§ 11. СОСТОЯНИЕ АЛЕКСЕЕВСКОГО РАВЕЛИНА

Под 1838 годом в «Летописи» нет никаких сведений о строительстве крепости, а между тем в этом году был произведен очень большой ремонт Алексеевского равелина. Должно быть ремонт секретной тюрьмы не подлежал занесению на страницы «Летописи».

Из воспоминаний декабристов можно видеть, насколько плохи были санитарные условия их содержания в Алексеевском равелине. Все декабристы, побывавшие в нем, согласно, в один голос, отметили сырость, холод, отсутствие света и ветхость этой секретной тюрьмы. Шел год за годом, одни заключенные сменяли других, третьи, как Батенков, продолжали бессмено отравляться в равелине сыростью и гнилью, страдать от холода и мрака, а администрация не помышляла о ремонте. Только через 12 лет, в феврале 1838 года, был поднят этот вопрос, повидимому, потому, что самой администрации равелина, помещения которой находились в том же равелине, стало приходиться «плохо. По крайней мере, первое представление по начальству о необходимости ремонта прямо указывало, что «в арестантских комнатах и занимаемых жительством чиновников полы пришли в ветхость и опустились со своих гнезд, отчего в покоях делается великий холод».

Два архивных документа 1838 года с донесениями смотрителя равелина, а затем и плац-майора крепости ее коменданту рисуют картину такого состояния равелина, хуже которого ничего нельзя было и придумать. Не только белые, но и черные полы, балки и стулья под ними оказались совершенно сгнившими. В кирпичных стенах секретного дома зияли сквозные трещины, и во многих казематах стены так промерзали, что в углах «обростали снегом».

Топка печей не обогревала как следует равелина, так как эти печи нуждались или в исправлении, или даже в полной их перекладке.

Из обширной сметы на многих листах по ремонту здания возьмем некоторые сведения, которые проливают свет на размеры всего здания равелина, его устройство и состояние перед началом ремонта. К сожалению, упомянутых в смете планов и чертежей в архивном деле не оказалось.

Из сметы можно усмотреть очень крупные размеры предположенного ремонта. Стоимость его по смете достигала 61 025 р. 62,5 к. Величина расходов объяснялась и крупными размерами всего здания. Площадь его железной крыши была определена в 362 квадратные сажени. Была произведена разборка 24 изразцовых голландских печей, 2 русских печей и 2 очагов. Число оконных рам с железными решетками, подлежащих выемке, достигло 45, а количество дверей — 30. Увеличение на один аршин высоты стен равелина толщиною в три кирпича дает указание на толщину стен, за которыми были упрятаны узники !.

Ремонт был произведен и обошелся на 12 тысяч руб. дешевле предположенной суммы.

В 1841 году в бастионе Трубецкого дом, в котором квартировали холостые нижние чины военно-рабочей роты № 1, был приспособлен для помещения там секретных арестантов. Таким образом, этот дом в Трубецком бастионе явился как бы предком той «усовершенствованной» одиночной государственной тюрьмы, которая была воздвигнута здесь в 70-х годах.

В следующем, 1842 году произошло обособление нижних чинов от арестантов в Невской куртине и в правом фасе бастиона Петра I. Эти помещения были отведены исключительно для арестантов, а солдаты переведены в другую куртину. В 1849 году в связи с большими арестами по делу Петрашевского, потребовались помещения для увеличенной сторожевой команды. Она была увеличена на 4 унтер-офицера и 28 рядовых. В 1850 году в Невской куртине по правую сторону ворот было устроено больничное помещение на шесть секретных арестантов.

Только в 1857 году был поставлен вопрос о более крупном ремонте Алексеевского равелина, а произвести его было давно пора. Воздвигнутый на сырой почве и окруженный водой секретный дом равелина быстро подвергался порче. Арестанты давно ощущали ее на состоянии своего здоровья. Однако с ремонтом не торопились. Из акта осмотра тюрьмы 21 июня 1857 г. видно, в какое состояние разрушения она пришла к этому времени. Акт удостоверил, что все полы, черные и чистые, и балки пола «совершенно сгнили». Дверные полотна оказались рассохшимися и требовали обвязок. Как велика была в равелине сырость, совершенно с ним неразлучная, видно из того, что дверные замки, как отмечено в протоколе осмотра, перержавели и стали непрочными. Печи в количестве 17 и 2 очага пришли в такую негодность, что требовали перекладки. Ворота в сад тоже пришли в негодность,

Кладка фундамента тюрьмы Трубецкого бастиона.

Кладка фундамента тюрьмы Трубецкого бастиона. Фотография 1870 года, хранящаяся в Ленинградском музее революции.

Кладка стен тюрьмы Трубецкого бастиона. Фотография 1870 года, хранящаяся в Ленинградском музее революции.

а наружные ворота в стене требовали исправления. Сырость привела в негодность оконные рамы и подоконники в здании тюрьмы.

Ремонт был разрешен, и на время его производства единственный узник равелина Каменский, содержавшийся там за пропаганду среди крестьян, был переведен в Шлиссельбургскую крепость. Произведенный ремонт был принят 9 октября 1857 г. *.

Более полные сведения о внешнем виде Алексеевского равелина относятся к первой половине 60-х годов. Эти сведения дал почти 40 лет спустя один из чиновников Алексеевского равелина. Так как он проживал в самом равелине и описал его за 1862— 1865 гг., когда там содержались Чернышевский, Писарев, Шелгу- нов, то мы тем более не должны упустить этого описания. Но не следует забывать и того, что автор воспоминаний — бывший сотрудник администрации равелина и жил в крепости на положении свободного человека. Уже по одному этому его описания имели определенную окраску.

Автор начинает с утверждения, что Алексеевский равелин «ни по Наружному, ни по внутреннему виду не напоминал собой той грозной и таинственной легенды, которая сложилась о нем в народном представлении». Не легенда сложилась в народе об Алексеевском равелине: до народа дошла лишь малая часть правды. Царизмом принимались все меры не пропустить эту правду; но слишком долог был период существования равелина и слишком много прошло через него узников, чтобы истина могла быть сокрыта целиком.

К началу 60-х годов Алексеевский равелин представлял собою одноэтажное, окрашенное белой краской каменное здание в виде треугольника. Окна шли по всем трем сторонам и снизу были на три четверти закрашены белилами. Если белая окраска дома не делала его мрачным, то белила на стеклах делали мрачными камеры, не пропуская свет внутрь. В камерах постоянно царил полумрак.

Борисов знал устройство равелина. От него мы узнаем, что в этом же здании в одном из концов коридора помещалась

Кладка стен тюрьмы Трубецкого бастиона. Фотография 1870 года, хранящаяся в Ленинградском музее революции.

квартира смотрителя равелина. Здесь же помещалась кухня для приготовления пищи заключенным и смотрителю. Имелась приемная и комната для караула. Отдельных камер было 21. Одна из камер была занята цейхгаузом (складом вещей, платья и пр.), а другая — библиотекой (ниже мы познакомим с найденным нами списком книг этой библиотеки). Входная дверь в дом была устроена как раз в приемной комнате. От этой приемной налево и направо шли коридоры с камерами. Полы коридоров были устланы мягким половиком, по которому ходили двое часовых с обнаженными саблями. В коридор выходили топки голландских печей, обогревавших камеры. Обстановку камеры составляли деревянная кровать, окрашенная зеленой краской, с двумя тюфяками из оленьей шерсти и постельным бельем, деревянный столик с выдвижным ящиком и стул. В коридоре висели стенные часы, бой которых был слышен в камерах. Дверь из приемной вела в небольшой садик, выходя в него против огромных ворот в западной стене крепости. Равелин отделялся от крепости, кроме стены, еще небольшим каналом из Большой Невы в Кронверкский пролив, с деревянным через него мостом Таким образом, весь небольшой участок земли с Алексеевским равелином был совершенно изолирован и в пределах самой крепости от остальных ее частей.