Джон Фиске (John Fiske) (1842-1901)
Джон Фиске -- классический представитель особой идеологиче-ской эпохи американской истории, приходящейся на три последних десятилетия XIX в. Это было время «дикого» капитализма, стремительного промышленного роста, моды на научное, «позитивное» мышление, распространения идей Ч.
Дарвина и Г. Спенсера о доминировании эволюционного принципа естественного отбора в животном и социальном мирах.Вместе с тем радикализм постулатов эволюционной теории входил в явное противоречие с существующими и пока еще преобладающими религиозными представлениями. Молодому выпускнику Гарвардского университета чрезмерное увлечение новомодными идеями стоило преподавательской карьеры. Обойденный вниманием авторитетов исторической науки, Фиске несколько лет без особого энтузиазма проработал юристом, написал пару книг общефилософского содержания (естественно, с «позитивным» уклоном), а затем решил попробовать зарабатывать на жизнь чтением публичных лекций. Первый же подобный опыт оказался чрезвычайно успешным—в 1879 г. серия из шести прочитанных в Бостоне лекций под общим названием «Место Америки в мировой истории» сделала Фиске знаменитым и принесла ему приличный доход в 1 тыс. долларов. С этого момента Фиске превратил написание исторических книг и чтение популярных лекций в своеобразный конвейер, став фактическим монополистом на рынке «познавательной» литературы. Его слава гремела по всей Америке, он совершал туры по Европе, повсюду его встречали восторгами и аплодисментами. Он стал самым высокооплачиваемым историком своего поколения, однако средств на содержание большой семьи (у Фиске было пять детей) все равно не хватало, и он продолжал публиковать одну новую книгу за другой. По убеждению многих биографов, такая «работа на износ» подорвала здоровье историка и стала причиной его прежде-j временной смерти. j
Профессиональные историки уже при жизни Фиске критико^ вали его за поверхностность, использование чужих идей, отказ о^ углубленных исследований в пользу красивых, но слабо аргументированных теорий, т.
е. в работе на потребу публике. Историографы XX в. окончательно пригвоздили Фиске к позорному столбу, обвинив его, помимо всего прочего, еще и в ультранационализме и расизме.Чем же Джон Фиске сумел настолько очаровать простых американских и европейских любителей истории, что они не видели в его трудах столь очевидных изъянов? Базовым постулатом Фиске было утверждение об эволюционных преимуществах американских политических институтов, которые позволили им распространиться на пространстве Северной Америки и создали предпосылки для тор-жества демократии во всемирном масштабе. Фиске прослеживал исторический путь либеральной демократии от состояния «эмбри-она» (germ), в каковом она существовала у древних германцев, че-рез Британские острова в Северную Америку, где ей удалось одер-жать верх лишь в результате упорной борьбы с альтернативными политическими моделями. Пожалуй, самая известная книга Фиске «Критический период американской истории», опубликованная в 1888 г., была посвящена периоду 1783-1789 гг., когда решалась судьба США как молодого независимого государства и упомяну-тый «эмбрион» чуть было не погиб под напором альтернативных «политических организмов», как выяснилось, все же менее жизне-способных.
Переходя с политического на расовый (или, точнее говоря, «психорасовый») уровень анализа, Фиске делал вывод о несомненных эволюционных преимуществах англосаксонской расы. Подобная раса никогда не существовала с точки зрения антропологической науки, но Фиске считал ее вполне реальной. Отталкиваясь от подобного понимания, историк интересовался полумифическими древними арийцами и пытался установить связь между ними и североамериканскими индейцами. Одна из самых глубоких в исследовательском плане книг Фиске—«Открытие Америки» (в 2 т., 1892 г.) —была посвящена в значительной степени именно этим сюжетам. Важно понимать, что применение эволюционных моделей и ра-совых теорий к объяснению социального развития не осознавалось в конце XIX в. как этически неприемлемое, наоборот, это казалось «новым словом в науке» и значительным шагом вперед в познании сущности человеческой истории.
Политическая практика XIX в., трагические итоги деятельности фашистских режимов, попытав- Щихся превратить эти теории в руководство к действию, наложили на «идейных предшественников» фашизма (каковым, в принципе, вполне можно считать Фиске) своеобразную каинову печать. Од-нако Фиске был скорее националистически настроенным интеллектуалом, пытавшимся исторически обосновать захватившую и покорившую его сознание теорию эволюции, нежели ксенофобом и сторонником радикальных политических решений. Он не призывал к уничтожению «неполноценных» рас и политических институтов — он был уверен, что неумолимые законы естественного отбора сделают это и без рационального человеческого вмешательства.Как уже упоминалось, сообщество американских историков- профессионалов никогда не принимало Фиске всерьез, в этом плане его статус можно сравнить со статусом некоторых современных российских популяризаторов, например Э. Радзинского (хотя известность последнего имеет несколько иное происхождение: Фиске увлек американскую публику новой красивой интерпретацией, Рад- зинский же воспользовался «историческим голодом» постсоветского читателя, которому была нужна не столько новая интерпретация, сколько новая информация о «белых пятнах истории»). Фиске всю жизнь сознательно держался в стороне от исторической корпорации (не участвовал в конференциях исторических ассоциаций, отказывался от членства в редколлегиях и т. п.), хотя, по свидетель-ству биографов, втайне очень желал академического признания.
Сегодня, несмотря на суровый приговор коллег по цеху, литературное наследие Дж. Фиске приобретает новую актуальность: на этот раз как факт истории развития американской общественно-политической мысли — уж слишком сильно некоторые его идеи перекликаются с современными американскими внешнеполитическим? установками.