[6. О БУКВАХ]

Как известно, о букве говорится в трех смыслах 31: в смысле ее образа и типа начертания, в смысле ее значения и, наконец, в смысле ее названия. Сейчас мы будем вести рассуждение преимущественно о значении, поскольку у них оно главным образом и называется буквой.

Итак, при двадцати четырех буквах письменной loo речи их природа с наиболее общей точки зрения пред-полагается в двух видах.

Ярый Арей ( 'Арес "Арес)> истребитель народов,

стен сокрушитель,

Кровью покрытый! 33 или звук «і» в словах:

В дивный спеша Ил ион (yIXtov єїс tep^v) 33, или звук «о» в словах:

Влагой божественной Зевс тучу ( oev oftпа землю пролил 34.

Из согласных звуков ОДНИ, ПО ИХ учению, полу- 102 гласные, другие — безгласные [немые]. Полугласные те, которые по своей природе во время произношения производят собой рычание (звук буквы р), свист (звук буквы о), мычание (звук буквы ц) или какой-нибудь подобный звук, каковы С, ft, X, jx, v, g, р, а, <р, у, ф, причем некоторые, исключая отсюда ft, ср, X, считают [полугласными] остальные восемь. Безгласными же являются те, которые не в состоянии образовать сами по себе ни слога, ни самостоятельного звука, но произносятся только вместе с прочими, каковы |3, f, 8, X, 1С, т, причем некоторые причисляют К НИМ И ср, у. Кроме того, и вообще из согласных они в свою оче-103 редь считают одни по природе с придыханием, другие — без него.

Если таковы у них буквы, то, по-моему, прежде 104 всего нелепо им утверждать, что некоторые из букв являются двойными. Ведь двойное есть составленное из двух, буква же есть элемент 35 и не может состав-ляться из чего бы то ни было, поскольку элемент должен быть простым, а не составляться из других элементов. Следовательно, двойных букв не существует. [Можно сказать] и иначе. Если составляющие двойных элементов суть элементы, то нечто двойное, из этих элементов составленное, элементом не будет. Однако двойные звуки составляются из звуков, следовательно, двойной звук не есть звук.

Далее, как опровергается это, так же опровергаются Ю5 и звуки двойной длительности, о которых считаю^ что

они обладают обоюдной природой в смысле долготы и краткости. Действительно, если подобные звуки существуют, то либо уже сама буква, взятая в отдельности^ и ее голое начертание, например, а, і, о, способны выразить указанную природу двойной длительности, так что один раз [данный звук] оказывается способным сокращаться, а в другой раз — протягиваться, либо [на это способна] лишь просодия 36. Однако взятое в отдельности начертание не может выражать обоюдную

IOG природу звука. Ведь оно не выражает ни его протя-жения, ни его сокращения, ни протяжения и сокра-щения вместе. Но как через него не познается в своей долготе или краткости слог (как было сказано в отношении слова Арей), если к нему не присоединяется просодия, так и взятые сами по себе а, і, о не выражают равно ни долготы, ни краткости, ни того и другого вместе.

407 Остается, следовательно, утверждать, что звук яв-ляется общим [в смысле долготы и краткости], только будучи взят вместе с просодией. А это опять невозможно. Ведь [звук], принимающий просодию, или становится долгим, когда она долгая, или кратким, когда она краткая, но никак не обоюдным.

Если же они скажут, что эти [звуки] обоюдны по природе постольку, поскольку они способны принять ту и другую просодию, долготу и краткость, то они незаметно для самих себя должны будут запутаться почти в ту же самую апорию. Действительно, то, что способно принять что-нибудь, не может быть тем самым, что именно оно способно воспринять. Как медь, хотя и способна воспринять превращение в статую, еще не есть статуя, [только] поскольку она способна это воспринять, и как лес, хотя и обладает подходящей природой для возникновения корабля, не есть еще тем самым корабль, так и подобные звуки, хотя и способны к восприятию долготы и краткости, не являются, однако, [сами по себе] ни долгими, ни краткими, ни теми и другими, прежде чем они не будут сделаны таковыми при помощи просодии.

К сказанному надо прибавить еще и то, что краткость и протяжение противоположны и не существуют одновременно. С устранением краткости возникает протя- жениеЛ и с устранением долготы звук становится крат- ким. По этой причине невозможно звуку под облечен-ным ударением стать кратким, поскольку в облеченном ударении по необходимости существует одновременно и протяжение. Поэтому если какой-нибудь звук ПО при- 110 роде обладает двойной длительностью, то значение краткости и протяжения должно существовать в нем или сразу, или по очереди. Но по очереди существовать ему невозможно, поскольку не могут существовать для одного и того же произношения в одном и том же отношении такие значения, которые исключают друг друга. Остается, следовательно, очередность, что в свою очередь невероятно. Ведь когда звук долог или кратоК( тогда он не обоюден в смысле краткости и долготы, но просто долог или краток.

Тот же способ рассмотрения должен быть и относи- пі тельио звуков, обладающих по природе тонким, густым или обоюдным придыханием. Для нас же достаточно будет показать самый род этого рассмотрения.

Когда устранена обоюдность звуков и показано, что существует только протяжение и стяжение, то отсюда должно вытекать и то, что каждый звук оказывается двояким: один раз — по природе долгим, другой же раз — по природе кратким.

Некоторые же философы, наоборот, полагают, что существуют еще другие звуки, обладающие природой, отличной от обыкновенных [звуков], каковы, например, at и оо, и все подобной же природы. Ведь судить о звуке, что он есть звук, нужно по преимуществу на основании того, что он обладает несложным и единовидным звучанием, каково, например, звучание звуков а, є, о 117 и других. Поэтому если at и et имеют простые и едино- видные звучания, то они будут основными звуками. Признаком же простоты и единовидности является то, что мы сейчас скажем. Именно, сложное звучание попа-дает в ощущение не таковым вначале, каким оно обыкновенно остается до конца, но оно изменяется с протяжением. Простое же звучание и то, которое по- настоящему имеет значение основного звука, наоборот, остается неизменным от начала и до конца. Если, например, протяжно произносить звучание рос, то ясно, что ощущение воспримет его при первом его появлении не так, как в конце, но сначала оно будет приведено в движение произнесением звука р, а затем, по его ис-чезновении, оно создаст восприятие ясного значения звука а. На этом основании можно сказать, что ра и все подобное этому не есть единый звук. Однако если они имеют в виду звучание ои, то ничего такого не будет, не но каковой слышится особенность этого звука в начале, таковой и в конце, так что at должно оказаться основным звуком. Если же это так, то поскольку и звучание ei% и звучание ot воспринимаются от начала и до конца в качестве единовидного, несложного и неизменного, то и оно должно быть основным звуком.

Однако бросим это исследование и обратимся к тому, но что скорее может поколебать грамматиков.

Итак, раз [уже] основные звуки грамматики подверг-120 лись апории, то было бы достаточно положить конец этому исследованию. Ведь какое же еще может оставаться у грамматиков рассуждение о том, что основано на принципах, когда они не имеют самих принципов? Однако если входить в дело более глубоко, то — ради образца — не будет излишним подвергнуть оценке и это. И поскольку из звуков возникают слоги, войдем в рассмотрение этих последних.