Трансформация директивы в государствах-участниках

При трансформации Директивы большинство государств-участников (Бельгия, Люксембург, Италия, Германия, Нидерланды, Греция) включили в свое законодательство закрытый перечень выбранных ими оснований недействительности*(308).

Франция при трансформации директивы избрала иной метод. Правило ст. 360 Закона о торговых компаниях от 24 июля 1966 г., согласно которому на компании распространяются договорно-правовые основания недействительности, было оставлено в качестве общей нормы. Из этого правила для АО и ООО были сделаны исключения: на них не распространяются такие основания недействительности, как пороки воли участников при вступлении в общество, а также недееспособность учредителей, если хотя бы один из них является дееспособным (абз. 1 ст. 360)*(309). Такая трансформация директивы подверглась в литературе критике. Указывалось прежде всего на то, что для АО и ООО продолжают действовать многочисленные основания недействительности, вытекающие из договорного права и не перечисленные в Первой директиве*(310). Однако с этим нельзя полностью согласиться, поскольку основания, по которым АО и ООО во Франции могут быть признаны недействительными, вовсе не так многочисленны. Это следующие основания:

1) общество создано одним лицом (за исключением ООО)*(311);

2) не внесены вклады в уставный капитал (абз. 1 ст. 1844-10 и ст. 1832 ГК Франции);

3) отсутствует "affectio societatis", т.е. намерение учредителей действовать сообща для достижения общих интересов (ст. 1832 ГК Франции; для ООО одного лица "affectio societatis" не требуется)*(312);

4) цель деятельности компании противоречит требованиям закона или общественного порядка (ст.

Из этих оснований в Первой директиве не упоминается лишь такое основание, как отсутствие "affectio societatis". Данное основание направлено против компаний, созданных с целью обхода требований закона, своего рода "притворных компаний" (по аналогии с притворными сделками)*(313). Далее, судебная практика в рамках ст. 360 допускает признание общества недействительным, если оно создано с целью обмана. Обман, таким образом, является еще одним основанием недействительности общества по французскому праву*(314). И наконец, как мы видели выше, французское право понимает термин "цель деятельности компании" шире, чем Европейский суд в решении "Marleasing".

Дания, Великобритания и Ирландия сочли возможным не вводить в свое законодательство правила о недействительности компаний. Объясняется это тем, что в этих странах компания, имеющая свидетельство о регистрации, не может быть признана недействительной. При этом только право Дании гарантирует, что при создании компании были соблюдены все нормы национального права, поскольку только в Дании наряду с формальным контролем производится и материальный контроль. Это "...предоставляет достаточную гарантию, что создание свободно от изъянов; полагаясь на этот контроль, нет нужды предусматривать правило о ничтожности"*(315).

Иначе обстоит дело в Великобритании и Ирландии. Эти страны при создании компании ограничиваются формальной проверкой. В результате нет гарантии, что зарегистрированная компания свободна от изъянов. Тем не менее благодаря выданному при регистрации certificate компания застрахована от недействительности. К сожалению, данное правило знает исключения. Так, английскому праву известны случаи, когда компания все же может признаваться недействительной*(316). Фикция надлежащей регистрации, основанная на выдаче certificate of incorporation (ст. 13 Закона о компаниях) не связывает Корону, поэтому генеральный прокурор может обратиться в суд и получить судебный приказ (certiorary), аннулирующий регистрацию компании.

Если сама по себе недействительность компании, цель деятельности которой противоречит закону или общественному порядку, совместима с положениями Первой директивы, то о последствиях недействительности в английском праве этого сказать нельзя. Аннулирование записи о регистрации на основании certiorary ведет к тому, что компания рассматривается как никогда не существовавшая*(319). В результате нарушаются интересы как участников, так и кредиторов компании, и не выполняется требование абз. 2 ст. 12 Первой директивы, в соответствии с которым недействительность компании может распространяться только на будущее время. Английское право нельзя поэтому признать полностью соответствующим Первой директиве*(320).

В Ирландии подобная судебная практика отсутствует. Более того, английская практика, допускающая аннулирование свидетельства о регистрации посредством certiorary, в ирландской литературе была оценена отрицательно, в том числе из-за ее несоответствия абз. 2 ст. 12 Первой директивы. Для того чтобы избежать подобной проблемы в Ирландии, было предложено не допускать certiorary в отношении свидетельства о регистрации компании*(321).

Значение гармонизации для свободы перемещения компаний

В отношении сближения норм о недействительности компаний можно сказать то же самое, что было сказано выше в отношении норм, регулирующих представительские полномочия органов компании: гармонизация в данной сфере, безусловно, играет большую роль в реализации свободы перемещения компаний. Различие оснований, по которым компания может признаваться недействительной, равно как и различные последствия недействительности, способны в условиях свободного перемещения нанести серьезный ущерб интересам участников и кредиторов компаний в странах ЕС, а также гражданскому обороту в целом.

При этом главная опасность заключается не в том, что в одних странах превалируют договорные, а в других - формальные основания недействительности. Опасность для оборота имеется прежде всего в тех случаях, когда национальное законодательство не содержит четкого закрытого перечня оснований недействительности, а также когда недействительность компании обладает обратным действием. С этой точки зрения принципы регулирования в Первой директиве: numerus clausus оснований недействительности и действие недействительности ex nunc - заслуживают, бесспорно, положительной оценки. То же самое следует сказать о попытке сократить число оснований недействительности до минимума. Все это способствует защите интересов как участников, так и кредиторов компании. Иностранные кредиторы и участники компании могут быть уверены, что она не может быть признана недействительной по каким-либо иным основаниям, нежели перечисленным в Первой директиве. Далее, иностранные кредиторы могут быть уверены, что признание компании недействительной никак не повлияет на действительность ее обязательств перед ними. Иностранные участники в случае недействительности компании застрахованы от личной ответственности по ее долгам, которая возможна в случае, если компания рассматривается как изначально не существовавшая. Учитывая это, гармонизация создает важную предпосылку для реализации свободы перемещения компаний и является необходимой в смысле п. "g" абз. 2 ст. 44 Договора о ЕС.

Однако не во всех государствах-участниках Директива трансформирована надлежащим образом. Право Франции до сих пор содержит не перечисленные в Первой директиве основания недействительности. Кроме того, не идеален и метод регулирования, избранный французским законодателем, благодаря которому от иностранного контрагента требуется знание оснований недействительности компаний, вытекающих из договорного права, чтобы он затем посредством вычитания из этих оснований двух, не применяющихся к АО и ООО, мог составить себе перечень, подобный перечню Первой директивы. Формально против такого регулирования сложно возразить, но оно лишает право ясности, особенно необходимой для международного оборота. Не отвечает требованиям директивы и право Великобритании, поскольку оно не гарантирует, что недействительность компании не имеет обратного действия. Аннулирование регистрации, имеющее своим следствием то, что компания рассматривается как несуществующая, противоречит абз. 2 ст. 12 Первой директивы и нарушает устойчивость гражданского оборота.