Ленинский анализ понятий «материя» и «сознание».
В противоположность идеализму все материалисты определяют материю как первичное по отношению к сознанию. Но признание материи первичной, будучи безусловно правильным, не исчерпывает существа дела. Поэтому Ленин дает с позиций диалектического материализма научное определение материи: материя есть «объективная реальность, существующая независимо от человеческого сознания и отображаемая им».
Сознание Ленин определяет как особое свойство высокоорганизованной материи, как функцию мозга, усматривая сущность сознания в отражении мира. Это определение принципиально противоположно идеалистическому пониманию сознания как первичного по отношению к материи; оно также отгораживает диалектический материализм от упрощенного понимания сознания как функции всей материи, характерного для ряда представителей домарксовского материализма.
В приведенных выше ленинских определениях сознание и материя определяются друг через друга. Богданов возмущался подобными определениями, поскольку они, мол, «оказываются простыми повторениями» формулы о первичности материи и вторичности сознания.
Отвечая Богданову, Ленин проводит тонкую диалектическую мысль, чрезвычайно важную для понимания всех полярных категорий: «…нельзя, по сути дела нельзя дать иного определения двух последних понятий гносеологии, кроме как указания на то, которое из них берется за первичное. Что значит дать „определение“? Это значит, прежде всего, подвести данное понятие под другое, более широкое. Например, когда я определяю: осел есть животное, я подвожу понятие „осел“ под более широкое понятие. Спрашивается теперь, есть ли более широкие понятия, с которыми могла бы оперировать теория познания, чем понятия: бытие и мышление, материя и ощущение, физическое и психическое? Нет. Это – предельно широкие, самые широкие понятия, дальше которых по сути дела (если не иметь в виду всегда возможных изменений номенклатуры) не пошла до сих пор гносеология. Только шарлатанство или крайнее скудоумие может требовать такого „определения“ этих – двух „рядов“ предельно широких понятий, которое бы не состояло в „простом повторении“: то или другое берется за первичное».Но противоположность сознания и материи неотделима от их единства и предполагает первичность материи в этом единстве. Вот почему Ленин особое внимание обращает на диалектическую взаимосвязь этих основных философских понятий. Противоположность сознания и материи в общем и целом относительна, так как сознание есть свойство материи и само принадлежит материальному миру. Абсолютное противопоставление сознания и материи означает дуализм. Однако при выяснении отношения сознания и материи, в том числе гносеологического отношения, это противопоставление должно быть абсолютным.
Критикуя И. Дицгена, ошибочно включавшего в материю и нашу мысль, Ленин пишет: «…это путаница, ибо при таком включении теряет смысл гносеологическое противопоставление материи духу, материализма идеализму, на каковом противопоставлении Дицген сам настаивает. Что это противопоставление не должно быть „чрезмерным“, преувеличенным, метафизическим, это бесспорно (и в подчеркивании этого состоит большая заслуга диалектического материалиста Дицгена). Пределы абсолютной необходимости и абсолютной истинности этого относительного противопоставления суть именно те пределы, которые определяют направление гносеологических исследований. За этими пределами оперировать с противоположностью материи и духа, физического и психического, как с абсолютной противоположностью, было бы громадной ошибкой».