§ 2. Преступления, связанные с использованием транспортных средств

Непосредственным объектом нарушения правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного или водного транспорта (ст. 263 УК РФ) является безопасность движения и эксплуатации данных видов транспорта, основы которой регламентированы соответственно Федеральным законом от 25 августа 1995 г.

Железнодорожный транспорт — рельсовый транспорт, находящийся в ведении Министерства путей сообщений РФ, подъездные пути промышленных и иных предприятий, метрополитен. Подвижной состав, выполняющий внутрицеховые производственные функции (вагонетки и т.п.), к железнодорожному транспорту не относится.

Воздушный транспорт — совокупность всех летательных аппаратов гражданской авиации (самолеты, вертолеты и пр.).

Водный транспорт — совокупность самоходных гражданских морских и речных судов. Буксируемые плавучие средства (баржи и пр.) к водному транспорту не Относятся.

Объективная сторона этого преступления (ч. 1 ст. 263 УК РФ) носит материальный характер и состоит из:

деяния в виде виновного нарушения нормативно регламентированных правил безопасности движения и эксплуатации указанных видов транспорта;

последствия в виде неосторожного причинения тяжкого вреда здоровью человека.

Исходя из обязательности наступления последствий, в качестве дополнительного объекта этого преступления можно выделить здоровье личности и отношения собственности.

В судебной практике неоднократно подчеркивалось, что для привлечения лица к уголовной ответственности необходимо точно установить, какое именно правило безопасности движения или эксплуатации транспорта было нарушено, а также не явилось ли содеянное следствием нарушения правил безопасности труда, а не правил безопасности движения и эксплуатации транспорта (ст.

21 сентября 1975 г. на первом пути сортировочного парка станции Лоста был сформирован состав. От начала состава до предельного столбика оставалось расстояние на поездной тепловоз, а на противоположной (южной) стороне пути находились неприсоединенные вагоны, которые выходили на стрелочную улицу со стороны горки, закрывая проход на соседний, 13-й путь. Маневровый диспетчер И., подменивший на время обеда дежурного по горке, дал указание составителю поездов 3. осадить вагоны на первом пути за предельный столбик со стороны горки. 3. произвел осаживание маневровым тепловозом под управлением машиниста Ж. При осаживании вагоны вышли за предельный столбик противоположного конца пути (северного) на маршрутный прием поезда, прибывающего на 13-й путь. В результате произошедшего столкновения Вологодскому отделению железной дороги причинен крупный ущерб.

Судебная коллегия Верховного Суда РФ отменила приговор по обвинению И. и 3. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 85 УК РСФСР (ч. 1 ст. 263 УК РФ), на основании того, что в материалах дела нет данных о том, нарушение каких именно правил безопасности движения на железнодорожном транспорте привело к столкновению2.

Субъект специальный — лицо, которое обязано в силу нормативного предписания или служебной деятельности соблюдать указанные правила (машинисты локомотивов, пилоты самолетов, капитаны водных судов и пр.).

А. (командир звена в государственном унитарном предприятии «Авиакомпания Енисейский меридиан») и К. (командир вертолета) признаны виновными в том, что, являясь лицами, в силу выполняемой ими работы и занимаемой должности обязанными соблюдать правила безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта, нарушили эти правила, что повлекло по неосторожности смерть восьми человек, а также причинение тяжкого вреда здоровью пяти пассажирам и одному члену экипажа.

Как следует из материалов дела, полетная карта по маршруту полета не была подготовлена: маршрут не нанесен, командные высоты не обозначены, искусственные препятствия в виде ЛЭП (линии электропередач), о наличии которой экипажу было известно, не отмечены.

Полет проводился без планирования и предварительной подготовки экипажа по маршруту, без штурманского расчета. Кроме того, несмотря на полученный по радио в процессе запуска двигателей нелетный прогноз, полет осуществлялся в условиях погоды, препятствовавшей выполнению рейса на безопасной высоте с учетом гористого рельефа: в районе места катастрофы была сплошная кучево-дождевая облачность, шел мокрый снег. Вертолет летел под нижней кромкой облаков на высоте ниже безопасной для полетов в горной местности. При данных метеоусловиях экипаж не имел права принимать решение на полет.

На последних минутах перед катастрофой внутри кабины экипажа шел разговор с участием постороннего человека о наличии на пути следования ЛЭП и опасности столкновения с ней. Это подтверждается записью бортового магнитофона— за несколько секунд до прекращения записи звучал крик: «ЛЭП, ЛЭП!». Попытка экипажа, как отмечено комиссией МАК, в последний момент избежать столкновения с ЛЭП после ее обнаружения, заключающаяся в резких изменениях положения ручки циклического шага сначала в крайнее положение «от себя», затем — «на себя» и в одновременном увеличении общего шага до упора, привела к заваливанию назад конуса вращения несущего винта и удару его лопастями по хвостовой балке с последующим ее разрушением и неуправляемым падением вертолета1.

Субъективная сторона заключается только в неосторожном отношении к последствиям. Представляется, что нарушение указанных правил как деяние может быть совершено как умышленно, так и неосторожно.

Квалифицированный вид (ч. 2 ст. 263 УК РФ) — причинение по неосторожности смерти человеку.

Особо квалифицированный вид (ч. 3 ст. 263 УК РФ) — неосторожное причинение смерти двум и более лицам.

Непосредственным объектом нарушения правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств (ст.

К транспортным средствам относятся: автомобиль, автобус, трамвай, троллейбус, трактор, мотоцикл, иные механические самоходные транспортные средства (дорожные, строительные, сельскохозяйственные: грейдер, автокран, экскаватор, комбайн и пр.), движение которых регламентировано правилами дорожного движения.

Объективная сторона этого преступления носит материальный характер и состоит в нарушении правил дорожного движения и эксплуатации транспорта, повлекшем последствие в виде неосторожного причинения тяжкого вреда здоровью человека.

В отличие о единых правил дорожного движения правила эксплуатации механических транспортных средств весьма разнообразны. В общей форме их можно разделить на две группы:

а) правила эксплуатации, непосредственно связанные с безопасностью движения транспорта (например, требование перевозки пассажиров в кузовах только таких грузовых машин, которые оборудованы специальными приспособлениями);

б) правила эксплуатации, непосредственно не влияющие на безопасность движения (например, безопасное размещение груза).

В судебной практике указывалось, что не считается данным преступлением действие водителя автомототранспортных средств, если оно причинило вредные последствия не в результате нарушения правил дорожного движения и эксплуатации, а при погрузке или выгрузке грузов, ремонте транспортных средств, производстве строительных, дорожных, сельскохозяйственных и других нетранспортных работ[700].

Кроме того, при наступлении указанных в ст. 264 УК РФ последствий необходимо отграничивать неосторожное отношение виновного от невиновного отношения лица к наступившим последствиям (в том числе в силу поведения самого потерпевшего) даже при наличия факта нарушения правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств[701].

Д., следуя на автомобиле ГАЗ-69 по ул. Ватутина г. Орджоникидзе (ныне Владикавказ), на остановке транспорта не принял мер к снижению скорости или остановке управляемой им машины, в результате чего сбил пешехода У., причинив тому тяжкие телесные повреждения.

По делу установлено, что Д. увидел, как У. перелез через металлическую ограду и стал переходить проезжую часть в неположенном месте, но на середине проезжей части остановился. Рассчитывая, что У. пропускает его машину, Д. продолжил движение, но когда расстояние сократилось до 7-8 метров, У. неожиданно быстро побежал. Д. затормозил и повернул машину вправо, но избежать наезда на У. не смог. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ признала, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине пострадавшего У., и уголовное дело в отношении Д. прекратила[702].

Субъективная сторона данного преступления состоит только в неосторожном отношении к указанным в ст. 264 УК РФ последствиям. Но сам факт нарушения правил дорожного движения либо эксплуатации транспорта вполне может быть умышленным.

Установление умысла по отношению к последствиям требует квалификации содеянного как соответствующего преступления против жизни и здоровья[703].

Субъект данного преступления — только то лицо, которое непосредственно управляет транспортным средством (законно или незаконно).

Б. и А. в качестве пассажиров ехали на автомобиле ГАЗ-53. В поселке Комсомольский Пермской области водитель задним ходом подъехал к дверям кафе «Витязь» и вместе с А. вышел для разгрузки товара. Б. остался в кабине; было холодно, и он по просьбе водителя повернул ключ зажигания с целью прогреть машину, не проверив, находится рычаг переключения скоростей в нейтральном положении или автомобиль стоит на ручном тормозе.

Как установлено, Б. за руль не садился, никакого маневра или управления автомобилем не осуществлял и, следовательно, не может нести ответственность по ч. 2 ст. 264 УК РФ. В то же время, осуществляя поворот ключа в замке зажигания, Б. не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий, хотя при должной внимательности должен и мог их предвидеть, поэтому его действия надлежит квалифицировать как причинение смерти по неосторожности (ч. 1 ст. 109 УК РФ)[704].

В свое время Верховный Суд СССР указал, что за нарушение правил безопасности движения во время практической езды на учебной автомашине с двойным управлением ответственность несет инструктор, а не учащийся, если инструктор не принял своевременных мер к предотвращению аварии[705].

Предшествующий данному преступлению угон транспортного средства квалифицируется по совокупности ст. 166 и 264 УК РФ.

Квалифицированный и особо квалифицированный виды этого преступления (ч. 2, 3 ст. 264 УК РФ) аналогичны таковым при совершении преступлений, предусмотренных соответствующими частями ст. 263 УК РФ.

Предметом недоброкачественного ремонта транспортных средств и выпуска их в эксплуатацию с техническими неисправностями (ч. 1 ст. 266 УК РФ) являются:

а) транспортные средства, указанные в ст. 263,264 УК РФ;

б) пути сообщения: на железнодорожном транспорте — железнодорожное полотно с рельсами, шпалами и насыпью; на воздушном транспорте — взлетно-посадочные полосы, рулежные дорожки и дорожки безопасности; на водном транспорте — путь следования судна;

в) средства сигнализации, звуковой или световой, предназначенной для своевременного оповещения, опознания дибо управления движением (семафоры, маяки, путевые и маркировочные знаки и пр.);

г) иное транспортное оборудование — совокупность механизмов, устройств, приборов, обеспечивающих безопасность движения и эксплуатации того или иного вида транспорта.

Объективная сторона выражается в совершении следующих действий:

недоброкачественный ремонт указанных предметов, т.е. такой ремонт (восстановление утраченных свойств), который не позволяет обеспечивать безопасность их эксплуатации;

выпуск в эксплуатацию, т.е. дача разрешения использовать транспортные средства, имеющие технические неисправности, создающие угрозу их безопасной эксплуатации.

Состав преступления носит материальный характер: уголовная ответственность имеет место при наступлении в результате совершения этих действий последствия в виде неосторожного причинения тяжкого вреда здоровью человека.

Субъект специальный — лицо, фактически производившее ремонт либо имеющее право принять решение о вводе транспортного средства в эксплуатацию[706].

Субъективная сторона, помимо неосторожного отношения к наступлению последствий, включает заведомую осведомленность виновного о нека- чественности проведенного ремонта указанных предметов либо технической неисправности выпускаемых в эксплуатацию транспортных средств.

Квалифицированный и особо квалифицированный виды этого преступления (ч. 2, 3 ст. 266 УК РФ) аналогичны таковым при совершении преступлений, предусмотренных соответствующими частями ст. 263,264 УК РФ.

Объективная сторона нарушения правил международных полетов (ст. 271 УК РФ) носит формальный характер и состоит в совершении любого из следующих действий: несоблюдения указанных в полете маршрутов, мест посадки, воздушных ворот, высоты полета либо иного нарушения правил международных полетов.

Международный полет — всякий полет, проходящий над территорией более чем одного государства (ст. 79 Воздушного кодекса РФ), который может быть регулярным, чартерным (заказным) либо специальным.

В соответствии со ст. 6 Чикагской конвенции о международной гражданской авиации от 7 декабря 1944 г.[707] для признания международного полета законным необходима санкция (разрешение) на полет того государства, над территорией которого проходит полет иностранного воздушного судна. Воздушное судно, не имеющее такого разрешения, принуждается к посадке.

Коридор полета, его высота, места посадки и иные условия международного полета определяются в двусторонних межгосударственных соглашениях, а также в ряде подзаконных актов (так, в России действует распоряжение Правительства РФ от 15 мая 1998 г. № 515-р, специально определяющее участки воздушных трасс для международных полетов[708]).

Субъект специальный — члены экипажа воздушного судна, умышленно нарушившие правила международного полета.

Субъективная сторона — прямой умысел.