V

В сложных и спутанных сновидениях, которыми мы теперь заняты,

нельзя объяснять все несходство между содержанием сновидения и

скрытыми его мыслями только сгущением и драматизацией.

доказательства влияния еще и третьего фактора, который заслуживает

тщательного исследования.

Когда мне удается путем анализа докопаться до скрытых мыслей

сновидения, то я прежде всего замечаю, что явное содержание

сновидения состоит совсем из другого материала, чем скрытое. Конечно,

это == только внешняя разница, исчезающая при внимательном

исследовании, ибо в результате все содержание сновидения можно найти

в скрытых мыслях и почти все эти мысли находят себе выражение в

содержании сновидения. Но из этой разницы все-таки кое-что остается

еще после анализа. То, что в сновидении выступало отчетливо на первый

план как существенное, должно после анализа удовольствоваться весьма

подчиненной ролью среди других скрытых мыслей сновидения;

наоборот, те из последних, которые по свидетельству моих чувств имеют

право на самое большое внимание в сновидении, либо совсем

отсутствуют, либо выражены отдаленными намеками в неясных частях

его. Это явление я могу описать еще следующим образом: во время

работы сновидения психический акцент смещается с мыслей и

представлений, которыми они обладают по праву, к другим, неимеющим,

по моему суждению, никакого права на такое выделение; ни один

процесс не помогает так сильно, как этот, скрыть смысл сновидения и

сделать непонятной связь между содержанием сновидения и скрытыми

его мыслями. Во время этого процесса, который я назову смещением в

сновидении, наблюдается также замещение психического напряжения,

значимости и аффективной наполненности мыслей живостью образов.

Наиболее ясное в содержании сновидения кажется обыкновенно самым

важным, между тем как раз в неясной части сна часто можно обнаружить

самую непосредственную связь с наиболее существенной скрытой

мыслью сновидения.

То, что я назвал смещением в сновидении, можно было бы назвать

также переоценкой психических ценностей.

явления необходимо еще указать на то, что эта работа смещения, или

переоценки, весьма неодинакова в различных сновидениях: бывают

сновидения, образовавшиеся почти без всякого смещения и являющиеся

в то же время вполне осмысленными и понятными, каковы, например,

незамаскированные исполнения желаний в сновидении; в других

сновидениях, наоборот, ни одна из скрытых мыслей не сохранила своей

собственной психической ценности и все существенное скрытых мыслей

замещено второстепенным. Между этими двумя формами наблюдается

целый ряд постепенных переходов: чем темнее и спутаннее сновидение,

тем большее участие в его создании можно приписать процессу

смещения.

Избранный нами для анализа пример обнаруживает такое

смещение, в силу которого содержание сновидения и скрытых его

мыслей имеет центры в разных пунктах: в сновидении на первый план

выступает ситуация, будто какая-то женщина делает мне авансы; в

скрытых же мыслях центр тяжести покоится на желании отведать разок

бескорыстную любовь, "которая ничего не стоит"; последняя мысль

скрывается только за разговорами о красивых глазах и отдаленным

намеком в слове "шпинат".

Исправляя путем анализа произведенное в сновидении смещение,

мы приходим к совершенно неоспоримым выводам относительно двух

спорных проблем сновидения, именно: относительно побудителей

сновидения и связи последнего с бодрствованием. Есть сновидения,

которые сразу обнаруживают свою связь с дневными переживаниями; в

других же нельзя отыскать этой связи. Однако анализ доказывает, что

каждое сновидение без исключения связано с каким-либо впечатлением

последних дней или, вернее, последнего дня перед сновидением.

Впечатление, играющее роль побудителя сновидения, может быть так

значительно, что наяву нас не удивляет интерес к нему; в этом случае мы

справедливо считаем сновидение продолжением важных интересов дня.

Но обыкновенно, если содержание сновидения имеет какое-либо

отношение к дневному впечатлению, последнее бывает так ничтожно и

так легко забывается, что мы лишь с трудом припоминаем его.

Сновидение, будучи даже связным и понятным, как будто интересуется

самыми безразличными мелочами, которые наяву не могли бы вызвать

никакого интереса. Пренебрежение к сновидению в значительной

степени объясняется тем, что оно оказывает такое предпочтение

безразличному и неважному.

Но анализ разрушает внешнюю видимость, с которой связана эта

низкая оценка сновидения.

план в качестве побудителя безразличное впечатление, анализ

обыкновенно обнаруживает значительное и справедливо волнующее

переживание, которое в сновидении входит в обширные ассоциативные

связи с безразличным переживанием и замещается им. Там, где

сновидение занято лишенными значения и интереса представлениями,

анализ вскрывает многочисленные связи, соединяющие это неважное с

весьма значимым. Когда мы в содержании сновидения находим

безразличное впечатление вместо волнующего и безразличный материал

вместо интересного, то это нужно рассматривать как результат работы

смещения.

Придерживаясь теперь взглядов, выработанных нами при

замещении явного содержания сновидения скрытым, нужно на вопрос о

побудителях сновидения и о связи последнего с повседневной жизнью

ответить следующим образом: сновидение никогда не интересуется тем,

что не могло бы привлечь нашего внимания днем, и мелочи, не

волнующие нас днем, не в состоянии преследовать нас и во сне.

Каков же побудитель сновидения в избранном нами для анализа

примере? Это == незначительное переживание, заключающееся в том,

что приятель дал мне возможность проехаться даром в карете. Картина за

табльдотом в сновидении содержит намек на этот незначительный факт,

ибо в разговоре с приятелем я привел карету с таксометром в параллель с

табльдотом. Но я могу также указать и на важное переживание, которое

замещено во сне этим незначительным: несколько дней перед тем я

истратил много денег на одного дорогого мне члена моей семьи. И вот

скрытые мысли сновидения как бы говорят: было бы нисколько не

удивительно, если бы то лицо отблагодарило меня == любовь его не была

бы бесплатной. Бесплатная же любовь, по-видимому, стоит среди моих

скрытых мыслей на первом плане. И то обстоятельство, что я с

указанным родственником незадолго перед тем несколько раз ездил в

карете, приводит к тому, что поездка с моим приятелем напоминает мне

об отношениях к первому.

переживание могло сделаться побудителем сновидения, необходимо еще

одно условие, не нужное для действительного источника сновидения: это

переживание должно быть всегда недавним, т. е. относиться ко дню

перед сновидением.

Я не могу оставить вопроса о смещении сновидений, не упомянув

еще об одном удивительном явлении, которое наблюдается при

образовании сновидения под влиянием сгущения и смещения. При

рассмотрении сгущения мы уже имели возможность познакомиться с

таким случаем, когда два скрытых за сновидением представления, имея

что-либо общее между собой или какую-нибудь точку соприкосновения,

замещаются в сновидении смешанным представлением, в котором более

ясная суть соответствует общим, а неясные подробности == частным

чертам обоих представлений. Если к этому сгущению присоединяется

еще и смещение, то образуется не смешанное представление, а некое

общее среднее, которое относится к отдельным элементам так, как в

параллелограмме сил составляющие относятся к равнодействующей. Так,

например, в одном из моих сновидений речь идет о впрыскивании

пропилена. При анализе я прежде всего нахожу в качестве побудителя

сновидения незначительное переживание, в котором некоторую роль

играет амилен (химический препарат). Пока я еще не могу объяснить

смешения амилена с пропиленом. Но к кругу идей того же сновидения

относится еще воспоминание о первом посещении Мюнхена, где на меня

произвели сильное впечатление Пропилеи. Дальнейший анализ позволяет

высказать предположение, что смещение с амилена на пропилен было

обусловлено влиянием второго круга идей на первый. Пропилен

является, так сказать, средним представлением между амиленом и

Пропилеям и, и слово это попадает в содержание сновидения в качестве

компромисса путем одновременного сгущения и смещения.

При взгляде на эту работу смещения еще настоятельнее, чем при

сгущении, чувствуется потребность найти мотивы такой загадочной

работы сновидения.