«Расследовательские» отделы и группы

Далее следует заметить, что подавляющая часть современных российских СМИ не претендует на звание «расследовательских». В них расследования составляют относительно небольшую с точки зрения объема часть публикаций.

Интересен в указанном отношении опыт «Общей газеты». Первый номер ее вышел 19 августа 1991 года, в сложный для нашей страны период, когда большинство изданий было закрыто. Сегодня газета пользуется большой популярностью, ее тираж составляет 222384 экземпляра (региональный – 165000). Распространяется она в розницу и по подписке в 208 городах России. Региональные выпуски выходят в Самаре, Орле, Выборге, Саратове, Хабаровске, Кемерове, Иркутске, в Республике Эстония. Подписчики газеты живут в разных станах мира – США, Чехии, Израиле, Германии. Успех ей приносит разнообразие тематических публикаций по актуальным проблемам политики, экономики, культуры. Газета много пишет о текущих событиях в регионах, отдельных городах. Как определили сами ее сотрудники, человек и его судьба – главная тема газеты. Ведущими являются следующие рубрики: «Я и семь минувших дней»; «Я и государство»; «Мы и мировое сообщество»; «Мы – горожане»; «Они в своих коридорах»; «Мы во власти науки»; «Мы в зеркале искусства»; «Мы в потоке информации»; «Мы вопреки обстоятельствам»; «Мы на рынке»; «Мы на телевидении»; «Мы и наш диагноз»; «Я вас люблю»; «В четверг поутру» и др.

Значительная роль принадлежит в газете расследованиям.

Изучение подшивок показывает, что газета оперативно реагирует на все важные события в жизни общества.

Далее авторы привели сведения о том, что уже в первые сутки после боя у командующего войсками генерал-полковника Георгия Шпака появился на столе список погибших 86 десантников. Он якобы доложил об этом министру обороны и получил строжайший приказ: до особого распоряжения информацию не разглашать. Все произошло будто бы потому, что накануне, 29 февраля, министр обороны доложил исполняющему обязанности президента «об успешном выполнении задач третьего этапа контртеррористической операции в Чечне и завершении на том собственно военной ее фазы». А уже через несколько часов после доклада боевики напали на федеральные войска.

Достаточно смело звучит комментарий журналистов о том, что «маршалу, наверное, стало немного неловко за свой последний рапорт» и он, чтобы сгладить конфуз, придумал «мягкую» версию случившегося. Далее, со слов шести выживших бойцов, воссоздается картина боя. Авторы статьи ни на минуту не ставят под сомнение мужество десантников и негодуют, что настоящих героев, «достойных того, чтобы их чтили поименно», превращают «в безликое пушечное мясо».

В этом же материале упоминается о приезде на Северный Кавказ начальника Генерального штаба Анатолия Квашнина, который [приезд], по их мнению, всегда связан с отвлечением дополнительных боевых подразделений на его охрану.

«Мы не утверждаем, что и подмосковные омоновцы, и сражавшиеся на высоте 705,6 десантники не получили... необходимого подкрепления, потому что свежие силы были задействованы на встрече с очередным инспектором. Но сказать о том, к чему может приводить показуха там, где идет война, считаем необходимым».

Журналисты газеты расследуют наиболее острые факты современной жизни. Таким стало, скажем, расследование по поводу взрывов жилых домов в Москве. В статье «Кто заказал московские взрывы?» (ОГ. 2000. 2 марта) Елена Скворцова обращает внимание на то, что недели две после взрывов вся страна следила за ходом следствия, «потом оно тихо ушло с первых полос газет, о нем начали забывать». Сами собой напрашиваются вопросы: «Что все-таки происходит со следствием?», «Будут ли когда-нибудь найдены террористы?», «Куда уводит чеченский след?». На все вопросы следует один и тот же ответ – «тайна следствия». Из разрозненных фактов у журналистки вырисовывается, по ее словам, довольно странная картина.

Достаточно много расследовательских материалов газеты посвящено работе правоохранительных и судебных органов. Здесь можно привести статьи Александры Самариной – автора, чье имя чаше всего встречается в обличающих и разоблачающих материалах. Ее статья «Сашу Веймарн “заказал” сосед за прелюдии Баха» (ОГ. 2000. 29 июня) бросает вызов лицемерию российской власти, российскому правосудию, которые, по ее мнению, испокон веков презирали «маленького человека». «Никогда еще, даже в самые смутные периоды нашей истории, хам, подлец и бандит не чувствовали себя столь вольготно, как ныне», – пишет она. И далее, на примере конкретной истории, подтверждает эти слова. Однажды утром к москвичке Саше Веймарн во дворе ее дома подошел 35-летний мужчина и, ударив в солнечное сплетение, пригрозил, что, если она еще хоть раз дотронется до клавиш, ее убьют. Надо сказать, что и до этого происшествия ей угрожали. Врач травмпункта засвидетельствовал «удар живота», и на следующее утро родители принесли заявление в 159-е отделение милиции, а девушку спрятали.

«...Вы ведь понимаете – свидетелей происшествия нет... Мало ли кто ее ударил – это еще надо доказать... Может, она на сучок напоролась... Нет, гарантии безопасности дать не можем». Не удержался участковый и от претензий: «А почему это она сразу к нам не пришла? Мы бы включили план “Перехват”... Спустя три недели после этого никто никакого следствия не проводил, не опрашивал ни соседей, ни потерпевшую. А Саше остается только одно – ставить перед пианино телефон, чтобы успеть набрать 02».

В другой статье – «Челюсти правопорядка» (ОГ. 2000. 28 сентября) Александра Самарина рассказывает о так называемой «расправе» над иногородними:

«Два молодых человека, приехавшие в Москву на заработки, спешили после посещения кафе к метро, которое вот-вот должно было закрыться. В подземном переходе в ногу одного из них вцепилась собака; сотрудники милиции, находившиеся неподалеку, с улыбками на лице наблюдали за этой сценой. По команде одного из милиционеров собака отбежала в сторону. Пострадавший молодой человек попросил отвести его в травмпункт. В свою очередь, стражи порядка, узнав, что ребята иногородние, избили их дубинками. Затем, испугавшись, повезли их в травмпункт, где врачи засвидетельствовали многочисленные телесные повреждения, сломанный нос у одного и сотрясение мозга у другого. При таких обстоятельствах ребята могли подать на милиционеров в суд, поэтому сразу же превратились в задержанных, пытавшихся оказать сопротивление правоохранительным органам. В изолятор Бутырок их сначала отказались брать – увидели покусанные ноги, испугались заразы. Милиционеры выдали бездомную собаку за свою, даже привезли справку о прививках. Все это произошло в ночь на 23 апреля, и к моменту написания статьи ребята все еще находились в заключении. Во время следствия стали исчезать документы. Сначала справка от ветеринаров, затем – подтверждения о телесных повреждениях подследственных.

Освещению социальных конфликтов посвящены и многие другие расследования А. Самариной: «Народ по прозвищу зверь. Пострадавшие боятся суда, убийца требует свободы» (ОГ. 2000. 27 апреля); «Тимур Кургин ждет суда шестой год» (ОГ. 2000. 31 августа); «Легенда о Есенбике» – женщине, которая надеется на осуждение убийц мужа (ОГ. 2000. 6 июля) и т.д.

«Общая газета» нередко помещает расследования деятельности нынешних политиков. Эта тема, например, успешно освещается в публикациях Игоря Королькова. В одной из них: «Ненецкий округ. Продано!» (ОГ. 2000. 13 июля) – автор повествует о новогоднем приеме в Большом театре, где среди гостей был замечен губернатор Ненецкого автономного округа Владимир Бутов, чуть не купивший на аукционе картину за 30 тыс. долларов.

«С каких это пор он стал богачом? А главное, на чем разбогател? – спрашивает автор. – Ведь если судить по доходам, которые он декларирует в налоговой инспекции, ему не то что на билет в театр (2000 долларов) – на авиабилет от Нарьян-Мара до Москвы с трудом удается наскрести». И тут же находится объяснение: «В округе успешно работают коммерческие фирмы, начало которым еще в 80-х положил Бутов».

Дальше приводятся следующие сведения: губернатор уже дважды был судим – за мошенничество и браконьерство. В конце концов, рассказывает автор, доходов на покупку картины у Бутова так и не хватило – нашелся человек, который смог тягаться с ненецким губернатором, – Борис Березовский.

Другая публикация Игоря Королькова – «Белая полоса» (ОГ. 2000. 8 июня) – направлена против Виктора Артюхова, бывшего замминистра финансов России, бывшего генерального директора Российского дорожного агентства, ожидавшего нового назначения. Здесь автор отвечает на злободневные вопросы:

«Остановленные предприятия, разрушенные дороги, разоренные села...

И далее журналист показывает, как расследование деятельности упомянутого Виктора Артюхова убедило его в необходимости данных выводов.

Подобные публикации отдела расследований «Общей газеты» хотя и занимают относительно небольшую часть ее полос, но значимость их для укрепления авторитета перед читателями исключительно высока.

Необходимо заметить, что чем больше журналистов занимаются в конкретном издании расследованиями, тем более узкий спектр явлений становится предметом внимания того или иного расследователя. Четкая «специализация» помогает оперативнее, глубже, квалифицированнее исследовать оказавшийся в «зоне обязанностей» объект. А это очень важный момент в расследовательской деятельности журналиста. Об этом свидетельствует опыт не только «Обшей газеты», но и других изданий.

Если судить по авторству представленных на страницах «Московского комсомольца» расследовательских публикаций, то можно заметить, что в отделе расследований этой газеты за «разработку» преступлений в высших эшелонах власти отвечает Александр Хинштейн (например: «Длинные руки Рушайло» (МК. 2000. 19 мая)); за расследование темы заказных убийств и преступных «авторитетов» («Авария – помощница прокурора» (МК. 2001. 27 марта)) – Олег Фочкин; темы деятельности прокуратуры и милиции («Ученье – смерть. В барнаульских вузах готовятся к новому нашествию маньяков» (МК. 2001. 4 апреля)) – Марина Гриднева; темы бытовых преступлений («Школьник – маньяк» (МК. 2000. 27 декабря)) – Маргарита Мохель; темы судебных тяжб, авторских прав, происшествий со знаменитостями («Шоу “Тибет” за решеткой» (МК. 2001. 26 мая)) – Юлия Азман. Особо сложные случаи («Стариковские слезы – милицейские забавы» (МК. 2000. 18 декабря)) расследует редактор отдела Елена Салина. Конечно же, издание, имеющее тираж более двух миллионов экземпляров, хорошую финансовую базу, может позволить себе и «развернутый» отдел журналистских расследований и дать возможность его сотрудникам специализироваться на освещении вполне определенных тем.

Большинство же малотиражных СМИ не имеют отделов, способных одновременно расследовать несколько дел. Если, скажем, взять газету «Ежедневные новости. Подмосковье» (тираж 98300 экз.), то расследовательского отдела в ней нет. Его функции выполняет выходящая раз в месяц колонка «Спецслужбы без тайн». Здесь в первую очередь описываются происшествия, преступления, которые происходят в Подмосковье. Тем не менее, появление ее на полосе значительно поднимает интерес аудитории к изданию.