Глава 29. Средневековое государство Мидии

Замедленный и неравномерный характер развития индийского общества в средние века делает крайне сложным периодизацию

его истории. Еще в Древней Индии можно найти некоторые социальные институты, напоминающие феодальные: крупное частное землевладение, эксплуатация зависимого земледельца с характерной

для Индии кастовой неполноценностью значительных групп населения и пр., а рабовладение продолжало существовать не только в

средневековье, но и позже.

V-VII вв. как условный рубеж начала средневековой истории Индии не связаны с кардинальными переменами в политической структуре страны, с возникновением крупных империй, как,

например, империя Маурьев в древности. Средневековая Индия

была политически раздроблена. Раздробленность сопровождалась

бесконечными междуусобными войнами, временным возникновением крупных государств, как, например, империи Харши (VII в.),

пришедшей на смену империи Гуптов (IV-V вв.) и просуществовавшей всего 40 лет.

В V-VI вв. в северо-западную часть Индии проникают племена белых гунов и гурджаров, которые оседают и осваиваются в

Синде, Раджастхане, Гуджарате. В результате смешения завоевателей с местным населением, находящимся на более высокой стадии культурного развития, здесь образуется новая каста воиновземлевладельцев-раджпутов, образовавших сначала княжество в

Гуджарате, а затем в начале VIII в. осударство Пратихаров.

Юг Индии с его многочисленными племенами заметно отставал

в своем развитии от Севера, но и здесь возникали самостоятельные государства няжества. Так, например, еще в III-IV вв.

складывается государство Палавов, а в VII в. в южной части Махараштры няжество Чалукьев, в IX няжество Чолов, контролировавшее некоторое время всю южную Индию.

409

Ожесточенная междуусобная борьба значительно облегчила

вторжение мусульманских завоевателей в северную часть Индии

на рубеже XII-XIII вв.

князей, главную боевую силу Индии того времени, они образовали

на завоеванных территориях Делийский султанат (1206-1526 гг.),

на смену которому пришла империя Великих моголов (1526

1707 гг.)1.

Несмотря на политическую децентрализацию, в Индии в

V-VII вв. шли важные процессы, которые дают основание выделить этот период в истории страны. Эти процессы прежде всего

были связаны с внутренней перестройкой неизменно существовавшей и сохранившей при всех политических перипетиях свой статус-кво варновой системы, с созданием на значительной части территорий Индии за счет влияния Севера обширной иядО-буддийокой цивилйзационной зоны, с ростом религиозно-культурного самосознания индийцев, которое на протяжении веков выступало

важным фактором их объединения, несмотря на этническую разобщенность и отсутствие государственного единства.

Сословие-классовое деление. Начиная с первых веков новой

эры усиливается процесс закабаления крестьянских общин, прикрепление их к налоговому тяглу, набирают силу формы феодальной эксплуатации, связанные с ростом частного землевладения.

Факторами, ускоряющими дальнейшее расслоение индийского общества, были углубление имущественной дифференциации среди

общинников-крестьян, пожалования правителями в индивидуальное или групповое владение представителям высших каст земель

и права на эксплуатацию крестьян. В первых веках новой эры

увеличилась, прежде всего за счет пожалований, земельная собственность индусских храмов и буддийских монастырей. Храмы и

монастыри вели собственное хозяйство, эксплуатируя закабаленных крестьян, наемных работников, рабов.

Следствием многочисленных войн было перераспределение земли, непосредственно сказавшееся на варново-кастовой системе. Старая система варн сохранилась, но сами варны не остались неизменными. Они трансформировались под влиянием нового кастового

деления. Кастами становились этнические и профессиональные группы, кланы воинов-завоевателей, религиозные секты и пр.

приобретением ими права на ренту-налог с завоеванного населения, на реальное распоряжение землей.

Общая схема кастовой иерархии, связанная с правами землевладения, строилась следующим образом. Брахманы-землевладель

1 1707 год является датой фактического распада империи, которая формально

продолжала существовать и при англичанах еще около полутора веков.

410

цы, правящие династии индусских княжеств, представители административно-налогового аппарата, воины-землевладельцы, наконец,

полноправные общинники аджпуты и джайны в ряде областей

северной и северо-западной Индии входили в высшие брахманские

и кшатрийские касты, которые якобы вели свою родословную от

брахманских и кшатрийских родов Древней Индии. Варна вайшиев

стала обозначать в основном сословную организацию купцов и ремесленников. Касты шудр состояли из обедневших землевладельцев, держателей земли от общины, а также ремесленников. Последняя, самая низшая группа "неприкасаемых" каст включала бесправных арендаторов и слуг общины, лишенных каких-либо владельческих прав, находившихся в полурабской, полукрепостной

зависимости от полноправных общинников.

Процесс классового расслоения протекал в Индии весьма своеобразно. Он характеризовался длительным сохранением крайней

мозаичности и господствующего, и эксплуатируемых социальных

слоев. Общинник, уплачивающий ренту-налог, сам мог выступать

эксплуататором наемных и зависимых от него работников. Кабальная эксплуатация неполноправных членов общины или внеобщинного крестьянства из "неприкасаемых" каст применялась в хозяйствах как крупных землевладельцев, так и рядовых общинников.

Утверждение власти мусульманских правителей привело к

значительному изменению состава высшей правящей верхушки

Индии.

Некоторые более мелкие индийские князья (раджи), признав власть

султана, попали в вассальную зависимость от него. Они были обязаны выплачивать султану дань.

Вся земля султаната объявлялась государственной собственностью. Фактически земля оставалась в руках общинников-крестьян, обязанных выплачивать налоги в пользу завоевателей, которые

исчислялись в значительно большем объеме, чем раньше, и по

иной схеме. Все землевладельцы облагались налогами в форме

хараджа, то есть той же ренты-налога, но немусульмане выплачивали еще подушную подать джизъю. Оба налога достигали часто

половины урожая. Часть государственного неразделенного земельного фонда была приписана непосредственно к казне. Это земли

"халисэ", доход с которых шел на содержание самого султана и его

двора, государственного аппарата, чиновников, воинов. Другая часть

была разделена на служебные наделы "икта" и роздана в условное

держание за службу военную, чиновничью и пр. Условное должностное землевладение было и кратковременным и пожизненным, но

часто икта передавалась за службу сыну или зятю иктадара. Владельцы икты (иктадары) собирали налоги сами или через своих

слуг с пожалованных деревень или областей, присваивая лишь

часть налоговых поступлений. Большая часть налогов продолжала

идти в фонд государства, которое определяло размеры, форму их

изъятия. Наряду с государственной собственностью существовала

в султанате и частная собственность (мульк). Своеобразный вид

411

частной собственности составляли земли мусульманских религиозных учреждений вакуфы, и наследственные земли мусульманских

духовных лиц (имамов). Владельцы мульков платили лишь десятину. Это была их привилегия.

Для Делийского султаната были характерны три ярко выраженные тенденции в развитии землевладения: 1) постепенное превращение земель икта в земли мульк; 2) сокращение земель халиса за счет расширения двух первых видов земель; 3) увеличение

непосредственной доли служилой верхушки в общей сумме ренты-налога, получаемой с государственных земель.

половине XIV в. часть иктадаров приобретает налоговый иммунитет, а икта становится во многих случаях наследственной.

Государственная собственность на землю сохранилась и в Могольской Индии. Более того, она была в значительной мере упорядочена, в том числе за счет создания земельного кадастра, составление которого было начато при Шер Хане (1540-1545 гг.) и закончено при Акбаре (1556-1605 гг.), вошедшем в историю в качестве великого правителя, отменившего, в частности, джизью с местного населения и четко определившего суммы налогов с каждого

района.

Значительная часть земли в Могольской Индии была передана в качестве условного пожалования (джагира) крупным мусульманским военачальникам джагирдарам. Джагирдар был обязан содержать соответствующий величине его джагира и чину отряд

войск (от 100 до 5 тыс. воинов), из которых и состоял основной

костяк армии правителя. Владельческие права джагирдара или

находящегося в зависимости от падишаха местного князя-раджи

реализовывались в праве взимания налогов с общинников-крестьян и удержании определенной их части в свою пользу. Кроме джагиров существовали и владения вассальных индийских князей заминдаров, плативших дань падишаху.

В зависимости от форм эксплуатации земледельца вся территория Могольской Индии делилась на две части: раятк и заминдари. На территории раяти налоги с общинников-крестьян взимались непосредственно через государственный аппарат. Падишах

следил за тем, чтобы джагирдары не обладали никакой ни административной, ни самостоятельной налоговой властью на своих землях.

На территории заминдари налоги собирались самими заминдарами.

Заминдар сам устанавливал в соответствии с обычаем размер платежей с крестьян и формы их получения. Эти платежи, таким образом, носили характер феодальной ренты. К заминдарам господам земли" примыкали и так называемые первичные заминдары олноправные общинники, которые были хозяевами собственных участков земли. Эти участки, как правило, сдавались в

аренду издольщикам или обрабатывались зависимыми людьми.

не имеющей правовой защиты. Практически же арендаторы, неполноправные крестьяне-общинники, не могли быть согнаны со своих

участков. Арендаторы находились в личной и поземельной зависи

412

мости от слоя полноправных общинников, оказывали им всякого

рода услуги. Самый эксплуатируемый слой сельского населения

состоял из безземельных крестьян.

По мере распада Могольской Индии, ослабления позиций могольских правителей усиливается власть местных заминдаров

индусов, и мусульман. Складывается вассально-ленная система отношений. Иерархия прежних военных и гражданских чинов, получающих свою долю прибавочного крестьянского продукта через налоговый аппарат государства, начинает вытесняться иерархией феодальных землевладельцев.

Государственный строй. Центральное управление. Индия

VI-XII вв. представляла собой совокупность многочисленных государств-княжеств, экономически не связанных между собой. В раннеклассовых, так называемых племенных государствах сохранялись

значительные пережитки родоплеменных отношений. К таким государствам относятся многочисленные территориальные образования, возникшие в результате завоеваний раджпутских кланов, в

которых власть князя опиралась на военную силу соплеменников,

воинов-раджпутов.

Возникающие время от времени в результате войн более крупные политические общности: Харши (VII в.), Чалукьев (VII в.), Гурджара-Пратихаров (VIII в.) и другие ыли примитивными государственными образованиями, представляющими собой конгломерат тех же племенных княжеств с крайне подвижными границами,

с несложившимся административным аппаратом. Во главе таких

государств стояли махараджи лавные князья. Княжеский трон

наследовался сыном или передавался преемнику по воле правителя. В некоторых мелких княжествах князья избирались. Махарадже помогали советники, входящие в совещательный орган млнтрипаришад. В государственном аппарате значительное место принадлежало воинам и сборщикам налогов.

Отсутствие на протяжении веков государственного единства

Индии восполнялось в определенной мере рано начавшим складываться религиозно-культурным единством ее многоязычного, этнически разнородного населения. Общества, как показала история

Индии, связанные религиозно-культурным единством, обнаруживают высокую степень устойчивости в периоды государственных

дроблений, завоеваний и массовых переселений народов.

Эта характерная черта истории страны объясняется в значительной мере спецификой самого индуизма, представляющего собой не только религиозно-философскую, но и социально-экономическую, социально-правовую систему, связанную с огромным фондом культурных ценностей, которые создавались индийским народом в течение тысячелетий (мифы, эпос, религиозная, правовая,

научная литература и пр.).

Ни одна религия, пожалуй, не была так тесно связана со всеми областями духовной и материальной культуры народа, как индуизм. Это огромное хранилище древнейших исторических сведений об обычаях, традициях страны.

413

Традиционная политическая раздробленность, слабость центрального государственного аппарата ак характерная черта

средневековой Индии осполнялись и крепостью общинной организации индийского общества, стабильное существование и саморазвитие которой мало зависело от побед и поражений того или

иного стремящегося к власти правителя.

Определенное государственное единство было достигнуто

вследствие завоевания Индии мусульманами. Захватнические войны

мусульман в Индии начались еще в XII в. Завоеванные индийские

земли включались вначале в состав государственных земель державы Гуридов, а затем с XIII в. выделились в самостоятельное государство, получившее название Делийского султаната. В 1229 году

Делийский султанат был признан багдадским халифом в качестве

независимого государства. Однако тесная связь правителей Дели с

остальным мусульманским миром не прерывалась. Султаны Дели

продолжали быть ставленниками тех или иных чужеземных правителей: среднеазиатских тюрков, таджиков, персов.

В начале XVI в. начинается вторжение в Индию тюрко-афганских завоевателей оголов. Империя Великих моголов достигла

своего расцвета в конце XVI-XVII в. Вместе с тем следует отметить, что мусульманские правители, в том числе и Великие моголы, несмотря на мощный политический потенциал ислама, не смогли

создать в Индии ни сильной государственности, ни эффективно

действующего центрального аппарата.

При монархической форме правления в системе органов государственной власти и Делийского султаната, и Могольской Индии было много общего, так как государственное управление строилось здесь в соответствии с исламской религиозной доктриной государства мусульман. Согласно этой доктрине все верующие мусульмане должны иметь одного главу, который в своей власти

ограничен только законом, проистекающим от Аллаха. Фактический объем полномочий мусульманских правителей определялся

соотношением сил в непрекращающейся борьбе за власть между

правителем и знатью. Так, всесилие мусульманской знати при делийском правителе Насир-уд-дин Махмуде (1246-1265 гг.) сменилось последующим укреплением позиций султанов. Мухаммед Туглак (1325-1351 гг.) уже писал на своих монетах: "Султан ень

бога", а основатель империи Моголов Бабур (1526-1530 гг.) присвоил себе звание падишаха, наделенного якобы божественными

правами.

Власть главы государства (султана, падишаха) была наследственной, он сам мог назначать наследника престола. В Коране содержится перечень обязанностей правителя. На первом месте среди них была охрана ислама, в том числе поддержание религиозных

обрядов и преследование еретиков и "лжеучителей". Эти требования не всегда могли быть соблюдены мусульманскими правителями в завоеванной Индии, где сама жизнь часто заставляла их идти

на уступки, проводить политику веротерпимости.

414

Мусульманским правителям принадлежала высшая законодательная и судебная власть. Толкуя нормы мусульманского права,

они не могли, однако, не считаться с общепризнанным его толкованием (иджмой).

Высшим чиновником в мусульманском государстве, считавшимся вторым лицом после государя, был визирь, руководитель

военного и финансового ведомства. Его основная обязанность состояла в том, чтобы проводить в жизнь приказания султана. Нередко вазиры сосредоточивали всю полноту власти в своих руках.

Центральное управление и в Делийском султанате, и в Могольской Индии осуществляли специальные правительственные ведомства иваны, призванные, в частности, вести особые книги,

содержащие различные сведения, статистические данные общегосударственного значения.

Военное ведомство, ведущее учет военной силы, численности

наемного войска, личной охраны султана или падишаха, земельных

и денежных пожалований, мест расположения гарнизонов, занимало особое место в мусульманском государственном механизме. Главный интендант и казначей этого ведомства осуществлял контроль

над выдачей джагиров в Могольской Индии, проверял на смотрах

состояние войска, его снаряжение. Финансовое ведомство контролировало учет и сбор поступлений в государственную казну: налогов, пошлин, выкупных сумм за военног-тонных, податей с покоренного населения.

Особое ведомство располагало сведениями о назначении всех

чиновников, о суммах, получаемых ими из государственной казны,

земельных пожалованиях. Во главе этого ведомства в XVI в. стоял

мирсамана. Он ведал также мастерскими и складами падишаха.

Ведомство садр-ус-садура было своеобразным главным духовным

и судебным управлением, которое мог возглавлять сам государь

или доверенное ему лицо. В его ведение входило назначение судей,

Ни в Делийском султанате, ни в Могольской Индии не было

четкого разграничения функций между придворными сановниками

и государственными чиновниками. Двор Делийского султана был

центром политической жизни и управления империи. При дворе

особую роль играл вакил-и-дар, дворцовый управитель, следящий

за содержанием семьи, приближенных и слуг султана, за султанской кухней и столом. Все слуги при дворе в Могольской Индии

имели воинские звания и ранги, они часто осуществляли контроль

за деятельностью государственных чиновников. Большую роль в

центральном управлении играли личный секретарь падишаха и

особый чиновник, который просматривал его указы.

Общие черты государственного механизма Делийского султаната и Могольской Индии не исключали различий между ними,

которые выражались не столько в названиях государственных органов и должностей, сколько в характере политического режима.

Правители Дели устанавливали свою власть в завоеванной стране

методами жестокого подавления народного сопротивления и мятежных индусских правителей. Султаны, опирающиеся на военную

415

силу, конфисковывали имущество, непокорных убивали. Ислам в

его суннитском толковании стал государственной религией, а персидский язык (фарси) зыком судебного производства. Правление

моголов в Индии началось в другой внутриполитической обстановке, когда был завершен процесс "исламизации" правящей верхушки, а индусские князья и князьки признали в той или иной мере

свою зависимость от мусульманских правителей. На политику падишахов стал оказывать определенное влияние индийский город.

Из могольских правителей наиболее заметный след в истории средневекового государства Индии оставил Акбар (XVI в.). В

это время произошла определенная "либерализация" политического режима, показателями которой могут служить, например, и

некоторое ослабление налогового тягла, и отмена при Акбаре подушной подати жизьи, а также проводимая политика веротерпимости. Большое количество земель в это время передавалось в

собственность не только мусульманского духовенства, но и индусских храмов. Произошло и некоторое изменение политики в отношении городов.

Так, например, в целях раскола зревшей торгово-ремесленной оппозиции, начиная с Акбара, на высшие должности в административном и налоговом аппарате стали назначаться торговцы, ремесленники и другие "низкорожденные" лица. Могольские правители были последователями ханифитской' школы, одной из главных отличительных черт и требований которой был учет местных

условий в управлении и судопроизводстве.

Местное управление. Введение административного деления еще

в Древней Индии было прямым следствием складывающейся системы эксплуатации податного общинника-крестьянина. Империи

Гуптов и Харши, например, были разделены на провинции, управляемые начальниками пограничных областей или наместниками.

Провинции делились на округа. Самой мелкой административной

единицей оставалась сельская община.

Мусульманские правители ввели новое административно-территориальное деление. Делийский султанат был разделен на 23

провинции. Крупные провинции делились на шики (области). Следующей административно-налоговой единицей была паргана (район), включающая ряд деревень, и патта дну-две деревни. Могольская империя была разделена на 15 областей во главе с наместниками (хакимами). В каждую область назначались также фоуджары оенные начальники, гомашты борщики налогов и

котвалы ачальники городов.

Наличие полуавтономного механизма общинного самоуправления во главе с брахманско-кшатрийской верхушкой осталось характерной чертой и Делийской, и Могольской Индии. Ни сломить,

ни в должной мере подчинить себе индийские общины, особенно

крупные, мусульманские правители так и не смогли. Так, напри

1 Школа названа по имени ее основателя Абу Х-мфы ибн Сабита (699-767 гг.).

416

мер, моголы не признавали владений местных правящих кланов.

Однако на практике такие административно-налоговые единицы,

как паргана и патта, совпадали с плановыми владениями.

Во главе индийских общин стояли муккадамы, чаудхри (вожди) лавы доминирующих каст, хута лавы деревень. Они

были не должностными лицами центрального аппарата, а представителями общины налогоплательщиков в их отношениях с центральной властью. Эти отношения были сродни данническим обязанностям побежденных победившему государству. Общинные должности передавались по наследству и, более того, делились среди

наследников. Продолжали существовать и общинные советы панчаяты, состоящие из представителей доминирующей касты в

округе, деревне.

Армия. Прочность мусульманского правящего режима определялась боеспособностью его армии. Конница, состоящая из мусульман, была основной силой армии. Особое место отводилось

дворцовой страже и другим отборным войскам. Армия в Делийском султанате была организована по десятичной системе. Военный и гражданский чин зависел от числа воинов, находящихся под

командованием определенного лица; эмир командовал 100 всадниками, мелик тыс. всадников, хан 0 тыс. всадников. В Могольской Индии была значительно увеличена численность войск за

счет наемных отрядов, оплачиваемых непосредственно из казны.

Особо привилегированное положение занимали наемные воины,

подчиненные непосредственно падишаху. Весьма характерно, что

главы мощных земледельческих каст имели свои воинские контингенты, состоящие из зависимых от них людей. Крупные индийские

общины коллективно защищали с оружием в руках свою территорию и свои права.

Суд. Отправление правосудия во всех мусульманских государствах строилось на положениях Корана, согласно которым суд

отделялся от администрации и вершился специально назначенными главой государства судьями-кадиями. В судебной системе отсутствовала иерархия судебных должностей, как и различия в гражданском и уголовном судопроизводстве. Судьи были единоличными. Стабильность местных общин (деревенских, кастовых) определяла существование особых панчаятых судов, которые обладали

значительными полномочиями. Они были распорядителями общинной земли, регулировали межкастовые отношения, следили за соблюдением кастовых и семейных правил, правопорядком.

Глава 30. Мусульманское право

Особенности становления и развития мусульманского права.

Одним из наиболее крупных явлений в средневековой цивилизации на Востоке стало мусульманское право (шариат). Эта правовая

417

никла и оформилась в рамках Арабского халифата. Процесс ее

развития был тесно связан с эволюцией арабской государственности от небольшой патриархально-религиозной общины в начале

VII в. (при пророке Мухаммеде) до одной из крупнейших империй

VIII-Х вв. при династиях Омейядов и Аббасидов.

После падения Арабского халифата мусульманское право не

только не потеряло свое былое значение, но приобрело как бы

"вторую жизнь" (подобно римскому праву в средневековой Европе) и стало действующим правом в целом ряде средневековых

стран Азии и Африки, принявших в той или иной степени ислам

(Египет ^Индия, Оттоманская империя и т.д.).

Мусульманское право вобрало в себя многие элементы предшествующих правовых культур Востока, в частности правовые

обычаи и традиции, действовавшие в доисламской Аравии и на

завоеванных арабами территориях. Так, при Омейядах некоторое

время продолжало применяться право сасанидского Ирана, Византии, а также частично и римское право. Все эти источники оказали

некоторое, хотя внешне и малозаметное влияние на становление

шариата, символизируя тем самым связь восточной и западной

цивилизаций. Но не они определили в конечном счете неповторимость и своеобразие шариата как самостоятельной и оригинальной

правовой системы. Исключительно важную роль в становлении

шариата сыграла деятельность Мухаммеда и первых четырех так

называемых праведных халифов, при которых путем толкования

заповедей, высказываний и поступков пророка были составлены

священные книги мусульман оран и Сунна.

Шариат с самого начала сложился и развивался (по крайней

мере в первые два века) как строго конфессиональное право. Оно

было органически слито с теологией ислама, пронизано его религиозно-этическими представлениями. Согласно исламу, правовые

установления рассматриваются в качестве частицы единого божественного порядка и закона, которым управляется мир. Особенно на

первых порах шариат в целом и его собственно доктринальнонормативная часть (фикх) вобрали в себя не только правовые установления, но и религиозную догматику и мораль. Такая слитность (синкретизм, нерасчлененность) шариата нашла свое специфическое выражение в .том, что его нормы (правила, предписания),

с одной стороны, регулировали общественные ("человеческие") отношения, а с другой пределяли отношения мусульман с Аллахом (ибадат)^ Введение в шариат божественного проведения и религиозно-нравственного начала нашло свое отражение в своеобразии правопонимания, а также оценке правомерного и неправомерного поведения. Так, тесная связь права с теологией ислама нашла

свое выражение в установлении в шариате пяти видов действий

мусульманина, которым придавался в равной мере правовой и морально-религиозный смысл: обязательные, рекомендуемые, дозволенные, предосудительные, но не влекущие за собой применения

наказания, запрещенные и подлежащие наказанию. Признание божественного предопределения в шариате с неизбежностью поро

418

дило и большую значимость вопроса о свободе воли мусульманина

и ее пределах. Столкнувшиеся по этому поводу религиозно-философские школы заняли разную позицию. Так, одна из этих школ

(джабариты) вообще отрицала свободу воли человека.

Для шариата, особенно на первых стадиях его развития, характерно внимание не к правам мусульманина, а к его обязанностям по отношению к Аллаху. Нормы, содержащие такие обязанности, достаточно широко представлены в шариате, и они определи

ли всю жизнь правоверного мусульманина (ежедневное соверше

ние молитвы, соблюдение поста и правил захоронения и т.д.). Не

случайно особенностью норм, составляющих шариат, является то,

что они применяются только к мусульманам и в отношениях между мусульманами. Раннему исламу и шариату были присущи установления (нормы), восходящие еще к общинному строю, содержащие элементы коллективизма, милосердия, заботы о калеках и

иных обездоленных. Но в шариате нашли свое отражение и представления о бессилии человека перед богом, о вытекающей отсюда

созерцательности и покорности. В Коране особенно подчеркивалась необходимость для мусульманина проявлять терпение и смирение: "Терпите, ведь Аллах с терпеливыми" (8.48). Таким же образом в шариате закреплялась обязанность мусульманина подчиняться халифу и государственной власти: ''Повинуйтесь Аллаху и

повинуйтесь посланнику и обладателям власти среди Вас" (4.62).

Мистико-религиозная оболочка шариата обусловила большое

своеобразие составляющих его собственно правовых конструкций

и понятий, тормозила формирование в нем рационалистических

начал и логически обоснованной внутренней системы, как это имело место в римском праве. Однако к VIII-IX вв., когда шариат

перерастает рамки патриархально-общинного и племенного восприятия мира и сталкивается с феоДализирующимися общественными отношениями, он, благодаря активной деятельности мусульманских богословов-правоведов, все в большей степени движется

от божественного правопонимания к рационалистическому, от казуальных методов выведения правовых норм логико-системным. Мусульманские ученые-юристы, не порывая с основополагающими и традиционными началами шариата, выработали целую

серию новых правовых доктрин и норм (фикх), имеющих сугубо

юридическую природу. Из них особую известность и авторитет в

мусульманском мире приобрели Абу Ханифа, получивший титул

"великого учителя" (умер в 767 году), Малик ибн Анас (умер в 795

году), Мухаммед ибн Идрис Шафии (умер в 820 году), Ахмед ибн

Ханбаль (умер в 855 году).

Доктринальная разработка мусульманского права ученымиюристами, внося в него логико-рационалистическое начало и имея

своим следствием создание огромной массы новых правовых норм

(усложнение фикха), не означала разрыва с классическим исламом,

выраженным в Коране и-в Сунне. Наоборот, презюмировалось, что

такие новые нормы ^доктрины являются истинными, идущими от

ортодоксального ислама, если только они не извращены в самой

419

' судебной практике муфтиев и муджтахидов. Таким образом, в шариате сформировались представления о том, что ислам дает нормативные ориентиры на все случаи жизни и что правильное следование ему исключает возможность внутреннего противоречия

между правовыми нормами, даже если внешне они исключают друг

Друга.

Одной из характерных черт средневекового мусульманского

права (особенно в первые века) была его относительная целостность. Вместе с представлениями о едином боге ллахе твердилась идея единого правового порядка, имеющего универсальный характер. Более того, возникнув первоначально на Аравийском полуострове, мусульманское право по мере расширения границ халифата распространяло свое действие на новые территории.

Но оно на первый план выдвигало не территориальный, а

конфессиональный принцип. Мусульманин, находясь в любой другой стране (например, с торговыми целями), должен был соблюдать шариат, сохранять верность исламу. Постепенно с распространением ислама и превращением его в одну из основных религий мира шариат стал своеобразной мировой системой права. Это

заметно отличало его от права западноевропейских средневековых

государств, для которого были характерны такие черты, как партикуляризм, ограниченные сферы действия, внутренняя несогласованность и т.д.

Как конфессиональное право шариат отличался и от канонического права в странах Европы в том отношении, что он регулировал не строго очерченные сферы общественной и церковной жизни, а выступал в качестве всеохватывающей и всеобъемлющей

нормативной системы, утвердившейся в целом ряде стран Азии и

Африки. Со временем нормы шариата вышли далеко за пределы

Ближнего и Среднего Востока, распространили свое действие на

Среднюю Азию и часть Закавказья, на Северную, а также частично

Восточную и Западную Африку, на ряд стрян Юго-Восточной Азии.

Однако столь бурное" и широкое распространение ислама и шариата повлекло за собой и все большее проявление в нем местных

особенностей и различий при толковании отдельных правовых институтов и решений конкретных правовых споров. Так, со временем с утверждением двух главных направлений в исламе соответствующим образом произошел раскол в, шариате, где наряду с

ортодоксальным направлением (суннизм) возникло и другое направление иизм, которое вплоть до настоящего времени имеет доминирующие позиции в Иране, а также частично в Ливане и

Йемене. Противоборство между этими направлениями нашло свое

закрепление и в правовых нормах, касающихся самых разных сторон жизни государства и общества. Так, в шиизме предусматривается правовой порядок передачи государственной власти по наследству, сосредоточение светского и религиозного авторитета в

руках духовных лиц мамов, считавшихся непогрешимыми. Более того, шииты признавали только те предания о пророке Му

420

хаммеде, в том числе являвшиеся для них правовыми указаниями,

которые восходили к последнему праведному халифу ли.

Постепенно и сторонники ортодоксального направления ша-|

риата (сунниты) сгруппировались в четыре основных толка (маз-|

хаба), представлявших собой по существу самостоятельные правовые школы, связанные с именами перечисленных выше четырех

виднейших мусульманских правоведов: ханифиты, маликиты, шафииты, ханбалиты. Наиболее распространенный из них ханифитский мазхаб (от Абу Ханифа) имел своих последователей прежде

всего в таких странах, как Египет, Турция, Индия, а также на

территории нашей страны.

Деятельность основных школ-мазхабов способствовала дальнейшему развитию мусульманского права, рациональному осмыслению новых явлений общественной жизни, выработке целого ряда

абстрактных правил, отказу от некоторых явно устаревших ("пережиточных норм"). Но постепенно углублялись противоречия и

расхождения между этими школами по важнейшим вопросам права.

Ряд самостоятельных школ возник и на базе шиизма: исмаилитская, джафаритская, зейдитская и др. Таким образом, к концу

средневековья шариат, доктринальная и нормативная основа которого усложнилась и претерпела существенные изменения, стал

чрезвычайно сложным и необычным правовым явлением.

Источники мусульманского права. Важнейшим источником

шариата считается Коран вященная книга мусульман, состоящая из притч, молитв и проповедей, приписываемых пророку Мухаммеду. Исследователи находят в Коране положения, которые

заимствованы из более ранних правовых памятников Востока и из

обычаев доисламской Аравии. Составление Корана растянулось на

несколько десятилетий. Канонизирование его содержания и составление окончательной редакции произошло при халифе Омаре (644656 гг.). В самом Коране его правовая значимость определяется

следующим образом: "И так мы ниспослали его как арабский судебник". Коран предписывает арабам также покинуть "обычаи отцов" в пользу правил, установленных исламом (2,165-166).

Коран состоит из 114 глав (сур), расчлененных на 6219 стихов

(аята). Большая часть этих стихов имеет мифологический характер, и лишь около 500 стихов содержат предписания, относящиеся

к правилам поведения мусульман. При этом не более чем 80 из них

можно рассматривать как собственно правовые (в основном это

правила, относящиеся к браку и семье), остальные касаются религиозного ритуала и обязанностей.

Большая часть положений Корана носит казуальный характер и представляет собой конкретные толкования, данные пророком в связи с частными случаями. Но многие установления имеют

весьма неопределенный вид и могут приобретать разный смысл в

зависимости от того, какое содержание в них вкладывается. В последующей судебно-богословской практике и в правовой доктрине

в результате достаточно свободного толкования разными мазхаба

421

ми они получили свое выражение в противоречивых, а нередко и

во взаимоисключающих правовых предписаниях.

Другим авторитетным и обязательным для всех мусульман

источником права была Сунна ("священное предание"), состоящая

из многочисленных рассказов (хадисов) о суждениях и поступках

самого Мухаммеда. В хадисах также можно встретить различные

правовые напластования, отражающие развитие социальных отношений в арабском обществе. Окончательное редактирование хадисов было осуществлено в IX веке, когда были составлены 6 ортодоксальных сборников сунны, наибольшую известность из которых

получил сборник Бухари (умер в 870 году). Из сунны также выводятся нормы брачного и наследственного, доказательственного и

судебного права, правила о рабах и т.д. Хадисы Сунны, несмотря

на их обработку, содержали много противоречащих друг другу

положений, и выбор наиболее "достоверного" из них всецело относился к усмотрению богословов-правоведов и судей. Считалось,

что имеют силу лишь те хадисы, которые были пересказаны сподвижниками Мухаммеда, причем, в отличие от суннитов, шииты

признавали действительными лишь те хадисы, которые восходили

к халифу Али и к его сторонникам.

Третье место в иерархии источников мусульманского права

занимала иджма, которая рассматривалась как "общее согласие

мусульманской общины". Наряду с Кораном и Сунной она относилась к группе авторитетных источников шариата. Практически

иджма складывалась из совпадающих мнений по религиозным и

правовым вопросам, которые были высказаны сподвижниками

Мухаммеда (число которых насчитывало более 100 человек) или

впоследствии наиболее влиятельными мусульманскими теологами-правоведами (имамами, муфтиями, муджтахидами). Иджма развивалась как в виде интерпретаций текста Корана или Сунны, так

и путем формирования новых норм, которые уже не связывались с

Мухаммедом. Они предусматривали самостоятельные правила поведения и становились обязательными в силу единодушной поддержки муфтиев или муджтахидов. Такой способ развития норм

мусульманского права получил название "иджтихад". Правомерность иджмы как одного из основных источников шариата выводилась из указания Мухаммеда: "Если вы сами не знаете, спросите

тех, кто знает".

Большая роль иджмы в развитии шариата состояла в том,

что она позволяла правящей религиозной верхушке Арабского халифата создавать новые правовые нормы, приспособленные к меняющимся условиям феодального общества, учитывающие специфику завоеванных стран. К иджме в качестве источника права,

дополняющего шариат, примыкала и фетва ешения и мнения

отдельных муфтиев по правовым вопросам. В VIII-IX вв. в связи

С широким распространением метода "иджтихада" мусульманское

право активно развивалось доктринальным путем в трудах указанных выше основателей главных правовых школ, а позднее в

работах их ведущих последователей и учеников. В Х в. рядом

422

авторитетных теологов-юристов были проведены работы по систематизации накопленного к этому времени обширного правового

материала. С XI в. в связи с обострившимися противоречиями

между главными течениями в исламе и разными правовыми школами (мазхабами) мусульманское право фактически не существовало как единая система. Внутренние расхождения в нем приобрели существенный характер.

Одним из наиболее спорных источников мусульманского права, вызывавшим острые разногласия между разными направлениями, был кияс ешение правовых дел по аналогии. Согласно

киясу правило, установленное в Коране, Сунне или иджме, может

быть применено к делу, которое прямо не предусмотрено в этих

источниках права. Кияс не только позволял быстро урегулировать

новые общественные отношения, но и способствовал освобождению

шариата в целом ряде моментов от теологического налета. Но в

руках мусульманских судей кияс часто становился и орудием откровенного произвола. Наиболее широко данный метод был обоснован Абу Ханифа и его последователями анифитами. Наиболее резко против кияса выступили ханбалиты и особенно шииты,

которые вообще не признавали его в качестве источника права.

В качестве дополнительного источника права шариат допускал и местные обычаи, не вошедшие непосредственно в само мусульманское право в период его становления, но не противоречившие прямо его принципам и нормам. При этом признавались правовые обычаи, сложившиеся в самом арабском обществе (урф), а

также у многочисленных народов, покоренных в результате арабских завоеваний или же подвергшихся в более позднее время влиянию мусульманского права (адаты), в частности у народов, населявших нашу страну.

Наконец, производным от шариата источником мусульманского права были указы и распоряжения халифов ирманы. В

последующем в других мусульманских государствах с развитием

законодательной деятельности в качестве источника права стали

рассматриваться и играть все возрастающую роль законы ануны. Фирманы и кануны также не должны были противоречить

принципам шариата и дополняли его прежде всего нормами, регламентирующими деятельность государственных органов и регулирующих административно-правовые отношения государственной

власти с населением.

Правовое регулирование имущественных и семейных отношений. Хотя шариат не знал как такового деления права на отдельные отрасли, гражданско-правовые отношения, в частности

право собственности, договорное и деликтное право, получили в

нем заметное развитие.

Особое внимание в шариате уделялось "праву личного статуса".

В Арабском халифате, как и во многих других государствах средневекового Востока, не сложился особый сословный строй с

присущей ему иерархией неравноправных сословно-корпоративных групп. По мусульманскому праву юридическое положение лица

423

определялось его вероисповеданием. Полноправный личный статус по шариату имели только мусульмане. Лица, исповедовавшие

христианство или иудаизм (так называемые зиммии), находились в

приниженном положении и были обязаны уплачивать тяжелый

государственный налог (джизья). Нормы шариата применялись к

ним лишь в тех случаях, когда они заключали сделки с мусульманами или совершали преступления. Развитие социальных отношений оказало влияние на положение рабов. Они не признавались

субъектами права, но могли с согласия своих хозяев вести торговые операции и приобретать имущество. Отпуск рабов-мусульман

на волю рассматривался как богоугодное дело. Характерной чертой правового статуса личности по шариату являлось также неравенство мужчины и женщины.

Поскольку согласно религиозным представлениям шариата

субъектом права являлся лишь Аллах, то мусульманин рассматривался как носитель установленных богом обязанностей. Лишь в

той мере, в какой он соблюдал свой религиозный долг, следуя

велениям ислама, он получал право на предусмотренные шариатом притязания и на другие юридические возможности. Поэтому

мусульманские правоведы разрабатывали не столько вопрос о правоспособности, сколько о дееспособности лица, то есть о его возможности участвовать в сделках и в иных правовых актах. Гражданская дееспособность рассматривалась в качестве необходимого

условия для приобретения имущественных прав. В полном объеме

дееспособность предоставлялась лицам, достигшим совершеннолетия и находившимся в здравом рассудке. Право устанавливать факт

достижения совершеннолетия в каждом отдельном случае осуществлялось судьей, который решал этот вопрос по своему усмотрению. Было известно также понятие ограниченной дееспособности

для малолетних, слабоумных, лиц, находившихся в состоянии опьянения и т.д.

Важное место в мусульманской правовой доктрине занимали

нормы, регламентирующие имущественные отношения. Прежде всего

в правовой доктрине было закреплено представление об имуществе как объекте вещных прав. Особую категорию составляли вещи,

которые не могли или не должны были находиться в собственности

мусульманина. Это оздух, море, пустыня, мечети, водные пути

и т.п. Не признавалась собственность мусульман и на так называемые "нечистые вещи" ино, свинину, книги, противоречащие

положениям ислама, и т.д. Нередко в ходе арабских завоевательных походов эти вещи подвергались уничтожению, хотя вопрос о

праве на истребление имущества, принадлежащего неверным, был

спорным и трактовался по-разному в различных мазхабах. Мусульманскому праву было известно также деление вещей на движимые и недвижимые, заменимые и незаменимые, характеризующиеся индивидуальными признаками и не имеющие таковых и т.д.

Большое внимание мусульманские правоведы уделяли классификации земельных имуществ. В особые группы выделялось государ

424

ственное имущество, земли, принадлежащие частным лицам, брошенные земли, земли, непригодные для обработки и т.п.

В шариате подробно определялись способы возникновения

права собственности, причем по некоторым из них правоведы, представители разных мазхабов, высказывали разноречивые мнения.

Завоевательные походы арабов с большой остротой поставили вопрос о правомерности военных захватов, о самом порядке возникновения права собственности на захваченное имущество. Завоеванные земли по общему правилу рассматривались как собственность

государства и поступали в распоряжение халифов и эмиров. Правовой статус иного имущества, добытого у неприятеля, определялся прежде всего в зависимости от того, было оно получено насильственным или ненасильственным путем. Имущество, захваченное

силой, делилось на несколько частей, размер которых по-разному

определялся в отдельных мазхабах. Одна из них переходила в собственность добытчика, вторая должна была быть передана государству, третья ечетям и т.д. Шариату были известны и такие

способы приобретения права собственности, как наследование, договор, находка вещи. В последнем случае своеобразным было то,

что владелец земли, нашедший на своем участке чужую вещь,

становился ее собственником.

Сложившийся в мусульманских государствах строй отношений

собственности тщательно регламентировался и охранялся нормами

шариата. Праву частной собственности приписывалось божественное происхождение, оно рассматривалось как постоянное и неограниченное, а собственник имел абсолютную свободу распоряжения

своим имуществом. Незыблемость частной собственности выводилась непосредственно из Корана, где говорилось: "И не простирай

своих глаз на то, чем мы наделили некоторые пары" (20, 31).

Особый правовой режим имели земли, составлявшие первоначальную территорию мусульманской общины (Мекка с прилегающей территорией), которые назывались хиджаз. На этих землях могли селиться только мусульмане, здесь нельзя было рубить

деревья, охотиться и т.п. Население покоренных земель, как правило, теряло свои собственнические права, которые переходили

государству. Землевладельцы же рассматривались теперь как арендаторы и обязаны были платить тяжелый налог (а-арабж).

Частная феодальная собственность в Арабском халифате (мулък)

имела подчиненное значение по сравнению с государственной собственностью и общинным землепользованием и не получила широкого распространения. В отличие от феодальной собственности в

странах Европы она не имела иерархической структуры, не связывалась условиями службы. С ростом государственного земельного

фонда и развитием феодальных отношений получили распространение и условные формы земельных владений. Часть захваченных

земель стала предоставляться отдельным представителям феодальной верхушки за военную или государственную службу (икта).

Владелец такой земли (иктадар) получал право собирать в свою

пользу подати с подвластного населения. Поскольку икта со вре

425

менем стала передаваться по наследству, по своему фактическому

положению она приближалась к землям, закрепленным по праву

собственности. Согласно первоначальному толкованию Корана пресная вода, также как и воздух, считалась общим достоянием. Но

постепенно колодцы, пруды и мелкие озера переходили в собственность крупных землевладельцев. Лишь значительные реки и

озера по-прежнему входили в общую систему общинной и государственной собственности, что определялось необходимостью проведения совместных ирригационных работ, осуществляемых под

контролем должностных лиц.

Своеобразным институтом шариата, связанным с вещными правами, был вакуф, представлявший собой имущество (обычно недвижимое), переданное собственником на какие-либо религиозные или благотворительные цели (мечетям, медресе и т.д.). Лицо,

установившее вакуф, теряло право собственности на данное имущество, но сохраняло за собой право выступать в качестве управляющего вакуфом и резервировать определенный доход с вакуфа

для себя и своих наследников. Имущества, составляющие вакуф, не

могли быть предметом купли-продажи, залога и т.д. Вакуфные

земли, однако, могли сдаваться в аренду или обмениваться на равноценное земельное имущество. Данный институт широко использовался богатой верхушкой с целью уклонения от уплаты высоких

налогов, поскольку имущество, составляющее вакуф, освобождалось от государственного обложения.

В шариате в отличие от римского права не формулировалась^

общая концепция обязательства, но практические вопросы договорного права, опосредовавшего торгово-денежный оборот, получили всестороннюю разработку. Обязательства делились на возмездные и безвозмездные, двусторонние и односторонние, срочные

и бессрочные. Характерным для мусульманского общества было

распространение специфических односторонних обязательств обетов.

Договор по шариату рассматривался как связь, возникающая

из взаимного соглашения сторон, которое, однако, в условиях имущественного неравенства имело чисто формальный характер. Условия договора могли быть выражены в любом виде: в документе,

в неофициальном письме, устно. Заключенные договоры рассматривались как незыблемые. Обязанность соблюдать "свои договоры"

рассматривалась в Коране (23,8) как священная. Недействительными считались договоры, заключенные с безнравственными целями

с использованием "нечистых" или изъятых из оборота вещей.

Мусульманские правоведы не ставили жестких условий, касающихся формы выражения воли сторон в договоре. Согласие сторон на вступление в договор, условия договора могли быть выражены в документе, устно и в виде неофициального письма. В шариате подробно регламентировались различные виды договоров:

купля-продажа, заем, дарение, наем, ссуда, хранение, товарищество, союз и т.д. В связи с широким развитием торговли одним из

наиболее разработанных договоров была купля-продажа. О пра

426

вомерности торговли "по взаимному согласию" говорилось еще в

Коране (4,33).

Договор купли-продажи допускался лишь в отношении реально существующих вещей, и только в ханифитском мазхабе признавалась продажа вещей, которые должны быть произведены в

.будущем. В случае обнаружения скрытых недостатков в купленных вещах (болезнь у раба, животного и т.п.) покупатель мог расторгнуть договор.

В шариате содержались положения, которые формально осуждали ростовщичество. Еще в Коране говорилось, что "Аллах разрешил торговлю и запретил рост" (2,276). Но на практике этот

запрет часто нарушался. Запрещалось обращать должника в рабство за неуплату долгов, но его можно было заставить отработать

свой долг кредитору. Такая форма расчета с кредитором соответствовала развитию феодальных форм эксплуатации.

Большое внимание в мусульманском праве уделялось отношениям имущественного найма, прежде всего аренде земли. Было

известно несколько видов найма, причем первостепенное внимание

уделялось вопросам размера и порядка взимания арендной платы

в пользу собственника. Широкое распространение в арабском обществе получили договоры союза и товарищества. Эта правовая

форма использовалась для совместного орошения земли, снаряжения торговых караванов и т.д.

Мусульманская религия и шариат рассматривают безбрачие

как нежелательное состояние, а брак как религиозную обязанность

мусульманина. Но на деле брачный договор нередко выступал как

своеобразная торговая сделка. Формально для заключения брака

требовалось согласие сторон, в том числе и невесты (только шафииты не считали такое согласие обязательным). Но поскольку

считалось, что волю невесты вправе выразить родители, брачный

договор часто превращался в замаскированную форму продажи

девушки. Фактически отец распоряжался брачной судьбой своих

дочерей, стремясь при этом получить максимально высокий выкуп. Так как согласно преданию Мухаммед женился на Айше, когда

ей исполнилось девять лет, этот возраст был признан как достаточный для вступления в брак женщин. У шиитов допускался временный брак, заключенный на определенный срок. По шариату

мусульманин не имел права вступать в брак с неверующими и

отступниками от ислама. Браки, заключенные с нарушением этих

условий, расторгались. Но мусульманину разрешалось жениться

на женщинах, исповедующих другую религию, поскольку предполагалось, что муж обратит свою жену в мусульманскую веру. Женщине-мусульманке было запрещено выходить замуж за иноверца.

Коран признавал за мусульманином право иметь до четырех

жен одновременно. Кроме того, можно было иметь наложниц иэ

числа рабынь. Но муж обязывался предоставить каждой жене имущество, жилище и одежду, которые соответствовали его положению. На практике содержать нескольких жен, а тем более специальные гаремы с невольницами могли лишь представители верхушки феодального общества.

427

Мусульманская религия обосновывала приниженное и зависимое положение женщины в семье. Превосходство мужа обосновывалось следующим указанием в Коране: "Мужья стоят выше

жен потому, что бог дал первым преимущество над вторыми, и

потому, что они из своих имуществ делают траты на них" (4,38).

Жена не участвовала в расходах по дому, которые возлагались на мужа, но была обязана вести домашнее хозяйство, воспитывать детей. Ее право участвовать самостоятельно в имущественном обороте было крайне ограниченно. Маликиты, например,

считали, что жена без согласия мужа может распоряжаться не

более чем третьей частью имущества.

Коран разрешал мужу применять к женам различные наказания, включая телесные: "А тех, непокорности которых вы боитесь,

увещайте, и покидайте их на ложах, и ударяйте их" (4,38).

В мусульманском праве подробно определялись поводы к разводу и его процедура. Любой из четырех браков мог быть расторгнут, число последующих браков и разводов не регламентировалось. Шариат знал несколько видов разводов, различавшихся как

по самому порядку, так и по его юридическим последствиям. Например, был возможен временный развод, предусматривающий

своеобразный испытательный срок. Хотя поводы для развода были

точно определены (отступничество от ислама и т.д.), муж мог развестись с женой и без объяснения причин в упрощенной форме

(талак), произнеся одну из установленных фраз: "ты отлучена" или

"соединись с родом". В случае развода муж должен был выделить

жене необходимое имущество "согласно обычаю". Разведенная женщина в течение трех месяцев оставалась в доме бывшего мужа,

чтобы определить, не является ли она беременной. В случае рождения ребенка он должен был быть оставлен в доме отца. Жена

могла требовать развода только через суд, ссылаясь лишь на строго очерченные основания: муж имел физические недостатки, не

выполнял супружеских обязанностей, жестоко обращался с женой

или не выделял средств на ее содержание.

Чрезвычайно сложным и запутанным было наследственное

право, которое к тому же имело существенные различия в разных

правовых школах. Признавались два порядка наследования: по завещанию и по закону. Завещание не могло составляться в пользу

законных наследников, затрагивать более трети имущества завещателя, его составление требовало присутствия двух свидетелей.

Особенно разработанным был порядок наследования по закону. Из

имущества умершего прежде всего покрывались расходы, связанные с его погребением, затем выплачивались все его долги. Особенностью шариата было то, что наследованию подлежали только

имущественные права умершего, а не обязанности, которые не могли

переходить наследникам.

Оставшееся имущество переходило к законным наследникам

умершего; они делились на несколько категорий, внутри которых

устанавливалась своя очередность призвания к наследству. Так, в

первую очередь наследство получали дети умершего, затем его

428

братья, дяди и т.д. Наследственная доля женщин была вдвое меньше доли мужчин.

На получение наследства не имели права вероотступники,

разведенные супруги, лица, которые, хотя бы и неумышленными

действиями, вызвали смерть наследодателя. Лишь маликиты признавали право на наследство за убийцей, если он руководствовался справедливыми мотивами.

Преступления и наказания. Нормы уголовного права представляли собой наименее разработанную часть шариата. Они отличались архаичностью, отражали сравнительно низкий уровень

юридической техники. Отсутствовало общее понятие преступления, слабо были разработаны такие институты, как покушение,

соучастие, смягчающие и отягчающие вину обстоятельства и т.п.

Еще средневековые мусульманские правоведы разделили все

преступления на три группы. Первую из них составляли преступления, которые восходили, согласно мусульманской доктрине, к

указаниям самого Мухаммеда. Они трактовались как посягательства на "права Аллаха" и не допускали прощения. Сюда относилось

прежде всего отступничество от ислама, каравшееся смертной казнью. Столь же сурово карались наиболее дерзкие преступления

против порядка управления унт и сопротивление государственным властям. К этой же группе преступлений, объявленных

тяжким религиозным грехом, относились кражи, употребление

спиртных напитков, прелюбодеяние, а также ложное обвинение в

прелюбодеянии.

Вторую группу преступлений составляли противоправные

действия, которые рассматривались как посягательства не на права всей мусульманской общины, а на права отдельных лиц. Нормы,

регулирующие их, восходили к обычаям родоплеменного строя, сохраняли следы непосредственной расправы потерпевшего с обидчиком. Так, умышленное убийство или смертельное ранение влекли за собой кровную месть со стороны родственников убитого. В

шариате, правда, уже предусматривалась возможность замены

кровной мести денежным выкупом, если родственники убитого прощали убийцу. За неумышленное убийство устанавливался выкуп,

который сопровождался двухмесячным постом и отпуском на волю

раба-мусульманина. Для других преступлений данной группы, в

частности за телесные повреждения, ответственность также возникала по принципу возмездия, т.е. талиона. Этот принцип отчетливо закрепляется в Коране, где предписано: "душа а душу, и

око а око, и нос а нос, и ухо а ухо, и зуб а зуб, и

раны тмщение" (5, 49).

Наконец, третью группу преступлений составляли действия,

которые не рассматривались как наказуемые в период становления халифата, а поэтому не упоминались в основных источниках

шариата. С развитием правовой доктрины и стремлением имущей

верхушки укрепить сложившийся общественный порядок начинают рассматриваться как уголовные преступления и наказываться

в судебном порядке такие действия, как неуплата закята, несоблю

429

дение поста, легкие телесные повреждения, оскорбления, хулиганство, обвешивание и мошенничество, взяточничество, растрата государственных средств, азартные игры и т.п. Мера наказания по

таким делам зависела от мнения, высказываемого муджтахидами,

и от усмотрения отдельных судей.

Наказания по мусульманскому праву отразили как архаичные

и догосударственные способы возмездия, так и достаточно разработанные меры целенаправленной уголовно-правовой репрессии.

Преступления первой и второй группы влекли за собой строго фиксированные и суровые наказания (хадд и кисас). Наказания

за преступления, относящиеся к третьей группе (тазир), отличались большим разнообразием и гибкостью (от 4 до 11 видов таких

наказаний), но также имели ярко выраженный карательный характер. Как отмечалось выше, шариат допускал и тем самым узаконивал кровную месть (в несколько ограниченных по сравнению с

доисламским периодом размерах), талион, а также выкуп в вещах

или деньгах (до 100 верблюдов или 1 тыс. динаров золота) как

компенсацию потерпевшему или его родственникам, если они отказывались от своего права на кровную месть.

В шариате предусматривались типичные для средневековья

жестокие и устрашающие наказания. Так, смертная казнь, назначавшаяся по целому ряду преступлений, обычно совершалась публично (путем повешения или четвертования), а затем тело казненного выставлялось на всеобщее поругание. Применялись и такие

виды казни, как утопление и закапывание заживо. Широко использовались также членовредительские и телесные наказания отсечение пальцев, рук и ног, бичевание, битье камнями и т.п.

Тюремное заключение в Арабском халифате применялось обычно

для содержания преступников до суда, но постепенно стало использоваться и как мера наказания, причем в отдельных случаях

назначалось пожизненное заточение. Лишение свободы выражалось также и в домашнем заключении или в помещении в мечеть.

Мусульманское право знало также имущественные санкции (конфискации, штрафы и т.п.) и позорящие наказания ритье бороды, лишение права носить чалму, публичное осуждение и т.д., а

также ссылку и высылку (за мелкие преступления).

Судебный процесс. Процесс по мусульманскому праву носил,

как правило, обвинительный характер. Дела возбуждались не от

имени государственных органов, а заинтересованными лицами (за

исключением преступлений, направленных против государственной власти). Различия между уголовными и гражданскими делами

(в самом судебном процессуальном порядке) практически отсутствовали. Судебные дела рассматривались публично, обычно в мечети, где могли присутствовать все желающие. Стороны должны были

сами вести дело, не прибегая к помощи адвокатов.

Процесс проходил устно, письменное делопроизводство не

применялось, хотя со времени правления Абассидов по гражданским делам составлялись судебные протоколы. Основными доказательствами были признания сторон, показания свидетелей, клят

430

вы. Дело должно было решаться на одном заседании и не могло

откладываться на следующий день. По существу процесс в суде

превращался в своеобразное состязание сторон, где, естественно,

богатый и бедный не были в равном положении. При вынесении

решения судья, за исключением сравнительно небольшой категории дел, обладал большой, свободой усмотрения, что давало ему

возможность руководствоваться личными симпатиями и учитывать социальное положение сторон. Особенностью процессуального права шариата было то, что судебное решение не рассматривалось как окончательное и бесповоротное. В случае установления

новых фактов и обстоятельств по рассмотренному ранее делу судья мог пересмотреть свое собственное решение. Это открывало

простор для злоупотреблений и произвола. При оценке доказательств в суде господствовал формализм. Так, полным доказательством по делу считались показания двух достойных доверия свидетелей-мусульман. Показания женщин рассматривались как половинные доказательства. При отсутствии достоверных или убедительных доказательств применялась клятва, которую обычно

должен был произнести ответчик или обвиняемый. Клятва, произнесенная по особой торжественной форме и с ссылкой на Аллаха,

принималась как веское доказательство в судебном процессе. Она

освобождала обвиняемого от ответственности или по крайней мере

смягчала наказание (например, при обвинении в умышленном убийстве). Признание обвиняемого, если оно было сделано совершеннолетним, вменяемым, не под влиянием принуждения, рассматривалось в качестве доказательства, достаточного для вынесения решения суда.

Глава 31. Основные черты права средневекового Китая

Источники права. Развитие китайского средневекового права

проходило главным образом по линии разработки норм уголовного

права, регулирования сословно-ранговых различий, налоговых повинностей населения, обязанностей различных категорий держателей государственных земель, а также лиц, ответственных за сохранение государственной собственности, за пополнение государственной казны. Все эти тесно связанные между собой нормы и

составляли содержание многочисленных правовых памятников, династийных сводов законов, получивших название кодексов.

В династийных сводах законов костяк норм создавался основателем династии (эти нормы со временем приобретали черты божественного установления), а его преемники расширяли, дополняли этот костяк своими законодательными постановлениями, совершенствуя их.

Начиная с Хань, сборники законов неизменно строились на

закреплении стабильного ядра традиционно-правовых норм юй,

431

которые дополнялись новыми ин. Постепенно между люй и

лин произошло разделение по сферам правового регулирования:

люй включали уголовные законы, а лин дминистративные постановления и пр.

Большая работа по систематизации законов была проведена в

суйском (VI в.) и танском (VII в.) Китае. При династиях Суй (581618 гг.) и в первый период правления Тан кодексы подвергались

пересмотру каждое царствование. Первым дошедшим до нас сводом законов был кодекс VII в. династии Тан ("Тан люй шу-и").

Новая активизация законодательной деятельности китайских

императоров имела место в период правления всекитайской династии Сун в связи с усилением власти центрального правительства.

В 960-963 гг. было составлено "Исправленное и пересмотренное

собрание уголовных законов", почти целиком повторяющее танский кодекс.

В связи со значительным увеличением текущего законодательства работа по классификации законов и постановлений продолжалась и в последующие годы. В конце XI в. в Китае было

создано специальное бюро по пересмотру и классификации законов, которое, в частности, подготовило "Свод законов из 900 статей". В конце XIV в. увидел свет "Свод законов династии Мин",

воспроизводивший многие положения предшествующих кодексов.

Характерно, что эта практика не была изменена и после установления в Китае маньчжурской династии Цин (1644-1912 гг.). Уже в

1644 году, после захвата маньчжурами Пекина, началась работа по

изучению минского кодекса, одной из целей которой было внесение

в него исправлений и изменений в соответствии с новыми политическими реалиями.

В результате работы маньчжурских придворных сановников

и судей в 1647 году был создан кодекс, подавляющее большинство

положений которого было заимствовано из старого кодекса династии Мин (1369-1644 гг.), причем часть из них в виде основных,

коренных положений (люй), которые н" разрешалось изменять. Более

трехсот положений цинского кодекса было взято из дополнительных постановлений минского кодекса, в который, в свою очередь,

вошли без всяких изменений многие положения танского кодекса.

Составленные на основе старых кодексов, маньчжурские кодексы

XVII в. почти без изменений действовали в Китае вплоть до начала XX в., определяя содержание принципов и норм традиционного

китайского права.