Партизанская народная борьба против испанского абсолютизма
Кровавый террор герцога Альбы испугал малодушных, но в сердцах храбрых патриотов он разжег гнев и желание отомстить врагам родины. JIeca Фландрии и Эно стали убежищем вооруженного рабочего люда, ремесленников, крестьян.
Их отряды истребляли мелкие группы испанских солдат, попов и монахов (доносивших испанцам на патриотов), судейских чиновников. Казни испанских пособников осуществлялись по приговорам подпольных консисторий. Эти «лесные гёзы» пользовались поддержкой населения, снабжавшего их продовольствием и сообщавшего о действиях властей и передвижениях войск.Ha севере партизанская борьба приняла несколько иную форму. Там матросы, рыболовы, портовый люд, некоторые судовладельцы и двѳряне-кальвинисты сели на корабли и повели войну против испанцев на море, используя как базы порты Англии, временно помогавшей им ради ослабления своего противника — Испании. «Морские гёзы» захватывали и топили испанские суда и целые караваны, нападали на приморские городки, везде, где могли, истребляли иснанцев и их пособников. Увидев успешность их действий, принц Оранский, укрывшийся в Германии, стал выдавать «морским гёзам» каперские свидетельства на право ведения войны против Альбы и посылать им своих офицеров.
Ha путь борьбы с испанским деспотизмом Политика встал и принц Оранский, вокруг которого в
принца Оранского Германии группировались бежавшие из Ни- ИэАшг^щии дерландов дворяне. Ho намерения принца
Оранского и его приверженцев были иными, чем у народных партизан. B окружении принца вынашивались планы союза с иноземными государствами — немецкими лютеранскими князьями, Францией, Англией — ценой раздела Нидерландов. Один из таких проектов предусматривал передачу Фландрии и Артуа Франции, Голландии и Зеландии — Англии, а Брабант и еще некоторые провинции, формально связанные ленными отношениями с империей, предполагалось включить в ее состав на правах курфюршества Брабантского во главе с курфюрстом — принцем Оранским.
Такие проекты означали борьбу с Испанией не во имя нового, а ради возвращения к отжившим порядкам с некоторым их изменением. Вместе с тем дворянские эмигранты не теряли еще и надежды на возможность путем военного нажима заставить Филиппа II пойти на уступки и затем договориться с ним за счет интересов прогрессивных сил Нидерландов.Эти планы и связанные с ними дипломатические переговоры держались в глубочайшей тайне. Внешне же принц вел себя как «искренний патриот», а его влиятельные приверженцы в Нидерландах всячески создавали ему авторитет «самоотверженного и бескорыстного» борца за свободу страны. C помощью немецких протестантских князей и французских гугенотов войска принца Оранского в 1568—1572 гг. несколько раз вторгались в Нидерланды, чтобы за- воевать их южные и центральные провинции, где он рассчитывал получить наибольшую поддержку. Однако все свои надежды принц возлагал на иноземных наемников, которые жаждали лишь грабежа> не желал вступать в связь с отрядами «лесных гёзов» и опираться на народ. Такая политика и стратегия были порочны, и все военные операции иринца Оранского в Нидерландах терпели неудачи.
1567—1571 годы для Нидерландов были пе- Восстание 1572 г. риодом жестокой реакции, направляемой гер-
бурж^ГрТспубликн Ц°гом„ Альбой· B 1571J- он ввел алькабалу. насеверестраны Хозяйственная жизнь Нидерландов оказалась дезорганизованной: расторгались сделки, закрывались мануфактуры, лавки, терпели банкротство торговые компании и банки. Алькабала была заменена огромным налогом.
B этой обстановке караван «морских гёзов», которых королева Елизавета, опасаясь конфликта с Испанией, изгнала из английских портов, 1 апреля 1572 г. овладел городом Брилем, расположенным в дельте Рейна. Это событие в условиях вновь назревавшей революционной ситуации послужило сигналом к началу всеобщего восстания в северных провинциях. 5 апреля восстал и впустил в город отряды гёзов городской ліод Флиссингена. Вслед за этим отпали от испанцев города Феер, Арнемёйден, Энкхёйзен и др.
Крестьяне также поддерживали «морских гёзов», создавали отряды самообороны> истребляли отряды испанцев. «Морские гёзы» наносили испанцам удары на море. Так начался второй этап Нидерландской буржуазной революции и освободительной войны, заложивший основу будущей республики Соединенных провинций.Ни герцог Альба, яи принц Оранский не смогли оценить всю важность этих событий. Альба, который видел главного врага в принце Оранском и его союзниках (французских гугенотах), пренебрежительно отнесся к «бунту мужиков» на севере страны. Заявив: «Это не важно», он двинул свои войска под стены Монса, захваченного братом принца Людовиком Нассауским.
Принц Оранский, целиком погруженный в огранизацию своей военной экспедиции, «узнав о народном движении, не проявил никакого удовольствия. Наоборот, он жаловался, что эти небольшие успехи (восставших на севере.— Авт.) помешают главному мероприятию, которое он готовил»,— писал в своих «Анналах» Гуго Гроций, голландский политический деятель, юрист и историк XVII в. Это «главное мероприятие» принца потерпело поражение, как и предыдущие. Оно сыграло лишь ту положительную роль, что отвлекло силы испанцев и позволило восстанию на севере развиваться без больших помех. Оранский оказался тем не менее достаточно гибким и дальновидным политиком, чтобы, хотя и с опозданием, понять перспективы, которые открывал успех повстанцев в северных npot винциях. Он стал сближаться с буржуазными кругами и консисториями, направлявшими движение на севере.
Тем временем на севере «морские гёзы», городские ополчения (стрелковыѳ гильдии), заново сформированныеизгородского плебса и ремесленников, консистории стали на время господами положения. Они объединили вокруг себя и те революционно и антииспански настроенные элементы, которые не порвали с католической верой, но презирали и ненавидели католических попов, отправлявших в застенки инквизиции всех, кто осмеливался обличать пороки церковного клира и произвол испанских властей. Против испанцев выступили и дворяне-кальвинисты северных провинций, возглавив отряды повстанцев.
Революционные силы повсеместно наступали, свергали реакционные магистраты городов и вмешивались в управление городскими делами. Крестьяне в ряде мест разгромили монастыри и поместья дворян — сторонников Испании, захватили принадлежавшие им земли, прекратили выплату церковной десятины. Ho делалось это стихийно, без законодательного закрепления проводимых мер.Богатое купечество северных провинций, иоддерживавшее политический союз с кальвинистски и антииспански настроенными дворяпами-оранжистами, вынуждено было временно мириться с действиями революционных масс. Постепенно оно начало прибирать власть к своим рукам, закрепившись в магистратах городов и штатах провинций. Одним из важных шагов в этом направлепии было призвание принца Оранского. Аристократическое происхождение принца, связи с иноземными монархами, популярность как борца против испанского деспотизма делали его авторитетным* лицом, приемлемым для различных слоев общества.
Геиеральпые штаты Голландии и Зеландии, практически взявшие власть в свои руки, на дордрехтской сессии в июле 1572 г. иризнали принца Оранского статхаудером Голландии и Зеландии, вручив ему верховное военное командование, высшую исполнительную власть и право назначения и смещения (с ведома штатов) всех высших должностных лиц.
B октябре 1572 г. принц прибыл в Голландию. Его интересы яе совпадали полностью с целями призвавшей его купеческой олигархии. Oa стремился к гораздо большей самостоятельности и, используя свой пост, добивался расположения дворян и симпатии консисторий, за которыми стояли народные массы. Купеческую олигархию это не очень беспокоило. Она надежно контролировала принца через штаты и понимала, что демагогические его заигрывания лишь укрепляют складывающийся режим, придавая ему популярность.
Период с 1573no 1575 г. был тяжелым для восставших. Поняв свою ошибку, Альба всеми силами обрушился на «мятежников». Вооруженный народ повсюду оказывал отчаянное сопротивление испанцам. Семь месяцев (декабрь 1572 г.— июль 1573 г.) героически оборонялись жители осажденного Хаарлема, и лишь голод принудил их капитулировать. Еще больший героизм проявили жители осажденного Лейдена (май — октябрь 1574 r.), борьба которых закончилась победой. Восставшие провинции широко и с большим успехом применяли метод затопления водой территорий, занятых испанцами, несмотря на связанные с этим тяжелыѳ материальные потери.
Теперь и в Мадриде поняли, что политика герцога Альбы в Нидерландах провалилась,ивконце 1573 г. он был отозван в Испанию. Ho вплоть до 1575 г. испанцы еще продолжали наступать.