РАЗВИТИЕ КАПИТАЛИЗМА И РОСТ РАБОЧЕГО ДВИЖЕНИЯ В СТРАНАХ ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЫ В 30—40-х ГОДАХ XIX В.

На протяжении 30—40-х годов XIX в. капиталистическое производство в странах Западной Европы сделало большие успехи. Вслед за Англией, где в эти десятилетия завершался промышленный переворот, фабричная промышленность успешно развивалась во Франции, а также, хотя и более медленно, в Бельгии, Пруссии и ряде других стран.

Наряду с этим развитие капитализма выдвигало на политическую арену новый класс — промышленный пролетариат. 30—40-е годы отмечены первыми самостоятельными выступлениями пролетариата в крупном масштабе, знаменовавшими новый этап в развитии классовой борьбы в Западной Европе.

1. Революция 1830 г. и буржуазная монархия во Франции

_π Реакционная политика правительства Реставрации, защищав-

Июльская революция

шего преимущественно интересы и привилегии крупных зем- левладельцев-дворян и высшего католического духовенства, отрицательно отражалась на экономическом развитии Франции. Усилению недовольства в стране способствовали засилье иезуитов при дворе, в администрации, в школах, вызывающее поведение бывших эмигрантов, угрожавших крестьянству восстановлением феодальных порядков.

Промышленный кризис 1826 г., а затем депрессия 1829—1830 гг., совпавшая с неурожаями, ухудшили и без того тяжелые условия существования трудящихся:

большие массы людей в городах были лишены заработка, в деревне царили нищета и голод. Следствием этого был рост революционных настроений в народных массах.

В то же время усиливалась оппозиционность либеральной буржуазии. Буржуазные либералы требовали расширения круга избирателей, ответственности министров перед парламентом, введения местного и областного самоуправления, борьбы с клерикальным засильем, отмены ограничений для печати. Осуществление этих требований привело бы к превращению Франции в буржуазную монархию.

После выборов 1827 г., принесших большинство в палате конституционным монархистам и буржуазным либералам, король Карл Х вынужден был дать отставку ультрароялистскому кабинету графа Виллеля. Новое правительство, составленное из конституционных монархистов во главе с графом Мартиньяком, пыталось лавировать между крупной буржуазией и дворянской аристократией. В августе 1829 г. король, не желавший идти на уступки буржуазным либералам, уволил Мартиньяка в отставку и вновь вручил власть ультрароялистам. Во главе кабинета стал любимец короля князь Полиньяк, в прошлом активный деятель дворянской эмиграции. Крайние монархисты были назначены и на другие министерские посты.

Создание правительства Полиньяка вызвало огромное недовольство во Франции. Либеральные газеты резко нападали на новых министров. Основанная в начале 1830 .г. левым крылом либералов газета «Насьональ» повела агитацию за замену династии Бурбонов династией Орлеанов, тесно связанной с верхушкой буржуазии. Оживилась деятельность подпольных республиканских групп и карбонарских вент (ячеек). В середине марта 1830 г. палата депутатов выразила недоверие кабинету Полиньяка и потребовала его отставки. В ответ на это король прервал заседания палаты, а в середине мая совсем распустил ее. Однако новые выборы, состоявшиеся в июне и июле, принесли либералам и конституционным монархистам победу над сторонниками правительства. Политическая обстановка становилась все более напряженной.

Карл X, успокоенный уверениями своих приближенных, что народ равнодушен к политике и что конституционной хартией дорожит только кучка адвокатов и журналистов, решил расправиться с оппозицией. 25 июля по рекомендации своего министра он подписал указы, известные под названием «ордонансов Полиньяка». Они предписывали роспуск вновь избранной палаты, сокращение числа депутатов вдвое, исключение из списков избирателей всех владельцев торговых и промышленных патентов и ограничение круга избирателей только крупными землевладельцами, т. е. в основном людьми дворянского происхождения, введение системы предварительных разрешений для издания газет и журналов.

Опубликование ордонансов вызвало бурю возмущения в Париже. Сотрудники оппозиционных газет, собравшиеся в помещении редакции газеты «Насьональ», приняли декларацию, которая призывала население Франции оказать сопротивление правительству. Вечером 26 июля на улицах Парижа произошли столкновения между народом и полицией. На следующий день уличные демонстрации переросли в вооруженное восстание под лозунгом защиты конституционной хартии и смещения министерства Полиньяка. 28 июля восстание приняло массовый характер. Париж покрылся баррикадами, особенно много их было сооружено в Сент-Антуанском предместье и в других рабочих кварталах.

Так началась июльская революция. Ее главной движущей силой были рабочие и мелкие ремесленники. Ненависть к правительству дворянской и клерикальной реакции, к династии Бурбонов, дважды навязанной французскому народу войсками европейской контрреволюционной коалиции, охватила самые широкие слои трудящихся Парижа. К ним примкнули представители других слоев, в частности прогрессивной интеллигенции. Студенты Политехнической школы, тесно связанные с оппозиционно настроенными кругами буржуазии и офицерства, возглавили многие отряды революционных бойцов. Видную роль в руководстве вооруженной борьбой сыграли карбонарии, деятели «Патриотической ассоциации» и члены других тайных революционных обществ. Что касается депутатов-либералов, то они трус-

Баррикада 28 июля 1830 г. в Париже.

Гравюра по рисунку Ж. Свебака-Дефонтена. 1830 г.

ливо отсиживались в своих домах или проводили время в совещаниях, на которых обсуждали вопрос о том, как бы поскорее добиться прекращения вооруженной борьбы.

29 июля 1830 г. восставший народ с боем овладел Тюильрийским дворцом, над которым тотчас же было поднято трехцветное знамя — знамя революции 1789— 1794 гг. Королевские войска, понеся большие потери, отступили в пригород Сен-Клу.

Под давлением народных масс, организовавших поход на Рамбулье, где находился королевский двор, Карл X отрекся от престола (в пользу своего внука — графа Шамбора) и бежал в Англию.

В тот момент, когда революция победила, деятели буржуазной оппозиции перестали прятаться: теперь они спешили помешать провозглашению республики и захватить в свои руки власть. Неорганизованность рабочего класса и слабость республиканской партии позволили буржуазным либералам осуществить свои планы. 31 июля депутаты палаты, среди которых преобладали орлеанисты, собравшись в доме банкира Лафитта, решили передать корону герцогу Орлеанскому Луи-Филиппу. Протесты республиканских групп и организованные ими народные демонстрации не достигли цели. Луи-Филипп был провозглашен королем.

Июльская революция привала к довольно ограниченным политическим результатам. Решающую роль в ней сыграла вооруженная борьба народных масс, однако при всей своей активности массы не смогли завоевать демократические свободы и республиканский строй.

Новая конституция, принятая 14 августа 1830 г., сохранила многие положения прежней хартии. Но власть короля была несколько урезана; права палаты депутатов

Взятие Парижской ратуши.

Гравюра по рисунку В. Адама. 1830 г.

немного расширены; число избирателей увеличилось (вследствие некоторого снижения имущественного ценза) со 100 тыс. до 240 тыс.; католическому духовенству было запрещено приобретать недвижимую собственность; государственные учреждения, армия и флот были очищены от дворян-реакционеров; периодическая печать освобождена от прежних стеснений. Однако широкие слои населения оставались, как и раньше, политически бесправными. Полицейско-бюрократический аппарат сохранился в том виде, в каком он сложился в период наполеоновской империи, и лишь перешел в другие руки; не были отменены ни законы против рабочих стачек и профессиональных союзов, ни тяжелые косвенные налоги, вызывавшие сильное недовольство как городской, так и сельской бедноты.

Прогрессивное значение июльской революции заключалось в том, что она свергла политическое господство дворянской аристократии и покончила с попытками восстановления в той или иной форме феодально-абсолютистских порядков. Власть окончательно перешла теперь из рук дворянства в руки буржуазии, хотя и не всей буржуазии, а только одной ее группы — финансовой аристократии

(т. е. верхушки торгово-промышленной и банковской буржуазии). Во Франции установилась буржуазная монархия.

Июльская революция имела большое международное значение. Свержение правительства Реставрации нанесло сильный удар по системе Священного союза, способствовало подъему либерально-демократических и национально-освободительных движений во многих странах Европы. Передовые люди повсюду приветствовали поражение французской реакции. «Солнечные лучи, завернутые в бумагу», — так называл Гейне газеты, сообщавшие об июльских событиях в Париже. Позднее Лермонтов посвятил этим событиям стихотворение, в котором резко осуждал Карла Х и приветствовал «знамя вольности», поднятое парижским народом.

Экономическое

В годы монархии Луи-Филиппа (июльской монархии) развитие капитализма во Франции сделало большие успехи. Про^{развитие} мышленный переворот затронул в первую очередь, как и в

^{в гг}" Англии, легкую промышленность. Потребление хлопка

Изготовление фарфора на Севрском заводе.

Гравюра. 1845 г.

возросло с 28 млн. кг в 1831 г. до 64 млн. кг в 1845 г. Капиталы, вложенные в торговые и промышленные предприятия, увеличились за два десятилетия в полтора раза (с 30 млрд. до 45 млрд. франков). Количество паровых машин, применявшихся в промышленности, к 1847 г. достигло 4853. B 30-х годах во Франции началось железнодорожное строительство; к 1 января 1847 г. в эксплуатации находилось 1535 км и сооружалось 529 км железнодорожных линий.

Промышленное развитие Франции шло весьма неравномерно. Крупная промышленность, главным образом текстильная (изделия из хлопка, шерсти и полотна), росла на севере Франции (Лилль), северо-западе (Руан) и востоке (в Эльзасе и Лотарингии).

В Париже господствовали такие отрасли промышленности, как производство одежды, галантереи, предметов роскоши, дорогой мебели; здесь преобладали мелкие и средние предприятия, в которых было занято от двух

до десяти рабочих. В 1847 г. только 10% парижских предпринимателей использовали труд более чем 10 рабочих, а половину предприятий составляли карликовые мастерские, принадлежавшие ремесленникам-одиночкам или хозяйчикам, эксплуатировавшим одного рабочего; такие мастерские работали на скупщика или мануфактуриста-предпринимателя.

В промышленности Лиона — второго по численности населения города Франции, центра шелкоткацкой индустрии — все еще преобладала рассеянная мануфактура. Крупные предприниматели-мануфактуристы имели обычно только раздаточные конторы; они сдавали заказы из своего сырья владельцам мелких заведений с числом станков от одного до шести и соответствующим количеством подмастерьев, помощников, учеников; среди владельцев мастерских было много мастеров-одиночек, не пользовавшихся наемным трудом.

Во многих департаментах мануфактуристы предпочитали размещать свои заказы в деревне, где рабочие руки были дешевле, чем в городе.

Политика правительства, оказывавшего покровительство только кучке крупных финансистов и торговцев и верхушке промышленников в ущерб интересам остальной буржуазии, тормозила развитие промышленности и торговли. Высокие таможенные пошлины на ввоз угля, железа, хлопка обогащали «угольных баронов» и других промышленных магнатов, но были крайне невыгодны для основной массы предпринимателей, так как удорожали себестоимость производства и этим снижали конкурентоспособность французских изделий на иностранных рынках. Банкиры и ростовщики наживали огромные богатства за счет дороговизны кредита.

Завоевание Алжира

В интересах финансовой верхушки монархия Луи-Филиппа продолжала завоевание Алжира. Оно было начато еще при Бурбонах: правительство Полиньяка отправило в середине июня 1830 г. в Алжир экспедиционный корпус, и уже 5 июля алжирский дей (правитель), не оказав серьезного сопротивления, сдал свою столицу город Алжир французам. Номинальный сюзерен Алжира — турецкий султан ограничился бумажными протестами. На защиту своей страны поднялись народные массы — арабские и берберские племена. Правительству июльской монархии пришлось столкнуться с освободительной войной алжирского народа, продолжавшейся затем почти двадцать лет.

С 1832 г. борьбу против французских колонизаторов возглавил энергичный и талантливый военачальник Абд-эль-Кадер. Сплотив под своим руководством многие племена западных и центральных районов Алжира, он создал независимый эмират и нанес французским войскам ряд крупных поражений. Французские власти были вынуждены заключить с ним в 1834 и 1837 гг. договоры и признать его власть над двумя третями алжирской территории. Через некоторое время, перебросив в Алжир подкрепления, колонизаторы возобновили военные действия, но по-прежнему терпели неудачи. Только ценой больших потерь и огромных средств, сосредоточив в Алжире более ста тысяч солдат и значительную военную технику, применив массовые убийства алжирцев, истребив целые племена, захватчики смогли к концу 1847 г. разбить войска Абд-эль-Кадера и взять его в плен. Однако и после этого в Алжире продолжалась борьба против колонизаторов.

Тяжелая и непопулярная алжирская война принесла большой ущерб французскому народу. Кавеньяк, Ламорисьер, Сент-Арно, Пелиссье, Шангарнье и другие «алжирские генералы» именно здесь приобрели опыт кровавого, беспощадного подавления народного движения, который они перенесли позднее во Францию.

П Развитие промышленности привело к заметному увеличению

_ численности рабочего класса Франции. В Париже в 1846 г. из

рабочих и крестьян . _г

1 млн. человек населения почти треть составляли рабочие и

мелкие ремесленники. Значительные пролетарские и полупролетарские массы были сосредоточены в Лионе, Марселе, Руане, Бордо. Именно эти города во главе с Парижем и являлись обычно местом революционных выступлений того времени.

В ходе промышленного переворота и в результате усиления капиталистической эксплуатации положение трудящихся масс ухудшалось. Продолжительность рабочего дня в среднем равнялась 12—13 часам, а в каменноугольных шахтах и в некоторых других отраслях производства доходила до 15—16 часов и больше. Особенно жестокой эксплуатации подвергались женшины и дети. Основная масса рабочих и мелких ремесленников ютилась в сырых подвалах, на душных и темных чердаках. Академик Адольф Бланки писал, что он видел в Лилле работниц, вся, пища которых состояла из 2 кг хлеба в неделю; эти женщины едва держались на ногах от истощения. «Трудно смотреть на подобную нищету,— писал в 1842 г. правительственный чиновник департамента Сена-и-Уаза о детях, занятых в ленточном производстве. — По совести сказать, арестанты нашей скверной тюрьмы д'Этан во всех отношениях живут в двадцать раз лучше». В 1841 г. был издан закон, который устанавливал 8-часовой рабочий день для детей 8—12 лет и 12-часовой — для подростков 13—16 лет. Но на практике этот закон почти не соблюдался; к тому же он допускал множество исключений (в отдельных случаях ночной труд даже для 8-летних детей).

Весьма плачевным было положение большей части крестьянства, составлявшего две трети населения Франции. Процесс дробления мелких крестьянских участков тормозил развитие сельского хозяйства и вел к растущему обнищанию подавляющей массы крестьян. Особенно тяжело жилось мелким арендаторам-издольшикам. Используя малоземелье крестьян, крупные землевладельцы повышали арендную плату.

Налоги, прямые и косвенные (на соль, на вино, на продававшиеся крестьянами в городах продукты питания), душили крестьянство. Задерживало развитие сельского хозяйства и отсутствие дешевого кредита. Сельские богатеи грабили крестьян, взимая с них ростовщические проценты. Другой формой ограбления сельской бедноты было уничтожение остатков общинных земель и лишение крестьян старинных «прав пользования» (пастьба скота на общественных выгонах, собирание колосьев, остатков винограда, сухих сучьев, соломы).

Неудивительно, что нищенство снова, как и накануне революции 1789 г., стало массовым явлением во французской деревне 40-х годов XIX в.; только источником его являлась уже не феодальная, а капиталистическая эксплуатация.

Лионские восстания 1831 и 1834 гг.

Жестокой эксплуатации подвергались рабочие шелкоткацкой промышленности Лиона — крупнейшего центра этой отрасли производства. В результате развития фабричной промышленности ухудшилось положение подмастерьев, учеников и даже хозяев мелких мастерских, находившихся в полной зависимости от крупных предпринимателей-мануфактуристов.

21 ноября 1831 г. в Лионе началась стачка протеста против отказа предпринимателей признать новые, более высокие расценки, которые были утверждены комиссией, составленной из представителей от рабочих и от хозяев. Многие мануфактуристы закрыли двери своих раздаточных контор для ткачей. В ответ на это, а также на провокационные действия буржуазной национальной гвардии трудящиеся Лиона взялись за оружие. Стачка переросла в восстание. Лозунгом восставших рабочих было: «Жить, работая, или умереть, сражаясь». Эти слова были вышиты на черном знамени, поднятом в рабочих предместьях Лиона. После почти трехдневной вооруженной борьбы правительственные войска были вытеснены из Лиона, и город перешел в руки рабочих. Но, не имея самостоятельной политической организации, лионские повстанцы не сумели использовать плоды своей победы, не взяли в свои руки власть. Восставшие ткачи ограничились созданием временного штаба, в котором господствующее положение заняла мелкая буржуазия (хозяева мастерских) Многие рабочие еще верили тогда в короля Луи-Филиппа, в то, что он сможет оградить трудящихся от жадности предпринимателей.

3 декабря многочисленные войска вступили в Лион и подавили восстание. Число повстанцев, убитых в уличных боях, исчислялось несколькими сотнями. Более 10 тыс. человек было выслано из Лиона и его предместий.

Восстание лионских ткачей произвело глубокое впечатление на современников. Это восстание показало, что на историческую сцену выступила новая общественная сила — рабочий класс. Маркс и Энгельс расценивали лионское восстание как поворотный момент в развитии классовой борьбы во Франции, как начало отделения рабочего движения от буржуазнодемократического.

В июне 1832 г., во время похорон популярного в демократических кругах генерала Ламарка, в Париже произошло восстание с целью свержения монархии. Руководили этим восстанием мелкобуржуазные республиканцы, но решающую роль сыграли рабочие. В рабочих кварталах над баррикадами было поднято красное знамя. После двух дней героической борьбы сопротивление республиканцев было сломлено.

В апреле 1834 г. в обстановке промышленной депрессии произошло второе восстание в Лионе. Толчком к нему послужили два обстоятельства: принятие сурового закона о союзах, направленного против демократических организаций, и судебная расправа с участниками стачки, происходившей незадолго до того. Второе лионское восстание носило ярко выраженный политический характер. На собственном опыте рабочие успели убедиться, что без политической свободы невозможно социальное освобождение трудящихся. Поэтому лионские повстанцы 1834 г. подняли знамя борьбы за демократическую республику. Шесть дней на улицах Лиона шли

Лионское восстание 1831 г.

Литография Барду.

ожесточенные бои между восставшим народом и королевскими войсками. Предместье Круа- Русс, являвшееся главным очагом восстания, было укреплено с большим искусством, обнесено рвами. Над баррикадами развевались красные знамена. «Республика или смерть!» — таков был боевой клич повстанцев. Среди руководителей восстания были мужественные и стойкие республиканцы — Лагранж, Бон, Коссидьер, Карье, — деятели профессиональных рабочих союзов и обществ взаимопомощи. Правительство жестоко расправилось с восставшими. В подавлении восстания участвовала артиллерия. Солдаты разрушали дома, расстреливали не только повстанцев, но и мирных жителей.

Второе лионское восстание нашло отклик в Париже, а также в Сент-Этьенне, Гренобле, Клермон-Ферране и в некоторых других промышленных городах страны. Восстаниями были охвачены и некоторые сельские местности, особенно в винодельческих районах. В Арбуа на помощь восставшим республиканцам прибыли отряды крестьян с красными знаменами; повстанцам удалось на время завладеть этим городом и низложить мэра.

В Париже вооруженная борьба продолжалась около двух дней (13 и 14 апреля). При подавлении восстания были совершены чудовищные злодеяния. Особенно

СВОБОДА НА БАРРИКАДАХ. Э. Делакруа 1830 г.

бесчинствовали солдаты на улице Транснонэн, где были перебиты ни в чем не повинные люди, в том числе старики, женщины, дети.

После подавления восстания 1834 г. правительство устроило грандиозный судебный процесс, который продолжался почти целый год. Многие подсудимые были сосланы на каторгу.

Подавление восстания в Лионе в апреле 1834 г. Рисунок Ф. О. Жанрона.

Поражение республиканского движения начала 30-х годов привело к временному упрочению правительства. Этому способствовало и усиление реакционных настроений в буржуазных кругах, напуганных политической активностью рабочего класса.

Тайные революционные организации. Забастовочное движение

Большое влияние в рабочем классе имели тайные революционные общества. Возникшие еще в период Реставрации, они вначале состояли главным образом из мелкобуржуазных республиканцев и пропагандировали идеи и традиции якобинцев. Однако постепенно эти организации становились рабочими по своему составу, и в их деятельности на первое место выдвигались социальные задачи. Так, участники «Общества прав человека и гражданина» активно действовали во втором восстании лионских рабочих; многие члены этого тайного общества были осуждены на процессе 1834 г.

Большую роль в деятельности тайных революционных обществ играл Огюст Бланки (1805—1881), пламенный революционер, посвятивший свою долгую жизнь борьбе за освобождение трудящихся. Взгляды Бланки сложились под влиянием революционных традиций бабувизма, прежде всего под влиянием книги Буонарроти о «заговоре равных». Бланки был убежден, что будущее принадлежит коммунизму, и резко критиковал мелкобуржуазных демократов, доказывавших, что стоит только завоевать политические свободы, и положение масс существенно улучшится. Для достижения коммунизма Бланки считал утопии. В Икарии нет бездельников. Все граждане трудятся. Каждый по возможности выбирает тот труд, который для него привлекателен. Продолжительность рабочего дня — семь часов летом и шесть часов зимой. Икарийцы широко используют машины и новые технические изобретения. Потребление организовано на коммунистических началах. Идеалу Кабе присущи, однако, черты грубой уравнительности.

Кабе считал возможным осуществить коммунизм мирным путем. Он видел тяжелое положение пролетариата в капиталистическом обществе и описывал эксплуатацию рабочих предпринимателями. Но одновременно он стремился доказать, что современный общественный строй пагубен и для буржуазии. Поэтому, по мнению Кабе, все должны быть заинтересованы в переходе к коммунизму. Относясь отрицательно к революционным методам борьбы, он писал: «Если бы я держал революцию в руке, я держал бы руку закрытой, хотя бы мне пришлось умереть в изгнании».

Талантливая, живая пропаганда коммунистических идей создала Кабе популярность среди рабочих. Однако свойственные его учению мелкобуржуазные тенденции — идея примирения богатых и бедных, мысль о возможности осуществить коммунизм без революции — тормозили развитие классового самосознания пролетариата.

Р_еВОЛюци_ОННый В 40-х годах широкое распространение получили во Франции

_КОмм_унИзм 40-_{Х Г0д0в}. ^{также и}д^еи р^еволюц^{ионного комм}у^низма. 1 ^июля 184^{0 г}. та

Де₃а_ми многолюдном коммунистическом собрании, организованном в

рабочем предместье Парижа Бельвиле сторонниками революционного коммунизма, один из ораторов заявил: «Коммунизм — это единственное лекарство, годное для лечения человечества от всех зол... И он осуществим не через тысячу лет и даже не через сто лет, а сегодня, в данный момент».

После разгрома «Общества времен года» возникло новое тайное коммунистическое общество «Рабочие-уравнители». Программа общества, составленная в духе идей Бабефа, провозглашала действительное равенство, общность благ и всеобщий труд. Для достижения этих целей революционные коммунисты считали необходимой народную диктатуру, создание временного революционного правительства. Вскоре общество «Рабочих-уравнителей» прекратило свое существование, но на смену ему пришла другая тайная организация — «Общество материалистов-коммунистов».

Пропаганду идей коммунизма вела и коммунистическая пресса 40-х годов; некоторые ее органы были идейно и даже организационно связаны с тайными обществами. Революционно-коммунистические идеи пропагандировали журналы «Эгалитер» («Сторонник равенства»), «Юманитер» («Друг человечества») и др. «Эгалитер» обосновывал положение, что истинная демократия — это коммунизм, и предсказывал близкое освобождение «пролетарских классов». Журнал солидаризировался с основными положениями бабувизма, в том числе с идеей революционной диктатуры. «Юманитер», защищая идеал равенства, указывал, что равенство — это не равный дележ, а общность благ. Журнал ратовал за полное уничтожение всякого господства человека над человеком.

Издателем журнала «Эгалитер» был выдающийся теоретик революционного коммунизма 40-х годов, материалист и атеист Теодор Дезами (1803—1850), автор книги «Кодекс общности». «Общность! Общность! Все, что есть хорошего, прекрасного, сжато изложено в одном этом слове», — писал он. Коммунистическое общество он представлял себе как совокупность коммун, занимающихся и сельским хозяйством, и промышленным производством. Дезами высказывался против грубой уравнительности, признавал значение машин в деле облегчения труда и роста общественного благосостояния. Он обосновывал необходимость общественного воспитания, выдвигал задачу ликвидации противоположности между физическим и умственным трудом. Осуществление коммунизма Дезами связывал с социальной революцией и установлением революционной диктатуры, необходимой для ликвидации частной собственности и подавления сопротивления богатых классов. Полемизируя с Кабе, Дезами заявлял, что мирные средства никогда не достигнут цели.

Близко к Дезами стоял другой революционный коммунист бабувистского направления — бывший священник Жан-Жак Пийо, автор ряда пропагандистских брошюр, впоследствии активный участник Парижской коммуны.

Французские революционные коммунисты 40-х годов, в том числе и Дезами, продолжали оставаться утопистами. Подобно коммунистическим идеологам XVIII в., они обосновывали коммунизм чисто рационалистически, ссылками на «вечные и непреложные» законы, соответствующие природе человека. Хотя Дезами и его единомышленники говорили о пролетариате и его роли в переустройстве общества, но под пролетариатом они обычно понимали всех неимущих и не выделяли рабочих из общей массы трудящихся. Революционную диктатуру они представляли себе не как диктатуру пролетариата, а как диктатуру, осуществляемую узкой революционной организацией.

В 40-х годах режим июльской монархии вступил в полосу

^{Назревание кризиса} внутренних и внешних трудностей. Репрессии против рабо- июльскои монархии

чих, запрет их союзов не сломили нараставшего пролетарского движения. Классовая борьба пролетариата против буржуазии принимала решительный характер. Рабочие начинали более отчетливо осознавать свои классовые интересы. Влияние социалистических учений среди них укреплялось.

Верфь в Тулоне.

Гравюра по рисунку П. Летюера. 1846 г.

Наряду с этим усиливались оппозиционные и революционные настроения в других слоях общества. Крестьянство, придавленное налогами, громко роптало. Недовольство правительством выражала и часть буржуазии, главным образом промышленной. Несмотря на проведенные в интересах капиталистических кругов законодательные мероприятия — протекционистские пошлины, привилегии железнодорожным компаниям и т. п., «царство банкиров» сковывало развитие производительных сил Франции, задерживало и тормозило процесс промышленного переворота. Буржуазию тревожил рост государственного долга, который с 1830 по 1846 г. увеличился более чем вдвое и достиг 2,5 млрд. франков. Огромные проценты по этому долгу шли в карманы финансовой олигархии.

Буржуазные круги были недовольны и неудачной внешней, в особенности колониальной, политикой правительства, «дипломатическим Ватерлоо», пережитым Францией в 1840 г. в борьбе с блоком четырех держав (Англия, Россия, Австрия и Пруссия) за влияние на Востоке, отступлением в том же году перед колониальной экспансией Англии, захватившей Новую Зеландию и острова Океании, куда Франция уже направила было свою военную экспедицию.

Недовольство внутренней и внешней политикой июльской монархии к концу 1847 г. чрезвычайно усилилось. В народных массах росли революционные настроения. Буржуазная оппозиция требовала избирательной реформы, надеясь укрепить свое влияние в парламенте и предотвратить революционный взрыв. Однако правительство, во главе которого начиная с 1840 г. стоял историк и публицист Гизо, превратившийся после революции 1830 г. из умеренного либерала в ярого реакционера, упорно отклоняло требования оппозиции. «Обогащайтесь, господа, и вы станете избирателями»,— цинично отвечал Гизо тем, кто предлагал снизить имущественный ценз и расширить круг избирателей. «...Ротшильд и Луи-Филипп прекрасно понимают, — писал в 1847 г. Энгельс, — что включение в круг избирателей мелкой буржуазии означает не что иное, как «LA REPUBLIQUE!»» ^[46].

Социальная база июльской монархии все более суживалась.

2. Завершение промышленного переворота в Англии. Чартизм

30-е и 40-е годы XIX в. отмечены в истории Англии быстрым развитием капитализма. Здесь раньше, чем в других странах, промышленный переворот вступил в завершающую стадию, что и сделало Англию наиболее развитой страной капиталистического мира. Следствием развития капитализма явилось резкое обострение классовой борьбы, которое нашло свое наиболее яркое выражение в чартистском движении.

Развитие капитализма

В 30-х и особенно 40-х годах в основных отраслях английской промышленности окончательно победило фабричное производство. Еще в 1830 г. даже в наиболее развитой отрасли производства — хлопчатобумажной промышленности — число ручных станков в 3 раза превышало число механических станков. В последующие два десятилетия ручное ткачество почти совершенно исчезло. Такой же процесс происходил и в других отраслях производства. Этому способствовали следовавшие одно за другим технические изобретения и усовершенствования. В частности, в текстильной промышленности большую роль сыграл так называемый сельфактор (автомат), обеспечивший механизацию прядильных процессов. Ширилось применение паровых машин. В текстильной промышленности мощность паровых двигателей возросла с 1834 по 1850 г. в 3,5 раза. Быстрыми темпами шла концентрация производства, увеличивались размеры фабричных предприятий.

Другой важной чертой промышленного развития Англии этих лет был быстрый рост тяжелой промышленности. За 17 лет — с 1830 по 1847 г. — производство металла в Англии возросло более чем в 3 раза. Применение горячего дутья при плавке руды, начавшееся в 1828 г., втрое сократило расход топлива на 1 т металла и, что было еще важнее, позволило использовать в производстве низшие сорта каменного угля, которые в изобилии имелись в Англии, но раньше применялись только для отопления. Англия, зависевшая до того времени от привозного металла, сама стала его вывозить в больших масштабах. За двадцать лет — с 1826 по 1846 г.— вывоз железа и чугуна из Англии увеличился в 7,5 раза. В 1839 г. в Англии было добыто угля в 4 раза больше, чем во Франции, Бельгии и Пруссии, вместе взятых.

Для промышленного развития Англии этих лет характерным был быстрый рост машиностроения и станкостроения. Создание точных и высокопроизводительных строгальных, токарных, фрезерных, штамповальных станков облегчало труд

Медный рудник в Корнуолле.

Гравюра Д. Томаса по рисунку Т. Аллома. 1837 г.

и улучшало качество продукции. Английские станки и машины по своему качеству и дешевизне не имели себе равных. Англия стала поставщиком машин для всех стран мира.

Огромное значение для английской экономики имело развитие транспорта, в особенности железных дорог. После 1830 г. в Англии началось быстрое строительство железных дорог. К 1850 г. длина ее железнодорожной сети достигала почти 10 тыс. км. Железные дороги ускорили превращение английской экономики в единое целое и облегчили включение отдельных районов страны в мировую торговлю.

Завершение промышленного переворота выдвинуло Англию на первое место в мировом промышленном производстве и торговле. Английский вывоз увеличился с 1830 до 1849 г. более чем в 4 раза. Он почти целиком складывался из фабричных товаров. Напротив, ввоз состоял в основном из промышленного сырья для фабрик и продуктов продовольствия для населения. Англия превращалась в промышленную «мастерскую мира».

Промышленное развитие вело к росту городского населения. В 1851 г. более трети населения Англии проживало в крупных городах, в то время как в крупных городах Франции жило в эти годы только 10,5% населения.

Процесс индустриализации находил отражение и в постепенном сокращении удельного веса сельского хозяйства в экономике страны. Вместе с тем быстрое развитие промышленности и городов стимулировало спрос на продукты сельского хозяйства и ускоряло перестройку сельского хозяйства на капиталистических началах. В результате огораживаний вся общинная пахотная земля к 30-м годам

XIX в. перешла в собственность крупных землевладельцев; в последующие десятилетия были огорожены и перешли в собственность лендлордов также и общинные пустоши. Концентрация земельной собственности достигла огромных масштабов: в середине 30-х годов в

Постройка железнодорожного моста.

Гравюра. 1830 г.

руках 35 тыс. крупных землевладельцев сосредоточилось около половины всего земельного фонда страны.

Земельный собственник — лендлорд, как правило, не вел собственного хозяйства, а сдавал свою землю в аренду, преимущественно крупными участками. Вложения капитала в подобные предприятия были под силу только состоятельным людям. Фермер-арендатор хозяйничал вполне по-капиталистически. Он нанимал рабочую силу и был тесно связан с рынком. В 1851 г. количество сельскохозяйственных рабочих в Англии составляло 1442 тыс.; в среднем на каждую ферму приходилось около 10 рабочих. В сельском хозяйстве широко применялись передовые методы агрикультуры: многопольная плодопеременная система, дренаж, удобрения и сельскохозяйственные машины.

Обострение классовых противоречий

По мере того как промышленный переворот приближался к завершению, отчетливо выявлялись его социальные последствия.

Систематические переписи, начатые с 1800 г., обнаружили быстрый рост населения: в 1801 г. оно составляло (без Ирландии) 10,9 млн. человек, в 1831 г. — 16,5 млн., а через 20 лет, в 1851 г., — уже около 21 млн. человек. В 1841 г. на фабриках и мануфактурах, в шахтах и на строительстве было занято около 3800 тыс. человек — не менее 34% самодеятельного населения; в 1851 г. число рабочих достигло 4800 тыс., или 37,6%, самодеятельного населения. Таким образом, к середине XIX в. рабочий класс Англии составлял самую значительную часть населения как в городе, так и в деревне. Поэтому именно в Англии впервые во всемирной истории со всей ясностью обнаружилось основное социальное противоречие капиталистического общества — противоречие между пролетариатом и буржуазией.

Быстрое внедрение машин вело к полному вытеснению ремесла. Но промышленность не успевала поглощать свободные рабочие руки. В результате возникла огромная резервная армия труда, которая возрастала вследствие систематически повторявшихся кризисов и периодов тяжелой депрессии. Наличие массовой безработицы позволяло капиталистам усиливать эксплуатацию рабочих и снижать их заработную плату. Рабочий день в промышленности составлял в 30-х годах обычно 12—14 часов (иногда 16 часов). Заработной платы едва хватало для поддержания жизни. Комиссия, обследовавшая в 1838—1839 гг. положение ткачей в фабричном городе Аштон-андер-Лайн, установила, что на средний недельный заработок семья из четырех человек могла бы купить только 12 кг хлеба и ничего более; между тем квартирная плата и другие расходы отнимали у рабочих более половины заработка.

Хозяева жестоко притесняли рабочих, прибегали ко всяческим уловкам, чтобы урезать и без того низкую заработную плату. Этой цели служила, в частности, система штрафов. На одной фабрике возле Манчестера штраф взимался, если рабочий открывал окно в мастерской, опаздывал на работу на одну минуту, не ставил на место масленку, работал при газовом освещении, когда уже было светло, и т. д. Ограблению рабочего служила система обязательных покупок в заводской лавке: хозяин выплачивал деньгами лишь часть заработка, а на остальную сумму рабочий по контракту обязан был покупать залежалые, подчас недоброкачественные товары, за которые с него брали втридорога.

Особенно беспощадной эксплуатации подвергались женщины и дети — они получали за свою работу значительно меньше, чем взрослые рабочие-мужчины.

Демократический публицист Уильям Коббет, характеризуя угнетенное положение рабочего класса Англии, писал в эти годы: «Говорят о вассалах прошлого, говорят о вилланах! Говорят о рабстве в прошлом! Но были ли в эпоху феодализма те и другие так унижены, так абсолютно порабощены, как унижены и порабощены те несчастные создания, которые на «просвещенном» севере в душной температуре работают по 14 часов в день и подлежат наказанию, если выглянут в окно?»

Рабочее движение

К 30-м годам английский пролетариат накопил уже значительный опыт классовой борьбы. Период, когда рабочие видели главную причину своих несчастий в машине, заменявшей ручной труд, и пытались бороться с введением машин, даже уничтожали их, остался позади. Рабочие поняли, что дело не в машине, а в ее применении капиталистами.

Многие рабочие еще находились во власти иллюзий, что можно улучшить положение трудящихся без политической борьбы. Под влиянием пропаганды Роберта Оуэна начали создаваться производственные кооперативы и «меновые базары», где из обмена были устранены деньги; крах таких предприятий показал рабочим, что,

Стачка в Престоне (Англия). Войска стреляют в рабочих.

Гравюра 1842 г.

идя по этому пути, они никогда не добьются существенного улучшения своего положения.

Борьба английских рабочих принимала организованный характер, создавались новые профессиональные объединения. В 1829 г. была сделана попытка

организации единого профсоюза прядильщиков в масштабе всей страны; в 1830 г. рабочий- прядильщик Догерти, инициатор «Великого общего союза прядильщиков», организовал «Национальную ассоциацию для защиты труда» — единую профессиональную организацию в национальном масштабе.

Встревоженные ростом организованности рабочего класса, органы власти обрушили жестокие гонения на рабочие союзы и на их членов. В результате полицейских репрессий «Национальная ассоциация» прекратила существование. Это было уроком для рабочих: они начали сознавать, что для их освобождения необходимо изменить политические порядки в стране, добиться права свободной деятельности рабочих организаций.

Парламентская реформа 1832 г.

Борьба промышленной буржуазии за парламентскую реформу также способствовала втягиванию рабочего класса в политическую жизнь.

Под влиянием Французской революции 1830 г. сторонники парламентской реформы в Англии активизировали свою деятельность. В ноябре 1830 г. реакционное правительство герцога Веллингтона вынуждено было уйти в отставку. Новый кабинет во главе с Греем, опиравшийся на вигов и левое крыло тори, выдвинул проект реформы, который предусматривал изменение представительства в парламенте в интересах буржуазии за счет уничтожения так называемых «гнилых местечек» — обезлюдевших избирательных округов в сельских местностях, где депутатов фактически назначал лендлорд. Земельная аристократия, пользовавшаяся преобладанием в парламенте, решительно воспротивилась этой реформе. Чтобы сломить сопротивление лендлордов, буржуазия обратилась за помощью к народным массам. В конечном счете народ и заставил лендлордов отступить.

Созданные буржуазией сначала в Бирмингеме, а затем и в других крупных городах политические союзы вели широкую агитацию, обещая трудящимся, что избирательная реформа значительно улучшит их положение. Митинги и демонстрации, организованные политическими союзами, приняли внушительные размеры. Особенно большую активность проявил «Национальный политический союз» в Бирмингеме. Буржуазные руководители движения, в частности бирмингемский банкир Атвуд и владелец портняжной мастерской в Лондоне Френсис Плэс, грозили противникам реформы прекратить уплату налогов и совершить «набег на банки», т. е. начать массовое изъятие денежных вкладов. Министр внутренних дел лорд Джон Рассел и другие члены правительства, принадлежавшие к партии вигов, активно поддерживали сторонников парламентской реформы. Для ведения агитации Плэс получал средства из секретных фондов.

Осенью 1830 г. в ряде графств Англии развернулось массовое движение батраков, которые требовали повышения заработной платы. Их поддерживали мелкие фермеры, тяготившиеся высокой арендной платой и десятиной в пользу церкви. Анонимные письма лендлордам, заключавшие в себе требования батраков, подписывались мифическим именем «Свинг» (это слово означает качели, но иносказательно также и виселицу). Движение «свинг», затронувшее главным образом южные районы страны, охватило 16 графств и сильно встревожило лендлордов. Крупные полицейские и военные силы, присланные правительством, жестоко расправились с участниками движения.

Через год, осенью 1831 г., в связи с отказом палаты лордов утвердить билль о реформе, уже принятый палатой общин, в различных частях Англии произошли серьезные события. Дворцы и замки некоторых противников билля подверглись нападению; в Бристоле и в Глазго вспыхнули народные волнения. Эти выступления были подавлены, однако они оказали свое действие: оба лагеря господствующих классов — и сторонники и противники реформы, напуганные активностью масс, начали склоняться к компромиссу. Поэтому, когда правительство пригрозило поставить вопрос о пополнении верхней палаты новыми членами — сторонниками реформы, лорды пошли на уступки. В июне 1832 г., после двухлетней напряженной борьбы, билль о реформе был утвержден.

Парламентская реформа 1832 г. ликвидировала многие «гнилые местечки». Были созданы новые избирательные округа, преимущественно в новых промышленных городах, ранее не имевших представительства в парламенте. Но трудящиеся не получили избирательных прав: последние были предоставлены только имущим классам, плательщикам высокого подоходного налога.

Реформа 1832 г. означала политический компромисс между земельной аристократией и крупной буржуазией. В результате этого компромисса, как писал Маркс, буржуазия была «признана господствующим классом и в политическом отношении» ¹. Однако ее господство и после этой реформы не сделалось полным: земельная аристократия сохранила значительное влияние на общее управление страной и законодательные органы.

Получив доступ к государственной власти, крупная промышленная буржуазия с целью укрепления своего экономического господства провела ряд мер, направленных к закабалению рабочих. В 1834 г. парламент принял новый закон о бедных, который лишал безработных и бедняков права на общественную помощь; отныне получение такой помощи было обусловлено пребыванием в «работном доме», где обитателей изнуряли непосильной и непроизводительной работой, тюремной дисциплиной, морили голодом. Все было сделано для того, чтобы заставить безработных наниматься за гроши.

Законодательство начала 30-х годов разоблачило классовую сущность английского буржуазного либерализма. Рабочий класс, принимавший активное участие в борьбе за парламентскую реформу, убедился, что буржуазия обманула его и присвоила себе все плоды победы, одержанной над земельной аристократией.

Рост классового самосознания английских рабочих вызвал к

Возникновение чартизма.

жизни массовое политическое движение, получившее назва-

Борьба течении

ние чартизма.

в чартизме _{π 10},_{А г}

^г В 1836 г. группа передовых рабочих и ремесленников органи

зовала «Лондонскую ассоциацию рабочих», которая занялась выработкой политической программы рабочего движения. Программа эта, названная «народной хартией» (по-английски хартия — «чартер»), предусматривала последовательную демократизацию политического строя Англии. Хартия выдвигала шесть требований: всеобщее избирательное право (для мужчин), ежегодное переизбрание парламента, тайная подача голосов при выборе депутатов, деление страны на равные избирательные округа для обеспечения равномерного представительства, отмена имущественного ценза и выплата жалованья депутатам. Широкие слои трудящихся горячо поддержали хартию, надеясь, что ее осуществление приведет к улучшению положения народа. Как выразился один из чартистских ораторов, «хартия — это вопрос ножа и вилки».

С 1838 г. по всей стране развернулись грандиозные народные митинги, на которых хартия получила всеобщее одобрение. К весне 1839 г. под петицией в парламент, требовавшей осуществления хартии, подписалось более 1200 тыс. человек.

4 февраля 1839 г. в Лондоне открылся Конвент (съезд) чартистских делегатов. Среди его участников сразу же обнаружились серьезные разногласия. Некоторые делегаты считали, что следует лишь вручить петицию и затем разойтись, предоставив решение вопроса парламенту. Эти буржуазные и мелкобуржуазные попутчики чартизма скоро покинули Конвент.

Большинство Конвента, выражавшее настроения пролетариата и слоев, шедших за ним, считало своей задачей решительную борьбу за осуществление хартии. Огромный численный перевес сторонников хартии над кучкой господствовавшей олигархии внушал делегатам Конвента надежду на то, что ему удастся осуществить эту цель мирным путем. Но далее возник вопрос о том, что делать, если имущие классы все же откажутся удовлетворить требование народа. Одни делегаты призывали вести решительную борьбу вплоть до вооруженного выступления. Другие считали, что следует ограничиться мирной агитацией, воздействием общественного мнения.

Наиболее активным сторонником решительных действий был Джулиан Гарни, создавший в 1838 г. «Лондонскую демократическую ассоциацию», которая объединяла революционных

О'Коннор с хартией перед парламентом и лорд Рассел.

Шарж из журнала «Панч». 1848 г.

рабочих столицы. Гарни резко критиковал тех, кто верил в возможность осуществления демократических реформ без революционных выступлений. Гарни призывал к вооружению народа и выдвигал план похода на Лондон вооруженных отрядов чартистов, чтобы заставить парламент принять хартию.

Иную позицию занимал Уильям Ловетт, столяр, представитель лондонских ремесленников. Ловетт считал, что чартисты должны ограничиваться пропагандой и просвещением рабочего класса.

Видную роль в чартистском движении играл ирландский адвокат и публицист О'Коннор, издатель. влиятельной чартистской газеты «Северная звезда», организатор «Большого северного союза», объединявшего значительные массы фабричных рабочих. О'Коннор выступал с речами, в которых призывал к решительным действиям. Однако он полагал, что до народного восстания дело не дойдет и что одна только угроза восстания заставит парламент осуществить хартию. Поэтому О'Коннор перемежал революционные речи призывами к массам сохранять спокойствие.

Весьма влиятельным деятелем чартизма был публицист Джемс Бронтер О'Брайен, редактор нескольких чартистских газет. Его статьи получали широкий отклик в рядах чартистов. Являясь сторонником идей Оуэна, О'Брайен в отличие от своего учителя считал необходимым для осуществления идеалов Оуэна завоевание трудящимися политической власти. О'Брайен близко подошел к пониманию сущности классов и классовой борьбы, но остался в своих взглядах идеалистом. В вопросах тактики он, как и О'Коннор, проявлял колебания, высказываясь то за восстание, то за мирную пропаганду.

Глубокие тактические разногласия в чартистском Конвенте отражали пестроту социального состава чартистского движения на первых его этапах и идейную незрелость рабочих масс. Эти разногласия помешали Конвенту выполнить роль руководителя массовой борьбы.

Между тем правительство, встревоженное агитацией чартистов, решило принять меры против развернувшегося движения. Публичные митинги и массовые демонстрации были запрещены; в промышленных районах сосредоточились войска и полиция, буржуазия стала создавать добровольческие отряды в помощь властям.

7 мая 1839 г. петиция чартистов была внесена в парламент. Последний, как и следовало ожидать, отверг ее. Конвент, ослабленный внутренними разногласиями, бездействовал, однако рабочие массы, раздраженные полицейскими репрессиями, рвались в бой. 15 июля 1839 г. в ответ на провокационные действия властей, запретивших митинги чартистов, восстали рабочие Бирмингема; два дня они держали город в своих руках. 3 ноября того же года в Ньюпорте группа рабочих пыталась силой освободить из тюрьмы чартистского деятеля Винсента, но в стычке с войсками потерпела поражение.

Правительство усилило репрессии, начались массовые аресты активных участников движения. Суровые судебные приговоры, тюремное заключение, ссылки на каторгу обезглавили чартистское движение. В конце 1839 г. оно казалось сломленным.

Чартистское движение в 1842—1847 гг.

Однако затишье это было только временным. К осени 1841 г. обострился очередной экономический кризис, нужда широких масс снова резко возросла. К этому времени в лагере чартизма произошли существенные сдвиги: буржуазные радикалы покинули его ряды, вслед за ними начали отходить от чартизма и его мелкобуржуазные попутчики. Для тех и других парламентская реформа являлась самоцелью, тогда как рабочий класс видел в ней путь к коренному преобразованию всех общественных отношений и средство для улучшения своего положения. По мере того как состав чартистов становился более пролетарским, наметились новые, более организованные формы движения. Еще в 1840 г. была создана «Национальная чартистская ассоциация» — прототип политической партии пролетариата — со своим уставом, руководящими органами (исполнительным комитетом), членскими взносами. Число членов ассоциации вскоре достигло 40 тыс. Центром ее и всего чартистского движения стал Манчестер.

Вторая петиция чартистов с подписями 3,3 млн. человек, представленная в парламент в апреле 1842 г., была более резкой по тону, чем первая. Она затрагивала многие социальные вопросы и более последовательно выражала интересы рабочего класса. «Ее величество, — говорилось о королеве Виктории в петиции, — получает ежедневно доход в 165 ф. ст., тогда как тысячи рабочих семей получают ежедневно по 3³/₄ пенса на душу». Авторы петиции обличали несправедливость английского общественного и политического строя, указывали на непосильный труд рабочих, их низкую заработную плату, высокие налоги, концентрацию земли и других средств производства в руках высших классов, требовали отмены закона о бедных, расторжения унии между Англией и Ирландией.

Парламент отклонил петицию. Поведение правящих кругов укрепило в рабочем классе мысль о необходимости более решительных действий. В частности, среди рабочих приобрела популярность идея «священного месяца», т. е. всеобщей политической стачки. 4 августа 1842 г. в промышленном городе Стэлибридже (недалеко от Манчестера) рабочие забастовали и выдвинули требование об осуществлении хартии. К ним присоединились рабочие остальных городов этого фабричного района, затем стачка перекинулась и в другие части страны. В середине августа к ней присоединились многие тред-юнионы. Забастовочное движение охватило северные промышленные районы Англии. Но стачка все же не стала всеобщей: в нее не были вовлечены рабочие центральных и южных графств.

Чартистские руководители и на этот раз оказались не на высоте положения. Чартистская конференция, открывшаяся в Манчестере 17 августа 1842 г., не приняла решений, которые могли бы обеспечить победоносный исход борьбы. Лишенная общего руководства, стачка постепенно начала ослабевать. Правительство снова прибегло к полицейским репрессиям, применив их в еще более широком масштабе, чем прежде.

После неудачи стачки 1842 г. чартистское движение стало терять свой массовый характер. Этому способствовало также некоторое улучшение экономической конъюнктуры в связи с ослаблением кризиса и начавшимся в 1843 г. оживлением в промышленности.

Но с этого времени чартизм становится чисто пролетарским движением. В 1844—1848 гг. передовые деятели чартистского движения — Гарни, поэт и публицист Эрнест Джонс и некоторые другие — приняли активное участие в организации и деятельности «Союза братских демократов», находившегося в тесной связи со многими революционными и демократическими организациями как в Англии, так и за ее пределами. «Союз братских демократов» сыграл большую роль в пропаганде идеи международной солидарности трудящихся.

Маркс и Энгельс были уже в этот период связаны с чартистским движением. Энгельс, проживавший в эти годы в Англии, с 1843 г. поддерживал личные связи с революционными элементами чартизма, а начиная с 1845 г. активно сотрудничал в чартистской печати. Маркс и Энгельс приняли участие в создании «Союза братских демократов». Они оказали значительное влияние на передовых деятелей левого крыла чартистского движения, многие из которых сблизились с ними.

В то же время в среде чартистов проявились мелкобуржуазные влияния. О'Коннор выступил с планом возвращения рабочих к сельскохозяйственному труду. С этой целью в 1845 г. была основана чартистская земельная кооперативная ассоциация: каждый член ее при условии денежного взноса должен был получить участок земли с жилым помещением, орудиями труда, рабочим скотом. План оказался совершенно нереальным. На деньги, собранные к 1848 г., из 75 тыс. членов ассоциации удалось обеспечить землей только 230 семей. Затея О'Коннора была не только утопической, но и реакционной. Она отвлекала рабочих от борьбы против капиталистов и буржуазного государства, внушала им иллюзорную мечту о возвращении к земледелию в качестве мелких собственников. Популярность проекта О'Коннора среди чартистов свидетельствовала об идейной незрелости рабочего класса. Вскоре земельная ассоциация чартистов обанкротилась и распалась.

Победа

свободной торговли. Фабричное законодательство

Промышленная буржуазия настойчиво стремилась отвлечь рабочих от самостоятельной политической борьбы. Еще в 1838 г. в Манчестере была создана «Лига борьбы против хлебных законов», которая добивалась отмены таможенных пошлин на привозной хлеб. Таким путем промышленная буржуазия Англии рассчитывала добиться уменьшения цен на хлеб, чтобы удешевить цены на промышленные изделия: это облегчило бы их распространение внутри страны и за границей.

Лига, в которой руководящую роль играл богатый фабрикант Ричард Кобден, развила широкую агитацию в пользу отмены хлебных пошлин. Кобден и его единомышленники — фритредеры (сторонники свободной торговли) сулили трудящимся повышение реальной заработной платы в результате понижения цен на хлеб. Чартисты быстро разгадали и разоблачили замыслы деятелей лиги. Кобдену все же удалось вовлечь некоторые слои рабочих в движение против хлебных пошлин, что в известной мере способствовало спаду массового движения за хартию.

Начиная с 1846 г. торийское правительство Пиля под давлением буржуазии приступило к проведению в жизнь программы свободной торговли. Ввозные тарифные ставки, в первую очередь на продовольствие и сырье, были резко снижены. Был также отменен навигационный акт, затруднявший и удорожавший ввоз товаров из колоний. Эти мероприятия обеспечили снижение цен на английские фабричные товары и стимулировали английский вывоз. В конечном счете эта политика имела своим результатом дальнейшее расширение сферы действия английского капитала, облегчила завоевание других рынков английскими товарами и превращение Англии в центр мировой торговли. Английская буржуазия мечтала тогда о том, чтобы Англия, как писал Маркс, образовала «один большой фабричный город, а вся остальная Европа превратилась бы в ее сельскую провинцию» ¹. Это был план подчинения всего мира интересам английского промышленного капитала.

Дети на работе в шахте.

Гравюра из официального доклада комиссии по рудникам и фабрикам. 1842 г.

Снижение цен на сырье и продовольствие в результате введения свободной торговли принесло большие выгоды английской промышленной буржуазии. Она хотела бы увеличить их еще больше и под предлогом удешевления продуктов питания снизить заработную плату рабочим, но, напуганная чартистским движением, не решилась пойти на это. Таким образом, рабочий класс Англии в конце концов также получил известные выгоды от свободной торговли.

Под влиянием чартистского движения английская буржуазия пошла и на другие уступки рабочим. В 1844 г. парламентским актом рабочий день детей до 13 лет был сокращен до 6¹/₂ часов, чтобы дать детям возможность учиться. В 1842 г. был запрещен труд в подземных шахтах для детей моложе десятилетнего возраста и для женщин. В 1847 г. был принят закон о десятичасовом рабочем дне для женщин и несовершеннолетних. Маркс подчеркивал огромное принципиальное значение этого закона, характеризуя его как победу политической экономии пролетариата над политической экономией буржуазии ^{[47] [48]. В эти же годы был усилен контроль над осуществлением фабричного законодательства: увеличено число фабричных инспекторов, их функции и права несколько расширены. Все эти успехи английского рабочего класса явились непосредственным результатом чартизма и подъема рабочего движения.}

Колониальная

политика

Во второй четверти XIX в. Англия вела активную захватническую политику на всех морях и на всех континентах земного шара. Одним из наиболее последовательных проводников этой политики был лорд Пальмерстон, который с 1830 до 1841 г. и с 1846 до 1851 г. занимал пост министра иностранных дел. Бесцеремонность Пальмерстона в обращении со слабыми и малыми государствами не знала границ.

В важнейшей английской колонии — Индии безраздельно хозяйничала Ост-Индская компания. Она содержала свой флот и армию, творила суд и расправу. В 1833 г. при пересмотре положения о компании привилегии ее были несколько урезаны, в частности торговля с Китаем была открыта для более широкого круга английских купцов и промышленников. Тем не менее Ост-Индская компания все еще оставалась могущественной экономической и политической организацией.

Продолжая расширять свое господство в Индии, английские колонизаторы в 1843 г. захватили Синд, в 1846 г. — Кашмир. Под фальшивым предлогом «обороны» подступов к Индии Англия заняла в 1839 г. порт Аден, продолжала расширять свои владения на Малаккском полуострове. В том же году английские колонизаторы начали агрессивную войну против Афганистана, но, натолкнувшись на решительное сопротивление афганского народа, вынуждены были в 1842 г. заключить договор с афганским эмиром и на время отказаться от захвата этой страны. В Китае в результате так называемой первой опиумной войны (1839— 1842) Англия захватила Гон-

конг и заставила Цинское правительство открыть ряд портов для иностранной, главным образом английской, торговли (в частности, для ввоза опиума). Продолжалось расширение английских владений и в других частях земного шара: в 1840 г. была захвачена Новая Зеландия, в 1842 г. — северная часть острова Борнео (княжество Саравак), в 1843 г. — территории в Южной Африке (Наталь).

Агрессивная политика Англии обостряла ее отношения с другими державами. Англорусские отношения на Ближнем Востоке непрерывно ухудшались. Обострялись и англофранцузские противоречия; несколько раз Англия и Франция оказывались на грани вооруженного конфликта из-за Египта, Новой Зеландии и т. д.

Серьезным противником Англии на американском континенте являлись США, претендовавшие на господство в Западном полушарии. Англия вела с США острую борьбу за определение границы между Канадой и штатом Мэн, за территорию Орегона и др., а также за господство в Центральной Америке, где у каждой из обеих держав был свой проект сооружения канала, который соединил бы Атлантический и Тихий океаны. Не придя к соглашению по этому вопросу, Англия и США приняли в 1849 г. взаимное обязательство не приступать к сооружению такого канала, и вплоть до начала XX в. суда, направлявшиеся из одного океана в другой, вынуждены были совершать длительное и опасное плавание вокруг Южной Америки.

В середине XIX в. Англия была крупнейшей колониальной державой мира. Ее колонии занимали территорию более чем в 2 млн. кв. км с населением в сто миллионов человек. Обширная колониальная империя Англии являлась для ее господствующих классов источником сказочного обогащения. Огромные ценности, извлекавшиеся путем ограбления народов колоний, ускоряли развитие капитализма в метрополии.

В 1833 г. английской буржуазии пришлось пойти на отмену рабства в своих колониях, так как рабы упорно добивались свободы, поднимая, неоднократно восстания: весь конец XVIII в. и начало XIX в. наполнены восстаниями рабов на плантациях в Вест-Индии. К тому же труд рабов становился все менее выгодным экономически. Английское правительство выкупило рабов у их собственников, выплатив последним крупную сумму — 20 млн. ф. ст. Плантаторы-рабовладельцы пытались сохранить и далее рабство под видом «ученичества», однако новые восстания рабов заставили их в 1838 г. отказаться от продолжения этой системы. Впрочем, положение бывших рабов не стало многим лучше: лишенные земли, они были вынуждены работать на плантациях за нищенскую заработную плату. В 40-х годах, нуждаясь в рабочей силе, плантаторы начали в широких масштабах ввоз кули из Индии и Китая в Вест-Индию и в другие английские колонии. Положение этих кули почти не отличалось от положения рабов.

По мере развития в Англии промышленного производства ее колониальные владения становились все более важным источником дешевого колониального сырья и рынками сбыта английских промышленных изделий. Этим в первую очередь и объясняется широкая колониальная экспансия Англии. Вместе с тем в связи с обострением классовых противоречий в Англии важную роль стала играть и эмиграция из страны: в 30-х годах в колонии выехало около 500 тыс. человек, а в 40-х годах — уже более 1,2 млн. человек.

Трудом эмигрантов были освоены обширные просторы английских владений в Америке и в Австралии. Их руками расчищались девственные леса, распахивались прерии, строились железные дороги. Эмигрировавшие из Англии крестьяне, рабочие и ремесленники претерпевали огромные тяготы и лишения. В пути многие эмигранты погибали от голода и болезней, их обирали судовладельцы и агенты-посредники; в колониях они становились жертвой беспощадной эксплуатации со стороны плантаторов и капиталистов.

Среди английских заокеанских владений одно из виднейших мест занимала Британская Северная Америка (нынешняя Канада), которая состояла из нескольких колоний: Верхней и Нижней Канады (границей между ними был приток реки св. Лаврентия — Оттава) и приморских провинций. Главное значение в экономике Британской Северной Америки имели сельское хозяйство, лесные промыслы, рыболовство. Промышленность ограничивалась обработкой продуктов сельского хозяйства. Лес, конопля, рыба, хлеб являлись важными статьями вывоза. В приморских провинциях быстро развивалось судостроение.

Восстание 1837—1838 гг. в Канаде

Заселение западных территорий колонии задерживалось земельными спекуляциями капиталистов, главным образом английских, которые захватывали огромные участки земли, быстро дорожавшие по мере притока населения, и наживали целые состояния на перепродаже их мелкими участками. Хозяйничанье английских земельных спекулянтов, которых поддерживали английские власти, вызывало большое недовольство среди фермеров. Молодая канадская буржуазия тяготилась английской таможенной и налоговой политикой. В Нижней Канаде (по нижнему течению реки св. Лаврентия) положение осложнялось национальными противоречиями: здесь от времен французского владычества сохранилось значительное французское население, которое упорно отстаивало свои права, в частности право на родной язык.

Центром борьбы против английского управления в Канаде явились провинциальные ассамблеи — выборные законодательные учреждения. Буржуазия, представленная в ассамблеях, добивалась контроля над финансовой политикой английских властей. Особенно острая борьба завязалась в ассамблее Нижней Канады— наиболее крупной и в экономическом отношении самой развитой колонии.

Революция 1830 г. во Франции и парламентская реформа 1832 г. в Англии усилили оппозиционные выступления буржуазии в колонии. В Нижней Канаде во главе оппозиции стал француз Папино, адвокат по профессии. Буржуазия Нижней Канады потребовала создания «ответственного правительства», ассамблея отказалась утвердить бюджет, представленный губернатором. Однако английский парламент отверг притязания колониальной буржуазии, и ассамблея Нижней Канады была распущена губернатором.

Провокационное поведение английских властей вызвало взрыв негодования среди населения колонии. В 1837 г. началось стихийное восстание в Нижней Канаде, а затем и в Верхней Канаде, где главным лозунгом фермерства было требование свободной продажи земли. Буржуазия вскоре отошла от движения, испугавшись активности народных масс. Папино бежал в США.

Английские войска подавили восстание. Тем не менее правительство Англии решило пойти на некоторые уступки требованиям канадской буржуазии, так как в Англии опасались, что недовольством колонистов могут воспользоваться США, которые неоднократно выдвигали претензии на английские владения в Северной Америке, а во время восстания оказывали повстанцам помощь оружием и снаряжением. В 1840 г. было осуществлено объединение Верхней и Нижней Канады, что усилило позиции английских властей. Вскоре Канаде было предоставлено право самой устанавливать пошлины на ввозные товары; затем было введено ответственное министерство, ограничившее произвол губернаторской власти. Уступки английского правительства закрепили союз буржуазии Канады с буржуазией Англии.

Австралия

Во второй четверти XIX в. происходило быстрое заселение и освоение австралийского материка англичанами. До того времени английские власти использовали Австралию лишь как место ссылки приговоренных к каторжным работам. Трудом каторжан там строились дороги, сооружались гавани и т. д. Ссыльные отдавались правительством в распоряжение богатых фермеров и капиталистов. Используя даровую рабочую силу, крупные предприниматели и капиталистические компании развивали в широких масштабах скотоводство. После

открытия перевалов через горы, тянущиеся вдоль восточного побережья Австралии, для колонизации стали доступны обширные и плодородные территории к западу от гор. Капиталисты-скотоводы вторгались туда и оттесняли коренное население в центральные пустыни континента, обрекая его на гибель, истребляя в постоянных войнах. Одновременно началось заселение и других участков австралийского побережья: в 1829 г. была основана колония Западная Австралия, в 1836 г. — Южная Австралия. Еще до этого, в 1825 г., остров Тасмания, где также шло заселение, был объявлен отдельной колонией.

Рост населения в австралийских колониях сделал ненужным применение рабочей силы ссыльных. В Австралии началась агитация против присылки туда новых партий каторжников. Рабочие и фермеры приняли горячее участие в этой агитации. В 1840 г. английское правительство под давлением колонистов прекратило отправку ссыльных в некоторые австралийские колонии и окончательно запретило ее в 1868 г. К этому времени общее количество английских колонистов в Австралии достигло полумиллиона человек. Оно стало особенно быстро расти после открытия в Австралии богатых россыпей золота (1851 г.).

Южная Африка

Своеобразно развивались английские колонии в Южной Аф-

рике. Англичане еще во время войн с Францией в начале

XIX в. овладели там территорией, принадлежавшей Голландии. Мыс Доброй Надежды, как именовалась тогда эта колония, был заселен выходцами из Голландии, которые называли себя бурами (по-голландски — крестьяне). Буры захватили землю коренного негритянского населения; обращая негров в рабство, они принуждали их работать на своих фермах. Главным занятием буров было скотоводство. Их фермы занимали огромные пространства. В погоне за новыми землями буры вступали в непрерывные столкновения с коренным населением, постепенно оттесняя его все дальше на север и северо-восток.

Буры примирились с переходом под господство Англии, так как английские власти обеспечивали им перевес в борьбе против коренного населения. Однако стремление английских колонизаторов установить контроль над земельными владениями буров и введение там английских законов вызвали сильное недовольство буров. В 1836 г. они начали массами переселяться к северу за реку Оранжевую и основали здесь республику Оранжевую, а затем еще далее, за реку Вааль, где создали республику Трансвааль. Коренное негритянское население было силой оружия согнано с этих территорий. 16 декабря 1838 г. буры, вооруженные огнестрельным оружием, устроили кровавое побоище племени зулу, которое пыталось отстоять свою землю («битва на Кровавой реке»).

Переселение буров английские колонизаторы использовали для новых территориальных захватов. В 1843 г. англичане аннексировали созданную бурами на побережье Индийского океана республику Наталь. Более решительное сопротивление оказали буры Оранжевой республики. В 1852 г. Англия была вынуждена признать ее независимость.

3. Германия

Промышленное развитие. Положение трудящихся

Промышленное развитие Германии заметно ускорилось начиная со второй половины 30-х годов. На Рейне росли крупные промышленные центры: Кёльн, Крефельд, Эльберфельд, Бармен, Золинген и др. К началу 40-х годов Бохум и Эссен превратились из небольших местечек в крупные центры угольной и металлургической промышленности. Индустриализации Рейнско-Вестфальской области благоприятствовали ликвидация феодальных порядков, проведенная там в период французского господства в начале XIX в., а также наличие огромных залежей угля и железной руды. В Саксонии быстро росло текстильное производство, центром которого был город Хемниц. С 40-х годов и Берлин начал превращаться в важный

промышленный центр. Из 400 тыс. человек его населения в 1846 г. 70 тыс. являлись наемными рабочими, часть которых была занята на крупных фабриках и заводах, например на машиностроительном заводе Борзига. В Берлине было сосредоточено до трети всего машиностроительного и ситценабивного производства Пруссии.

Сдача готовых тканей ткачами, работающими на дому. К. Хюбнер. 1844 г.

К 1847 г. во всей Пруссии имелась 1 тыс. паровых двигателей с общей мощностью в 21 тыс. л. с. Первые пароходы по Рейну начали ходить в 1824 г.; первая железная дорога в Германии была открыта в 1835 г.

Все же в большей части Германии еще преобладали ремесло и мануфактура, преимущественно «рассеянная». Промышленный переворот только начинался.

Германские рабочие в этот период страдали не только от развития капитализма, но и от недостаточности его развития. Города переполнялись разорившимися ремесленниками и крестьянами, которых голод и нищета выгнали из деревни. Промышленность росла слишком медленно и не могла поглотить эту массу свободных рабочих рук. Безработица и нищета гнали немецких трудящихся на чужбину в поисках работы. В 1846—1847 гг. эмиграция превышала 100 тыс. человек в год.

Развитие фабричной промышленности приводило к упадку мелких ремесленных предприятий и ухудшало положение рабочих масс. Предприниматели урезывали ставки заработной платы, удлиняли рабочий день, беспощадно эксплуатировали женский и детский труд. В ткацкой промышленности Берлина и его окрестностей малолетние дети работали за гроши с 5 часов утра до 9 часов вечера.

Революционное и оппозиционное движение. Таможенный союз

ограниченный характер. В ного

Французская революция 1830 г. вызвала подъем общественного движения и в Германии. В начале 30-х годов в Саксонии, Брауншвейге, Ганновере, Гессен-Касселе, Баварии произошли революционные выступления, в результате которых были проведены некоторые реформы, носившие, впрочем, довольно Гессене в 1830 г. вспыхнуло восстание крестьян против феодаль-

гнета, но оно было жестоко подавлено при помощи войск. В некоторых городах Рейнской области имели место волнения среди фабричных рабочих.

В мае 1832 г. в замке Гамбах (близ Нейштадта в Баварии) состоялось массовое собрание под лозунгом борьбы за создание единой германской республики. В этом собрании, получившем название «Гамбахского праздника», приняло участие около 30 тыс. человек; здесь присутствовали преимущественно представители буржуазно-демократической интеллигенции, прибывшие из различных частей Германии, а отчасти из Франции и из других стран (в том числе польские эмигранты). Выступавшие Ораторы произносили горячие патриотические речи, призывали к борьбе за демократические реформы и национальное объединение страны.

В апреле 1833 г. во Франкфурте-на-Майне небольшая группа студентов и служащих пыталась совершить переворот и провозгласить республику; попытка эта потерпела неудачу. В следующем году в Гессене полицией было разгромлено тайное «Общество прав человека», во главе которого стояли революционные демократы — студент Георг Бюхнер и пастор Вей- диг. Бюхнер выпустил яркую прокламацию к крестьянству, в которой разоблачал жестокую эксплуатацию народных масс немецкими князьями и феодалами и подчеркивал решающую роль трудящихся в борьбе против реакционного общественно-политического строя. Спасаясь от полицейских преследовании, Бюхнер бежал в Швейцарию, где вскоре и умер. Вейдиг был арестован и затем замучен в тюрьме.

Правящие круги Германского союза обрушили жестокие гонения на передовую печать, на студенческие организации. К середине 30-х годов реакция снова усилилась в Германии. Распыленность революционных сил, обусловленная отсутствием единого политического центра и раздробленностью страны на множество отдельных государств, слабость и трусость большинства немецких буржуазных либералов облегчили властям борьбу с революционным движением.

Немецкая буржуазия поддерживала лозунг объединения Германии, исходя из своих интересов, связанных со стремлением к созданию широкого внутреннего рынка. Глашатаем объединения Германий выступал в эти годы профессор-экономист Тюбингенского университета, фабрикант Фридрих Лист. В своем основном труде «Национальная система политической экономии» (1841 г.) он горько сетовал на то, что политическая раздробленность страны и система внутренних таможен мешают развитию ее экономики. Лист требовал установления высоких таможенных пошлин на импортируемые из-за границы изделия и проповедовал не только завоевание мирового рынка объединенной Германией, но и войну за ее господство в Европе. Таким образом, прогрессивные стремления сочетались в идеологии Листа с агрессивными и шовинистическими. Важным шагом к ликвидации таможенных перегородок, существовавших внутри Германского союза, явилось создание в 1834 г. Таможенного союза между Пруссией, Баварией, Вюртембергом и другими немецкими государствами (общим числом 18); руководящая роль в Таможенном союзе принадлежала Пруссии. Организация союза способствовала формированию общегерманского внутреннего рынка, развитию капитализма в Германии и росту национального самосознания немецкой буржуазии. В то же время создание Таможенного союза обеспечивало Пруссии решающую роль в будущем объединении Германии.

С начала и особенно с середины 40-х годов оппозиционное движение в Пруссии и в остальной Германии снова стало нарастать. Политика прусского короля Фридриха Вильгельма IV, вступившего на престол в 1840 г., вызвала сильное разочарование в либеральнобуржуазных кругах своей реакционной направленностью в духе Священного союза. В 1844 г. на короля было совершено покушение.

Оппозиционные слои торгово-промышленной буржуазии настойчиво требовали введения конституции. В 1845 г. все ландтаги (провинциальные сословные собрания) в Пруссии, за исключением только двух, подали королю петицию с требованием конституции. Буржуазные либералы добивались также расширения Таможенного союза и ликвидации сословных привилегий дворянства. Большинство буржуазных либералов продолжало надеяться, что им удастся провести в жизнь свою программу мирным путем, посредством соглашения с монархией и дворянством. Политическая умеренность либеральной буржуазии коренилась в экономической отсталости Германии, ее раздробленности, зависимости буржуазии (особенно в мелких государствах) от правящих кругов.

Видные немецкие писатели и публицисты того времени активно выступали против реакции. Возглавляла эту борьбу литературно-политическая группа «Молодая Германия», кото-

Борьба с реакцией в области идеологии

рой первоначально руководил писатель и публицист Людвиг Берне. В своих «Парижских письмах» начала 30-х годов он резко критиковал реакционные порядки в Германии. Сильное впечатление на умы передовой германской интеллигенции оказывало творчество Генриха Гейне, в особенности его блестящая поэма «Германия», представлявшая собой убийственную сатиру на прусские политические порядки, на немецких владетельных князей, на дворянство, бюрократию и мещанство всей Германии. Живой отклик встретила и «Песнь о ненависти» поэта Георга Гервега, провозгласившего революционную борьбу единственным средством, способным покончить с реакцией.

Против засилья клерикальной реакции выступил философ Давид Штраус. В книге «Жизнь Иисуса» (1835 г.) он резко критиковал легенды, связанные с возникновением христианства. Избавление от религиозных предрассудков, писал Штраус, является условием политического прогресса. Клерикальные круги встретили книгу Штрауса крайне враждебно.

С критикой религии и других идеологических устоев «старого режима» выступали и так называемые младогегельянцы — братья Бруно и Эдгар Бауэры, принадлежавшие к левому крылу последователей Гегеля. Политический радикализм младогегельянцев носил весьма поверхностный характер; они презрительно относились к народным массам, утверждая, что историю творят «критически мыслящие личности».

Боролся с реакцией в области идеологии и философ Людвиг Фейербах (1804—1872). Его первое произведение «Мысли о смерти и бессмертии», вышедшее в свет в 1830 г., было конфисковано властями, а Фейербах отстранен от должности профессора Эрлангенского университета. Не будучи активным политическим деятелем, Фейербах оказывал большое влияние на умы передовой интеллигенции своими философскими трудами. В своих первых работах Фейербах представлял еще гегелевскую школу. Но в дальнейшем он отошел от Гегеля и стал с позиций материализма критиковать его идеалистическое учение. В 1839 г. Фейербах опубликовал труд под названием «Критика философии Гегеля». В своей самой значительной философской работе «Сущность христианства» (1841 г.) Фейербах выступает против религиозного мировоззрения, доказывая, что бог — это лишь продукт человеческой фантазии. «Надо было пережить освободительное действие этой книги, чтобы составить себе представление об этом, — писал впоследствии Энгельс. — Воодушевление было всеобщим: все мы сразу стали фейербахианцами» ¹.

Слабая сторона фейербаховского материализма состояла в том, что он рассматривал человека вне социальных условий, вне классовой борьбы. Материалист в области естественных наук, Фейербах оставался идеалистом во взглядах на общество. Впоследствии эта ограниченность учения Фейербаха была вскрыта в трудах Маркса и Энгельса.

дили и представители интеллигенции. Внутри Союза отверженных

Ф. Энгельс, Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии, К. Маркс и Ф. Энгельс, Избранные произведения, т. II, стр. 348.

шла борьба между мелкобуржуазными демократами и социалистами. В 1836 г. произошел раскол и из Союза отверженных выделилась социалистическая группа, принявшая название «Союз справедливых». Программа Союза справедливых была утопической, а тактика еще близка к заговорщической. В 1840 г., после разгрома французского тайного «Общества времен года», с которым Союз справедливых поддерживал тесную связь, он перенес свою деятельность в Лондон и установил здесь контакт с чартистскими организациями.

Выдающимся представителем немецкого утопического социализма 30-х и 40-х годов был Вильгельм Вейтлинг (1808—1871), портной по профессии, переселившийся во Францию; позже он жил в Швейцарии и в США. Главный труд Вейтлинга — «Гарантии гармонии и свободы» (1842 г.) — содержал резкую критику капиталистического строя и подробные планы построения коммунистического общества. Боевой тон этого сочинения произвел сильное впечатление на современников. Однако Вейтлинг, выражая настроения и чаяния ремесленников, к которым он и сам принадлежал, не подошел к правильному пониманию путей и средств освобождения трудящихся от гнета капитала. Он недооценивал значение революционной теории, считал возможным непосредственный переход Германии от феодальной монархии к коммунистической республике, не понимал ведущей роли рабочего класса в социальной революции, а самую революцию представлял себе в виде стихийного бунта обездоленных масс, в первую очередь люмпен-пролетарских слоев. Планы построения коммунистического общества, которые развивал в своих работах Вейтлинг, носили утопический характер: так, например, он считал, что ликвидацию капиталистических отношений следует начинать с отмены денежного обращения. Впоследствии Вейтлинг выступил как один из идейных противников марксизма.

В 40-х годах приобрели некоторое влияние сторонники «истинного социализма» — мелкобуржуазного учения, возникшего на почве недоразвитости капитализма в стране. Идеологи «истинного социализма» — Карл Грюн, Отто Люнинг и другие утверждали, что Германия может избежать капиталистического пути развития, в частности, если будет поддерживать самостоятельное ремесло и откажется поощрять крупную промышленность, несущую столько бедствий и лишений народным массам. Отрицая капитализм, эти теоретики отрицали также противоположность интересов буржуазии и пролетариата; свою утопическую схему развития общества они называли «истинным социализмом». Развитие капитализма в Германии опровергло построения этих мелкобуржуазных теоретиков.

Восстание силезских ткачей

Первым самостоятельным выступлением рабочего класса в Германии было восстание силезских ткачей в июне 1844 г. Рабочие Силезии, занятые главным образом в полотняном производстве, влачили полуголодное существование и подвергались двойной эксплуатации — со стороны мануфактуристов, на которых они работали, и со стороны помещиков, взимавших с них особый налог за право заниматься промышленным трудом. Появление машин позволило предпринимателям низвести положение рабочих до нищенского уровня: работая всей семьей с утра до вечера, ткач или прядильщик не мог обеспечить себе и своим близким даже достаточного пропитания.

Восстание началось стихийным выступлением рабочих двух деревень близ Бреславля против крупного предпринимателя Цванцигера, после того как он грубо выгнал рабочих делегатов. Восставшие ткачи разгромили дома, склады и предприятия Цванцигера и некоторых других мануфактуристов. Движение распространилось на весь район и охватило значительную часть Силезии. Рабочие вступали в вооруженную борьбу с полицией и войсками. В ходе восстания появились некоторые элементы организованности; однако рабочие не выдвигали никаких политических требований. Власти жестоко подавили движение; многие из его участников были приговорены к смертной казни, другие — к тюремному заключению на длительные сроки.

Несмотря на неудачный исход, восстание в Силезии произвело сильное впечатление во всей стране и даже за ее пределами. Гейне откликнулся на него замечательными стихами, в которых заклеймил жестокую расправу прусских королевских войск с восставшими рабочими.

4. Австрийская империя

Австрия в 30—40-х годах

Во второй половине 30-х годов и в 40-х годах Австрия переживала процесс роста капитализма. Промышленный переворот в некоторых областях Австрии заметно продвинулся вперед. С 1831 по 1842 г. продукция хлопчатобумажной пряжи выросла в 10 раз. Строительство железных дорог, успехи промышленного развития и торговли способствовали сближению отдельных областей Австрийской империи, дотоле разобщенных между собой.

Однако в отличие от Пруссии и некоторых других немецких государств, где в результате аграрных реформ часть крестьянства уже освободилась от феодальных повинностей, в Австрии феодальные отношения оставались почти нетронутыми. Наряду с барщиной и оброком, отнимавшим до двух третей урожая, крестьяне уплачивали церковную десятину и несли тяжелое бремя бесчисленных государственных и местных налогов и поборов. Сильно страдали крестьяне и от военных постоев, разорявших деревню. Значительная часть сельского населения жила в страшной нищете, ютилась вместе со скотом в крытых соломой лачугах, влачила полуголодное существование.

Крестьянские волнения были нередким явлением в империи. Они носили ярко выраженный антифеодальный характер и выливались иногда в настоящие восстания. Особенно крупным было восстание крестьян в Восточной Словакии в 1831 г. «Истребить всех господ!» — таков был лозунг восставших. Они расправлялись не только с помещиками, но и с приказчиками, сборщиками налогов, лесничими, чиновниками. Власти жестоко подавили восстание. Чрезвычайный суд, состоявший из венгерских помещиков, вынес 64 смертных приговора.

Образование общеавстрийского внутреннего рынка тормозилось господством крепостничества, слабой покупательной способностью широких слоев населения и системой внутренних таможенных пошлин, сильно затруднявшей перевозку товаров из одной части страны в другую. Сохранение этой системы вплоть до середины XIX в. объясняется тем, что она являлась важным источником доходов для австрийского государства, которое испытывало почти постоянную финансовую нужду.

Феодальные производственные отношения сковывали развитие производительных сил не только в сельском хозяйстве, но и в промышленности. Скудость капиталов, нехватка квалифицированной рабочей силы, малая емкость внутреннего рынка, наличие цеховых ограничений и внутренних таможенных перегородок — все это сильно тормозило промышленное развитие Австрии. В столице империи Вене господствовала мануфактурная организация производства, соединенная с работой на дому. В восточных и отчасти в южных районах страны преобладало мелкое ремесло.

Ареной острых классовых и национальных противоречий яв-

k TlQPPADLIA A 1 ’ 1 1

^Jl