§4. Иные уголовно-правовые меры (меры безопасности)

Как указывалось выше, во многих современных странах все меры уголовно-правового воздействия законодательно подразделяются на две категории: 1) наказания и 2) иные меры уголовно-правового характера, которые исторически появились под названием и до сих пор чаще всего обозначаются как «меры безопасности».

Общим между двумя видами уголовно-правового воздействия является то, что они представляют собой официальную (правовую) реакцию государства на совершение уголовно наказумого деяния и применяются в рамках уголовно-процессуальной деятельности с соблюдением всех предусмотренных для нее конституционных гарантий.

Формальное различие состоит в том, что основанием для применения иных мер уголовно-правового характера может служить совершение не только преступления, но и иных общественно опасных деяний (невменяемым лицом)[456]. При этом, если применение наказаний всегда является формой реализации уголовной ответственности, иные меры уголовно-правового характера могут применяться:

как форма реализации уголовной ответственности (конфискация орудия преступления, ограничение некоторых прав);

Б) как форма освобождения от уголовной ответственности (например, применение

воспитательных мер к несовершеннолетним);

к лицам, не подлежащим уголовной ответственности (невменяемым);

В отдельных случаях иные уголовные меры могут применяться к лицам, не совершившим преступления или общественно опасного деяния (например, конфискация преступно добытого имущества у третьих лиц, которым оно было передано виновным). Другим примером является наложение штрафа на родителя несовершеннолетнего при особождении последнего от уголовной ответственности (такая мера, в частности, предусмотрена в УК Таиланда).

В некоторых странах иные уголовные меры применяются в качестве субститута уголовной ответственности в отношении юридических лиц, не признаваемых там официально субъектами преступления (например, такие меры были введены в УК Латвии в 2005 году.).

Далее, у иных мер уголовно-правового характера существуют собственные цели, которые лишь частично совпадают с целями наказания. Точкой этого совпадения является превенция (как правило, частная). В отличие от наказания, иные уголовные меры не преследуют целей воздаяния (кары) за совершенное преступление или устрашения. Для некоторых из них целью является также устранение последствий преступной деятельности (например, для такой меры, как конфискация преступных доходов). Целью иных уголовных мер может быть также перевоспитание и социальная защита лица (это касается принудительных мер воспитательного характера, применяемых в отношении несовершеннолетних).

Таким образом, в отличие от наказания (представляющего цельный институт), иные уголовно-правоые меры весьма различаются между собой по своей юридической природе и целям применения. Поэтому можно сказать, что эта категория наполняется законодателем «по остаточному принципу», т.е. в нее включаются все уголовно-правовые инструменты, которые по тем или иным признакам не могут быть отнесены к наказаниям.

Четких границ между наказаниями и иными уголовными мерами не существует. Когда дело касается таких уголовных санкций, как специальная конфискация, выдворение иностранцев или ограничение специальных прав, отнесение их к первой или второй из указанных категорий зависит целиком от усмотрения законодателя.

Ввиду вышеуказанных нюансов практически невозможно найти четкого законодательного определения иных мер уголовно-правового характера (мер безопасности). Даже конструирование их доктринальной дефиниции представляет непростую задачу.

В российской науке уголовного права наиболее удачным является следующее определение: «под иными мерами уголовно-правового характера следует понимать меры государственного принуждения, не входящие в систему наказаний и санкции уголовно-правовых норм, применяемые к лицам, совершившим общественно опасные деяния или преступления по усмотрению суда и ограничивающие их права, интересы и свободы с целью предупреждения совершения ими новых деяний или преступлений»[457].

Исторически институт иных мер уголовно-правового характера (мер безопасности) появился в уголовном законодательстве гораздо позднее института наказания, и это событие первоначально выглядело как настоящая революция в уголовном праве.

Теоретической основой введения мер безопасности в уголовное законодательство (в конце XIX — первой половине XX века) послужили концепции социологической школы уголовного права, а также возникшей на основе последней школы новой социальной защиты.

Важнейшее место в учении социологической школы, наряду с теорией факторов преступности, занимал тезис о лицах, находящихся в «опасном состоянии». Согласно этому тезису существуют определенные категории людей, чья личность под влиянием различных факторов преступности оказалась в «опасном состоянии», а поскольку эти лица представляют угрозу для «безопасности общества», оно должно постараться выявить их до того, как они совершат преступление, и заранее «обезвредить»[458].

В свою очередь, сторонники различных течений в социологической школе по- разному отвечали на вопрос, кого именно следует относить к лицам, находящимся в «опасном состоянии». Например, французский криминалист Р. Гарро (Garraud) относ™ к ним три категории лиц: те, кто опасен в силу своего психического состояния (сумасшедшие и полусумасшедшие); те, кто опасен в силу своих предшествующих судимостей (рецидивисты), и, наконец, те, кто опасен в силу своего образа жизни (бродяги, нищие, сутенеры). Концепция «опасного состояния», поскольку она допускала возможность применения репрессии к лицам, не совершившим преступления, разделялась не всеми сторонниками социологической школы.

Традиционную систему уголовных наказаний, назначаемых виновному в зависимости от тяжести совершенного им преступления, «социологи» предлагали заменить или дополнить системой «мер безопасности», имеющих целью защиту общества от преступников и учитывающих, прежде всего, степень «опасности» для общества того или иного лица. В частности, к преступникам-рецидивистам, даже совершившим незначительные преступления, они предлагали применять особые «меры безопасности», в виде продленных сроков тюремного заключения или пожизненной ссылки, чтобы гарантировать общество от новых преступных посягательств с их стороны.

степени опасности для общества, которую представляли душевнобольные или лица, находящиеся в «опасном состоянии» в силу своего образа жизни (например, бродяги), «социологи» предлагали и к ним применять соответствующие «меры безопасности».

В период наибольшего влияния социологической школы в первой половине XX века институт мер безопасности был включен в уголовное законодательство Австрии, Германии, Испании, Италии, Португалии, Швейцарии, Франции и ее тогдашних колоний, а также большинства стран Латинской Америки.

Однако с середины XX века, по мере разочарования в идеях «социологов» и возвращения к строгим принципам классической школы, началось постепенное «выхолащивание» изначального содержания института мер безопасности. Так, лежащая в основе применения мер безопасности категория «опасного состояния» (либо «криминальной опасности») личности в настоящее время сохраняется в уголовном законодательстве лишь отдельных стран (Гватемала, Испания, Италия, Куба, Никарагуа, Сан-Марино).

Сегодня применение любых мер безопасности не выходит за рамки международных и демократических конституционных принципов уголовного права (исключение составляет лишь превентивное заключение, применение которого в ряде развитых стран по-прежнему вызывает яростные споры).

Напротив, прогрессивная и гуманистическая составляющая концепции мер безопасности в последние десятилетия стала получать все большее развитие и поддержку у законодателей. Уже стала практически общепризнанной идея, что современный механизм уголовно-правового регулирования не может основываться исключительно на карательных санкциях (наказаниях), а должен представлять собой гибкое сочетание различных методов воздействия, включающих лечебные, воспитательные, защитные и иные некарательные меры, а также некоторые санкции, помогающие превенции преступлений.

Таким образом, в современном уголовном праве наличие или отсутствие категории мер безопасности обусловлено уже не принципиальными различиями в средствах и основаниях уголовного воздействия, а, скорее, особенностями юридической техники.

Что касается терминологического обозначения иных (помимо наказания) уголовно-правовых мер, то в большинстве стран используется традиционное понятие «меры безопасности». В частности, именно так этот институт называется в Уголовных кодексах почти всех бывших югославских республик478, а также в УК таких стран, как Алжир, Афганистан, Боливия, Бразилия, Гватемала, Германия, Гондурас, Греция, Исландия, Испания, Италия, Камерун, Колумбия, Коста-Рика, Кот д’Ивуар, Куба, Ливан, Марокко, Мексика, Молдова, Никарагуа, Панама, Перу, Португалия, Румыния, Сальвадор, Сан-Марино, Таиланд, Турция, Уругвай, Чили. При этом в УК Германии и Греции говорится о «мерах исправления и безопасности», в УК Италии — об «административных мерах безопасности».

В УК Венгрии, Нидерландов, Парагвая, Швейцарии, Эфиопии соответствующая категория именуется просто «меры», в Австрии — «предупредительные меры», в Польше — «уголовные меры», в Дании и Норвегии — «иные правовые последствия (наказуемого деяния)», в Судане — «меры надзора и исправления», в Эстонии — «иные меры воздействия», в УК Азербайджана, России, Таджикистана — «иные меры уголовно- о правового характера» в УК Армении, Казахстана, Туркменистана — «иные меры уголовно-правового воздействия», в УК Узбекистана — «другие меры правового воздей-

ствия», в УК Грузии — «уголовные меры иного вида», в УК Монголии — «иные меры уголовной ответственности».

В некоторых странах законодатель выделяет различные типы иных мер уголовно- , правового характера в зависимости от их правовой природы и других признаков.

В УК Парагвая все меры делятся на три класса: 1) надзора; 2) лечения; и 3) безопасности. Кроме того, они подразделяются на связанные и не связанные с лишением свободы.

В законодательстве Эфиопии категория уголовных мер включает два подвида: «Меры, применяемые к невменяемым и частично вменяемым лицам» и «Меры превенции и защиты».

Наконец, в УК Беларуси вообще отсутсвует единое понятие иных уголовно-правовых мер.

Аналогично тому многообразию, которое наблюдается в национальных системах наказаний, в каждой стране уголовное законодательство имеет свою собственную систему иных уголовно-правовых мер. При этом, как правило, в Уголовном кодексе законодатель закрепляет четкий перечень последних.

Так, согласно УК Молдовы (ч. 2 ст. 98) мерами безопасности являются: а) принудительные меры медицинского характера; Ь) принудительные меры воспитательного характера; с) высылка; d) специальная конфискация.

Исключение составляют большинство стран СНГ, где законодатель не потрудился указать, что именно он понимает под «иными мерами уголовно-правового характера» и тому подобными категориями. На доктринальном уровне к их числу в этих странах обычно относят принудительные меры медицинского характера и принудительные меры воспитательного характера.

В России такое положение сохранялось до 2006 года. В соответствии Федеральным законом от 27.07.2006 г. № 153-ФЗ Раздел VI УК РФ, который был ранее целиком посвящен принудительным мерам медицинского характера, получил новое наименование: «Иные меры уголовно-правового характера». В этот Раздел, помимо уже имевшейся в нем Главы 15 «Принудительные меры медицинского характера», была включена новая Глава 15.1 «Конфискация имущества». Однако данное законодательное решение не столько внесло ясности в законодательство, сколько запутало его терминологию. Ведь за рамками Раздела VI остались принудительные меры воспитательного характера, принадлежность которых к иным мерам уголовно-правового характера не вызывает никаких сомнений. Но и включить их туда было невозможно по соображениям юридической техники.

Как показывает анализ современных законодательств, чаще всего к рассматриваемой категории законодатель относит следующие уголовные меры:

Принудительные меры медицинского характера (бывшие югославские республики, Австрия, Алжир, Боливия, Бразилия, Великобритания, Венгрия, Гватемала, Германия, Гондурас, Испания, Италия, Колумбия, Коста-Рика, Кот д’Ивуар, Куба, Молдова, Никарагуа, Норвегия, Парагвай, Перу, Польша, Португалия, Россия, Румыния, Сальвадор, Сан-Марино, США, Судан, Таиланд, Турция, Уругвай, Чехия, Швейцария, Эстония);

Запрет заниматься определенной профессиональной деятельностью (бывшие югославские республики, Алжир, Боливия, Германия, Испания, Кот д’Ивуар, Параграй, Польша, Португалия, Румыния, Таиланд, Турция);

Специальная конфискация (бывшие югославские республики, Алжир, Венгрия, Кот д’Ивуар, Молдова, Норвегия, Польша, Россия, Румыния, Турция, Чехия, Эстония);

Установление надзора (Боливия, Бразилия, Венгрия, Гватемала, Германия, Гондурас, Италия, Колумбия, Кот д’Ивуар, Никарагуа, Норвегия, Панама, Парагвай, Сальвадор, Сан-Марино, США, Турция, Уругвай);

Поручительство о хорошем поведении (Боливия, Великобритания, Гватемала, Гондурас, Кот д’Ивуар, США, Таиланд, Уругвай);

Лишение водительских прав (бывшие югославские республики, Германия, Испания, Панама, Парагвай, Польша, Португалия);

Выдворение иностранцев из страны (бывшие югославские республики, Гондурас, Испания, Италия, Кот д’Ивуар, Молдова, Румыния, Сан-Марино, Турция);

Высылка (Бразилия, Гватемала, Гондурас, Испания, Италия, Кот д’Ивуар, Норвегия, Румыния, Таиланд);

Запрещение посещения определенных мест (Бразилия, Гватемала, Гондурас, Италия, Кот д’Ивуар, Панама, Парагвай, Швейцария);

Воспитательные меры в отношении несовершеннолетних (страны СНГ, Бразилия, Гондурас, Испания, Италия, Коста-Рика, Куба, Молдова, Никарагуа, Сан-Марино, Судан, Турция, Уругвай, Чехия, Эстония);

Помещение в сельскохозяйственную колонию или иное исправительно-трудовое учреждение (Боливия, Бразилия, Гватемала, Гондурас, Италия, Колумбия, Сан- Марино);

Превентивное или продленное заключение (Австралия, Боливия, Германия, Великобритания, Новая Зеландия, Норвегия, Парагвай, США);

Запрет потребления спиртных напитков (Ирак, Ливан, Норвегия, Панама);

Закрытие учреждения (Алжир, Кот д’Ивуар).