НАЧАЛО ИТАЛЬЯНСКОГО ГУМАНИЗМА

Данте Алигьери (1265—1321). Ф. Энгельс характеризовал его как колоссальную фигуру, как последнего поэта средневековья и вместе с тем первого поэта Нового времени 3.

Свое гуманистическое мировоззрение Данте изложил прежде всего в бессмертной «Комедии» 4, затем в трактатах «Пир» и «Монархия».

Гуманизм Данте антиаскетичен, он полон веры в силы человека. Человек сам ответствен за свое благо, решающим здесь являются его личные качества, но ни в коем случае не богатство или унаследованное положение 5.

Данте испытал влияние латинского аверроизма, хорошо знал Сигера Брабантского, не были ему чужды и неоплатоновские тенденции средневековья, исходившие от Псевдо-Дионисия Ареопагита. Знакомство с учением Аверроэса о возможностях и об активности разума приводит Данте к пониманию того, что задачей человечества является реализация возможностей разума, прежде всего теоретического, воплощение их в практической деятельности. Политический, антицерковный смысл своей позиции он разрабатывает в «Монархии». Церковь должна заниматься вопросами «вечности», земные же дела являются уделом людей, которые стремятся к созданию общественного устройства, помогающего реализации человеческого существования, основанного на счастье, блаженстве, всеобщем и прочном мире.

Концепция Данте содержит много наивных и схоластических аргументов, но она сильна своей основополагающей идеей: все человеческое (и политика) должно быть подчинено человеческому разуму.

Один из представителей итальянской гуманистической мысли — Марсилий из Падуи (1278—1348) — сформулировал в своем политическом учении (трак-тат «Защитник мира») республиканские идеи, предугадав события буржуазных революций XVII—XVIII столетий.

Он пришел к выводу, что ни церковь, ни государство не имеют божественной природы, но являются различными формами человеческой власти и общественной организации людей. Как и Данте, он исходил из двух основных предпосылок человеческого счастья: мира и власти монарха. Главенство принадлежит народу, граждане имеют законодательную власть, свою волю они выражают на собраниях голосованием. Идея о том, что народ является источником всякой власти, отличает его концепцию от схоластической средневековой и приближается к более поздним кон-цепциям об общественном договоре.

Марсилий черпает из трудов Аристотеля, но совершенно иным образом, чем средневековые схоласты. Аристотель является для него единственным источником рационального познания. Библию он использует лишь в качестве иллюстрации. Хотя Марсилий был убежденным католиком, идеологом францисканского ордена, его учение о естественной природе власти государства объективно помогало разрушить схоласти- ко-феодальную иерархию ценностей.

Франческо Петрарка (1304—1374) считается «пер-вым гуманистом», его называют «отцом гуманизма». Великий пропагандист античной культуры собирал подлинные латинские тексты. Его. собрание класси- ческих латинских текстов было в свое время уникальным.

К античной культуре и образованию он подходил исторически, не усматривал в них лишь прошедший золотой век и потерянный рай, но старался наследие античности наиболее точно и понятно донести до современников. Греции он предпочитал Рим и не сомневался, что Рим является классическим образцом цивилизации вообще.

Данте еще принимал «вечность» в понимании схоластов, Петрарка же ее полностью отвергает. Его поле-мический трактат «О собственном незнании и незнании других» направлен против аверроизма, а учение о двойственной истине существенно отличается от анти- аверроистской полемики Фомы Аквинского, которого он, впрочем, вообще в своем трактате не упоминает. Он отвергал культ авторитета, однако при этом не отвергал Аристотеля, но высмеивал «глупых аристотели- ков», их схоластический, надуманный способ ведения споров. Утверждал, что университеты позднего средневековья приходят в упадок, их преподаватели лишены набожности, вредят доброму имени теологии, которое она снискала в эпоху «отцов церкви». Подчеркиванием собственного незнания он выражает идею независимости своего мышления от схоластической университетской учености.

Христианство он принимает, но лишь в его несхо-ластической интерпретации. Он склоняется также к идее активной самореализации человека, его антро-поцентризм выступает как противовес средневековому теоцентризму. Интересовали Петрарку прежде всего внутренние, этические проблемы человека, что является признаком индивидуализма эпохи Ренессанса. В философском диалоге «Моя тайна» он вскрывает глубочайшие внутренние конфликты человека и способы их преодоления. Творчество Петрарки отличается зем-ным характером, полным пониманием радостей и страстей человека 7.

Среди тех, кто способствовал созданию новых, гуманистических традиций в итальянской культуре, был друг Петрарки, флорентиец Джованни Боккаччо (1313— 1375), который в своем «Декамероне» высмеивал глупое и лживое духовенство, восхвалял разум, энергию, полнокровие нового городского класса. В его творчестве отразились типичные черты Ренессанса: земной характер, телесная чувственность, практиче-ский утилитаризм, который он выражает живым, ли-шенным аллегорий языком.

К последователям Петрарки в области анализа старых трактатов принадлежит, между прочим, Колуч- чио Салутати (1331 —1406), который собирал старые тексты и снабжал их аннотациями.

К выдающимся гуманистам XV в. принадлежит и Лоренцо Валла (1407—1457), замечательный фило-лог, один из основателей метода сравнительного ана-лиза, который он применял не только к трактатам Тита Ливия, но и к Новому завету. Он отвергал схоластическую логику, выдвигая против нее риторизм Цицерона как способ, помогающий человеку по-новому мыслить и дискутировать. Большую огласку получило и его раскрытие неподлинности так называемого Дара Константина — документа, который был известен как юридическая основа светской власти папства. Валла опровергает его подлинность, приводя как исторические, юридические, так и филологические аргументы. В этике Валла близок к эпикуреизму и предпочитает его стоицизму. Он подчеркивает естественность челове-ка, полагает, что добродетельным является все, что относится к жизненно важному инстинкту самосохра-нения, поэтому никакое наслаждение не является без-нравственным. Этика Валлы является индивидуалис-тической. Большое значение имеет и то, что обновле-ние и оживление эпикуреизма возвращают в философ-ское сознание эпохи забытый античный атомизм.