ДОБРОКАЧЕСТВЕННОСТЬ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ КАК ПРЕДМЕТ СУДЕБНОЙ ОЦЕНКИ
Институт судебного контроля, воссозданный в российском уголовном процессе уже более десяти лет назад Законом
Российской Федерации от 23 мая 1992 года и заключавшийся в проверке законности и обоснованности применения меры пресечения в виде заключения под стражу (ареста) и продления срока содержания под стражей на стадии предварительного расследования, сегодня представляет собой совокупность норм, позволяющих в полной мере обеспечить защиту наиболее значимых конституционных прав и интересов личности, вовлеченной в сферу уголовного процесса.
Это обстоятельство не замедлило отразиться в юридической литературе, освещающей актуальные вопросы реализации контрольных полномочий суда.Научные дискуссии затрагивают значимые вопросы соотношения данного института с прокурорским и ведомственным контролем, с правосудием, о необходимости расширении либо ограничении его в рамках уголовного процесса, о механизме реализации судебного контроля, о его значении, содержании, формах проявления 1. Тем не менее, несмотря на пристальное внимание, оказываемое проблеме, «из поля зрения специалистов как-то выпал такой сегмент исследуемой части судебной деятельности, как судебный контроль качества доказательств»2, проявляющийся на различных стадиях процесса. В этой связи позволим себе представить некоторые соображения по поводу проявления данной формы судебного контроля в ходе осуществления судом своих полномочий и начнем со стадии подготовки дела к судебному заседанию (гл. 33—34 УПК РФ).
Данная стадия является промежуточным звеном, отделяющим предварительное расследование от судебного разбирательства. Цель ее состоит в том, чтобы судебное разбирательство конкретного уголовного дела было максимально плодотворным и отвечало всем требованиям, предъявляемым к отправлению правосудия. Таким образом, перед судом в данной стадии процесса ставится ряд сложных и ответственных задач: во-первых, проверить качество предварительного расследования, выявить пробелы и грубые нарушения, препятствующие рассмотрению уголовного дела в суде; во-вторых, сформировать «доказательственный пакет», на основании которого возможно вынесение правосудного приговора; в-третьих, провести необходимые организационные мероприятия.
Для решения указанных задач судья должен внимательно и скрупулезно изучить все материалыуголовного дела. По результатам этой работы закон предоставляет ему право принять одно из трех, установленных УПК РФ решений: о направлении уголовного дела по подсудности, о назначении предварительного слушания либо, если нет препятствий к непосредственному рассмотрению уголовного дела, о назначении судебного заседания. Анализ норм права позволяет сделать вывод о том, что и при подготовке к судебному заседанию и на предварительном слушании суд осуществляет контрольные полномочия. Так, при принятии решения о подсудности судья проверяет правильность действий прокурора о направлении дела. Придя к выводу о том, что в данном случае имеет место процессуальная ошибка, суд направляет дело по подсудности. Это первое, что необходимо проверить при поступлении уголовного дела в суд. Статья 228 УПК РФ предлагает судье перечень обязательных действий, выполнение которых обеспечит, с точки зрения законодателя, разрешение первой из поставленных на данной стадии задач. Интересной в плане реализации функции судебного контроля является также процедура удовлетворения ходатайств об исключении или об истребовании дополнительных доказательств. В этом случае суд самостоятельно проверяет и оценивает представленные «спорные» фактические данные либо документы с точки зрения их относимости и допустимости. Надо отметить, что в этих целях закон предоставляет суду право допроса необходимых свидетелей, что существенно расширяет его возможности в плане осуществления контрольно-проверочных полномочий. Примечательным является также и то, что суд в ходе подготовки к судебному заседанию и на предварительном слушании так или иначе осуществляет деятельность по формированию системы доказательств, которая будет использоваться при вынесении приговора. Содержание данной деятельности заключается в том, что суд, контролируя качество доказательств, оценивает их добротность с позиций относимости, допустимости, достоверности и достаточности при принятии конкретного уголовно-процессуального решения 3.Придерживаясь положения о том, что суд, реализуя любую форму судебного контроля, должен ограничиться лишь проверкой законности и обоснованности принимаемых решений и совершаемых действий, считаем возможным определиться в вопросе оценки достаточности предоставляемых сторонами доказательств следующим образом.
На наш взгляд, при проверке и оценке доказательств в рамках реализации контрольных полномочий суд оценивает доказательства не с позиции достаточности данных о виновности лица, а с позиций достаточности данных о вынесении решения в рамках заявленного сторонами требования. Такой подход к реализации функции судебного контроля является, по нашему мнению, весьма продуктивным и в смысле «очищения» материала, предоставленного в суд органами предварительного расследования. Суд, лишенный сегодня возможности в ходе судебного заседания принять решение о направлении дела на дополнительное расследование в случае выявления пробелов следствия, тем не менее обладает правом контроля качества доказательств еще на стадии подготовки дела к слушанию, что, несомненно, способствует повышению уровня правосудия. Данная форма реализации судебного контроля, как отмечает В.А. Азаров, проявляется в различных стадиях уголовного процесса 4, где имеет место судебная проверка и оценка доказательств. Действительно, если иным формам реализации исследуемой нами функции отводится место на досудебных стадиях процесса, то контроль качества доказательств осуществляется судоми в стадиисудебно-го разбирательства. Об этом свидетельствует ст. 240 УПК РФ, закрепляющая правило о том, что практически все доказательства по уголовному делу подлежат непосредственному исследованию. Суд заслушивает показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, экспертов, лично осматривает вещественные доказательства. Сущность подобного исследования заключается в познании судом фактических обстоятельств конкретного уголовного дела. Доказывание представляет собой позна-вательныйпроцесс5. Такимобразом, суд, непосредственноис-следуя вещественные доказательства и закрепленные в следственных документах фактические обстоятельства уголовного дела, осуществляет доказывание, которое просто не может не включать в себя проверку (а значит, и контроль) доброкачественности источника и достоверность полученных данных 6.Подобный контроль происходит в стадии судебного разбирательства и в случае истребования новых доказательств (ст.
253 УПК РФ). Таким образом, можно констатировать, что суд является не пассивным арбитром, а активным участником процесса, осуществляющим доказывание. Форма, в которой суд реализует данное правомочие, носит контрольно-проверочный характер и является гарантией того, что суд останется в любом случае беспристрастным и справедливым. Осуществление судом такой разновидности контроля, как контроль качества доказательств, в ходе судебного разбирательства способствует вынесению законного, обоснованного, а самое главное — истинного приговора. Исходя из вышесказанного, можно предположить, что реализация функции судебного контроля возможна не только в традиционно принимаемых нами формах, какими являются, например, разрешение ходатайств органов расследования о производстве конкретного следственного действия или рассмотрение жалоб на их неправомерные решения, а и в форме контроля качества представленных в суд доказательств, лежащей в иной плоскости практической деятельности и научной интерпретации. В этой связи может быть оценена как несколько неполная классификация профессора А.П. Гуськовой, ограничивающей функционирование судебного контроля двумя формами.Во-первых, контроль, предусмотренный ст. 22, 23, 25 Конституции РФ, осуществляющийся исключительно при наличии мотивированного ходатайства органа расследования.
Во-вторых, последующий контроль, когда в соответствии с ч. 2 ст. 46 Конституции РФ суд осуществляет контроль за законностью других действий или решений органа уголовного преследования по жалобе любого участника процесса 7.
Такая позиция, по нашему мнению, содержит, по крайней мере, два недостатка:
Исключает из форм реализации судебного контроля контроль качества доказательств, о котором мы говорили ранее. Данная форма, исходя из ее сущностных характеристик, не осуществляется исключительно по жалобе или заявлению. Закон предусматривает возможность для суда самостоятельно решать вопрос о пригодности 8 того или иного доказательства, причем не ограничивая данное право суда только судебными стадиями процесса.
Часть 2 ст.
4 6 Конституции РФ содержит положение, согласно которому решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд. Сама по себе данная норма Основного Закона не вызывает каких-либо споров и возражений. Ее конституционное закрепление является несомненным достижением демократических сил и преобразований, гарантией прав и свобод граждан от произвола властей. Однако осуществление на ее основе исследуемой функции однозначно приведет к тотальному контролю суда, а следовательно, к удорожанию, волоките и затягиванию процесса расследования.Учитывая сказанное, необходимо помнить о чувстве меры. Можно долго и отвлеченно рассуждать о положительных моментах введения в российский уголовный процесс института судебного контроля, о его распространении (в соответствии со ст. 46 Конституции РФ) практически на все действия и решения органов предварительного расследования и прокурора. Вопрос только в том, к какой ситуации приведет такое положение дел? По нашему мнению, судебный контроль должен охватывать наиболее значимые и существенные решения и действия следователя, дознавателя и прокурора. Об оценке значимости этих действий и решений мы уже говорили. Есть еще один немаловажный момент, на который мы хотели бы обратить внимание — участие суда в формировании системы доказательств. Сразу оговоримся, что речь идет не о собирании судом доказательств, а о влиянии его действий и принимаемых в порядке осуществления судебного контроля решений на тот «доказательственный пакет», который в конечном итоге приведет к вынесению законного и обоснованного приговора либо иного итогового решения суда по конкретному уголовному делу. При разрешении вопроса о задержании или о продлении срока содержания под стражей суд также оценивает предоставленные доказательства. Однако оценка эта в деятельности суда носит двоякий характер. С одной стороны, суд оценивает фактические данные для решения вопроса о наличии достаточных данных для удовлетворения ходатайства об аресте или о продлении срока заключения под стражу.
С другой стороны, чтобы проверить соблюдение следователем, дознавателем, прокурором уголовно-процессуального закона при собирании, получении, фиксации доказательств, положенных в обоснование ходатайства. Принимая решение по конкретному ходатайству или заявлению (жалобе), суд, по нашему мнению, в первую очередь должен провести контрольно-проверочные мероприятия в отношении предоставленных субъектом доказательств, иными словами, реализовать функцию судебного контроля в форме контроля качества доказательств. В противном случае последующие действия не имеют смысла, не гарантируют защиту прав и законных интересов личности, а значит, приведут к незаконному и необоснованному решению.Итак, определившись с формами реализации функции судебного контроля и придя к выводу о том, что данная функция может проявляться в различных стадиях процесса, необходимо определиться в последнем, но наиболее сложном вопросе о характере деятельности суда при пересмотре приговоров в порядке апелляционного, кассационного, надзорного производств, а также по вновь открывшимся обстоятельствам. Не вызывает сомнений суждение о том, что, «выступая в качестве весомой конституционной гарантии прав, свобод и законных интересов участников процесса, государства и общества, тот или иной порядок проверки состоявшихся судебных решений, по существу, есть лишь продолжение защиты участниками судебного разбирательства своих интересов в новых процессуальных условиях»9. Раскрывая понятие и задачи пересмотра судебных решений, И.Я. Фойницкий указывал, что: «Установление разнообразных гарантий спокойного и полного разбирательства в первой инстанции имеет своей задачей обеспечение постановления ею справедливого приговора. И весьма существенные интересы как личности, так и общежития нашли бы наиболее полное удовлетворение, если бы этим разбирательством могло заканчиваться все судебное по делу производство»10. Действительно, за каждым судебным решением стоит конкретный человек (судья). Наличием такого обстоятельства, как «человеческий фактор», объясняются многие ошибки, пробелы (а, к сожалению, нередки случаи и преступной деятельности со стороны государственных чиновников) как в процессе предварительного расследования, так и в процессе судебного разбирательства и при вышесении итогового решения (в том числе и приговора). Данные обстоятельства лишний раз указывают на ценность пересмотра судебных решений.
В рамках нашего исследования мы намеренно опускаем проблемные вопросы, касающиеся деятельности судебных инстанций по пересмотру уголовных дел, что довольно широко обсуждалось и обсуждается сегодня на страницах юридической литературы11, и обращаемся к теме реализации функции судебного контроля в процессе пересмотра состоявшихся приговоров и иных окончательных решений судов, рассматривавших дело в первой инстанции. Н.Н. Ковтун, отстаивая свою позицию, считает «априори доказанным» тот факт, что «производство в суде апелляционной, кассационной и надзорной инстанции, а также по вновь открывшимся обстоятельствам есть самостоятельные формы отправления правосудия по уголовным делам или, точнее, — формы судебного контроля за правосудностью актов, вынесенных в суде нижестоящей ин-станции»12.
Данное мнение расходится с нашим пониманием судебного контроля как самостоятельной, не входящей в содержание правосудия функции, а значит, и с пониманием роли и места судебного контроля на стадиях пересмотра уголовных дел. На наш взгляд, законодатель совершенно верно при обозначении деятельности суда использует наряду с термином «проверка» словосочетания «пересмотр судебных решений» и «рассмотрение уголовного дела». Это означает, что суд вышестоящей инстанции обладает правом решения основного итогового вопроса о виновности и ответственности осужденного (оправданного) лица, то есть деятельность суда напрямую связана с возможным изменением акта правосудия, принятого в процессе отправления последнего. Более того, в рамках апелляционного, кассационного, надзорного производств, а также по вновь открывшимся обстоятельствам суд обладает рядом правомочий, осуществить которые возможно лишь в процессе отправления правосудия. Это такие положения, как, во-первык, уже упоминавшееся нами право отмены или изменения приговора (ч. 3 ст. 367 УПК РФ, ст. 378, 384, 385, 386, 387, 408, 418 УПК РФ). Во-вторых, это право суда кассационной и надзорной инстанций давать указания, которые являются в силу ч. 6ст. 388ич. 6 ст. 410 УПК РФ обязательными для исполнения при новом рассмотрении уголовных дел. В-третьих, правило ч. 1 ст. 410 УПК РФ, согласно которому при рассмотрении уголовного дела в порядке надзора суд не связан доводами надзорных жалобы или представления и вправе проверить все производство по уголовному делу в полном объеме. В-четвертых, процессуальный порядок проведения судебного заседания. Так, например, согласно ч. 1 ст. 365 ич. 4 ст. 377 УПК РФ суд, наделенный правом непосредственного исследования доказательств, рассматривает уголовное дело по правилам судебного следствия в суде первой инстанции, а не по правилам рассмотрения жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ. Данное положение вполне разумно и обосновано как важностью принимаемых решений и их юридическими последствиями, так и статусом обжалуемых документов (решений, действий, бездействия). В-пятых, положение ч. 3 ст. 367 УПК РФ, предусматривающее возможность апелляционного суда изменить приговор в сторону ухудшения положения осужденного.
Справедливости ради надо отметить, что нормы закона, предоставляющие суду право изменить приговор в лучшую для осужденного сторону, также несут серьезную смысловую нагрузку, поскольку их применение может существенно затронуть права участников процесса и идти вразрез с интересами потерпевшего и гражданского истца. Таким образом, мы опять возвращаемся к вопросу о соотношении судебного контроля и правосудия, который так и останется без ответа, если не определиться в главном критерии разграничения этих уголовно-правовых понятий.
В свете разрешения указанной проблемы хочется привести точку зрения З.З. Зинатуллина иТ.З. Зинатуллина: «Уголовно-процессуальная функция осуществления правосудия по уголовным делам связывается только с разрешением их по существу для получения ответа на основной вопрос уголовного процесса, каковым является вопрос об уголовной ответственности лица за вменяемое ему в вину преступление»13. Исходя из данного определения совершенно верным представляется нам мнение о том, что на стадии пересмотра уголовных дел в порядке апелляции, кассации, надзорного производства либо по вновь открывшимся обстоятельствам суд осуществляет корректировку основного вопроса уголовного процесса о виновности или невиновности конкретного лица, о мере его ответственности. А раз так, то суд в этом случае вершит правосудие 14.
Однако функция судебного контроля все же имеет место и проявляет себя параллельно с разрешением судом уголовных дел в данных инстанциях. Ее реализация в той или иной форме наряду с другими процессуальными гарантиями обеспечивает законность и обоснованность принимаемых судом решений и защиту прав и законный интересов участников процесса. Примерами осуществления данной функции в проверочных стадиях уголовного процесса могут служить следующие ситуации:
Судебным контроль имеет место при рассмотрении судом ходатайств о восстановлении пропущенного срока подачи жалобы при оценке обстоятельств, представленных сторонами и необходимых для принятия решения по существу ходатайства (ст. 357 УПК РФ), а также при рассмотрении ходатайств сторон о вызове новых свидетелей, производстве судебной экспертизы, об истребовании вещественных доказательств и документов (ч. 5 ст. 365 УПК РФ).
Присутствует судебным контроль и при рассмотрении доводов сторон по формированию системы доказательств, необходимых для принятия итогового решения по жалобе:
а) с учетом возможных пределов проверки судом закон- ности, обоснованности и справедливости обжалуемого реше- ния приговора судья должен отвергнуть те доказательства, ко- торые вышодят за границы жалобы (ч. 1 и 2 ст. 365 УПК РФ);
б) ч. 4 ст. 365 УПК РФ предпмсышает суду после выступле- ния сторон перейти к проверке доказательств. На наш взгляд, такая деятельность суда должна принимать форму контроля качества доказательств. Данная форма проявляется также и при оценке с точки зрения пригодности доказательств, положен- ных судом низшей инстанции в основу приговора (иного ре- шения) и обжалованный сторонами. В любом случае суд, как правильно отмечает Н.Н. Ковтун, «по своему усмотрению оп- ределяет объем доказательств, подлежащих непосредственно- му исследованию в судебном заседании, исходя из необходи- мости обеспечить надлежащую проверку правосудности приго- вора (иного обжалуемого решения) и выявления необходимых для этого фактов»15.
Контроль качества доказательств проявляется также и при рассмотрении судом надзорной жалобы или представления. В процессе изучения указанных документов (жалобы или представления), к которым также прилагаются копия приговора (иного обжалуемого решения) суда первой инстанции, копии приговоров или определений суда апелляционной инстанции, определения Кассационного Суда, постановления суда, рассматривавшего дело в порядке надзора, мыслительная деятельность судьи, как мы считаем, складывается из двух этапов (моментов): во-первых, судья должен «отобрать» пригодные для принятия решения доказательства (это и есть проявление функции судебного контроля) и, во-вторых, на их основе прийти к убеждению в необходимости (либо в ее отсутствии) возбуждения надзорного производства. Аналогичные действия происходят и при рассмотрении судом заключения прокурора о возобновлении производства по уголовному делу ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.
Кроме контроля качества доказательств, которые были положены в основу приговоров (иных итоговых решений) и доказательств, положенных сторонами в обоснование своих возражений, суд, на наш взгляд, не должен упускать из виду процессуальные нарушения, которые имели место как на судебных стадиях, так и в процессе предварительного расследования уголовного дела. Как известно, фактические данные, полученные с нарушением процессуальной формы, не могут считаться доказательствами и не могут быть положены в основу принимаемых судом решений. Помимо этого необходимо помнить и о том, что установленная законом процессуальная форма служит гарантией прав и законных интересов личности, вовлеченной в уголовный процесс. Здесь в деятельности суда также «налицо» элементы судебного контроля.
В соответствии со ст. 354 УПК РФ предметом апелляционного или кассационного обжалования могут выступать постановления судов, вынесенные в процессе рассмотрения уголовного дела, которые должны рассматриваться в порядке судебного контроля (в традиционном его понимании) до тех пор, пока с учетом этих постановлений не был вынесен приговор или иное итоговое решение суда. В последнем случае обжалованию должен подвергаться приговор в определенной его части.
В порядке судебного контроля должен также рассматриваться вопрос о содержании подсудимого (осужденного) под стражей и о сроках такого содержания, когда суд обязан в рамках пересмотра дела разрешить его. В данном случае суд должен придерживаться норм права в части соблюдения процедуры и необходимых процессуальных условий, применяемых при рассмотрении таких вопросов и обеспечивающих права и интересы личности.
Подводя итог сказанному, можно предположить, что контроль качества доказательств является специфической самореализующейся формой судебного контроля. Сущность ее заключается в познании и логическом осмыслении судьей предоставленных сторонами фактических данных, а также документов, содержащих промежуточные и итоговые решения органов расследования и прокурора в целях защиты прав личности, вовлеченной в уголовный процесс, и формирования системы доказательств, необходимой для вынесения как промежуточных, так и окончательного решения по делу. Данная форма судебного контроля проявляется в различных стадиях процесса, где имеет место проверка и оценка доказательств, в том числе и при реализации традиционных форм судебного контроля.
ПРИМЕЧАНИЯ
1 См..: Галузо В.Н. Судебный контроль за законностью и обоснованностью содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых на стадии предварительного расследования: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1995; Цоколова О.И. Применение органамипредваритель-ного следствия и дознания мер процессуального принуждения под судебным контролем: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1995; Изотова О.В. Проблемы судебного контроля при возбуждении и предварительном расследовании уголовных дел: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1996; Лебедев В.М. Судебная власть на защите конституционного права граждан на свободу и личную неприкосновенность в уголовном процессе: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1998; Соло-дилов А.В. Судебный контроль за проведением следственных действий и решениями прокурора и органов расследования, ограничивающими конституционные права и свободы граждан в уголовном процессе России: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Томск, 1999; Лопаткина Н.А. Институт судебного контроля на досудебных стадиях уголовного процесса России: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Краснодар, 2002.
2 См.: Азаров В.А. Судебный контроль качества доказательств в уголовном процессе России // Доказывание при осуществлении правосудия по уголовным делам. Волгоград, 2002. С. 9.
3 Там же. С. 11.
4 Там же. С. 9.
5 См.: Курссоветскогоуголовногопроцесса. М., 1989. С. 607.
6 Тамже. С. 608.
7 Гуськова А.П. Процессуально-правовые и организационные вопросы подготовки к судебному заседанию по УПК РФ. Оренбург, 2002. С. 13.
8 О понятии «пригодности» доказательств см.: Азаров В.А. Указ. соч. С. 11.
9 Ковтун Н.Н. Судебный контроль в уголовном судопроизводстве России. Н. Новгород, 2002. С. 238.
10 Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. СПб., 1996. Т. 2. С. 509.
11 См.: КовтунН.Н. Указ. соч. С. 238—325.
12 Тамже. С. 239.
13 ЗинатуллинЗ.З., ЗинатуллинТ.З. Уголовно-процессуальные функции. Ижевск, 2002. С. 168.
14 См. об этом: Зинатуллин Т.З. Осуществление правосудия — функция российского уголовного процесса // Российский судья. 2001. № 6. С. 12—13.
15 КовтунН.Н. Указ. соч. С. 274.
Н.В. Костерина