5.1. Понятие сверхимперативной нормы
Как отмечалось выше, разнонаправленный подход в своем классическом проявлении предполагает определение применимого права на основании коллизионных норм lex fori, которые по общему правилу не учитывают содержание иностранного материального права, а также желание законодателя той или иной страны в обеспечении применимости определенных норм к той или иной ситуации.
Данный подход вступил в противоречие с реалиями XX в., на протяжении которого наблюдается существенное увеличение государственного вмешательства в регулирование экономических отношений. Государства принимают многочисленные императивные нормы, направленные на защиту публичного интереса, которые непосредственно затрагивают сферу частного права. Значительная часть подобного рода предписаний сформулирована в виде императивных запретов, нарушение которых отдельными участниками оборота предполагает наступление таких гражданско-правовых последствий, как недействительность сделок или невозможность исполнения гражданско-правового обязательства.Наиболее полная классификация императивных норм подобного рода приведена в работе М. Блессинга (M. Blessing), который выделяет нормы, направленные на:
- защиту интересов государств, направленных на поддержание платежной системы и платежного баланса данного государства (нормы валютного регулирования, ограничения на совершение определенных платежных операций, запрет так называемых золотых оговорок (gold clauses), которые ставят размер подлежащего уплате денежного предоставления в зависимость от котировок золота);
- защиту фискальных интересов (таможенно-тарифное регулирование, запрет так называемого трансфертного ценообразования и т.п.);
- защиту экономических интересов отечественных производителей (лицензирование и квотирование экспорта и импорта, введение других разновидностей нетарифных ограничений экспорта и импорта);
- защиту местных финансовых рынков (ограничения, связанные с рынком ценных бумаг и фондовыми биржами);
- реализацию политических и военных интересов государства (эмбарго и бойкоты, введенные по соображениям политического характера, запреты на совершение сделок с лицами из определенных иностранных государств);
- защиту окружающей среды и животного мира (запреты на ввоз товаров, содержащих определенные вредные вещества, запрет на оборот определенного вида животных и растений);
- защиту конкуренции и эффективное функционирование товарных и финансовых рынков (нормы антимонопольного законодательства, нормы, направленные на предотвращение коррупции, и т.п.) <306>.
--------------------------------
<306> См.: Blessing M. Impact of the Extraterritorial Application of Mandatory Rules of Law on International Contracts.
Swiss Commercial Law Series. Ed. by Vogt. Vol. 9. 1999. P. 14 - 15. Указанный перечень сверхимперативных норм нельзя считать исчерпывающим.Государства не могли мириться с тем, что указанные императивные нормы, имеющие для государств особо важное значение, не применялись в связи с тем, что коллизионные нормы указывали на действие норм другого правопорядка.
Нетрудно заметить, что большая часть подобного рода норм традиционно относится к сфере публичного права. В отношении публично-правовых норм к середине XX в. практически незыблемым считался постулат об их строго территориальном характере действия, что означало невозможность применения иностранных публично-правовых норм в судах другого государства. В то же время суды не могли не применять отечественные публично-правовые нормы. Сложившаяся ситуация, среди прочего, вступала в противоречие с основной задачей, поставленной перед международным частным правом Савиньи, - задачей достижения международного единообразия решений. О подобном единообразии невозможно вести речь в ситуации, когда применение значительной группы материально-правовых норм, оказывающих важное влияние на частноправовые отношения, зависит от того, суд какого государства рассматривает спор. Очевидной стала потребность в выработке механизма, единообразно определяющего механизм и сферу действия рассмотренной группы императивных норм.