Сорокин Питирим
Мысль Сореля о мифе и насилии была широко и неверно истолкована. Ведь главным образом он пытался разоблачить рационалистскую и буржуазную мелочность и лицемерие. Миф состоял в идеях, чья полезность заключалась не в их когнитивной ценности, а в их способности вызывать лояльность и вдохновлять деятельность.
Все общества имели мифы, служившие этим целям, и аналогичным образом использовали насилие, хотя, как правило, в репрессивных и/или грабительских целях. Великим мифом рабочих была всеобщая стачка. Она вдохновляла их на революционную деятельность, насильственный характер которой развивал их солидарность, заставляя полагаться в борьбе друг на друга как на братьев и сестер. Так же обстояли дела и с насилием. Если оно не было ни репрессивным, ни грабительским, то освобождало; его применение устраняло слабых и соглашателей, способствуя мощному рабочему движению, способному к свержению декадентского буржуазного общества. Идеи Сореля имели некоторое влияние во Франции и Италии в начале 20-го столетия, но впоследствии стали расцениваться лишь как важное отражение не рационалистского поворота, предпринятого политической социологической мыслью того времени (см. также Неомакиавемисты}.СОРОКИН ПИТИРИМ (Sorokin, Pitirim) (1889-1968) - русско-американский социолог. Бывший секретарем премьер-министра Керенского во Временном правительстве России в 1917 г. и высланный из России в 1922 г., Сорокин с 1924 г. жил в США. Его первое социологическое произведение на английском языке — “Социология революций” (1925) — основывалось на его личном опыте. Отклонившееся от этой траектории исследование “Социальная мобильность” (1927) подчеркнуло и разрушительное, и созидательное воздействие социальной мобильности. В дальнейшем его творчество было крупномасштабным и посвященным макроисторичес- ким изменениям, что видно из “Социальной и культурной динамики” в 4-х томах (1937—1941) и из непочтительных, дерзких обзоров типов социологической теории, особенно из “Современной социологической теории” (1928) и “Социологических теорий сегодня” (1966). Сорокин не столько принимал преобладавшие эволюционные или связанные с развитием модели, сколько полагал, что общества лучше всего понимать как подверженные циклическим, хотя и не регулярным, образцам изменения. На исходе его карьеры роль Сорокина превратилась в несколько эксцентричного критика и американской социологии, и американского общества.