<<
>>

Наряду с полицией общей безопасности формировались структуры политической полиции, расширялась

Наряду с полицией общей безопасности формировались структуры политической полиции, расширялась сеть тайных осведомителей (т. н. мушардов).

Полиция обладала практически неограниченным правом на арест, в том числе и с использованием т.

н. «приказов в запечатанных конвертах» (lettres de cachet). Последние представляли собой бланк документа, дающего право на арест, который был уже скреплен подписями и печатью, так что оставалось только вписать в него соответствующее имя. Такие бланки можно было приобрести за деньги (в среднем за 25 ливров). И хотя формально эти документы являлись лишь средством задержания преступника до передачи его в руки органов правосудия, «временное» задержание зачастую перерастало в весьма длительное, иногда пожизненное, без доказательств вины и обоснования наказания. Подсчитано, что при Ришелье было использовано не менее 50 тыс. подобных «тайных приказов». Несмотря на всеобщее недовольство такой практикой, означавшей уничтожение самого принципа личной безопасности, она имела широкое распространение вплоть до конца абсолютистского режима. Лишь специальный декрет Учредительного собрания от 13 марта 1790 г. положил конец этому вопиющему беззаконию.

Кризис абсолютной монархии. Французский абсолютизм, со всеми его материальными и идеологическими атрибутами, представлял собой классический образец неограниченной монархии. На ранних стадиях формирования капиталистических отношений он сыграл свою прогрессивную историческую роль, завершив решение важнейших общенациональных задач (окончательное территориальное объединение страны, формирование единой французской нации, обеспечение экономического прогресса, совершенствование административно-управленческой системы). Однако с течением времени абсолютизм постепенно исчерпывал свои исходные прогрессивные потенции и все более определенно превращался в тормоз общественного развития.

К середине XVIII в.

абсолютная монархия вступила в полосу кризиса, который постепенно приобретал всеобъемлющий, системный характер. Правительство было вынуждено искать спасения в экономических и административных преобразованиях, проводимых министрами-реформаторами А. Тюрго, Ж. Неккером, Ш. Калонном и др. в годы правления последнего из абсолютистских монархов Людовика XVI (1774—1792 гг.). Однако эти реформы характеризовались непоследовательностью и не имели четко выраженной социальной направленности. Вследствие этого они не встретили требуемой поддержки ни со стороны общества, ни со стороны правящих верхов. Оставаясь до конца последовательным выразителем политической воли дворянского класса, абсолютизм объективно не мог стать защитников интересов новых общественных сил, возглавляемых буржуазией. Чтобы подобная метаморфоза оказалась хотя бы теоретически возможной, абсолютизму пришлось бы радикально изменить свою классовую сущность — само собой разумеется, что подобный вариант развития событий был изначально исключен. Напротив, по мере дальнейшего кризиса феодальной системы, сопровождавшегося разложениемфеодальной государственно-правовой организации, политика королевской власти становилась все более реакционной: абсолютизм взял на себя задачу спасения обреченного историей феодального строя, основанного на иерархической системе собственности и порожденной ею сословной структуре общества.
<< | >>
Источник: Кучма В.В.. Государство и право Древнего мира и Средних веков: В двух частях. — Волгоград: Издательство Волгоградского государственного университета,2001. — 548 с. 2001

Еще по теме Наряду с полицией общей безопасности формировались структуры политической полиции, расширялась:

  1. ПРЕДИСЛОВИЕ