмертия души больше благочестия, чем логики, больше веры, чем знания.

Однако для нас важнее этические выводы из бессмертия души. Если бы со смертью тела погибала бы и душа, рассуждает Платон, то дурным людям не о чем было бы беспокоиться. Смерть была бы для них «счастливой находкой»: скончавшись, они избавлялись бы и от тела, и от своей души с ее пороками. Однако «раз выяснилось, что душа бессмертна, для нее нет, видимо, иного прибежища и спасения от бедствий, кроме единственного: стать как можно лучше и как можно разумнее. Ведь душа не уносит с собою в Аид ничего, кроме воспи- 206 тания и образа жизни, и они-то, говорят, доставляют умершему либо неоценимую пользу, либо чинят непоправимый вред с самого начала его пути в загробный мир» (Федон. 107cd), а именно после смерти человека его душа под водительством «гения», доставшегося ему на долю еще при жизни, отправляется на загробный суд, а оттуда — в надлежащее место.

Как видим, хотя картина загробной жизни несколько отличается от нарисованной в «Тимее», сохраняется возможность внедрить нравственность угрозой загробного наказания и обещанием загробного же воздаяния добром за благое поведение в этом мире. Естественно, что теперь необходимо разработать принципы благого поведения, т. е. собственно учение о благе. На протяжении философского развития Платона это учение претерпело определенную эволюцию, а именно в «Протагоре» он придерживается рационалистического эвдемонизма, утверждая, что благо — это единство добродетели и счастья, прекрасного и полезного, нравственно доброго и приятного. Затем, особенно в «Горгии», выдвигается требование абсолютной нравственности, противостоящей полезности и удовольствию. В «Теэтете», «Федоне» и «Государстве» (VI и VII кн.) идеал абсолютного блага уже окончательно противопоставляется чувственным влечениям челове-ка, его стремлению к удовольствию и счастью. Видимо, ведущим мо-тивом этой эволюции был пересмотр Платоном своего отношения к афинскому обществу вкупе с нарастанием религиозных моментов в его философии. Поскольку высшее благо и высшая нравственная цель лежат вне этого мира, их нельзя достичь земными средствами, но только отречением от чувственности.

Отсюда аскетизм платонизма, призыв к «возвышению» над миром посредством очищения души от земной «скверны». Важнейшее место в этом возвышении занимает философия, которая сама есть именно очищение (katharsis): она освобождает нас от страстей и желаний, от зла и пороков. Окончательное освобождение дает, однако, только смерть, а потому философия превращается у Платона в подготовку к смерти и умение умирать.

Платон различает четыре вида добродетели. Три первых, частных, отвечают трем частям души: разумной душе отвечает мудрость, волевой или страстной — мужество и желающей — sophrosyne — довольно сложное понятие, которое можно лишь условно передать словами «умеренность», «благоразумие», «сдержанность». Общая же добродетель души, гармония всех частных добродетелей, обозначается Платоном как «справедливость». Она означает, что каждая часть души в меру реализует свои добродетели: разум обдумывает и повелевает, воля осуществляет его повеления, желание подчиняется повелениям воли.

Уже отсюда видно, как мыслит Платон переход от этики к политике и учению о государстве. Последнее развивается им в трех диалогах: «Политик», «Государство» и «Законы». В первом из них Платон повествует об «истории» общества. Вначале было «царство Кроноса», когда бог непосредственно управлял людьми, разделив их по родам и дав каждому роду божественного пастыря — гения или демона (daimon). Тогда не было государств, собственности, не было необходимости трудиться, так как людям были уготованы добровольные дары земли — фрукты, овощи... Когда исполнился срок и земнорожденное племя было уничтожено, космос отделился от бога и взял управление новыми поколениями на себя. Но он мог только подражать богу, и его управление людьми было ущербным. Поэтому в мире постепенно нарастает зло. Многие животные одичали и стали нападать на людей; последним же нехватало уже естественного питания, а искусством они не владели. Лишь дарование богами искусств (огонь принес им Прометей, различные умения — Гефест, семена и растения — другие боги) позволило людям вновь упорядочить и усовершенствовать об-щественную жизнь.

Правители необходимы для нужд «стадопитания» и управления «стадом» людей. В отличие от бога и божественных «гениев», цари и политики — такие же люди, как и все остальные. Они не могут быть совершенными, и в результате возникают изменения и извращения форм правления. Формы правления, основанные на законах, в порядке их ухудшения суть монархия, аристократия и демократия. Основанные же на беззаконии — тирания, олигархия и форма правления, специального названия для которой Платон не придумал. Здесь закладываются основания для понимания форм государственного устройства, которое будет представлено в аристотелевской «Политике». 208 Новую модель государственного устройства Платон строит в «Государстве». Государство (полис) возникает потому, что каждый из людей не в силах удовлетворить свои потребности сам и вынужден обращаться к помощи других. Потребности в пище, жилье, одежде и т. д. требуют существования крестьян и ремесленников, торговля — торговцев, и проч. Все они составляют низшее сословие, обеспечивающее материальные потребности людей. Защита государства от внутренних и внешних врагов обусловливает необходимость в сословии стражей (воинов), а нужды управления — в тех, кто овладел «царским искусством», т. е. сознает идеалы справедливости и добра и способен их осуществлять. Это — «философы».

«Экономически-политическое» обоснование структуры государства дополняется обоснованием психологическим: как в душе человека должны гармонически сочетаться разумная, волевая и желающая способности и соответствующие добродетели, так и в государстве должны существовать и соответствующим образом соотноситься классы людей. Причем роль человека в государстве определяется преобладанием в его душе той или иной способности — разума, мужества или благоразумия. В низшем сословии, которому Платон уделяет мало внимания, могут существовать частная собственность и индивидуальная семья. Но это необходимо ведет к корысти, ревности, имущественному неравенству, и лишь внешняя сила может принудить это сословие к взаимному согласию и подчинению высшим.

Иной раз государственное устройство, изображенное в «Государстве», именуют «социалистическим» и пугают им взрослых детей. Но здесь нет ничего социалистического. Изображенное Платоном государство — это лишь идеализированное изображение архаического общественного устройства Спарты. Поэтому Платон — не предшественник социализма, а реставратор отжившего и реакционного классового (или, скорее, кастового) строя, сохранявшего некоторые черты «первобытного коммунизма». И если говорить о том, чему он предшествует, то это такие структуры феодального общества, как монашест-

14-6334 209

во и рыцарские ордена . Но, пожалуй, самое тяжелое впечатление оставляет в платоновской утопии полное подчинение личности государству, растворение ее в социальном целом. Претендуя на то чтобы сделать счастливым не какой-нибудь один из слоев населения, но государство в целом, Платон приносит в жертву как раз людей, личности. Государство — сплоченное единство безличных существ, исполняющих свои социальные функции безотносительно к своим личным интересам, запросам и потребностям. Сплоченность государства достигается «то убеждением, то силой», а выдающихся людей закон «включает в государство не для того, чтобы предоставить им возможность уклоняться куда кто хочет, но чтобы самому пользоваться ими для укрепления государства» (Государство. VII. 520а). В этом госу-дарстве не должно быть науки о природе, изобразительного искусст-ва, способного якобы изобразить только видимость и скрывающего «истину» — вечные и неизменные, умозрительные сущности-идеи. Особенно вредными оказываются изображения богов. Строгой цен-зуре подвергаются сказки и мифы, лирические и драматические про-изведения. Цель цензуры — отбор тех произведений, которые спо-собствуют развитию социальных добродетелей — мужества и стой-кости, самообладания и твердости духа, выносливости и готовности подчиняться, выполняя свой долг.

Картина «идеального государства» завершается настоящим духовным террором, вытекающим из учения о бессмертии души. Именно в «Государстве» самым живописным образом описываются загробные наказания. О них повествует воин Эр, сын Армения из Памфилии. Убитый в бою, он на двенадцатый день, уже положенный на костер для сожжения, воскрес и рассказал о том, что в Аиде, где он побывал за это время, всякий получает вдесятеро: за преступление и за доброе деяние одинаково. Добродетельных ждет весьма невыразительно опи-сываемое блаженство, порочных — неслыханные муки.

Такое общественное устройство выдается за идеал, который, в соответствии с общей установкой Платона, сам по себе обладает большей реальностью, чем любая действительность. Конечно, философ прекрасно понимает, что шансов на осуществление такого «идеала» в нашем сложном и противоречивом мире слишком мало. Поэтому в «Законах» он рисует новый, более реалистический проект. И здесь начинает он с апелляции к богам, которые руководят всем существующим, в том числе и людьми. Последние подобны куклам в руках кукольника — они сделаны богами то ли для игры, то ли для серьезного дела. Бог руководит ими, имея в виду целое, и мы не знаем его целей — ведь не ради человека существует высшее бытие, но человек ради него. Однако человек, считает Платон, обладает душой, т. е. принципом самодвижения, и потому в определенной мере свободен. Ориентируясь на свои страсти, желания и склонности, он стремится к счастью. Его страсти и желания связаны с потребностью в пище и питье, жилье и одежде, со стремлением к продолжению рода, и потому человек больше всего любит сам себя. В этом состоит врожденное зло: «поистине, в каждом отдельном случае виновником всех проступков человека выступает как раз его чрезмерное себялюбие» (Законы. V. 731 е). Учитывая сложную психологическую структуру человека, Платон считает необходимым строить общество на основе строжайшей регламентации всех общественных отношений. Проектируемое им государство должно представлять собой маленький земледельческий полис, к которому примыкает небольшая территория. Земли нужно столько, чтобы она могла прокормить не более 5040 человек. Число это выбрано постольку, поскольку оно делится на 2, 3,5 и 7, что удобно для различного рода членений полиса. Земля делится по жребию на равные наследственные участки, так что каждый гражданин получает два участка — один возле города и один у границы. Население живет сельским хозяйством, но сами граждане не работают — это рабовладельцы, живущие за счет эксплуатации рабов.

Все население делится по имущественному признаку на четыре класса, владеющих имуществом соответственно размером в одну, две, три и четыре мины (это немного...). Владеть золотом и серебром за-прещается; торговля и ремесла дозволены лишь иностранцам. Те гра-ждане, которые нарушили это предписание, подлежат наказанию. Излишки продовольствия и сырья сдаются гражданами государству, а необходимый продукт делится на три части: две непосредственно по-требляются свободными и рабами соответственно, а третья поступает в продажу, обмениваясь на предметы ремесла. Прибыль купцов регу-лируется государством, а ремесленнику предоставляется право зани-маться только одним каким-нибудь ремеслом. Форма политического устройства — аристократическая (точнее, олигархическая) республика. Ее руководящие органы выборны и со-стоят из ареопага (37 членов), Совета (350 членов), стратегов, т. е. военачальников, попечителей храмов, жрецов и жриц, надзирателей рынков (агораномы), городских чиновников (астиномы), надзирате- 14* 211 лей за финансами (евфины) и сельским хозяйством (агрономы). Суды также выборны, но над ними стоит специальная коллегия — «ночное собрание». Состоя из десяти «мудрейших», она следит за процветанием добродетели, охраняет законный порядок, организует и использует тайную полицию из молодых людей, которые должны доносить обо всем, что делается в городе.

Чтение «Государства» и особенно «Законов» приводит к мысли, что Платон внимательно изучал конституции олигархических полисов Греции и предписывал правителям все те хитроумные средства манипулирования общественным мнением и поступками людей, которые были выработаны олигархами; ложь и обман «на благо подданных», цензовые курии, избрание кандидатов от бедных слоев исключительно богатыми, открытое голосование, подлог и подкуп, политическое убийство... Иными словами, все средства хороши для сохранения status quo. Особую роль играет строжайшая идеологическая диктатура олигархов. Вера в богов и отправление религиозных обрядов обязательны. «Безбожие» — отрицание богов и их вмешательства в жизнь людей, или даже убеждение в том, что богов можно умилостивить с помощью магических приемов, — карается смертью или тюремным заключением. Строжайшей цензуре подвергается всякое искусство, не способствующее моральному совершенству, понимаемому крайне узко и ограниченно — по сути дела, как подчинение воле государства, воплощаемой в приказе ближайшего начальника. «Самое главное здесь следующее: никто никогда не должен оставаться без начальника — ни мужчины, ни женщины. Ни в серьезных занятиях, нив играх никто не должен приучать себя действовать по собственному усмотрению; нет, всегда — и на войне, и в мирное время — надо жить с постоянной оглядкой на начальника и следовать его указаниям... Надо начальствовать наддругими и самому быть у них под началом. А безначалие должно быть изъято из жизни всех людей и даже животных, подвластных людям» (Законы. XII. 942с), — эти слова Платона говорят сами за себя. Не социализм или коммунизм, но фашизм — вот современный аналог государству «Законов».

Лишь одно рациональное соображение лежит за этой апологией тоталитаризма. Платон видит, к чему привело историческое развитие, отождествляемое им с «безначалием», — к гибели античного полиса. Всеми силами стремясь сохранить его, философ и требует уничтожения демократии, ограничения частной собственности, строжайшей регламентации всей жизнедеятельности людей. Но это путь назад, вспять, а не вперед. Отметим при этом, что «афинская идеализация египетского кастового строя», как назвал К. Маркс платоново государство, основывалась на строжайшем разделении труда, являвшем- 212 ся условием промышленного процветания Египта, который «и для других авторов, современников Платона, например Исократа, был образцом промышленной страны, он сохраняет это свое значение даже в глазах греков времен Римской империи» .

Замечу также, что строжайшая и явно нетерпимая регламентация искусства в государстве Платона, основанная на верной, в целом, мысли о воспитательном его значении, оказывается враждебной человеку как личности именно в силу односторонности и узости идеала воспитания, проповедуемого афинским философом.