Социально-экономическая обстановка в стране и формирование внутриполитического курса правительства Трумэна.
Экономическая конъюнктура в США в первые послевоенные годы была весьма благоприятной. Правда, в связи со свертыванием военного производства выпуск промышленной продукции сократился.
Однако вскоре промышленный подъем возобновился, и в 1948 г. индекс промышленного производства США повысился до 178% довоенного уровня.Преодоление кризисно - депрессивного состояния экономики, характерного для периода ЗО-х годов, существенно укрепило позиции крупного капитала. Влиятельные круги корпоративной буржуазии потребовали решительного сокращения го-сударственного регулирования. Представители наиболее консервативных групп шли еще дальше. Они мыслили начавшуюся ликвидацию чрезвычайного военного регулирования как демонтаж всего, что было сделано в годы «нового курса» Ф.Рузвельта. Вновь получила широкое распространение идеология крайнего индивидуализма.
Однако полный возврат к «нормальным» временам, аналогичным периоду «просперити» 20-х годов, оказался крайне затрудненным. Мир изменился: активизировались силы, борющиеся за демократию и социальный прогресс. В самих Соеди-ненных Штатах развернулось сильное стачечное движение рабочих: в 1946 г. оно охватило 4,6 млн. человек. Численность профсоюзов в США за 1939-1945 гг. увеличилась с 9 до 14,3 млн. человек. Они требовали продолжения либеральных реформ, начатых в период «нового курса»
Ф.Рузвельта. Позицию «твердых» индивидуалистов ослабляла и боязнь нового экономического кризиса, наступления кото-рого с тревогой ожидали после войны многие американцы. В этих условиях ведущие идеологи и политики США пришли к заключению, что отказ от государственного регулирования может привести к серьезному осложнению политической обстановки в стране.
Отражая эту точку зрения, президент Трумэн в сентябре 1945 г. обратился с посланием конгрессу, в котором изложил обширную программу либеральных реформ, получившую впоследствии название «справедливого курса».
Глава Белого дома заявил о необходимости принятия закона о полной занятости, об увеличении минимума заработной платы, о введении медицинского страхования, об ограничении расовой дискриминации, а также об осуществлении программы строительства дешевых жилищ. Однако эта программа либеральных реформ встретила сопротивление ряда организаций крупного капита-ла и правых групп в Республиканской и Демократической партиях. Укрепление позиций консервативных сил привело к тому, что попытки либеральных демократов провести через конгресс серию законопроектов, расширявших социальные права граждан, окончились неудачей.Вместе с тем многие консерваторы уже не отвергали в эти годы саму идею государственного регулирования. Они лишь требовали ограничения масштабов вмешательства федерального правительства в экономику и отказа от дальнейшего либе-рального социального реформаторства. Переход значительной части политиков на позиции неоконсерватизма как более кон-сервативного варианта государственного регулирования нашел свое выражение в принятии в феврале 1946 г. закона о заня-тости. Идея либералов об осуществлении полной занятости была в нем отвергнута. В то же время в законе декларировалась ответственность главы государства за состояние экономики, а для выработки конкретных рекомендаций в этой сфере при президенте создавался Комитет экономических советников.
Таким образом, после войны наметились первые отступления от неолибераль-
ных принципов «нового курса» Ф. Рузвельта. Реконверсия и ликвидация органов чрезвычайного военного регулирования не означали демонтажа системы экономического регулирования, сложившейся в ЗО-е годы. Но консерваторы решительно от-вергли курс на дальнейшее расширение и углубление либерального социального реформаторства.
С еще большей активностью консервативные силы стали действовать после победы Республиканской партии на проме-жуточных выборах 1946 г. Завоевав большинство в обеих палатах конгресса, республиканцы в союзе с южными демокра-тами направили главные усилия на ревизию либерального трудового законодательства «нового курса».
В июне 1947 г. конгресс принял закон Тафта-Хартли, подавляющим большинством голосов отвергнув президентское вето. Новый закон внес крупные изменения в закон Вагнера, которые существенно ограничили права рабочих. Принцип «нечестной трудовой практики», который по закону 1935 г. применялся только к предпринимателям, был теперь распространен и на профсоюзы. Отныне запрещались и должны были пресекаться попытки профсоюзов внести в коллективный договор пункт о «закрытом цехе», принуждение рабочих к вступлению в профсоюз и некоторые другие виды профсоюзной практики. Особенно серьез-ную угрозу профсоюзам создала статья 14(6) нового акта, предоставившая законодательным собраниям штатов право запрещать даже те формы профсоюзных гарантий, которые разрешались федеральным законодательством.Закон Тафта-Хартли урезал и право рабочих на проведение стачек. Забастовки государственных служащих запрещались. О любой стачке в частном секторе рабочие обязаны были уведомить предпринимателя за 60 дней до ее начала. Если же забастовка, начавшаяся после этого «охладительного» периода, создавала, по мнению президента, «национальное чрез-вычайное положение», она могла быть отложена еще на 80 дней. В основу закона был положен принцип жесткого государ-ственного регулирования повседневной деятельности профсоюзов. Они должны были регулярно представлять министру
труда отчеты о всех своих делах, а также давать письменные показания под присягой о непринадлежности своих функцио-неров к Коммунистической партии.
Ограничение прав профсоюзов сопровождалось наступлением против левых сил рабочего движения, в первую очередь коммунистов. Позиции Коммунистической партии США после второй мировой войны были существенно ослаблены тем, что Советский Союз и международное коммунистическое движение взяли курс на конфронтацию со странами Запада, а странам Центральной и Юго-Восточной Европы навязывалась сталинская модель тоталитарного строя. Этот курс советского руководства был крайне непопулярен в кругах демократической общественности США, а его поддержка американской компартией облегчала консервативным силам борьбу против коммунистов и тех, кто подозревался в связях с ними.
Активное участие в этой борьбе приняло и федеральное правительство. В марте 1947 г. президент Трумэн издал приказ о проверке лояльности государственных служащих. Лица, обвиненные в связях с коммунистами, заносились в «черные списки», увольнялись с работы и подвергались преследованиям.Лидеры профсоюзного движения США в большинстве своем поддержали эту антикоммунистическую кампанию. Президент АФТ Уильям Грин призвал рабочих к защите системы свободного предпринимательства от посягательств на нее со стороны коммунистов. Эти призывы были поддержаны и руководителями Конгресса производственных профсоюзов, которые начали кампанию за исключение из КПП организаций левого крыла, где большим влиянием пользовались коммунисты.
Распространение антикоммунизма в рядах профсоюзного движения и изоляция левого крыла профсоюзов сделали невоз-можным эффективное сопротивление закону Тафта-Хартли. Призывы левого крыла КПП и президента Объединённого союза горняков Джона Льюиса к бойкоту закона были отвергнуты. Лидеры обоих профсоюзных центров призвали членов профсоюзов выполнять все условия закона Тафта-Хартли в надежде на его ревизию в будущем. К концу 1948 г. более 80 тыс.
профсоюзных функционеров дали показания о непринадлежности к компартии.
Уступки администрации Трумэна консерваторам, начатый ими антикоммунистический поход вызвали сопротивление левых групп американского общества. В то же время попытки президента провести через конгресс хотя бы часть программы «справедливого курса» повлекли за собой ожесточенные атаки консерваторов, требовавших от правительства Трумэна отка-за от либерального политического курса и выступавших за самые решительные меры борьбы против «коммунистической угрозы», которая якобы нависла над Америкой.
Выборы 1948 г.
Особенно острая политическая борьба развернулась в США в ходе избирательной кампании 1948 г. В условиях резкого противостояния двух фракций Республиканской партии умеренно-консервативная группировкаu во главе с губернатором штата Нью-Йорк Томасом Дьюи взяла верх над группой правых республиканцев во главе с сенатором Робертом Тафтом. В противовес Р.Тафту, выдвигавшему традиционную программу твердого индивидуализма, Т.Дьюи, ставший официальным кандидатом партии на пост президента, уже не занимал чисто негативную позицию по отношению к реформам «нового курса» Ф.Рузвельта и к новым программным установкам демократов.
И в предвыборной платформе Республиканской партии, и в речах ее кандидата признавалась необходимость ограниченного вмешательства государства в экономику и социальные отношения, а также утверждалось, что большинство полномочий федерального правительства следует передать властям • штатов. Это свидетельствовало о постепенном усвоении республиканцами идеологии государственного регулирования в ее неоконсервативном варианте, хотя в выступлениях республиканских политиков по-прежнему звучали восхваления системы свободного предпринимательства как «основы материального благосостояния и политической свободы».В курсе правительства Трумэна и Демократической партии, в целом не выходившем за рамки неолиберальной идеологии, сказывались и консервативные тенденции. Это вызвало противодействие левого крыла партии во главе с Генри Уоллесом, которое, порвав с демократами, оформилось в 1948 г. в самостоятельную Прогрессивную партию. Ее предвыборная платформа осуждала агрессивный внешнеполитический курс правительства США и призывала к нормализации отношений с Советским Союзом, к проведению новой серии либеральных реформ, к национализации ключевых отраслей промышленно-сти и к отмене закона Тафта-Хартли.
Кампания Прогрессивной партии оказала большое влияние на ход предвыборного съезда Демократической партии. Важную роль в его работе сыграла созданная группой либеральных политиков организация «Американцы за демократические действия», которая поддерживала внешнеполитические установки правительства Трумэна, но в то же время требовала от него оказать противодействие наступлению консервативных сил. По инициативе АДА съезд включил в предвыборную платформу Демократической партии требование отмены закона Тафта-Хартли и пункт о защите гражданских прав негров.
Осуждение съездом демократов системы расовой дискриминации вызвало возмущение расистов Юга. Они ушли со съезда и, собравшись отдельно, объявили о создании самостоятельной партии Демократы-сторонники прав штатов. Кандидатом этой партии на пост президента стал губернатор Южной Каролины реакционер Стром Термонд.
Таким образом, на выборах 1948 г. Демократическая партия оказалась в состоянии глубокого раскола. Это ослабило по-зиции Г.Трумэна как кандидата демократов и породило в рядах республиканцев уверенность в победе. Однако их надежды не оправдались. Либеральная платформа демократов, основанная на программе «справедливого курса», оказалась для большинства избирателей более предпочтительной, нежели платформа Республиканской партии, обещавшая проведение лишь отдельных скромных мер в социальной области, к тому же торпедированных правыми республиканцами в ходе специ-альной сессии конгресса, созванной президентом в июле 1948 г. На стороне демократов выступила основная масса членов профсоюзов, надеявшихся на скорейшую отмену закона Тафта-Хартли. В условиях нараставшей «холодной войны» и анти-коммунистической пропаганды широкую поддержку получили и внешнеполитические установки Демократической партии.
В обстановке силового противостояния США и СССР и жесткой реакции советского руководства на антисоветский внешнеполитический курс Соединенных Штатов призывы Г.Уоллеса к установлению добрососедских отношений с СССР не нашли ожидаемого им отклика со стороны избирателей. Кандидат Прогрессивной партии получил в 1948 г. лишь 1157 тыс. голосов и не обеспечил ни одного выборщика.
Все это помогло Г.Трумэну одержать победу на выборах 1948 г. За него голосовали 24,2 млн. избирателей, что обеспечило ему 303 выборщика, тогда как Т.Дьюи получил 22 млн. голосов и 189 выборщиков, а кандидат диксикратов С.Термонд -1,2 млн. голосов и только 39 выборщиков. Демократы возвратили себе большинство в обеих палатах конгресса.
Усиление внутриполитической реакции. Маккартизм.
Вступив в январе 1949 г. на президентский пост, Г.Трумэн обратился с посланием конгрессу, в котором в соответствии с программой «справедливого курса» был выдвинут обширный план либеральных реформ. Он предусматривал отмену закона Тафта-Хартли, повышение минимума заработной платы, введение медицинского страхования, строительство дешевого жилья для низкодоходных семей, обеспечение устойчивого дохода фермеров, осуществление обширного плана государственного гидроэнергетического . строительства, ограничение расовой дискриминации. Все эти предложения рассматривались либералами как продолжение и развитие «нового курса» Ф.Рузвельта.
В течение 1949-1950 гг. правительству Трумэна удалось провести через конгресс некоторые важные реформы. Минимум почасовой заработной платы был увеличен с 40 до 75 центов. Круг лиц, подпадавших под действие закона о социальном страховании, был расширен на 10 млн. человек. Наконец, были ассигнованы
средства на строительство 800 тыс. квартир для семей с низкими доходами. Однако вся остальная программа «справедли-вого курса» была отвергнута конгрессом голосами консервативного блока республиканцев и южных демократов.
Провал большей части правительственной программы объяснялся тем, что на рубеже 40-50-х годов в Соединенных Штатах обозначился сильнейший сдвиг вправо. В Республиканской партии значительно укрепились позиции фракции правых республиканцев. Положение в стране еще более осложнилось, когда осенью 1948 г. начался экономический кризис. Он оказал сильное влияние на американское общество. В массовой психологии возродились опасения по поводу возможности повторения «великой депрессии», усилились сомнения в эффективности государственного регулирования.
Сдвигу вправо во внутриполитической жизни США способствовало также крайнее обострение международной напря-женности. В своей внешнеполитической стратегии американское правительство исходило тогда из представлений о Совет-ском Союзе как о перманентном враге Соединенных Штатов, с которым не может быть нормальных отношений, пока не произойдут кардинальные изменения в его социальном строе. Поэтому после создания НАТО был взят курс на достижение решающего военного превосходства США над СССР и на проведение политики лишь с «позиции силы». Но столь же непримиримую позицию занимало и советское руководство. Оно нередко прибегало к силовым методам разрешения международных конфликтов. Жесткая конфронтационная линия, которой придерживались тогда обе сверхдержавы, способствовала крайнему обострению «холодной войны».
Острое противоборство двух систем на международной арене оказывало сильнейшее воздействие на внутриполитическую обстановку в США. Крайне нервную реакцию в Соединенных Штатах вызвали известия о проведении в сентябре 1949 г. первого испытания ядерного оружия в СССР, ликвидировавшего атомную монополию Америки, а также о раскрытии фактов советского атомного шпионажа. Потрясением для руководящих кругов
США стала победа китайской революции и провозглашение Китайской народной республики. В развернутой в ответ на это пропагандистской кампании Соединенные Штаты объявлялись бескомпромиссным борцом за спасение демократии вне и внутри страны от угрозы «мирового коммунизма».
Так на рубеже 40-50-х годов в Соединенных Штатах была создана обстановка разгула реакции, получившая по имени одного из ее главных проводников название маккартизма. По инициативе сенатора-республиканца Джозефа Маккарти, объявившего, что весь аппарат федерального правительства якобы наводнен коммунистами, в стране воцарилась атмосфера запугивания «коммунистической угрозой». Но Маккарти и его последователи наносили удары не только по коммунистам. Они добивались разгрома профсоюзов, дискредитации либералов, отказа от любых реформ, расширявших права тру-дящихся.
Ультраправые маккартистские круги требовали также резкого ужесточения внешнеполитического курса США. Особенно яростный характер эта кампания приобрела после того, как в июне 1950 г. вторжением войск северокорейского режима началась война в Корее. Антисоветская истерия, развернутая ультраконсерваторами, достигла апогея. Маккартисты призывали обрушить на Советский