ВВЕДЕНИЕ

Современная Россия, восстанавливая свой потенциал и осознавая свои перспективы и возможности, переживает сложный период становления социально-ориентированной рыночной экономики.

В свете сказанного вызывает особую тревогу распространение случаев преступного причинения ущерба в виде «простого» и «общеопасного» разрушения материальных ценностей, уничтожения имущественных благ, повреждения (порчи) чужих вещей. По данным статистики, в 2003 г. по стране зарегистрировано 32 532 случая умышленного уничтожения и повреждения имущества, в 2004 г. — 37 083, 2005 г. — 51 974, 2006 г. — 60 473. Тенденция относительного роста числа этих преступлений наблюдается и в отдельных регионах. По данным ИЦ ГУВД по Самарской области, в 2004 году было зарегистрировано 1 036 фактов умышленного уничтожения и повреждения имущества, в 2006 г. — 1 475.

О повышении уровня опасности уничтожения и повреждения имущества говорят и качественные показатели статистики. Так, в общей массе преступности увеличивается число преступлений, предусмотренных ч.

Криминогенная ситуация, которая сложилась в области имущественных отношений, непосредственно затрагивает и другие сферы жизнедеятельности страны. Рост числа случаев уничтожения и повреждения имущества происходит на фоне относительного распространения (а нередко и роста) уголовно наказуемых деяний, сопряженных с разрушением и порчей материальных благ и посягающих на общественную безопасность и общественный порядок, основы конституционного строя и безопасности государства.

Заложенный в УК РФ концептуальный подход о незначительной опасности некорыстных имущественных посягательств, немалое число пробелов в законодательной системе квалифицирующих признаков умышленных уничтожения и повреждения имущества ведут к неоправданному ослаблению правовой охраны собственности. Новая парадигма экономических отношений собственности, как основы развивающегося гражданского общества и материальной базы социально-ориентированного рыночного хозяйства, всемерного обеспечения противозатратной траектории экономического роста и сбережения ресурсов, требует адекватной правовой оценки уровня опасности уничтожения и повреждения имущества, глубокой дифференциации ответственности за их совершение.

К сожалению, все еще сохраняется тенденция роста числа ошибок правовой квалификации преступного поведения виновных лиц и индивидуализации их ответственности за имущественные посягательства. В частности, сложным для практических работников остается вопрос о различении уголовно противоправных и административно наказуемых видов уничтожения и повреждения имущества. Можно видеть причины этого в недостаточном профессионализме практических работников.

В дореволюционной науке юридическому анализу признаков составов уничтожения и повреждения имущества были посвящены работы таких правоведов, как Л. С. Белогриц-Котляревский, В. В. Есипов, А. Н. Круглевский, Н. А. Еіеклюдов, С. В. Познышев, П. П. Пусторослев, Я. Г. Северский, И. Я. Фойницкий и др. В советский период проблемы ответственности за уничтожение и повреждение имущества исследовались в трудах Б. С. Волкова, М. И. Гернет, А. А. Жижиленко, М. М. Исаева, П. С. Матышевского, Б. С. Никифорова, С. И. Сироты, И. С. Тишкевича и др., посвященных общим вопросам учения о преступлениях против собственности. В современной науке вопросы об уголовно-правовом предупреждении уничтожения и повреждения имущества затрагиваются в научных трудах А. Г. Безверхова, А. И. Бойцова, Г. Н. Борзенкова, Г. В. Вериной, С. А. Елисеева, А. Н. Игнатова, И. А. Лопашенко, В. В. Мальцева, В. И. Плоховой, Э. С. Тенчова, А. В. Шульги и др.

Таким образом, потребность в адекватном уголовно-правовом обеспечении противодействия уничтожению и повреждению имущества с учетом действия парадигмы о всемерном сохранении ресурсов определяют актуальность и прикладное значение настоящей работы.