3. Продажа имущества унитарного предприятия в случае его ликвидации не является приватизацией, публичные торги проводятся по правилам, установленным гражданским законодательством

Дело N А60-27595/07 Арбитражного суда

Свердловской области

Главой муниципального образования "Верхотурский уезд" было принято Постановление от 19 июля 2004 г.

Согласно отчетам эксперта-оценщика по состоянию на 28 августа 2006 г. рыночная стоимость движимого и недвижимого имущества, входящего в имущественный комплекс ликвидируемого предприятия, расположенный по адресу: Свердловская область, Верхотурский район, г. Верхотурье, составила 12061 тыс. руб., а рыночная стоимость зданий и сооружений, входящих в имущественный комплекс ликвидируемого предприятия, расположенный по адресу: Свердловская область, Верхотурский район, р.п. Привокзальный, составила 4612 тыс. руб.

Сообщения о торгах публиковались в газете "Вести Севера", однако торги в форме аукциона, назначенные на 23 октября и 22 ноября 2006 г., не состоялись, поэтому на 22 декабря 2006 г. была назначена продажа имущества посредством публичного предложения. 7 декабря 2006 г. от муниципального учреждения "Жилищно-эксплуатационное управление" городского округа Верхотурский (далее - учреждение) поступили заявки на приобретение двух имущественных комплексов ликвидируемого предприятия по цене 75 тыс.

Поскольку заявки на приобретение были поданы только от одного претендента, было принято решение о заключении с указанным лицом договора купли-продажи, что подтверждается протоколом подведения итогов продажи имущества ликвидируемого предприятия посредством публичного предложения от 22 декабря 2006 г. После подписания сторонами договора купли-продажи имущество было передано учреждению по акту передачи-приемки.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 29 июня 2007 г. по делу N А60-9783/07-С11 предприятие было признано несостоятельным (банкротом) как ликвидируемый должник и в отношении его открыто конкурсное производство, утвержден конкурсный управляющий. Полагая, что названный договор купли-продажи является ничтожным как не соответствующий нормам Закона о приватизации, предприятие обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к учреждению о признании договора купли-продажи имущества, заключенного посредством публичного предложения, недействительным и применении последствий недействительности ничтожной сделки в виде обязания учреждения вернуть полученное по сделке имущество.

Решением Арбитражного суда Свердловской области, оставленным без изменения Постановлением Семнадцатого Арбитражного апелляционного суда, исковые требования были удовлетворены. Сделка, заключенная между предприятием и учреждением посредством публичного предложения, признана ничтожной; применены последствия ее недействительности в виде двусторонней реституции с установлением обязанности учреждения возвратить предприятию имущественные комплексы, расположенные по адресам: Свердловская область, г. Верхотурье, ул. Мелиораторов, 38, а также Свердловская область, Верхотурский район, р.п. Привокзальный, и возложением на предприятие обязанности возвратить учреждению 195 тыс. руб.

Удовлетворяя исковые требования, суды исходили из двух основных обстоятельств: во-первых, договор заключен без соблюдения процедуры продажи муниципального имущества посредством публичного предложения, так как фактически состоялась продажа без объявления цены (ст.

В жалобе, поданной в ФАС Уральского округа, учреждение просило судебные акты отменить. По мнению заявителя, сделав вывод о том, что сделка ничтожна, так как совершена без соблюдения процедуры продажи муниципального имущества посредством публичного предложения, а также в связи с тем, что покупателем выступило муниципальное учреждение, суд вышел за пределы заявленных требований. Кроме того, суды не дали оценки тому, в какой мере такое нарушение повлияло на результат продажи, что, как полагает заявитель, является обстоятельством, имеющим значение для правильного разрешения спора.

Однако кассационный суд отказал в удовлетворении жалобы, поскольку нарушение при совершении сделки по продаже муниципального имущества установленного законом порядка само по себе является основанием для признания данной сделки ничтожной.

Выводы судов всех трех инстанций в настоящем деле представляются весьма дискуссионными, так как они были основаны на нормах федерального закона, не подлежащего применению к правоотношениям сторон данного спора. Основный вопрос, который подлежит комментированию в связи с приведенным спором, заключается в определении правил, по которым должны проводиться торги в случае ликвидации муниципального унитарного предприятия.

1. Муниципальное унитарное предприятие при создании наделяется имуществом, которое остается собственностью соответствующего муниципального образования. Само предприятие осуществляет в отношении закрепленного за ним имущества хозяйственное ведение или оперативное управление. Если имущество находится в хозяйственном ведении или оперативном управлении унитарного предприятия, из муниципальной собственности оно не выбывает.

Вне зависимости от того, в какой организационно-правовой форме функционировало юридическое лицо, кем было принято решение о его ликвидации и т.п., существует общий порядок ликвидации.

С момента назначения ликвидационной комиссии (ликвидатора) к ней переходят полномочия по управлению делами юридического лица, к ее ведению относятся все действия, направленные на формирование ликвидационной массы (п. 3 ст. 62 ГК РФ). Однако в период ликвидационной процедуры само унитарное предприятие не утрачивает своей правоспособности lt;1gt;. Иными словами, на протяжении всего хода ликвидации оно продолжает существовать в качестве субъекта гражданского права, которым управляет ликвидационная комиссия. В то же время правоспособность предприятия, находящегося в процессе ликвидации, должна иметь строго целевой характер; она сводится к компетенции ликвидационной комиссии, определяемой в соответствии со ст. 63 ГК РФ. Сделки, совершаемые предприятием в этот период, должны быть направлены исключительно на завершение текущих дел, осуществление расчетов с кредиторами.

--------------------------------

lt;1gt; См. также: Беляева О.А. Реорганизация и ликвидация унитарных предприятий: вопросы судебно-арбитражной практики // Хозяйство и право. 2004. N 10. С. 126, 128.

Справедливости ради нужно отметить, что в настоящее время специальная правоспособность ликвидируемого юридического лица формально законом не предусмотрена.

--------------------------------

lt;1gt; Вестник гражданского права. 2009. N 2.

Важно отметить, что ликвидационная комиссия (ликвидатор) не обладает правом осуществлять распорядительные действия, направленные на отчуждение имущества предприятия, до момента составления промежуточного ликвидационного баланса. Основной задачей ликвидационной комиссии является удовлетворение требований кредиторов юридического лица в очередности, установленной гражданским законодательством (ст. 64 ГК РФ). Можно сказать, что ее полномочия также носят целевой характер lt;1gt;.

--------------------------------

lt;1gt; Полномочия ликвидационной комиссии - это не все управленческие полномочия, реализуемые органами управления. Например, утверждение промежуточного и окончательного ликвидационных балансов остается прерогативой высшего органа управления ликвидируемой организации.

Если имеющиеся у ликвидируемого юридического лица денежные средства недостаточны для удовлетворения требований кредиторов, ликвидационная комиссия осуществляет продажу имущества юридического лица с публичных торгов в порядке, установленном для исполнения судебных решений (п. 3 ст. 63 ГК РФ). Таким образом, законодательно предусмотрен специальный режим отчуждения имущества, принадлежащего юридическому лицу, находящемуся в процессе ликвидации lt;1gt;. Причем режим этот является безальтернативным: имущество может быть продано только с публичных торгов, другие способы отчуждения имущества (например, прекращение обязательств предоставлением отступного, новация обязательств и т.п.) недопустимы.

--------------------------------

lt;1gt; О специфике продажи имущества унитарного предприятия на публичных торгах в процессе ликвидации см. также Постановление ФАС Московского округа от 16 апреля 2007 г. N КГ-А40/1972-07 по делу N А40-52236/06-53-413.

lt;2gt; См.: Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 29 января 2008 г. N Ф04-427/2008(1025-А03-13).

КонсультантПлюс: примечание.

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (часть первая) (под ред. Т.Е. Абовой, А.Ю. Кабалкина) включен в информационный банк согласно публикации - Юрайт, 2004.

lt;3gt; См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / Под ред. Т.Е. Абовой, А.Ю. Кабалкина. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юрайт, 2009. С. 92.

После удовлетворения требований кредиторов оставшееся имущество юридического лица может передаваться собственнику или лицам, имеющим иные вещные права на это имущество (п. 7 ст. 63 ГК РФ).

В комментируемом споре ликвидатор предприятия не фигурировал, потому что решение о продаже имущества предприятия сначала путем проведения аукциона, а затем и через процедуру продажи посредством публичного предложения принималось главой администрации городского округа Верхотурский.

В этом состоит первое нарушение действующего законодательства, так как подобное решение должно было приниматься ликвидатором предприятия после составления промежуточного ликвидационного баланса предприятия, тем более что все полномочия по управлению делами ликвидируемого предприятия принадлежат в силу прямого указания закона именно ликвидационной комиссии или ликвидатору (п. 3 ст. 62 ГК РФ).

2. План продажи имущества предусматривал аукционную продажу имущества ликвидируемого предприятия, а если таковая не состоится по причине отсутствия заявок или по причине подачи для участия в аукционе только одной заявки - переход к продаже имущества посредством публичного предложения. В период, когда происходили рассматриваемые события, действовавшее на тот момент законодательство предусматривало два случая использования такой процедуры заключения договора, как продажа имущества посредством публичного предложения:

1) продажа приватизируемого имущества, если не состоялся аукцион по его реализации;

2) продажа имущества должника посредством публичного предложения могла проводиться внешним управляющим по решению собрания (или комитета) кредиторов в случае, если трижды не состоялись торги по его реализации lt;1gt;.

--------------------------------

lt;1gt; На сегодняшний день эти правила несколько изменились: продажа имущества должника посредством публичного предложения проводится в случае, если дважды не состоялись торги по его реализации на стадии конкурсного производства (п. 4 ст. 139 Закона о банкротстве).

По смыслу Закона о приватизации аукцион может проводиться лишь единожды, признание аукциона несостоявшимся означает либо как таковой отказ от реализации имущества в порядке приватизации, либо продажу этого имущества посредством публичного предложения в соответствии со ст. 23 данного Закона. Однако в комментируемом деле продажа имущества предприятия посредством публичного предложения была использована после того, как аукцион по реализации этого имущества объявлялся несостоявшимся четырежды в течение одного года.

Такое положение дел противоречило и самому плану продажи имущества, и требованиям Закона о приватизации.

Важно обратить внимание на то обстоятельство, что впоследствии предприятие было признано банкротом по упрощенной процедуре, так как банкротство ликвидируемого должника проводится без использования процедур наблюдения, финансового оздоровления и внешнего производства; в отношении такого должника арбитражным судом вводится только конкурсное производство (ст. ст. 224 - 226 Закона о банкротстве). Решение об открытии конкурсного производства было принято арбитражным судом спустя почти шесть месяцев с момента заключения спорного договора купли-продажи с учреждением.

Следовательно, оснований для использования процедуры продажи имущества посредством публичного предложения на тот момент не было, так как в отношении предприятия не были введены какие-либо процедуры банкротства.

Тем не менее суды всех инстанций безоговорочно применили нормы Закона о приватизации, что и стало основанием для признания спорного договора купли-продажи недействительным. При приватизации муниципального имущества путем продажи посредством публичного предложения право его приобретения принадлежит заявителю, который первым подал в установленный срок заявку на приобретение указанного имущества по цене первоначального предложения. Данная заявка удовлетворяется по цене первоначального предложения.

При отсутствии в установленный срок заявки на покупку государственного или муниципального имущества по цене первоначального предложения осуществляется снижение цены предложения через периоды, установленные в информационном сообщении о продаже государственного или муниципального имущества посредством публичного предложения. В этом случае удовлетворяется первая заявка на покупку указанного имущества по цене предложения. Снижение цены предложения может осуществляться до цены отсечения, т.е. минимальной цены продажи (п. 4 ст. 23 Закона о приватизации). Несмотря на то что стоимость продаваемого имущества была правомерно определена на основании отчета оценщика, фактически сделка купли-продажи была совершена на произвольных условиях. Заявка о приобретении имущества, поданная учреждением, содержала предложение о цене приобретения в несколько раз ниже стоимости имущества, определенной оценщиком. Эти обстоятельства позволили судам всех инстанций прийти к выводу о том, что фактически имела место продажа муниципального имущества без объявления цены.

Использование данной процедуры возможно лишь при условии, когда аукцион по реализации имущества объявлен несостоявшимся и продажа посредством публичного предложения также не увенчалась успехом. Иными словами, продажа без объявления цены может быть исключительно третьим по очередности способом приватизации (п. 1 ст. 24 Закона о приватизации).

Судами было установлено, что продажа имущества предприятия была произведена без объявления цены, минуя процедуру продажи муниципального имущества посредством публичного предложения, т.е. без соблюдения установленных Законом о приватизации процедур продажи имущества.

Кроме того, суды указали, что признание покупателем по спорному договору купли-продажи учреждения не соответствует п. 1 ст. 5 Закона о приватизации, согласно которому не могут быть признаны покупателями муниципального имущества, продаваемого в процессе приватизации, государственные и муниципальные унитарные предприятия, государственные и муниципальные учреждения, а также юридические лица, в уставном капитале которых доля РФ, субъектов РФ и муниципальных образований превышает 25%.

Действительно, если покупателем муниципального имущества, реализуемого в порядке приватизации, станет муниципальное учреждение, приватизация как таковая не состоится. Потому что имущество в таком случае не выбывает из муниципальной собственности, а переходит из хозяйственного ведения муниципального унитарного предприятия в оперативное управление муниципального учреждения. Однако важно подчеркнуть, что подобное ограничение правоспособности учреждения характерно исключительно для целей приватизации. Если же говорить о приобретении имущества в общегражданских целях, то учреждение может приобрести любое имущество, если подобная сделка соответствует целям, предусмотренным его уставом. Объясняется этот вывод тем обстоятельством, что законодательство позволяет учреждению распоряжаться денежными средствами, полученными от разрешенной деятельности, приносящей доход. Приобретенное за счет таких доходов имущество поступает в самостоятельное распоряжение учреждения и учитывается на отдельном балансе (п. 2 ст. 298 ГК РФ).

На первый взгляд, установив факт процедурных нарушений при заключении спорного договора купли-продажи, суды обоснованно пришли к выводу о его недействительности.

Однако главный вопрос, который был упущен судами при рассмотрении комментируемого спора, состоит отнюдь не в этом. Дело в том, что у судебных инстанций не было оснований для применения к спорным правоотношениям сторон норм Закона о приватизации.

3. Органы местного самоуправления самостоятельно определяют порядок планирования приватизации и порядок принятия решений об условиях приватизации муниципального имущества (п. 1 ст. 10, п. 4 ст. 14 Закона о приватизации). Однако далеко не любая сделка, предметом которой выступает имущество, находящееся в муниципальной собственности, может быть квалифицирована как сделка приватизации.

Во-первых, приватизация не носит "спонтанного" характера, в то время как имущество предприятия ранее, т.е. до принятия решения о его ликвидации, не было включено в план приватизации. Следовательно, сомнительно применять к заключенному между предприятием и учреждением договору законодательство о приватизации.

Во-вторых, ст. 3 Закона о приватизации определяет сферу его действия, перечисляя виды тех отношений, к регулированию которых данный Закон применению не подлежит. В частности, его действие не распространяется на отношения, возникающие при отчуждении государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными и муниципальными учреждениями имущества, закрепленного за ними на праве хозяйственного ведения или оперативного управления (подп. 9 п. 2 ст. 3 Закона о приватизации).

Наличие такого исключения является совершенно обоснованным, поскольку унитарное предприятие не может нормально осуществлять предпринимательскую деятельность, реализуя свое имущество исключительно способами, предусмотренными Законом о приватизации lt;1gt;.

--------------------------------

lt;1gt; Как это обычно бывает, разумное и обоснованное исключение из сферы действия Закона о приватизации на практике нередко используется как способ обхода требований данного Закона, правда, не через ликвидационную процедуру, а посредством заключения договоров купли-продажи. См. об этом: Емелькина Н.А. Коррупционные "лазейки" в действующем законодательстве в сфере экономики // Безопасность бизнеса. 2008. N 3; Сергиенко А., Емелькина Н. Защита прав предпринимателей // Законность. 2008. N 9.

Как уже было сказано выше, унитарное предприятие, находящееся в процессе ликвидации, не лишается своей правоспособности, поэтому оно само совершает сделки по отчуждению закрепленного за ним имущества, порядок заключения таких сделок Законом о приватизации не регулируется. К таким отношениям по отчуждению муниципального имущества применяются нормы гражданского законодательства, а именно ст. 295 ГК РФ (п. 4 ст. 3 Закона о приватизации).

Порядок заключения договоров купли-продажи имущества ликвидируемого предприятия определен в п. 3 ст. 63 ГК РФ. Его специфика заключается в том, что продажа имущества возможна:

во-первых, после составления промежуточного ликвидационного баланса;

во-вторых, если у предприятия недостаточно денежных средств для удовлетворения требований кредиторов;

в-третьих, путем проведения публичных торгов в порядке, установленном для исполнения судебных решений.

Соблюдение этих трех условий является необходимой предпосылкой для вывода о действительности состоявшихся договоров купли-продажи имущества ликвидируемого юридического лица.

Спорный договор купли-продажи не мог быть заключен ни путем продажи посредством публичного предложения, ни путем продажи без объявления цены. Ликвидатор предприятия должен был объявить о продаже имущества путем проведения публичных торгов и привлечь для целей их проведения некую специализированную организацию.

Порядок проведения подобных публичных торгов был установлен нормами действовавшего на тот момент Федерального закона от 21 июля 1997 г. N 119-ФЗ "Об исполнительном производстве" lt;1gt;. Согласно п. 3 ст. 54 названного Закона продажа недвижимого имущества осуществлялась путем проведения торгов специализированными организациями, имеющими право совершать сделки с недвижимым имуществом, в порядке, предусмотренном законодательством РФ. В то время формулировка "право совершать сделки с недвижимым имуществом" трактовалась как наличие лицензии на осуществление риелтерской деятельности, т.е. деятельности юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, осуществляемой на основе соглашения с заинтересованным лицом (либо по доверенности), по совершению от его имени и за его счет либо от своего имени, но за счет и в интересах заинтересованного лица гражданско-правовых сделок с земельными участками, зданиями, строениями, сооружениями, жилыми и нежилыми помещениями и правами на них lt;2gt;. Однако трактовка эта просуществовала относительно недолго, поскольку был принят Федеральный закон от 8 августа 2001 г. N 128-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности" lt;3gt;, фактически отменивший лицензирование деятельности риелтеров. В настоящее время специальных требований к специализированным организациям, привлекаемым на договорной основе для проведения торгов, законодательством не установлено.

--------------------------------

lt;1gt; СЗ РФ. 1997. N 30. Ст. 3591. Утратил силу с 1 февраля 2008 г. в связи с принятием Закона об исполнительном производстве.

lt;2gt; См.: Положение о лицензировании риелтерской деятельности, утвержденное Постановлением Правительства РФ от 23 ноября 1996 г. N 1407 // СЗ РФ. 1996. N 49. Ст. 5569. Утратило силу согласно Постановлению Правительства РФ от 8 мая 2002 г. N 302 // СЗ РФ. 2002. N 20. Ст. 1859.

lt;3gt; СЗ РФ. 2001. N 33 (ч. I). Ст. 3430.

Как мы видим, данная норма носила в чистом виде отсылочный характер, поэтому к публичным торгам, проводимым в ходе исполнительного производства, применялись положения ст. ст. 448, 449 ГК РФ. В свою очередь, правила, предусмотренные в этих статьях ГК РФ, могли применяться к публичным торгам, проводимым в порядке исполнения решения суда, если иное не предусмотрено процессуальным законодательством (п. 6 ст. 447 ГК РФ). Аналогичная ситуация существует и в настоящее время. Так, согласно ч. 2 ст. 90 Закона об исполнительном производстве какой-либо особый порядок проведения публичных торгов не установлен, в этой части имеется опять же отсылка к ГК РФ, иным федеральным законам (вероятно, имеются в виду Закон о защите конкуренции, Закон об ипотеке) и постановлениям Правительства РФ.

Таким образом, специальное законодательство в части установления правил проведения публичных торгов отсылает к нормам ГК РФ, а они, напротив, отсылают к неким особенностям, регламентированным процессуальным законодательством. Следовательно, неизбежен вывод о том, что специальных правил проведения торгов в порядке исполнения судебных решений в нашем законодательстве пока что нет lt;1gt;.

--------------------------------

lt;1gt; В проекте Концепции совершенствования общих положений обязательственного права России, рекомендованном к опубликованию в целях обсуждения Советом при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства (Протокол от 26 января 2009 г. N 66), положения, закрепляющие понятие публичных торгов, а также особые правила их проведения предлагается включить в нормы ГК РФ.

Безусловно, торги по продаже имущества ликвидируемого юридического лица должны проводиться в форме аукциона, так как цель их проведения - выручка максимально возможной суммы денежных средств в целях удовлетворения требований кредиторов.

В любом случае совершение сделки на торгах в рамках или по аналогии с исполнительным производством законодательством о приватизации регулироваться не может lt;1gt;.

--------------------------------

lt;1gt; См.: Постановление ФАС Московского округа от 16 октября 2008 г. N КГ-А41/8245-08-2 по делу N А41-К1-19286/07.

Согласно п. 5 ст. 447 ГК РФ торги, в которых участвовал только один участник, признаются несостоявшимися. Разумеется, несостоявшимися должны признаваться и такие торги, в которых участников не было вовсе. И хотя подобной нормы ГК РФ не содержит, признание торгов несостоявшимися в условиях отсутствия заявок представляется единственно возможным следствием такой ситуации. Однако положения ГК РФ не регламентируют дальнейшие действия организатора и заказчика торгов в ситуации, когда торги признаны несостоявшимися. Должен ли организатор объявлять о проведении повторных торгов, спустя какой период времени и на каких условиях? В 2006 г., в период, когда происходили комментируемые события, ни специальное законодательство, ни общие положения ГК РФ, посвященные порядку организации и проведения торгов, не предусматривали последствий объявления публичных торгов несостоявшимися.

Поэтому, если предположить, что ликвидатором было бы принято решение о продаже имущества предприятия с публичных торгов, остается открытым вопрос о его действиях после того, как такие торги неоднократно признавались бы несостоявшимися по причине отсутствия заявок для участия в них. По всей видимости, такие торги проводились бы бесконечно, поскольку в любом случае оснований для продажи имущества посредством публичного предложения или без объявления цены все равно бы у ликвидатора не было.

В настоящее время основания и последствия объявления публичных торгов несостоявшимися установлены в ст. ст. 91, 92 Закона об исполнительном производстве. Так, в случае объявления торгов несостоявшимися организатор торгов не ранее 10 дней, но не позднее одного месяца с момента объявления торгов несостоявшимися назначает вторичные торги. При этом начальная цена продажи имущества на вторичных торгах может быть снижена на 15% на основании постановления судебного пристава-исполнителя. Если же вторичные торги также будут признаны несостоявшимися, судебный пристав-исполнитель предлагает взыскателю оставить нереализованное имущество за собой по цене на 25% ниже его стоимости, указанной в постановлении об оценке имущества. В случае отказа взыскателя оставить имущество за собой оно предлагается другим взыскателям, а при отсутствии таковых возвращается должнику (ч. ч. 12, 13 ст. 87 Закона об исполнительном производстве).

Однако, даже если предположить, что эти правила действовали бы в момент, когда происходили комментируемые события, довольно сложно предположить, каким образом они были бы реализованы на практике. Например, неясно, в чьи полномочия входит решение вопроса о снижении начальной цены продажи на вторичных торгах, кому из "взыскателей" следует предложить оставить нереализованное имущество за собой, в чем смысл возврата нереализованного на торгах имущества ликвидируемому предприятию?

Основная проблема в связи с этим видится в следующем. В п. 3 ст. 63 ГК РФ сформулировано крайне неудачное правило о проведении публичных торгов по продаже имущества ликвидируемого юридического лица в порядке, установленном для исполнения судебных актов. Л.А. Новоселова со ссылкой на норму п. 3 ст. 63 ГК РФ отмечает, что понятие "публичные торги" используется, как правило, для определения особого способа реализации имущества должника, на которое по решению суда обращено взыскание либо которое подлежит принудительной реализации на основании решения суда lt;1gt;. Представляется, что применительно к ликвидационной процедуре оснований для такого вывода все же нет.

--------------------------------

lt;1gt; См.: Недействительность в гражданском праве: проблемы, тенденции, практика: Сб. статей / Отв. ред. М.А. Рожкова. М.: Статут, 2006. С. 273.

Публичные торги в процессе ликвидации должны проводиться вне судебного процесса, без участия на их подготовительной стадии судебного пристава-исполнителя, поскольку ГК РФ отсылает лишь к использованию порядка, установленного для исполнения судебных решений, не указывая, что в отношении предприятия, проходящего процедуру ликвидации, такое судебное решение необходимо. Сама по себе недостаточность денежных средств еще не означает несостоятельности ликвидируемого юридического лица, просто в связи с ней возникает необходимость реализации иного имущества должника. Иными словами, недостаточность денежных средств для проведения расчетов с кредиторами не является основанием для вынесения против ликвидируемой организации судебного акта. В ст. 7 Федерального закона от 21 июля 1997 г. N 119-ФЗ "Об исполнительном производстве", равно как и в ст. 12 Закона об исполнительном производстве, приводятся виды исполнительных документов, среди которых нет решения ликвидатора (ликвидационной комиссии) о реализации имущества путем его продажи с публичных торгов. Кроме того, нужно помнить, что законодательство об исполнительном производстве определяет условия и порядок принудительного исполнения судебных актов, актов других органов и должностных лиц.

Если речь идет о процедуре добровольной ликвидации, то исполнительные документы против ликвидируемого юридического лица отсутствуют, а у судебного пристава-исполнителя нет оснований организовывать проведение публичных торгов по продаже имущества такого лица на основании решения его ликвидатора (ликвидационной комиссии).

Поэтому, если бы ликвидатор предприятия действовал в точном соответствии с требованиями п. 3 ст. 63 ГК РФ, продажа имущества с публичных торгов не достигла бы своей цели, а действительность таких договоров могла бы быть поставлена под сомнение.

Отметим, что есть и другое мнение на этот счет. Так, торги по продаже имущества ликвидируемого федерального государственного унитарного предприятия организовывала некая коммерческая организация. Судебные инстанции пришли к выводу, что эти торги проведены неуполномоченным лицом, так как согласно Постановлению Правительства РФ от 19 апреля 2002 г. N 260 "О реализации арестованного имущества, реализации, переработке (утилизации), уничтожении конфискованного и иного имущества, обращенного в собственность государства" lt;1gt; такие торги должен организовывать Российский фонд федерального имущества lt;2gt;. Данное суждение представляется неверным, поскольку Российский фонд федерального имущества (а ныне и Росимущество) имеет полномочия по реализации имущества, арестованного во исполнение судебных решений. А при организации торгов по продаже имущества ликвидируемой организации никакого судебного решения нет и быть не может.

--------------------------------

lt;1gt; СЗ РФ. 2002. N 17. Ст. 1677.

lt;2gt; См.: Постановление ФАС Дальневосточного округа от 3 августа 2009 г. N Ф03-3373/2009. В настоящее время эти полномочия переданы Федеральному агентству по управлению государственным имуществом (Росимущество) в соответствии с п. 10 Указа Президента РФ от 12 мая 2008 г. N 724 "Вопросы системы и структуры федеральных органов исполнительной власти" (СЗ РФ. 2008. N 20. Ст. 2290), п. 1 Положения о Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 5 июня 2008 г. N 432 (СЗ РФ. 2008. N 23. Ст. 2721).

Итак, обстоятельства дела таковы, что и стороны приведенного спора, и судебные инстанции, рассматривающие его, учитывали исключительно требования Закона о приватизации, не подлежащего применению к спорным отношениям сторон. В ходе судебного разбирательства не поднимался вопрос о том, что первопричиной заключения спорного договора купли-продажи стала именно ликвидация предприятия, а не приватизация муниципального имущества, закрепленного за данным предприятием.

Таким образом, в ходе комментирования настоящего спора его обстоятельства были проанализированы в разных аспектах: и с позиции законодательства о приватизации, и с позиции требований ГК РФ, а также законодательства об исполнительном производстве. Представляется, что выводы всех судебных инстанций, сделанные при рассмотрении настоящего дела, являются принципиально неверными.

Вместе с тем анализ данного дела приводит к постановке очень серьезной проблемы, состоящей в том, что действующее законодательство не содержит конкретных норм, устанавливающих порядок проведения публичных торгов по реализации имущества ликвидируемой организации. Отсылка же к использованию правил проведения торгов в порядке исполнения судебных решений ровным счетом ничего не дает, поскольку такого специального порядка нет. А даже если бы он и был установлен, положения Закона об исполнительном производстве не могли бы применяться к торгам, проводимым в отсутствие исполнительного документа о наложении взыскания на имущество должника.