§ 3. Проблемы определения сферы применения приостановления
Как мы говорили, в законодательстве сейчас имеется пробел в части регулирования ситуации одновременного обмена. В этой связи следует полностью поддержать позицию С.В.
Сарбаша, признавшего неудачным устранение из ГК РФ общей диспозитивной нормы об одновременности исполнения <1>.<1> Сарбаш С.В. Исполнение договорного обязательства. М., 2005. С. 468.
При этом вполне очевидно, что принцип одновременного исполнения, как верно заметил С.В. Сарбаш, не может быть в большинстве случаев буквально воплощен <1>. Поэтому он реализуется во всех странах как раз в том, что каждая из сторон вправе приостановить свое встречное исполнение до тех пор, пока одна из них не решится свое исполнение произвести (право на взаимное exceptio).
<1 > Там же. С. 461 - 462.
В этой связи в проекте концепции совершенствования общих положений обязательственного права, подготовленном в 2009 г. Советом при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства, предлагается данный пробел устранить. В проекте была выдвинута идея запретить кредитору требовать от должника исполнения обязательства, не предоставив причитающегося с него по обязательству, когда закон или договор не предусматривают четкой очередности исполнения. По сути предлагается закрепить то, что известно практически всем правопорядкам мира - принцип взаимного exceptio поп adimpleti contractus в случае отсутствия четкого регулирования очередности обмена. На момент написания настоящей работы этот проект еще не стал частью действующего законодательного регулирования. И нам трудно судить об окончательной редакции соответствующих новелл законодательства. Тем не менее саму данную попытку стоит всячески поддержать.
В то же время вполне очевидно, что применение института приостановления к ситуации одновременного исполнения требует куда более серьезного анализа, чем простая констатация механизма взаимного приостановления исполнения на уровне законодательства.
Существует множество частных проблем, которые в праве зарубежных стран изучены досконально, а в нашем слаборазвитом праве просто незнакомы большинству юристов. При создании стройного правового режима одновременного исполнения стоит особенное внимание уделить опыту зарубежных стран. Особенно следует выделить немецкий правовой режим одновременного исполнения (Erfullung Zug um Zug), который в ряде своих проявлений может быть взят за образец <1>.<1> Markesinis В., Unberath Н., Johnston A. The German Law of Contract. A Comparative Treatise. 2nd ed. Entirely Revised and Updated. 2006. P. 352.
Вкратце отметим несколько важных идей, которые, на наш взгляд, имело бы смысл реализовать в отечественном праве применительно к принципу одновременного исполнения.
Во-первых, следует окончательно закрепить в российском праве норму об одновременном исполнении основных обязательств двустороннего договора, находящихся в синаллагматической связи.
Эта норма применялась бы в случае, когда ни закон, ни договор, ни обычаи делового оборота, ни природ а обязательств не предписывают очередность исполнения.
Во-вторых, возможно, эта норма могла бы применяться не только к договорам (непоименованным или таким, например, как мена), но и mutatis mutandis к некоторым внедоговорным обязательствам, находящимся в достаточной взаимосвязи, чтобы оправдать применение принципа одновременности обмена. В первую очередь здесь речь идет о возможной необходимости применения принципа одновременности к двусторонней реституции при признании сделок недействительными или к двустороннему возврату полученного при признании договора незаключенным или расторжении договора (там, где такой взаимный возврат полученного действительно должен быть произведен). Применение механизма exceptio к такого рода случаям знакомо праву многих зарубежных стран (например, Голландии) <1 > и поддерживалось ведущими европейскими цивилистами <2>.
<1> Hartkamp A.S., Tillema М.М.М. Contract Law in the Netherlands. The Hague, 1995.
P. 191.<2> Carbonnier J. Droit Civil, Les Obligations, 21st ed. Paris, 1998. § 194 (цит. no: Beale H., Hartkamp A., Kotz H., Tallon D. Cases, Materials and Text on Contract Law. Oxford, 2002. P. 725).
В-третьих, в силу того, что принцип одновременного обмена является неизбежным, но, безусловно, не идеальным способом восполнения пробела в отношении очередности обмена, на уровне правового регулирования договорных отношений следовало бы минимизировать сферу его применения, стремясь по возможности прямо закреплять очередность обмена в качестве диспозитивной нормы. Об этом не стоит забывать при формировании законодательного регулирования конкретных договоров. Но также было бы разумно установить общую норму, указывающую на то, что в синаплагматических договорах, предусматривающих оплату, исполнение денежного обязательства по общему правилу должно осуществляться вторым по очереди. Выведение аналогичных или близких универсальных подходов широко поддерживается сейчас зарубежными юристами (п.2ст.6.1.4 Принципов УНИДРУА). Это позволит прибегать к принципу одновременности только в тех редких случаях, которые не были "охвачены" ни условиями договора, ни теми или иными диспозитивными общими или специальными нормами законодательства.
В-четвертых, применение принципа одновременности разумно организовать, как и во всем мире, посредством предоставления обеим сторонам взаимного exceptio non adimpleti contractus. В этом случае каждая из сторон вправе не исполнять свое обязательство до того, как контрагент не исполнит свое обязательство или не сделает все, что от него требуется для его исполнения. Это означает, что ни одна из сторон не оказывается в просрочке до тех пор, пока другая сторона не решится предоставить свое исполнение.
В-пятых, было бы крайне желательно творчески развить немецкий опыт и закрепить в законодательстве или на уровне судебной практики, что в такой тупиковой ситуации, когда каждая из сторон использует право exceptio, иск, поданный одной из сторон, не должен сразу отклоняться как преждевременный, даже если истец не доказал, что он исполнил свое обязательство или сделал все необходимое для этого.
В случае если ответчик не заявляет встречный иск, суд может вынести решение, обязывающее ответчика исполнить его обязательство в натуре первым. Если же ответчик заявляет встречный иск, то суд, признав оба встречных требования обоснованными, должен вынести решение об одновременном исполнении обоих обязательств в натуре.В-шестых, такое судебное решение об одновременном исполнении встречных обязательств должно исполняться таким образом, чтобы обеспечить гарантированность взаимного обмена и исключить ситуацию, когда одна из сторон получит исполнение, но не будет в состоянии осуществить свое. Как разумно предложил С.В. Сарбаш, службы судебных приставов в такой ситуации могут выступить в качестве своего рода "пункта сбора" исполненного <1>. Соответствующие службы судебных приставов должны будут взыскать с обоих ответчиков присужденное судом, и только удостоверившись в том, что соответствующее имущество или средства находятся во владении обоих подразделений судебных приставов, организовать обмен. Для реализации такого сценария, видимо, не обойтись без внесения поправок в законодательство об исполнительном производстве. Но он позволил бы гарантировать права сторон и устранить случаи недобросовестного одностороннего обогащения одной из сторон (путем получения этой стороной испопнения с последующим выводом активов и созданием ситуации реальной невозможности исполнения судебного решения со своей стороны). В российских условиях такая щепетильность куда более оправданна, чем в благополучной Германии.
Более подробно обосновывать данные выводы мы не будем. В силу того что настоящее исследование посвящено вопросам функционирования средств защиты прав кредитора в связи с нарушением договора, вопросы одновременного исполнения и функционирования института взаимного exceptio в качестве инструмента реализации этого принципа выходят за рамки нашей темы. В дальнейшем мы сконцентрируемся на анализе тех проблем, которые возникают при использовании механизма приостановления встречного исполнения при произошедшем или предвидимом нарушении договора.