Социальная мобильность
дике, 1959). Согласно им, уровни восходящей социальной мобильности внутри поколений — особенно между занятиями ручным и неручным трудом — были по существу одинаковыми во всех индустриальных обществах, несмотря на различия в моделях индустриализации, структуры образования и т.д.
Но последующие исследования (см. Миллер, 1960) уточнили этот тезис, указав на значительные различия в более детальных образцах социальной мобильности. Так, Германия, Италия и Испания менее “открытые”, чем Англия или США, а социалистические страны в целом имели более высокие уровни, чем несоциалистические (например, и страны восточного блока, и социал-демократические общества, вроде Швеции, см. Хит, 1981).Следующее важное различие — между структурной и неструктурной социальной мобильностью, где первое относится к движениям, ставшим возможными благодаря фундаментальным изменениям в форме структуры занятости (в частности, в удельном весе определенных классов, статусных групп и т.д.) в рамках конкретного общества, а второе — к любым движениям, которые не предполагают таких изменений. Одно из главных предположений состоит в том (см. таблицу), что структуры занятости часто являются более фундаментальными в определении формы и величины социальной мобильности в рамках определенного общества или исторического периода (то есть вызывают “структурную мобильность”), чем различия в образовательных учреждениях, индивидуальной мотивации и т.д (то есть неструктурных источников мобильности). Однако, хотя способность последнего воздействовать на ее уровни может быть ограничена, “неструктурные” факторы, вроде образования, тоже создают различие, особенно там, где действуют в качестве стимуляторов изменений в структурах занятости, например, способствуя “профессиональной модернизации” — профессиональному переходу, предполагающему “замену” недипломированных специалистов дипломированными, или более общему повышению в статусе и содержании конкретных рабочих мест (ср. Креденциализм).
Некоторые исследователи считали темпы социальной мобильности в Великобритании относительно устойчивыми в течение послевоенного периода, но исследование Голдторпа и др. (1980) указало на то, что в целом уровни восходящей мобильности (включая вступление в класс сферы услуг) выше, чем принято считать, за счет “структурной мобильности”.
Там, где в центре внимания находится равенство возможностей между социальными классами, важнее степень мобильности, как