Становление научного и политического мировоззрения
Кокошкин происходил из старинной московской дворянской фамилии, издавна владевшей поместьями в Московской губернии. Тезис о дворянском и даже аристократическом происхождении русских либералов подтверждается анализом генеалогических материалов о роде Кокошкина[2].
B этом смысле происхождение Кокошкина мало чем отличалось от происхождения, например, С. А. Муромцева, с которым он тесно сотрудничал[3]. «Я родился, — писал Кокошкин в автобиографии, — в 1871 г. и по происхождению коренной москвич. Наш род принадлежит к числу старейших дворянских фамилий, записанных в так называемую “Бархатную книгу”, составленную при московских царях. Мои предки владели непрерывно поместьями в пределах нынешней Московской губернии, начиная с XVI в.»[4] Влияние исторической памяти на социально-политическую позицию Кокошкина подтверждается его устойчивым интересом к своему роду. B архиве Кокошкина сохранились материалы генеалогического характера, включающие выписки из Гербовника, по которым род восходит к XVI в., из описи датского архива о происхождении рода и, что особенно важно, сведения об участии представителя рода в работе знаменитой екатерининской Комиссии о составлении нового Уложения (представитель рода фигурирует в списке депутатов 17б7 г.). Можно предположить, что убеждения либерального столичного дворянства эпохи Просвещенного абсолютизма сыграли не последнюю роль в становлении будущего теоретика конституционной монархии.Рано потеряв отца, Кокошкин был воспитан матерью — начальницей женской гимназии города Владимира. Там же, во Владимире, он получил среднее образование, дополненное затем домашним образованием в родовом имении близ Москвы.
По окончании юридического факультета Московского университета (1893) Кокошкин провел несколько лет в имении, занимаясь сельским хозяйством и готовясь к экзамену на степень магистра государственного права.
B это время он становится действительным членом и товарищем секретаря Московского юридического общества — неформального общественного объединения профессоров и студентов юридического факультета, сыгравшего важную роль в формировании нового политического сознания и подготовке кадров квалифицированных юристов западного типа. B силу этого деятельность Юридического общества бьша признана оппозиционной, и оно было закрыто министром народного просвещения H. П. Боголеповым по настоянию великого князя Сергея Александровича.Формирование научного и политического мировоззрения Ko- кошкина проходило в годы, предшествующие русской революции 1905 г., под сильным влиянием российской и западноевропейской политической мысли, с одной стороны, земского и университетского либерального движения — с другой. Исключительно плодотворным оказалось сочетание практической работы в земстве с университетским преподаванием и научной работой. Поворотным пунктом стало знакомство с западной конституционной теорией и практикой. «Выдержав магистерский экзамен и получив звание приват-доцента Московского университета, — вспоминал Кокошкин в неизданной автобиографической заметке, — я отправился на два года за границу, где изучал конституционное право в Гейдельберге, Страсбурге, Париже. B Париже я провел около полугода, работая в библиотеках и посещая лекции. я состоял студентом “Ecole des sciences politiques”»[5]. Опыт французской и особенно немецкой юриспруденции оказался наиболее важным при подготовке Кокошкиным конституционного проекта для постреволюционной России. Он имел возможность изучить основные конституционные системы и формы правления — от Третьей республики во Франции и парламентской монархии в Великобритании до имперской модели конституционализма в Германии. По возвращении в Россию Кокошкин преподавал в Московском университете (с 1897 г.), где читал лекции по истории государственного права и о местном самоуправлении, в Народном университете А. Jl. Шанявского, а затем также в Московском коммерческом институте.
Параллельно с научной работой шло вовлечение молодого ученого в политическую деятельность, единственной легитимной формой которой бьшо участие в земском либеральном движении: еще в 1897 г. он бьиі избран членом Звенигородского уездного земского собрания; в 1900 г., по возвращении из-за границы, — членом Московского губернского земского собрания: а в 1903 г. — членом Московской губернской земской управы, в которой заведовал экономическим отделом (содействие сельскому хозяйству и кустарной промышленности). Эта деятельность продолжалась вплоть до избрания Кокошкина в депутаты Государственной Думы в 1906 г. Кокошкин бьиі активным участником формирования такого направления либерального движения, как земский конституционализм, видным представителем которого он являлся. Основные этапы эволюции данного течения — от тайных кружков до образования заграничного «Союза Освобождения» и от него к земским съездам — раскрыты в литературе[6]. Свидетельство Кокошкина ценно тем, что он принимал самое активное участие в конституционных дискуссиях на всех организационных стадиях вплоть до создания Конституционно-демократической партии. «Вступление мое в состав Московского губернского земского собрания совпало с тем временем, когда началась кратковременная, но важная роль земства в политическом движении. Конституционных требований еще негде бьшо выражать открыто, но уже образовались в среде земцев тайные организации и политические кружки. Членом одного из таких кружков, собиравшегося у кн. Долгорукова, состоял и я. Кроме того, я вступил в состав более обширной либерально-демократической организации, известной под именем “Союза Освобождения”. C осени 1904 г. земства выступили на политическую арену уже открыто в форме земских союзов. Я принимал в них участие с самого начала в качестве делегата от Московского губернского земского собрания и входил в состав бюро этих союзов. Многие из резолюций Союзов состоялись по моим докладам Когда роль земских союзов, бывших как бы временным суррогатом народного представительства, кончилась, и началось образование политических партий, я бьш в числе основателей конституционнодемократической партии, членом ЦК которой состою до настоящего времени»[7]. Эти факты зафиксированы в официальных документах партии[8].
B либеральной историографии последующего времени роль земских съездов подчеркивалась в связи с разработкой общей стратегии оппозиционного движения и разработкой первых конституционных программ. Ha этот факт обращает внимание В. В. Леонтович[9]. B настоящее время ясно, каким образом идея конституционной монархии возникла в ходе предшествующих дискуссий и была реализована в конституционных проектах, составленных с участием Кокошкина.