Возникновение цессии в римском праве.
Из числа современных авторов генезис норм об уступке требования специально исследовали В.А. Белов, В.В. Почуйкин, А.В. Пушкина. Новейшие работы опираются на труды таких цивилистов как К.И.
Бернштейн, А.С. Кривцов, С.А. Муромцев, И.Б. Новицкий, И.А. Покровский, В.М. Хвостов и др. Важное значение имеют работы зарубежных авторов различных периодов, в частности, У. Бразиэлло, Э. Годэмэ, Э. Коста, Л.Л. Фуллера.Анализ работ указанных авторов выявляет наличие в литературе сведений о нескольких стадиях формирования совокупности правовых норм, регулирующих вопросы цессии: древнее право предполагало исключительно личный характер обязательства, позже допускалась новация обязательства и правопреемство по обязательствам при наследовании, затем развитие института процессуального представительства привело к трансформации позднейших форм новации в цессию в современном смысле.
Сам термин «цессия» (от лат. cessio - уступка, передача ) возник раньше, чем появилась совокупность норм допускающих сингулярную перемену кредитора в обязательстве, т.е. уступку требования в современном смысле.
У Юстиниана (Corpus iuris civilis) можно найти термин successione употребляемый как правопреемство , что представляет интерес, поскольку перевод в любом контексте латинского слова successione означает «наследование», реже - «преемственность». В современном итальянском языке successione означает «наследование», или «последовательность» а cessione по-прежнему переводится как «уступка, передача» .
Из сочинений Гая о «цессии», употребляемой им исключительно в составе категории in jure cessio, известно, что в период действия права XII таблиц образовался новый род сделок: под формой виндикации стали совершать передачу права – in iure cessio .
Понятие in jure cessio, существовавшее в праве XII таблиц и позднейших интерпретациях, не соотносилось с институтом передачи прав по обязательствам, но с переходом прав на вещи.
Этот вывод разделяется большинством романистов и прямо следует из Институций Гая .Из того же источника достоверно известно, что новация в форме стипуляции была известна в гражданском обороте уже во времена Гая. Новация в следующем формализму римском праве (ранний период) была прототипом сингулярной перемены лица в обязательстве. Гай, книга третья: «[176] […] co вступлением нового лица возникает новое обязательство, а первое, перенесенное в последующее, прекращается» .
Таким образом, ни у Гая, ни в позднейших источниках права древнего Рима (кодификация Юстиниана) нельзя найти употребление категории cessio в смысле собственно уступки требования. С другой стороны cessio уже тогда было соотносимо с сингулярным правопреемством, первоначально – в праве на вещь (а не в обязательстве). Применительно к обязательствам в указанных источниках обнаруживаются сведения о новации.
С.А. Муромцев, а в след за ним и В.А. Белов, а также другие исследователи говорят о трех формах, в которых первоначально происходила новация путем перемены кредитора в обязательстве: (1) посредством литерального контракта, (2) в форме стипуляции, (3) по формуле претора . В современной литературе эти способы новации относят к делегации, видя в ней предпосылки появления впоследствии теории о сингулярном правопреемстве в обязательственных правах кредитора.