§ 13. ВОССТАНИЕ ДЕКАБРИСТОВ
В июльскую ночь 1826 года в Петербурге на остров Голо- дай, куда свозился мусор и где сваливались трупы пав- ших животных, были привезены на телеге тела пяти повешенных декабристов: Пестеля, Рылеева, Муравьева- Апостола, Бестужева-Рюмина и Каховского.
В темноте ночи, крадучись, их зарывали между кучами мусора.Ровно через сто лет, в 1926 году, остров Голодай переменил свое название на другое — «Остров декабристов». На берегу его, у взморья, теперь воздвигнут памятник, на красном граните которою выгравированы фамилии пяти декабристов, казненных самодержавием. Рядом с этими именами стоит также имя того, кто воздвиг этот памятник. Это имя — Совет рабочих и крестьянских депутатов Ленинграда.
В общей цепи событий, занесенных в книгу истории русской революции, нашло себе почетное место революционное движение декабристов.
«...сколько было восстаний и возмущений на протяжении этих 300 лет,— говорит товарищ Сталин,— восстание Степана Разина, восстание Емельяна Пугачёва, восстание декабристов, революция 1905 года, революция в феврале 1917 года, Октябрьская революция» !.
Раньше, чем ярко заблистала пятиконечная звезда пролетарской революции, уже мерцала «Полярная звезда». Так назывался первый печатный орган борьбы с самодержавием, издававшийся за границей Герценом. На обложке каждого номера этого журнала помещены медальоны, с которых на читателя смотрят барельефы казненных декабристов.
Ленин в своих статьях не раз говорил о восстании 14 декабря 1825 г. Разделяя историю освободительного движения в России на три главных этапа в соответствии с тремя классами русского общества: период дворянский, период разночинский или буржуазно-демократический и период пролетарский, он считал, что «самыми выдающимися деятелями дворянского периода были декабристы и Герцен» [47].
В своем известном произведении «Былое и думы» Герцен вспоминает, какое огромное впечатление произвели на него, тогда еще мальчика, известия из Петербурга о восстании декабристов, о расстреле народа картечью и о казнях.
«Встревоженное ребячье сердце, — писал он, — было не на стороне тех, кто расстреливал народ из пушек» [48]. Герцен вспоминает, как он вместе с Огаревым давал на Воробьевых горах в Москве великую клятву служить делу русской свободы.Великая Октябрьская социалистическая революция, кроме памятника в Ленинграде и организации в музеях революции отделов о восстании 1825 года, для увековечения памяти декабристов сделала еще и другое: она сделала доступными для нас богатейшие архивные материалы о восстании декабристов, о следствии и суде над ними, об их пребывании в крепостях, на каторге и в ссылке.
Эти материалы из министерства внутренних дел, из министерства юстиции и из архива «знаменитого» III отделения «собственной его величества канцелярии» хранились царским правительством как государственная тайна. И нет ничего удивительного в том, что царское правительство в продолжение свыше 90 лет, протекших со дня 14 декабря 1825 г., строго оберегало тайну всех материалов декабрьского восстания. Знакомство с этими материалами, теперь широко опубликованными и особо изданными в связи со стодвадцатипятилетней годовщиной восстания, рисует перед нами отвратительные приемы следствия, комедию суда, тяжелые картины казни пяти декабристов и наказания остальных, а вместе с тем и все состояние царской России первой половины XIX в.
Перед нами выявляется также истинная, тщательно скрывавшаяся роль Николая I на протяжении всего процесса декабристов, начиная от первоначального розыска и следствия, кончая приведением в исполнение приговоров над осужденными на казнь, и даже много лет спустя, при отбытии уцелевшими от казни декабристами наказания на каторге и в ссылке. Мрачная фигура Николая I рисуется нам не только в короне и со скипетром, но и с ключами от Петропавловской крепости, от страшного Алексеевского равелина, с приемами профессионального сыщика и с веревкою палача.
Академия наук, Центральный Государственный исторический архив (ЦГИА в Москве — бывший Архив революции), Общество политических каторжан и ссыльных, «Красный архив» и другие научные учреждения и журналы приступили к опубликованию материалов следствия, мемуаров, записок декабристов, их переписки, портретов, граївюр и пр., имеющих прямое или косвенное отношение к восстанию 14 декабря 1825 г.
и к судьбе декабристов.Особый интерес представляет издание Центральным архивом революции (ныне ГАУ) нескольких томов материалов следствия и суда над декабристами, остающихся пока еще очень мало изученными и использованными [49].
В VIII томе этого издания воспроизведен «Алфавит членам бывших злоумышленных тайных обществ и лицам, прикосновенным к делу, произведенному высочайше утвержденною 17 декабря 1825 г. следственною комиссиею». Этот алфавитный список, включающий в себя перечень 570 лиц со сведениями о каждом из них, был составлен по повелению Николая I правителем дел следственной комиссии Боровковым. Переплетенный в красный сафьяновый переплет, этот секретный список находился в распоряжении царя и хранился в особом ларчике под ключом. Список носит следы частого обращения к нему и служит доказательством того, что и после подавления восстания и расправы с участниками заговора царь в течение очень долгих лет не забывал ни о ком из тех, кто попал на страницы этой «памятки», оставаясь все время вершителем их судьбы.
Помимо этого списка царь имел в своем распоряжении составленный тем же Боровковым «Свод показаний членов злоумышленного общества о внутреннем состоянии государства». В «Свод» вошли выдержки из показаний декабристов, главным образом, казненного Каховского, писателя Бестужева-Марлинского, а также проведшего 20 лет в Алексеевском равелине Батенкова и других. Царь, получив этот документ через несколько месяцев после окончания процесса декабристов, приказал снять с него одну копию для великого князя Константина Павловича, а другую — для председателя Государственного совета князя Кочубея. По словам последнего, царь часто просматривал этот «Свод» и черпал из него «много дельного». Этот сановник и не заметил, какой глубокой иронией звучат его слова: царь сначала одних своих «советчиков» повесил, других сослал на каторгу, рассадил по тюрьмам и крепостям, а потом у них же брал «много дельного».
Надо признать, что декабристы дали самые резкие показания о состоянии всех частей правления России, всех сторон ее хозяйства, о положении всех сословий.
Центроархив в 1926 году опубликовал целиком указанный «Свод показаний членов злоумышленного общества о внутреннем состоянии государства». Ознакомление с его текстом и с опубликованными теперь показаниями многих декабристов обнаруживает неполноту в выборке извлечений автором «Свода» Боровковым. Но и то, что извлечено, свидетельствует, что показания о внутреннем состоянии России делались обвиняемыми декабристами большей частью в решительной и резкой форме. Обманутые царем на лично производившихся им допросах, многие из декабристов поверили, что он болеет за страну и хочет дать ей сам то, чего они рассчитывали достичь восстанием и заговором.Показания декабристов о состоянии России в первой четверти XIX в. имеют такое большое принципиальное значение, что полезно наряду с использованием означенного «Свода» привести отзывы декабристов, сделанные ими перед следственной комиссией.
В глазах декабристов общее положение в стране вело ее неизбежно к революции. Так, Трубецкой на первом же допросе во дворце показывал: «Состояние в России таково, что неминуемо должен в оной последовать переворот. Сие мнение особенно основывали на частых возмущениях крестьян против помещиков, на продолжительности оных и на умножении таковых возмущений, на всеобщих жалобах на лихоимство чиновников в губерниях, и наконец, полагали, что образование военных поселений будет также со временем причиной переворота» [50].
Также и Каховский заявил: «Положение в государстве меня приводило в трепет: финансы расстроены, отсутствие справедливости суда, корыстолюбие; уничтожение внешней коммерции — все сие предшествовало в глазах моих полному разрушению» *.
Член Общества соединенных славян подпоручик Петр Борисов говорил в своих показаниях, что его любовь к вольности, «на- рододержавию» раздувалась «час от часу более» под влиянием того, что он видел кругом себя «несправедливости, насилия и угнетения помещиков, их крестьянам причиняемые». И особенно сильное впечатление на него производило наказание солдат целыми полками.
Он дал себе клятву уничтожить такие наказания, хотя бы «это стоило ему жизни» [51].Очень подробное показание о причинах заговора дал декабрист писатель Кюхельбекер. Он перечислил эти причины в нескольких пунктах. Приведем некоторые из них:
«1) злоупотребления, которые господствовали в большей части отраслей государственного управления, особенно же в тяжебном судопроизводстве, где лихоимство и подкупы производились без всякого стыда и страха;
- угнетение истинно ужасное, в котором находится большая часть помещичьих крестьян...;
- совершенный упадок торговли и промышленности и общий недостаток в деньгах;
- распространяющееся в простом народе развращение нравов, особенно же лукавство и недостаток честности, которые приписывал угнетению и всегдашней неуверенности, в коей раб крепостной находится...;
- недостаточное воспитание и поверхностное обучение высших состояний юношества, которое в училищах, пансионах и даже университетах учится всему, а на поверку редко что знает основательно;
- совершенное невежество, в котором коснеют у нас простолюдины, особенно же землепашцы;
- крайнее стеснение, которое российская словесность претерпевала не в силу цензурного устава, но, как полагали, от самоуправства цензоров» [52].
Очень коротко, но вместе с тем и очень сильно высказался о состоянии России Якушкин, признавшийся, что он взял на себя убийство Александра I. Он сказал, что решил предпринять покушение на жизнь царя, будучи уверен, что «государство не может быть в худшем положении, как под управлением Александра Павловича» [53].
Завалишин писал в своих показаниях: «Что представлялось мне в свете? Неправды, обманы, хищения. Имена (т. е. слова. — М. Г.) преданности государю, чести, закона, справедливости служили токмо для прикрытия личных видов. Корысть, угнетение, ласкательство являлось всюду. Такое зрелище исполнило сердце мое негодования... восстановить правду, порядок и законные власти казалось мне предприятием славным, а исполнение сего достойным величия» [54].
Эти выдержки из показаний декабристов не вошли в указанный выше «Свод показаний членов злоумышленного общества о внутреннем состоянии государства». Такие выдержки могли бы быть сделаны в еще больших размерах. Обращаясь к «Своду» Бо- ровкова, мы видим, что составитель его не указал, кому именно из арестованных декабристов принадлежит то или иное приводимое им мнение. Эти мнения изложены Боровковым в систематическом порядке.
«Свод» начинается с показаний более общего характера. Почти в самом начале воспроизведено указание декабристов на настроения в народе после войны с Наполеоном: «Еще война длилась, когда ратники, возвратись в дома, первые разнесли ропот в народе: мы проливали кровь, говорили они, а нас опять заставляют потеть на барщине, мы избавили родину от тирана, а нас вновь тиранят господа».
В этом показании ударение делается на помещичьей тирании, которую испытывали широкие народные массы. Но тирания давала себя чувствовать повсюду, и декабристы отмечают ее гнет и в органах высшего управления страной, и в суде, и в экономическом положении страны, и пр.
Ярче всего сказалась тирания в крепостном праве. По этому вопросу мы читаем в «Своде»: «Поведение дворян с крестьянами их ужасно. Продавать в розницу семьи, похищать невинность, развращать жен крестьянских считается ни во что и делается явно, не говоря уже о тягостном обременении барщиной и оброками...».
Тирания имеет в своих руках суд и администрацию. Но здесь царят злоупотребления, волокита и взятки, и целой жизни недостаточно для того, чтобы провести дело по всем инстанциям. «Сенат, сие хранилище законов и блюститель благоустройства, обра-
щен в простую типографию...». Относительно комитета министров обвиняемые показали, что учреждением такого комитета «нельзя было ничего придумать лучше к прикрытию всех беспорядков». «В управлении государством не было никакого положительного, твердого плана». «Губернаторы присвоили себе всю местную власть». «Во все 25 лет не сделано ничего особенного к улучшению по части управления губернией». «У нас указ на указ: одно разрушает, другое возобновляет... от сего сильные и ябедники торжествуют, а бедность и невинность страдают...» !.
Положение солдат в армии обращало на себя внимание большинства декабристов-офицеров. Чрезвычайная длительность воинской службы и жестокий режим с широким применением зверских телесных наказаний возмущали передовую офицерскую молодежь, а потому и в показаниях обвиняемых нередко встречаются указания на положение солдата.
Таковы были, по показанию самих декабристов, те общие условия, которые вызвали к жизни их тайные общества—Союз спасения или союз истинных и верных сынов отечества— в 1816 году и Союз благоденствия — в 1818 году. В образовании этих тайных обществ немалую роль сыграло знакомство офицеров во время заграничных походов с существовавшими там тайными союзами.
Напомним читателю, что декабристы были непримиримыми врагами крепостного права. Некоторые из них (Пестель) считали необходимым отобрать значительную часть земли у крепостни- ков-помещиков. В политической области одни из декабристов ставили своей целью ограничение самодержавия, другие — введение республики. На последней более радикальной программе стояло Южное общество во главе с адъютантом главнокомандующего второй армией полковником Пестелем. Во главе же Северного общества, члены которого были в большинстве сторонниками 1сон- стйтуционной монархии, стояли Рылеев, Трубецкой, Муравьев и другие. Наиболее демократичным по своему составу и программе было Общество соединенных хлаБЯН^рснованное в 1823 году на юге России безземельными дворянами — братьями Борисовыми. Целью этого Общества было образование федерации, уничтожение национальной ненависти и освобождение России от императорской власти. Средствами осуществления переворота предполагалась организация военного восстания и, как считали необходимым некоторые, истребление царской фамилии. Восстание предполагалось на лето 1826 года, но неожиданная смерть Александра I jh_ доносы предателей создали необходимость ускорить восстание, которое и произошло 14 декабря 1825 г. в Петербурге, а 29 декабря — на Украине (восстание Черниговского полка).
Не будем излагать обстоятельств восстания декабристов, известных из многочисленной литературы о декабристах.
Не успел еще на Сенатской площади и над замерзшей Невой рассеяться дым от пушек, стрелявших в народ почти в упор, еще лежали на площади перед дворцом и на улицах в кровавой окрошке тела убитых и раненых, а царь уже приступил к подготовке финала декабрьского восстания. Таким финалом явилось учреждение следственной комиссии по делу о восстании, а затем и суда. В действительности все происшедшее затем было лишь жалкой пародией следствия и суда. Укрывшись за кулисами, дирижировал этой пародией сам император. 14 декабря 1825 г. царю пришлось дважды отдавать команду стрелять по восставшим солдатам и по народу, — и не солдат, а офицер выполнил этот повторный приказ. Но царю не пришлось дважды повторять своего приказа генералам, сенаторам и архиереям, всем основным членам следственной комиссии и (верховного суда: послушно они вешали одних, ссылали на каторгу других, назначали по восемь тысяч ударов шпицрутенами солдатам.