§ 1. Понятие и признаки соучастия

Согласно ст. 32 УК РФ соучастием признается умышленное совместное участие двух и более лиц в совершении умышленного преступления. Положения статьи о соучастии являются общим нормативным положением в отношении всех случаев совместной преступной деятельности.

Соучастие в совершении умышленного преступления обычно рассматривается как особая форма совершения преступления, которая во всех случаях повышает степень общественной опасности совершенного деяния, являясь либо квалифицирующим признаком, либо обстоятельством, отягчающим наказание. Действительно, вряд ли оспоримо суждение о том, что при совершении преступления в соучастии происходит «не простое сложение сил нескольких преступных элементов, а такое объединение усилий, которое придает их деятельности новое качество. При совместном совершении преступления несколькими соучастниками... как правило, наносится более серьезный ущерб, чем при совершении того же преступления одним лицом»[131].

Объективными признаками соучастия являются следующие.

Не просто фактическое совершение преступления двумя и более лицами, а наличие двух и более субъектов преступления, т.е. вменяемых лиц, достигших возраста уголовной ответственности. Действительно, в соответствии с п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 р. № 7 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних»[132], совершение преступления с использованием лица, не подлежащего уголовной ответственности в силу возраста (ст. 20 УК РФ) или невменяемости (ст. 21 УК РФ), не создает соучастия[133].

Совместная деятельность двух и более лиц при совершении преступления означает, что должна быть установлена взаимообусловленность действий соучастников. Так как человек волен самостоятельно выбирать варианты своего поведения, то влияние других лиц лишь создает условия, чтобы индивид решился на какой-нибудь шаг.

Например, в соответствии с п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»[134] по признаку совместной деятельности образуют соучастие не только действия лиц, непосредственно изъявших чужое имущество, но и содействие исполнителю в совершении преступления в виде участия во взломе дверей, запоров, решеток, заранее оговоренном вывозе похищенного, подстраховке других соучастников от возможного обнаружения совершаемого преступления.

Общий для соучастников преступный результат, находящийся в ри- чинной связи с действиями всех соучастников. Этот объективный признак также означает, что юридически не требуется устанавливать идентичность действий соучастников.

Суд установил, что между Б. и Р. был предварительный сговор на совершение убийства потерпевшего. В то время как Б. причинял потерпевшему смертельные ранения, Р. удерживал последнего, лишая его возможности защищаться, отобрал у него монтировку и передал ее Б. С учетом указанных обстоятельств суд обоснованно признал обоих лиц соисполнителем убийства, так как смерть потерпевшего явилась общим для них преступным результатом[135].

Субъективными признаками соучастия являются:

взаимная осведомленность соучастников о совместных действиях, т.е. двусторонняя субъективная связь между собой. Если субъективная связь соучастников носит односторонний характер, т.е. одно лицо знает о том, что вместе с другим совершает преступление, а другое об этом не осведомлено, то соучастие в совершении такого преступления исключается;

общность умысла соучастников в совершении преступления. Она возможна как в преступлении, совершаемом с прямым умыслом, так и в преступлении, совершаемом с косвенным умыслом[136].

Вечером 16 ноября 1963 г. к М. и С., распивавшим спиртное в доме у матери последнего, зашел пьяный ф. Между М. и Ф.

С.              нанес Ф. по голове удар деревянной колотушкой и причинил потерпевшему открытые переломы костей черепа с кровоизлиянием в головной мозг. М. после этого убежал к себе домой, а С. вытащил ф. со двора и оставил на улице. Доставленный в тот же вечер в больницу Ф. скончался.

Из материалов дела усматривается, что между М. и С. предварительной договоренности об избиении ф. не было. М. после ссоры в доме пошел один провожать Ф. домой и в отсутствие С. у них во дворе началась драка, в результате которой он нанес потерпевшему телесные повреждения. Выбежавший в это время из дома С. нанес Ф. только один удар колотушкой, а М. после этого удара сразу же убежал к себе домой. Таким образом, обстоятельства дела свидетельствуют о том, что у осужденных не было единого умысла на совместное причинение телесных повреждений, повлекших смерть потерпевшего[137].

Необходимо особо отметить, что мотивы и цели соучастников в совершении одного и того же преступления могут быть различными, если инкриминируемый состав не предусматривает их в качестве обязательного признака.

А.              проиграл в карты потерпевшему 15 тыс. рублей. С целью избавления от возврата карточного долга он решил убить потерпевшего и попросил И. помочь ему в этом. Во время разговора с потерпевшим о возврате долга А. и И. попросили его разрешить возвратить долг частями. Однако потерпевший отказался, предлагая оплатить долг полностью. Тогда А. двумя выстрелами из ружья убил его[138].

Действующее законодательство однозначно не признает возможности соучастия в неосторожном преступлении, хотя такая точка зрения имеет место в теории уголовного права[139]. Из невозможности юридического значения соучастия в неосторожном преступлении исходит и судебная практика.

Осужденный Г., являвшийся шофером, с целью заправки автомашины «Волга» бензином 17 августа 1961 г. в 23 часа выехал из гаража к заправочной колонке. Находившийся в это время в гараже К. сел в автомашину, управляемую Г. После заправки автомашины К. попросил Г. подвезти его и знакомых, по приезде угостил его вином. Затем Г. по предложению К. посадил в автомобиль трех человек, чтобы доставить их в другой город. В пути следования Г., управляя машиной на скорости 70 км/ч, допустил наезд на велосипедиста X., протащил его машиной 37 м и только после этого остановился. Убедившись, что X. получил телесные повреждения, К. и Г. не оказали ему помощь и уехали.

В данном случае осужденный Г., управляя машиной в нетрезвом состоянии, проявил преступную неосторожность и не обеспечил безопасность движения, в результате чего наехал на велосипедиста. При таких обстоятельствах К. не может нести ответственность как соучастник совершенного Г. нарушения правил безопасности движения, поскольку это преступление было совершено по неосторожности[140].

Отсутствие хотя бы одного из перечисленных объективных или субъективных признаков исключает юридическое соучастие в преступление.

Басманным районным судом г. Москвы П. и С. признаны виновными в совершении по предварительному сговору группой лиц грабежа. Президиум Московского городского суда указал, что приговор в части осуждения П. и С. по п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ подлежит изменению. В соответствии с ч. 2 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совершении преступления. П. и С. отрицали наличие у них предварительной договоренности о похищении имущества потерпевших. Обстоятельства, при которых они завладели этим имуществом, также свидетельствуют об отсутствии между ними предварительного сговора. Из материалов дела видно, что С. пригласил А. поговорить сПч последний во время разговора велел С. принести куртку А., тот сделал это с разрешения потерпевшего и отдал ему (А.). П. отобрал куртку. С. взял куртку у П. и вернул ее потерпевшему. После этого П. открыто похитил перстень и деньги у приятеля А., а когда уходил, вновь забрал куртку у А. и сунул ее под куртку С. По делу установлено и признано судом в приговоре, что перстень и деньги открыто похитил П., С. же ни вещей, ни денег не требовал и никаких действий, направленных на завладение его имуществом, не совершал. Таким образом, вывоцсуда об участии С. в похищении чужого имущества ошибочен[141].