Вместо заключения

Выделенные мною аспекты критики Гегеля младогегельянцами позволяют рассматривать само младогегельянство по крайней мере с трех сторон: и как общественное движение (мелкобуржуазное по своей сути), и как философское течение (субъективно-идеалистическое в понимании движущих сил истории и с нарастанием элементов эклектики), и как политический союз (но еще не политическая партия) единомышленников, боровшихся теоретическими средствами сначала за конституционную монархию, а затем - за демократическую республику.

Старогегельянцев еще можно рассматривать преимущественно как шкалу, если принимается тезис, что они были только учениками Гегеля и одновременно учениками только Гегеля. И первый, и второй аспекты так понимаемого "школьничества” неприменимы в полном объеме ни к одному из младогегельянцев. И дело не только в том, 'что младогегельянцы развивали многие идеи Гегеля, в том числе и диалектические, вскрывали многие недостатки учения Гегеля в целом, его противоречивость, расчищая тем самым путь для последующего диалектико-материалистического преодоления Гегеля; не только в том, что младогегельянцы пытались соединить достижения всей немецкой классической философии - и Гегеля, и Фихте, и Канта, и Фейербаха (исключение составлял только Шеллинг), другой вопрос, что этот синтез не состоялся, выродившись в эклектику.

Дело прежде всего в том, что появление младогегельянства, его стремительное развитие определялось, главным образом не внутренней логикой движения системы и метода Гегеля, а исторической ситуацией, потребностями развития Германии первой половины XIX в. Младогегельянство было одной из форм идейной подготовки революции 1848-1849 гг. Это главная функция младогегельянства по отношению к конкретной исторической ситуации, вызвавшей к жизни это движение.

По отношению к философии Гегеля главная функция младогегельянства не творческая и не критическая, как это может показаться, а, так сказать, "приспособленческая”. В этом плане младогегельянство правомерно рассматривать как попытку приспособить учение Гегеля к потребностям буржуазного преобразования всего немецкого общества. Вторая главна^ функция младогегельянства органично связана с первой. Приспособительной функцией объясняется главным образом и нарастание элементов эклектики у большинства младогегельянцев (Штрауса, Б.Бауэра, Руге, Штирнера). Что же касается марксистской философии, то младогегельянство имеет непосредственное отношение к ее предыстории11-5 и опосредованное - к ее возникновению и становлению. Под предысторией при этом имеется в виду период с 1836 по осень 1843 г. Он начинается с перехода Маркса-студента из Боннского в Берлинский университет, приобщения его к философии Гегеля (до этого Маркс относился к ней только отрицательно) сначала через преподавателей-гегельянцев (Э.Ганса в первую очередь) и особенно через "Докторский клуб” и завершается рукописью "К критике гегелевской философии права” (лето 1843 г.).

Предыстория марксизма, период созревания идейных предпосылок возникновения основополагающих положений нового мировоззрения, совпадает со временем непосредственного общения, наибольшего взаимовлияния и различных форм сотрудничества молодых Маркса и Энгельса со многими младогегельянцами. Заметную роль младогегельянство играет и в возникновении и становлении марксистской философии (1843-1846 гг.). Это время рождения основополагающих идей нового мировоззрения в борьбе с другими воззрениями, среди которых не последнее место занимало младогегельянство, и время становления, организации этих идей в единое, целостное учение и теоретическую систему. В истории марксизма возникновение и становление идут почти параллельно во времени, поскольку почти одновременно с возникновением основополагающих идей происходит разработка всех сторон нового учения (философии, политической экономии, научного социализма).

И немецкая классика в целом, и Гегель выражали интересы нового, капиталистического строя. Но и младогегельянство было формой идеологии буржуазии. В чем же различие их в этом плане? Во-первых, в том, что младогегельянство - одна из форм мелкобуржуазного демократизма, а Гегель был лишь умеренным либералом. Во-вторых, младогегельянство представляло собой буржуазно-радикальное движение, признающее реальную возможность и необходимость насильственных революционных решений общественных вопросов, а немецкая классика в силу неразвитости классовой борьбы в Германии была склонна к реформам, к компромиссам между отмирающим феодализмом и развивающимся капитализмом. Кроме того, как уже было отмечено, сильным катализатором радикальных настроений в Германии оказались революции во Франции и Бельгии 1830 г. - факторы, не влиявшие на немецкую классику (за исключением последнего года жизни Гегеля).