§ 2. Преступления против основ общественной безопасности

Основным непосредственным объектом террористического акта являются общественные отношения и интересы по охране и поддержанию общественной безопасности. Вследствие того что любой террористический акт создает «опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления экологической катастрофы или иных особо тяжких последствий, в целях противоправного воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями»[612], дополнительными непосредственными объектами террористического акта являются жизнь и здоровье

людец, а также отношения собственности.

  >

Такое понимание основного и дополнительного непосредственных объектов характерно практически для всех преступлений против основ общественной безопасности.

К актам терроризма в международном праве относят самые разные преступления, но их объединяет то, что все они посягают на общую безопасность и мирное сосуществование.

Так, согласно преамбуле Декларации о мерах по ликвидации международного терроризма от 9 декабря 1994 г.[613] проявлениями терроризма по международному праву являются деяния, которые «угрожают жизни ни в чем не повинных людей или приводят к их гибели, имеют пагубные последствия для международных отношений и могут поставить под угрозу безопасность государств».

Юридически более последовательное определение терроризма на европейском уровне содержится в Европейской конвенции о борьбе с терроризмом от 27 января 1977 г.[614], вступившей в силу для России.

В соответствии со ст. 1 названной конвенции в качестве преступных террористических деяний расцениваются:

а) правонарушения, относящиеся к применению Конвенции по борьбе с преступным захватом летательных аппаратов от 16 декабря 1970 г.;

б) правонарушения, относящиеся к применению Конвенции по борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности гражданской авиации от 23 сентября 1971 г.;

в) тяжелые правонарушения, заключающиеся в покушении на жизнь, телесную целостность или свободу людей, имеющих право международной защиты, включая дипломатических представителей;

г) правонарушения, выраженные в захвате заложников или незаконном лишении свободы;

д) правонарушения, выраженные в использовании бомб, гранат, ракет, автоматического огнестрельного оружия, бандеролей или посылок с опасными вложениями, соразмерно с тем, насколько подобное использование представляет опасность для людей;

е) попытка совершения одного из вышеуказанных правонарушений или участие в качестве сообщника лица, которое совершает или пытается совершить подобное правонарушение.

При этом названная конвенция особо подчеркивает, что никакое из вышеуказанных правонарушений не может рассматриваться в качестве политического преступления, или как преступление, связанное с политическим правонарушением, или как преступление, вызванное политическими побуждениями.

Объективная сторона основного состава террористического акта согласно ч. 1 ст. 205 УК РФ носит формальный характер, а само преступление окончено в момент совершения любого из следующих действий либо выдвижения угрозы их совершения (при наличии у виновного указанных в уголовном законе целей их совершения).

Взрыв как деяние представляет собой следствие использования мгновенной химической реакции, сопровождающейся выделением большого количества энергии (действительно, Федеральный закон от 13 декабря 1996 г. № 150-ФЗ «Об оружии»1 определяет взрыв как «быстрое самораспространяющееся химическое превращение вещества (веществ)». Результатом взрыва обычно является разрушение какого-нибудь объекта (строения, транспортного средства и т.п.).

Поджог; в судебной практике под ним понимается любое действие, приводящее какой-либо объект материального мира к повреждению (уничтожению) в результате использования реакции горения.

Иное действие в соответствии с актами международного права, действующими для России, может выражаться в совершении затоплений, обвалов, аварий на объектах жизнеобеспечения населенных пунктов водой, энергией и пр.

Все указанные действия для признания их актом терроризма должны создавать реальную опасность наступления последствий в виде гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий.

Опасным для жизни признается такой способ совершения деяния, который заведомо для виновного представляет опасность для жизни хотя бы одного человека (например, путем взрыва в местах скопления людей, отравления воды в водопроводе). Реальная опасность причинения значительного ущерба определяется с учетом стоимости и значимости материальных ценностей.

Угроза совершения описанный действий, составляющих акт терроризма, является средством психического воздействия на органы государственной власти и местного самоуправления с целью достижения поставленных террористами целей. Однако угроза расценивается как террористический акт не сама по себе, а при наличии у преступников реальной возможности совершить то или иное действие.

Кроме того, согласно Федеральному закону от 27 июля 2006 г. любой террористический акт должен устрашать население, т.е. неопределенный круг лиц, проживающих на той или иной территории, вплоть до масштабов целого государства. Если ранее устрашение население понималось как одна из альтернативных целей террористического акта, то теперь оно превратилось в объективную категорию, характеризующую воздействие взрыва, поджога или иного проявления террористического акта. Такое новшество позволит более четко определить критерии квалификации содеянного по ст. 205 УК РФ, ведь цель устрашения неопределенного круга лиц расплывчата (да и доказать ее затруднительно, если исходить из общепринятого определения цели как признака субъективной стороны).

Ставропольским краевым судом признаны виновными в совершении акта терроризма Т. и Д., согласившиеся за плату в 50 тыс. долларов США каждой произвести взрывы в г. Пятигорске. После ряда попыток взорвать взрывное устройство, содержавшее 1,5 кг тротила, виновные принесли его в зал ожидания железнодорожного вокзала, где поставили около одного из кресел. На перроне вокзала Т. с помощью пульта совершила взрыв, в результате чего два человека погибли и около 30 получили ранения различной степени тяжести. В результате взрыва возникла паника, на 6 суток было нарушено движение железнодорожного транспорта через г.

Субъективная сторона терроризма, помимо прямого умысла виновного, должна характеризоваться целью оказания воздействия на принятие решений органами власти или международными организациями. Данная цель состоит в выдвижении виновными требований о совершении должностными лицами государственных органов, муниципальных образований или международных организаций какого-либо действия (бездействия) как в пользу самих террористов, так и в пользу третьих лиц.

В одном из судебных решений указано следующее. На территории Чечни лидеры незаконных вооруженных формирований Масхадов, Басаев и др., преследующие путем терроризма и массовых убийств граждан на территории Российской Федерации принудить органы власти к принятию решений, направленных на отделение Чечни от России, создали многочисленные вооруженные группы. Руководителям одной из них было поручено доставить

521

взрывчатое вещество в г. Невинномысск Ставропольского края, найти среди местных жителей лицо, склонное за материальное вознаграждение заложить взрывное устройство в многолюдное место города, наиболее подходящее для актов терроризма.

Указанные лица добились согласия от встреченной К., которая 6 октября 2000 г. около 15 ч 30 мин. на прилегающей к рынку «Казачий» территории установила часовое устройство на срабатывание детонатора двух взрывных устройств, заложив последние на территории рынка. В результате двух последовательных взрывов 2 человека погибли, более 20 получили ранения различной степени тяжести; на трое суток было нарушено функционирование рынка, на 18 часов — автомобильное движение на прилегающей к рынку ул. Гагарина. Причинен значительный материальный ущерб[616].

Именно по целям совершения деяния во многом проходит отграничение террористического акта от иных составов преступлений (диверсии — ст. 281 УК РФ; умышленного уничтожения или повреждения чужого имущества, совершенного при отягчающих обстоятельствах, — ч.

Квалифицированные виды террористического акта (ч. 2 ст. 205 УК РФ) состоят в совершении этого преступления;

группой лиц по предварительному сговору (п. «а»); необходимо установить не просто наличие преступного сговора двух и более лиц, а осуществление акта терроризма как минимум двумя субъектами;

с применением огнестрельного оружия (п. «в»), т.е. оружия, специально предназначенного для механического поражения цели на расстоянии снарядом, получающим направленное движение за счет энергии порохового или иного заряда (ст. 1 упомянутого выше Федерального закона «Об оружии»). Данное квалифицирующее обстоятельство вменяется, когда террорист не просто обладал огнестрельным оружием, но применил его во время нападения. Под применением оружия понимается как попытка нанесения или нанесение указанными предметами вреда здоровью потерпевшего, так и их демонстрация лицам, подвергшимся акту терроризма, или третьим лицам, свидетельствующая о готовности виновного в любой момент реально применить оружие[617]. Групповой терроризм должен признаваться вооруженным в том случае, если огнестрельное оружие имелось хотя бы у одного из преступников при осведомленности других исполнителей об этом.

Особо квалифицированные виды терроризма (ч. 3 ст. 205 УК РФ) — его совершение организованной группой, а также повлекшее по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия (оценочный признак), а равно сопряженное с посягательством на объекты использования атомной энергии или с использованием ядерных материалов, радиоактивных веществ, источников радиоактивного излучения либо ядовитых, отравляющих, токсичных, опасных химических или биологических веществ.

Умышленное причинение смерти человеку при акте терроризма требует дополнительной квалификации по ст. 105 УК РФ.

Особо отметим, что в соответствии со ст. 3 Федерального закона от 21 ноября 1995 г. № 170-ФЗ «Об использовании атомной энергии»[618] к объектам атомной энергии относятся:

ядерные установки — сооружения и комплексы с ядерными реакторами (в том числе атомные станции, суда и другие плавательные средства, космические и летательные аппараты; сооружения и комплексы с любыми ядерными реакторами либо с ядерными зарядами для использования в военных и мирных целях и др.);

радиационные источники — не относящиеся к ядерным установкам комплексы, установки, аппараты, оборудование и изделия, в которых содержатся радиоактивные вещества или генерируется ионизирующее излучение;

пункты хранения ядерных материалов и радиоактивных веществ, а также хранилища радиоактивных отходов — не относящиеся к ядерным установкам и радиационным источникам стационарные объекты и сооружения, предназначенные для хранения ядерных материалов и радиоактивных веществ, хранения или захоронения радиоактивных отходов.

Примечание к ст. 205 УК РФ указывает, что лицо, участвовавшее в подготовке акта терроризма, освобождается от уголовной ответственности, если оно своевременным предупреждением органов власти или иным способом способствовало предотвращению осуществления акта терроризма и если в действиях этого лица не содержится иного состава преступления. В данном случае речь, видимо, идет об освобождении от ответственности лица, готовившегося к совершению акта терроризма и отказавшегося от его осуществления, если все-таки это преступление было совершено иными соучастниками. В случаях, когда готовящийся акт терроризма предотвращен вследствие сообщения лица или «иным способом», то последнее не подлежит ответственности в силу ст. 31 УК РФ[619].

В УК РФ впервые установлена самостоятельная уголовная ответственность за содействие террористической деятельности (ст. 205.1 УК РФ).

Согласно ст. 3 упомянутого выше Федерального закона «О противодействии терроризму» террористическая деятельность — это деятельность, включающая в себя:

а) организацию, планирование, подготовку, финансирование и реализацию террористического акта;

б) подстрекательство к террористическому акту;

в) организацию незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации), организованной группы для реализации террористического акта, а равно участие в такой структуре;

г) вербовку, вооружение, обучение и использование террористов;

д) информационное или иное пособничество в планировании, подготовке или реализации террористического акта;

е) пропаганду идей терроризма, распространение материалов или информации, призывающих к осуществлению террористической деятельности либо обосновывающих или оправдывающих необходимость осуществления такой деятельности.

Объективная сторона основного состава содействия террористической деятельности носит формальный характер и может выражаться в совершении любого из следующих действий:

склонение лица к совершению хотя бы одного из преступлений, предусмотренных ст. 205, 206, 208, 211, 277, 278, 279, 360 УК РФ. Склонение окончено в момент совершения любого деяния, направленного на возбуждение у другого человека желания совершить любое из перечисленных преступлений, вне зависимости от достижения согласия склоняемого лица;

вербовка лица к совершению любого из указанных преступлений окончена при получении согласия от другого лица об участии в совершении террористического преступления. Способы вербовки могут быть самыми разнообразными (обещание имущественных выгод, убеждение в необходимости участия в террористическом преступлении и пр.);

иное вовлечение лица в совершение какого-либо из террористических преступлений, предусмотренных ст. 205, 206, 208, 211, 277, 360 УК РФ. Способы вовлечения могут быть различными (обещания, обман, угроза и пр.), а само вовлечение считается оконченным, когда вовлекаемый начинает исполнять объективную сторону любого из перечисленных преступлений террористического характера;

вооружение или подготовка лица в целях совершения любого из перечисленных преступлений представляет собой предоставление оружия (согласно нормам Федерального закона «Об оружии»), а также передачу соответствующих знаний, навыков и умений, необходимых для осуществления преступлений террористического характе- ра;

финансирование терроризма. В соответствии с примечанием 1 к ст. 205.1 УК РФ финансирование терроризма — это предоставление или сбор средств либо оказание финансовых услуг с осознанием того, что они предназначены для финансирования организации, подготовки или совершения хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205,205.1,205.2,206,208,211,277,278, 279 и 360 УК РФ, либо для обеспечения организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации), созданных или создаваемых для совершения хотя бы одного из указанных преступлений.

Субъект — общий.

Субъективная сторона — прямой умысел, включающий обязательную цель при вооружении либо подготовке лица — совершение любого из террористических преступлений.

Квалифицированный вид — совершение этого преступления лицом с использованием своего служебного положения (ч. 2 ст. 205.1 УК РФ).

В соответствии с примечанием к ст. 205.1 УК РФ лицо, совершившее данное преступление, освобождается от уголовной ответственности при соблюдении следующих условий:

¦ • если оно добровольным и своевременным сообщением органам власти или иным способом способствовало предотвращению либо пресечению преступления, которое оно финансировало и (или) совершению которого содействовало;

• если в действиях этого лица не содержится иного состава преступления.

Новеллой УК РФ стало установление самостоятельной ответственности за публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публичное оправдание терроризма (ст. 205.2), что обусловлено возрастанием террористической угрозы и увеличением числа «сочувствующих» террористам самых разных мастей.

Объективная сторона этого преступления носит формальный характер и выражается в совершении любого из следующих действий:

публичные призывы к осуществлению террористической деятельности — это обращение к неопределенному кругу лиц, сделанное в любой форме с целью возбудить у них желание совершить любое из преступлений, перечисленных в примечании 1 к ст. 205.1 УК РФ;

в соответствии с примечанием к ст. 205.2 УК РФ под публичным оправданием терроризма понимается публичное заявление о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании.

Субъект — общий.

Субъективная сторона — прямой умысел.

Квалифицированный вид этого преступления — его совершение с использованием средств массовой информации (печати, телевидения, радио, Интернета и прочих телекоммуникационных средств связи).

Объективная сторона заведомо ложного сообщения об акте терроризма (ст. 207 УК РФ) носит формальный характер, преступление окончено при совершении действия в виде сообщения любому другому лицу (обычно государственному органу) о готовящемся взрыве, поджоге или ином действии, имеющем характер акта терроризма. Обратная реакция адресата сообщения на заведомо ложное сообщение об акте терроризма юридического значения для вменения ст. 207 УК РФ не имеет.

Субъект — вменяемое лицо, достигшее 14 лет.

Субъективная сторона наряду с прямым умыслом включает однозначную осведомленность виновного о несоответствии сообщаемых сведений действительности. Поэтому если лицо добросовестно заблуждается, сообщая о предположительном акте терроризма, то уголовной ответственности оно не подлежит.

Объективная сторона захвата заложника (ч. 1 ст. 206 УК РФ) носит формальный характер, преступление окончено при совершении собственно захвата человека в качестве заложника либо его удержания в таком качестве. Следовательно, дополнительным непосредственным объектом этого преступления всегда является личная свобода человека.

Представляется, что объективная сторона этого преступления носит сложный характер и состоит в выполнении виновным минимум двух действий: собственно захвата (или удержания) заложника и выдвижения требования как условия освобождения последнего.

Введение в УК РФ данной нормы во многом зависело от указания Международной конвенции о борьбе с захватом заложников от 18 декабря 1979 г.1

Захват заложника — действие, выражающееся в неправомерном физическом ограничении свободы человека, при котором его последующее возвращение к свободе ставится в зависимость от выполнения требований субъекта, обращенных к государству, организации, физическим или юридическим лицам. Незаконное лишение свободы при захвате заложника выступает не целью, а средством достижения цели преступника и дополнительной квалификации по ст. 127 УК РФ не требует. Захват может осуществляться тайно или открыто, без насилия или с насилием. Максимальный объем насилия, допустимого по ч. 1 ст. 206 УК РФ, выражается в причинении побоев.

Удержание заложника — это насильственное воспрепятствование возвращению ему свободы. По смыслу ч. 1 ст. 206 УК РФ удержание заложника вовсе не обязательно должно следовать за захватом либо осуществляться тем же лицом, которое осуществило захват заложника.

Содержание требований виновного, обращенных к государству, организации или гражданину, может быть самым разнообразным и значения для квалификации не имеет. При захвате заложника требования предъявляются открыто, нередко субъект намеренно стремится придать им широкий политический резонанс — в этом состоит одно из отличий данного преступления от похищения человека (ст. 126 УК РФ).

В судебной практике выработано правило, согласно которому угроза расстрелом заложника и иные действия, совершенные в целях понуждения государства к выполнению какого-либо действия как условия освобождения заложника, охватываются составом преступления, предусмотренного ст. 206 УК РФ, и в данном случае дополнительной квалификации по ст. 205 УК РФ не требуется.

Б. и X. признаны виновными в захвате и удержании лиц в качестве заложников (наряду с другими преступлениями) в целях понуждения государства совершить какое-либо действие как условие освобождения заложников, а также в терроризме. Рассмотрев материалы дела, Военная коллегия Верховного Суда РФ приговор в отношении указанных лиц изменила по следующим основаниям.

Действия Б. и X., связанные с захватом и удержанием заложников, с требованием предоставить оружие и самолет, угрозами расстрелом заложников и созданием угрозы для жизни людей путем взрыва канистр с бензином, квалифицированы наряду со ст. 206 УК РФ и по ст. 205 УК РФ как терроризм. Между тем угрозы расстрелом заложников и производство выстрелов из автоматов в воздух не были направлены на нарушение общественной безопасности, устрашение населения или оказание воздействия на принятие решения органом власти, а преследовали цель добиться от военного командования выполнения требований о предоставлении оружия и самолета, чтобы вылететь с острова. Канистры же с бензином ?Занесены в автомобиль, а затем в салон самолета в других целях.

При таких обстоятельствах Военная коллегия Верховного Суда РФ пришла к выводу, что указанные действия Б. и X. охватываются составом преступления, предусмотренного ст. 206 УК РФ, в совершении которого они признаны виновными, и не требуют дополнительной квалификации по ст. 205 УК РФ1.

Субъект — вменяемое лицо, достигшее 14 лет.

Субъективная сторона захвата заложника наряду с прямым умыслом включает специальную цель — добиться совершения государственным органом, организацией либо гражданином каких-либо действий (бездействия) в пользу лица, совершившего захват заложника, либо третьих лиц.

Квалифицированные виды (ч. 2 ст. 206 УК РФ) предусматривают ответственность за захват заложника, совершенный:

группой лиц по предварительному сговору (п. «а»);

с применением насилия, опасного для жизни или здоровья (п. «в»); при этом данным пунктом охватывается реально причиненный в результате такого насилия вред здоровью средней тяжести; умышленное причинение тяжкого вреда здоровью при захвате заложника требует дополнительной квалификации по ст. 111 УК РФ;

с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия (п. «г»); такими предметами могут быть любые материальные вещи, которыми можно причинить смерть или тяжкий вред здоровью человека; использование макета оружия либо заведомо для виновного негодного оружия не образуют признак вооруженности захвата заложника;

в отношении заведомо несовершеннолетнего (п. «д»); для вменения этого обстоятельства должна быть установлена однозначная осведомленность виновного о таком возрасте потерпевшего;

в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состояния беременности (п. «е»);

в отношении двух и более лиц (п. «ж»); должен быть установлен единый умысел виновного на захват в качестве заложников именно двух и более лиц;

из корыстных побуждений или по найму (п. «з»).

Особо квалифицированным видом (ч. 3 ст. 206 УК РФ) захвата заложника является его совершение организованной группой, причинение по неосторожности смерти человеку (не обязательно самому захваченному в заложники) или иных тяжких последствий (например, возникновение международных осложнений и конфликтов, массовых беспорядков, причинение крупного материального ущерба и т.п.).

Примечание к ст. 206 УК РФ содержит основания освобождения от уголовной ответственности за совершение этого преступления; согласно ему лицо, добровольно или по требованию властей освободившее заложника, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления. Причины появления такой поощрительной нормы ясны — спасти жизнь и здоровье захваченных любой ценой, в том числе «прощением» преступника.

В судебной практике подчеркивается, что лицо не может быть освобождено от уголовной ответственности, если освобождение заложника состоялось после выполнения требования виновного.

Верховным Судом Республики Дагестан Р. признан виновным в совершении по предварительному сговору с лицами (дело в отношении которых выделено в отдельное производство) похищения человека и удержании его в качестве заложника.

Утром 18 июня 1993 г. Р. получил сообщение о том, что его двоюродная сестра похищена Ш. для вступления с нею в брак. Р. со своими друзьями стал искать похищенную и требовать у родственников похитителя возвращения М. ее родителям.

В послеобеденное время Р. и его друзья находились перед зданием прокуратуры Республики Дагестан, куда приехал брат похитителя. Р. по сговору с не установленными следствием лицами схватил его, затолкнул в машину и увез, т.е. совершил его похищение. Затем Р. и другие лица привезли Ш. на гору Тарки-Тау, где удерживали в качестве заложника, избивали, требуя указать местонахождение похищенной, которая около 17 ч того же дня была доставлена в Советский РОВД г. Махачкалы. Убедившись, что она жива и здорова, Р. с друзьями решили освободить Ш. Около 22 ч 30 мин. они привезли Ш. к нему домой, где в ходе возникшей перестрелки с не установленными следствием лицами он был убит.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор оставила без изменения. Как видно из материалов дела, освобождение удерживаемого в качестве заложника Ш. осуществлено Р. и его соучастниками только после того, как потерпевшая была освобождена родственниками Ш. Таким образом, фактически заявленные требования похитителей оказались выполненными. Действия Р. нельзя расценивать как «добровольные» в том смысле, как «добровольность» понимается уголовным законом, поскольку фактическое освобождение потерпевшего состоялось уже после выполнения условий, выдвинутых похитителями, когда их цель была достигнута и оказался утраченным смысл дальнейшего удержания заложника. При таких обстоятельствах Р. не может быть освобожден от ?уголовной ответственности на основании примечаний к ст. 126 и 206 УК РФ1.

Предметами угона судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава (ч. 1 ст. 211 УК РФ) являются:

• воздушные суда:, военные и гражданские самолеты, вертолеты, планеры, дирижабли, воздушные шары и другие аппараты, способные к самостоятельному полету без применения мускульной силы человека;

водные суда: военные и гражданские надводные либо подводные корабли, паромы и т.п. (кроме маломерных судов — лодок, катеров и пр.);

железнодорожный подвижной состав: локомотивы, вагоны, платформы и др. (за исключением дрезин и прочих видов транспортных средств, используемых для ремонтных и вспомогательных работ на железных дорогах).

В части, касающейся воздушного судна, эта норма реципирована из ст. 1 Гаагской конвенции о борьбе с незаконным захватом воздушных судов от 16 декабря 1970 г.[620]

Объективная сторона этого преступления носит формальный характер, и преступление считается оконченным, если виновный совершил любое из следующих действий:

угон — начало перемещения транспортного средства в пространстве в направлении, избранном виновным. Если судно находилось в движении, то его угон считается совершенным при изменении заданного курса следования[621];

захват с целью угона — установление физического контроля над статичным или находящимся в движении транспортным средством любым способом.

Субъект — общий.

Особенностью субъективной стороны является обязательное установление наряду с прямым умыслом специальной при захвате транспортного средства цели последующего угона последнего. Захват транспортного средства, совершенный с иной целью (например, при захвате заложника), не является преступлением, предусмотренным ст. 211 УК РФ.

Квалифицированные и особо квалифицированные виды этого преступления (ч. 2, 3 ст. 211 УК РФ) понимаются аналогично одноименным обстоятельствам, отягчающим ответственность за совершение других преступлений против основ общественной безопасности.

Вновь введенная в УК РФ ст. 215.2 — приведение в негодность объектов жизнеобеспечения — содержит состав преступления, также относящийся к группе преступных нарушений основ общественной безопасности, связанных с нормальным функционированием объектов жизнеобеспечения. При этом такой объект может иметь федеральное, региональное или местное значение; его главная отличительная черта состоит в том, что он обеспечивает жизнедеятельность (в целом или в части) специально не определенного круга лиц на той или иной территории.

К предметам данного преступления относятся:

Объекты энергетики — любые сооружения и комплексы, обеспечивающие производство и распределение (передачу) электрической энергии. К ним необходимо отнести: электростанции любого типа, трансформаторные и распределительные станции и узлы, магистральные линии электропередачи.

Объекты электросвязи — любые комплексы, обеспечивающие передачу и прием информации на основе электрической и (или) электромагнитной энергии. К таким объектам можно отнести теле- и радиопередающие устройства общественного назначения, радиорелейные сети, кабельные (проводные) линии связи. Представляется, что к ним также относятся установки, обеспечивающие прием и передачу информации на основе теле-, радиоволн или электронного сигнала (например, теле- и радиобашни, ретрансляционные комплексы, телекоммуникационные узлы и станции, публичные серверы сетевой электронной коммуникации, комплексы спутниковой связи общественного значения).

Объекты жилищного и коммунального хозяйства — сооружения и транспортные сети, обеспечивающие жизненно важные потребности населения того или иного местного (муниципального) образования. В первую очередь это объекты водоснабжения и теплоснабжения (водозаборные и водораспределительные станции, водопроводы, котельные, теплосети, теплоэлектроцентрали). Но интересы жизнеобеспечения населения муниципальных образований могут варьироваться в зависимости от типа муниципального образования (город, село); численности населения, климатических условий. Поэтому к данному списку можно добавить любой комплекс, обеспечивающий интересы нормальной жизнедеятельности проживающего населения. Так, например, в городе им является предприятие, утилизирующее отходы.

Другие объекты жизнеобеспечения — любые другие сооружения и комплексы, обеспечивающие безопасность населения, не подпадающие под признаки вышеназванных. Это понятие имеет оценочный характер, и во многом его определение зависит от конкретного места нахождения населенного пункта. Так, например, в горных районах к ним вполне можно отнести станции наблюдения за снежными лавинами и селевыми уотоками, горно-спасательные учреждения и пр. В населенных пунктах, расположенных на паводковых реках, к ним относятся станции слежения за режимом реки.

Объективная сторона носит материальный характер, и данное преступление считается оконченным, если имеет место любое из указанных в ч. 1 ст. 215.2 последствий: разрушение, повреждение или приведение иным способом в негодность для эксплуатации любого из указанных объектов жизнедеятельности.

Разрушение означает невосстановимое приведение в негодность такого объекта, выраженное в прекращении физического существования сооружения или комплекса. Традиционно к способам разрушения таких объектов относятся взрыв, поджог. Однако разрушить материальный объект возможно практически неограниченным числом способов.

Повреждение — это восстановимое нарушение физической целостности объекта жизнеобеспечения. Восстановимость повреждения означает, что функционирование объекта возможно после проведения ремонтно-строительных работ, при которых данный объект не создается вновь. Способы повреждения аналогичны таковым при разрушении.

Приведение иным способом в негодное для эксплуатации состояние объектов жизнеобеспечения — это невозможность функциональной работы данного объекта, которая не обусловлена нарушением физической целостности последнего.

Субъект — общий.

Субъективная сторона — только прямой умысел по отношению к последствиям, так как обязательным субъективным признаком данного состава является мотив действий виновного — корыстные или хулиганские побуждения. При личностной мотивации (месть, обида) последствия дают основания для вменения соответствующей части ст. 167 УК РФ. При доказанности любой из целей, указанных в ст. 205 УК РФ, содеянное квалифицируется как терроризм.

Квалифицированные виды (ч. 2 ст. 215.2 УК РФ) — совершение данного преступления группой лиц по предварительному сговору либо лицом с использованием своего служебного положения.

Особо квалифицированный вид (ч. 3 ст. 215.2УК РФ) имеет место при неосторожном причинении смерти человеку или иных тяжких последствиях (оценочный признак).

Уголовная ответственность за пиратство (ч. 1 ст. 227 УК РФ) установлена под прямым воздействием Конвенции ООН по морскому праву от 10 декабря 1982 г.1 и уходит корнями в международное обычное право.

Предмет пиратства — любое судно водного транспорта (морское, речное, судно смешанного предназначения).

Объективная сторона этого преступления носит формальный характер и выражается в нападении на морское или речное судно в целях завладения чужим имуществом, совершенного с применением насилия либо с угрозой его применения. Таким образом, по своему существу пиратство — специальная разновидность разбоя (ст. 162 УК РФ), совершенного в особом месте — на водном судне. Поэтому признаки объективной и субъективной сторон пиратства соответствуют таковым для разбоя.

В международном праве подчеркнуто, что предметом пиратства может быть само судно, перевозимый на нем груз, а также имущество пассажиров и команды судна.

Субъект — общий. Так как ответственность за пиратство установлена с 16-летнего возраста, то совершение насильственного нападения на водное судно с Целью завладения чужим имуществом, совершенное лицом в возрасте от 14 до 16 лет, квалифицируется как разбой.

Квалифицированные и особо квалифицированные виды пиратства (ч. 2, 3 ст. 227 УК РФ) понимаются аналогично соответствующим при совершении других преступлений против основ общественной безопасности.

Заметим, что ст. 101 названной Конвенции ООН по морскому праву 1982 г. определяет пиратство как нападение не только на судно водного, но и воздушного транспорта. В соответствии с положениями УК РФ нападение на воздушное судно с целью завладения чужим имуществом не образует состав пиратства и расценивается как разбой, что противоречит положениям международного уголовного права.