Заключение
Безусловно, отношение к буддизму в философии России отличается большим многообразием и сложностью. Так, это отношение в русской религиозной философии тесно связано с ощущением кризиса европейской культуры, опасением того, что популяризация идей буддийской философии и развитие необуддизма и теософии могут способствовать разрушению се мировоззренческих оснований.
И, в то же время, в работах известных русских философов (прежде всего В. С. Соловьева. С. Н. Булгакова) присутствует глубокое уважение религиозности буддистов и признание мирового значения буддизма, прежде всего, в развитии нравственной фи-лософии. 11 Булгаков, и Соловьев рассматривали буддизм в контексте развития универсального учения о Боге, Мире и Человеке. Соловьев определяет буддизм как первую ступень развития универсального нравственного сознания как «отрицательный универсализм», имея в виду, что буддизмом «отрицается прежнее значение кастовых и этнологических перегородок, в новую религиозную общину набираются люди всех цветов и состояний» Булгаков, напротив, считает, что даже буддийское Ничто. Нирвана — это объект обожествления, и, значит; несмотря на внешний нигилизм, этот обьект имеет положительный смысл и является основанием истинной религиозной веры.Некоторые труды русских религиозных философов о буддизме отли-чаются сравнительной направленностью, при этом, конечно, сравнения буддизма с христиансттюм подчеркивают значимость христианских ценностей. В то же время, например, обширный труд В. А. Кожевникова «Буддизм в сравнении с христианством» — это не только апологетика христианства, по и оригинальный историко-философский источник, который свидетель ствуст не только об особенностях отношения к буддизму в русской рели-гиозной философии того периода, но и о вопросах, которые стали разраба- тываться в русской философии под влиянием отношений с буддийской. Известный русский философ Н.
А. Бердяев обращается к буддийским философским идеям при рассмотрении основных проблем своей экзистенциальной философии, в частности такой, как страдание. Это обращение обусловлено двумя моментами: во-первых, желанием обосновать антропологическую значимость проблемы страдания и продемонстрировать способы се решения в истории человечества, в том числе и в буддизме, наряду со стоицизмом и христианством; во-вторых, стремлением показать спасительный путь решения этой проблемы в христианстве как путь восхождения к божес твенному, путь просветления и преображения.Определенный философско-культурологическнй интерес представляет анализ восприятия ряда буддийских идей, например, идеи перевоплощения в русской философии и дискуссий, связанных с ними. Так. буддийское учение о перевоплощении выполняет в иерсоналнстской концепции Н. О. Лосского двоякую роль. С одной стороны, широкое распространение буддизма, в котором это учение занимает важное место, для философа есть доказательство обращения к этой проблеме и ее важности, как на Западе, так и на Востоке. С другой — философ показывает противоположность буддийских идей своему персоналистскому учению, в котором он пытается определить метафизические основания восхождения человека к Царству Божнему, путь эволюции бытия природного к бытию божественному, обожения человека как существа духовно-телесного. С. Л. Франк, анализируя учение о переселении душ в буддизме, приходит к выводу о лишь внешнем сходстве буддизма и христианства, но при этом всё же отмечает некую универсальность учений о переселении душ на Западе и Востоке и пишет о необходимости исследования этой проблемы.
Неоднозначным было отношение к буддизму и буддийской филосо-фии в российском евразийстве. Обосновывая концепцию культурной це-лостности и специфичности России, роль восточного фактора в ее истории, в то же время, ряд философов-евразийцев, и среди них Н.С.Трубецкой, достаточно резко отзывались о буддизме, подчеркивая свою приверженность православию. Хотя были и исключения.
Так, философ-евразиец, по происхождению и духу принадлежащий восточной культуре, Эренджен Хара-Даван утверждал, что главная доля влияния монгольского ига на Россию относится именно к области «духовных связей» и подчеркивал «родство религиозных настроений русского и восточных народов»*.Российские философы и ученые обращались к буддийской философии не только для знакомства и осмысления особенностей иных, восточных, культурных смыслов, но и для подтверждения своих гипотез и концепций, обоснования их с помощью сравнения и соотнесения с мировоззренческими установками и идеями другой, в частности, буддийской культуры. Эта на-
2 Эренджен Хара-Даван. Русь Монгольская. М.: Аграф, 2002. С. 249.
правлснность нашла отражение в работах русских позитивистов, представителей русского академического неокантианства, в русском космизме.
Так, философом-ггози півистом В. В. Лессвичем буддийский материал привлекается для подтверждения собственных позитивистских концепций, иллюстрации ограниченности и «нежизненности» метафизических построений не только в западной, но и в восточной культурах. Так, например, яркое, понятное, близкое мироощущению людей содержание буддийских авадан, джатак и легенд, по мнению философа-позитивиста, даст больше для живого религиозного чувства, нежели отвлеченный догматизм философских теоретических схем. Представитель русского академического неокантианства И. И. Лапшин ечігтал необходимым обоснование про-блемы «чужого я» как одной из ведущих в мировой философии путем привлечения буддийского материала. Примером ассоциативного заимствования идей буддизма могут служить также работы русских космистов В. И. Вернадского и К. Э. Циолковского. Этот процесс можно обозначить как поиск «своего» в «чужом», его рассмотрение весьма интересно и может быть плодотворным для понимания, как формируется уважение и симпатии к идеям иной культуры.
До сих пор является дискуссионным вопрос, который активно обсуждался в исследованиях конца ХІХ-ХХ вв.
— о буддийских основах различных форм российского необудднзма и теософии и воздействии буддийских идей на европейскую культуру через необуддизм и теософию. Одним из самых оригинальных и значимых в отношении влияния на культуру Европы и России конца XIX - начала XX было учение Е. П. Блаватской. Теософия Е. П. Блаватской — это одна из форм «философского изобретения»1, в котором немаловажную роль сыграли и учения неоплатоников, и хри-стианский мистицизм, и символика каббалистических учений и. конечно, идеи буддийской этики и метафизики. Учение Н. К. и Е. И. Рерих — это также самостоятельное философское учение, в основание которого лежит идея новых источников знания, взаимообусловленности всего живого космическим целеполаганием гг миропорядком.Учение Агни-Йоги проникнуто ожиданием новой эры. о которой, по мнению его авторов, свидетельствуют яркие знаки Майтрейи — Будды Грядущего. Оригинальный фнлософ-необудднст XX в. Б. Д. Дандарона особенности идей буддийской метафизики стремился выявить с помощью их сравнения с идеями европейских и русских философов, тем самым пытаясь обосновать универсальность идей буддийской философии и даже, может быть, больших достижений некоторых аспектов буддизма, например, мистики, по сравнению с западными религиозно-философскими учениями; стремление к синтезу идей современной науки и буддизма.
3 О (философском изобретении» см.: Лапшин И. И. Философия изобретения и изобретение в философии: Введение в историю философии. М.: Республика. 1999.
При определении роли и места философии буддизма в культуре России ярко и содержательно выявляется рефлексирующая роль философии в культуре, функция концептуализации, которую выполняет философия по отношению к иптуицням и интенциям культуры. Рассмотрение ситуации освоения буддийской философии в российской философии и культуре в целом актуализирует важную философско-культурологическую проблему — проблему «перевода» языка одной культуры на язык другой как проблему понимания и нахождения общих смыслов в разных культурах.
Поэтому не менее интересен вопрос о влиянии буддизма на художественную культуру России и, в частности, на литературу и живопись.
Именно данный период характеризуется яркой мировоззренческой направленностью художественного творчества, поиском новых идей и художественных форм их воплощения. И оригинальную, недостаточно изученную сегодня, роль в этом процессе сыграл буддизм. В творчестве известных писателей, поэтов, художников мы видим яркое отражение буддийских мотивов, образов, умонастроений (Л. Толстого, А. Белого, И. Бунина. В. Хлебникова, М. Волошина, Н. Гумилева, К. Бальмонта, Н. Рериха, Л. Бакста, Н. Кульбина. М. Матюшина, Е. Гуро и др.). Анализ влияния буддизма на литературу и живопись России позволяет наиболее репрезентативно представить то напряженное внимание, которое в это время было направлено на восточную культуру, и более содержательно увидеть диалоговую соот-несенность культур Запада и Востока.Актуальность исследований о роли буддизма и буддийской философии в культуре России связана сегодня с необходимостью философского осмысления историко-культурного наследия тех регионов России, где традиционно распространен буддизм; поиском решения проблемы понимания и нахождения общих смыслов в разных культурах и его конкретизации в проблеме семантического перевода; важностью комплексного анализа специфики освоения буддийской философии в российской культуре, связанной с проблемами понимания особенностей культуры России в целом; востребованностью идей буддизма в современной цивилизации. 33.