§ 4. Определение преступной организации А) Общие замечания
К настоящему времени в уголовном законодательстве не выработано сколько-нибудь общего определения организованного преступного объединения даже на уровне стран СНГ или иной группы государств, объединенных общей правовой традицией.
Кажется, что законодатели каждой из стран посчитали «делом чести» изобрести собственные, уникальные формулы криминализации организованной преступности Достаточно сказать, что среди стран СНГ, в которых использован в качестве образца Модельный УК, нет даже двух совпадающих определений преступного сообщества (преступной организации) — в каждой стране они получились разными.
Нет единства и в терминологическом обозначении организованных преступных объединений. Так, УК Армении, Киргизии, России, Таджикистана, Туркменистана, Узбекистана, Эстонии используют термин «преступное сообщество», УК Азербайджана, Ка захстана, Молдовы — «преступное сообщество (преступная организация)», УК Австрии, Албании, Беларуси, Бельгии, Монголии, Украины — «преступная организация».
Встречаются и другие обозначения: «ассоциация злоумышленников» (Алжир, Гаити, Доминиканская Республика, Мадагаскар, Тунис, Франция), «незаконная ассоциация» (Аргентина, Панама, Сальвадор), «преступная ассоциация» (Мексика, Парагвай, Португалия), «организация мафиозного характера» (КНР), «организация для совершения преступлений» (Италия, Турция).
В большинстве стран, специально криминализирующих организованную преступную деятельность, законодатель вообще не дает дефиниции преступного объединения.
Например, не раскрывается понятие преступной организации (сообщества) в УК Албании, Андорры, Болгарии, Венгрии, Германии, Республике Корея, Турции. В уголовных законах этих стран указываются лишь ее отдельные признаки. Соответствующие разъяснения даются в уголовно-правовой теории и в судебной практике.
Более или менее четкое формальное определение организованного преступного объединения дается в УК стран СНГ, Бельгии, Италии, Латвии, Литвы, Франции.
Независимо от наличия или отсутствия формальной дефиниции организованной преступной группы в современной законодательной практике можно выделить два принципиальных подхода.
Первый из них заключается в перенесении в ткань уголовного закона криминологических характеристик организованной преступности в виде таких признаков, как «устойчивость», «сплоченность», «структурированность», «тайный характер» и т.п., многие из которых носят явно оценочный характер.
При втором подходе законодатель полностью абстрагируется от криминологических подробностей, сводя юридическую конструкцию к минимуму: «участие в организации, целью которой является совершение преступлений».
Так, например, УК Германии, Испании, Македонии, Нидерландов, Польши, Португалии, Республики Корея, Судана, Филиппин предусматривают в качестве единственного признака организованного преступного объединения цель — совершение преступлений.
Отказ законодателя от использования в тексте УК каких-либо криминологических признаков организованной преступности (структурированности, устойчивости, сплоченности и т.д.), безусловно, облегчает процесс доказывания и привлечения к ответственности виновных лиц.
Помимо цели, в современных национальных законодательствах наиболее часто встречаются такие признаки организованного преступного объединения, как состав, устойчивость и структурированность.
Рассмотрим их более подробно.