6. ДИМИТР БЛАГОЕВ
Димитр Благоев (1855—1924) — первый марксист в Болгарии и на Балканах, видный деятель болгарского и международного социалистического движепия. Его исторической заслугой является создание и строительство марксистской партии в Болгарии.
Благоев занимает достойное место в истории революционной борьбы международного пролетариата (в частности, в истории пролетарского, освободительного движения в России) и в разви-тии марксистской мысли.і, s, '¦; w
ДИМИТР БЛАГОЕВ
В течение всей своей многосторонней деятельности по строительству революционной марксистской партии Благоев работал на наиболее трудном и ответственном для судеб партии участке — над формирова-нием ее идейно-теоретических основ.
Включившись в политическую жизнь как борец за освобождение Болгарии от османского ига, пройдя период мучительных поисков, сопоставления различных направлений в революционном движении России и других стран Европы, Благоев стал одним из первых деятелей российской социал-демократии, основал революционную партию болгарского пролетариата и завершил свой путь как последовательный коммунист, вождь Болгарской коммунистической партии, активный участник международного коммунистического движения. Изучив глубоко произведения Маркса, Энгельса и Плеханова, он приступил к овладению ленинизмом.
В теоретической и революционно-практической деятельности Благоева выделяются три этапа: 1) 1891 — 1903; 2) 1903—1914; 3) с 1914 г. до конца жизни (1924).
1891 год — год создания Болгарской рабочей социал-демократической партии (БРСДП); 1903 год — год, когда партия очисти-лась от оппортунистических элементов («широких социалистов»). Первый этап в деятельности Благоева и в развитии социалистической теории в Болгарии характеризуется прямым влиянием идей Плеханова.
На протяжении как первого, так и второго этапа в Болгарии переводятся и издаются основные произведения Маркса, Энгельса, Плеханова.
За это время были изданы на болгарском языке труды Маркса: «Наемный труд и капитал» (1886), «К критике гегелевской философии права. Введение» (1892), «Гражданская война во Франции» (1894); «Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта» (1897), «Нищета философии» (1898); труды Энгельса: «Развитие социализма от утопии к науке» (издавалось под разными названиями в 1890, 1896, 1902), «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии» (1892), «Происхождение семьи, част-ной собственности и государства» (1893), «Революция и контрреволюция в Германии» (1902), «К истории первоначального христианства» (1902). «Манифест Коммунистической партии» Маркса и Энгельса издавался в 1891 и 1900 гг. Некоторые из этих работ были переведены на болгарский язык Благоевым или снабжены его предисловиями. На многие из них он писал рецензии, публиковавшиеся в редактируемом им журнале «Новое время».На втором этапе своей деятельности Благоев познакомился с некоторыми трудами Ленина. Начался процесс его постепенного перехода от идей Плеханова к ленинизму. Этот процесс завершился в основных чертах: к 1914 г., когда Благоев опубликовал статью «Magister dixit», в которой впервые открыто критиковал социал- шовинистическую позицйю Плеханова.
На третьем этапе Благоав воспринимал основные принципы ленинизма, по существу преодолевая влияние Плеханова. Решающую роль для ускорения этого процесса сыграла Великая Октябрьская социалистическая революция, победившая под идейным знаменем ленинизма. В 1919 г. партия, созданная и воспитанная Д. Благоевым, была переименована в Болгарскую коммунистическую партию (БКП) и стала соосновательницей III Коммунистического Интернационала.
Необходимо отметить, что процесс постепенного отхода самого Благоева и руководимой им партии революционных масс Болгарии от влияния Плеханова и восприятие принципов ленинизма были обусловлены изменившимися историческими условиями новой эпохи. Именно ленинизм как новый этап в развитии марксизма вооружает коммунистические партии идейным оружием, обеспечивая победоносный исход борьбы между трудом и капиталом.
Предметом рассмотрения в данной главе являются проблемы, которые Благоев ставил и решал на протяжении первых двух этапов своей деятельности.
Годы борьбы Д.
Благоева за создание марксистской партии были годами, когда рабочее движение находилось в зародыше и классовые противоречия, свойственные буржуазному обществу, еще не проявились с достаточной ясностью. Малочисленность и слабость рабочего класса в Болгарии использовались буржуазными и мелкобуржуазными идеологами как доказательство того, что социализм никогда не будет иметь почвы в стране. Благоев научно обосновал социалистическую перспективу развития Болгарии. Результаты своего исследования он обобщил в работе «Что такое социализм й имеет ли он почву у нас?» (1891). Творчески при-меняя к конкретным условиям Болгарии марксистскую методологию, Благоев подчеркивал, что основные закономерности развития общества имеют объективный, общезначимый характер и что Болгария не представляет исключения в этом отношении. Это первая болгарская марксистская оригинальная книга, в которой проанализированы социальнотЭйбномические процессы и раскрыты растущие противоречия между трудом и капиталом и будущая историческая роль молодого болгарского рабочего класса.Историческую заслугу Благоева составляет его последовательная борьба за чистоту марксистской теории, разоблачение противников марксизма и в Болгарии, и на международной арене. В 1901 г. Благоев опубликовал статью «Марксизм или бернштей- нианство?». В отличие от Каутского Благоев активно защищал здесь идею диктатуры пролетариата как основную идею марксистской теории классовой борьбы. С самого начала своей деятельности Благоев находился в рядах наиболее последовательных революционных представителей международного социалистического движения, участвовавших в борьбе международного революционного пролетариата с ревизионизмом.
Благоев одпим из первых среди деятелей международной социал-демократии (после Ленина и русских большевиков) осознал необходимость доведения борьбы против оппортунизма до его логического конца — до полного идейного и организационного разрыва с ним.
Идейное родство с Лениным уже тогда отмечалось болгарским социалистическим журналом «Рабочее дело», который писал: «В России роль болгарского теснячества играет революционный марксизм, течение «Искры» и «Зари».
С этим течением мы действительно сходимся. И от этого родства мы не имеем никакого же-лания отказываться» [49, с. 409].Созданная Благоевым партия осознала истинную природу революционного марксизма, изгнала оппортунистов из своих рядов и в 1903 г. выделилась под руководством Благоева в самостоятельную марксистскую партию рабочего класса Болгарии. Таким образом, Благоев одним из первых среди марксистов включился в проводимую Лениным борьбу за поворот в развитии русского и международного социалистического движения. Положение «тесных социалистов», отделившихся от оппортунистов, было аналогично положению большевиков. С этого момента их отношения с оппортунистическими и центристскими кругами II Интернационала заметно охладевают, наряду с этим усиливаются их связи с партией большевиков — первой и тогда пока единственной партией нового, ленинского типа.
Классовая непримиримость болгарских революционных марксистов во главе с Д. Благоевым к оппортунизму и буржуазной идеологии, их решительный разрыв с ревизионизмом приветствовались на страницах ленинской «Искры», которая характеризовала разрыв с оппортунистами в болгарской партии как большую победу марксизма [13].
Ранний раскол в социалистическом движении Болгарии не дает нам основания оценивать созданную Благоевым и его соратниками партию как партию нового типа, но главное состоит в том, что она в одно и то же время с русскими большевиками совершила такой революционный шаг, который по своему значению вы-
шел за национальные рамки и стал примером революционной за-щиты учения Маркса. /
В эти годы имелась только одна партия, вполне осознавійая истинную природу и опасность ревизионизма. Это партия русских большевиков во главе с В. И. Лениным, которая первой предупредила международную социал-демократию о большой опасности со стороны оппортунизма и ревизионизма. Поэтому верность Благоева и благоевцев принципам пролетарского интернационализма, их классовая непримиримость к оппортунизму и буржуазной идеологии привлекли внимание Ленина и русских большевиков, которые поддержали их борьбу в Болгарии и на международной арене.
Взгляды Благоева и Ленина по вопросам партийного строительства и укрепления дисциплины партийных рядов, по организационным вопросам и, в частности, по вопросу о демократическом централизме были очень близки [см.
48, т. 10, с. 377]. Но это не означает, что все идеи Благоева по организационным вопросам были идентичны с ленинскими. Основное различие выражалось в том, что благоевцы в Болгарии как создатели революционной дисциплинированной партии рабочего класса еще не поняли в полной мере ее роль как авангарда и руководителя масс в борьбе за власть [7, с. 579]. Вместе с тем уже в годы, предшествующие первой мировой войне, Благоев защищал ленинский взгляд на роль стихийности и сознательности в рабочем движении, роль интеллигенции в разработке социал-демократической теории. Благоев приближался к Ленину и в вопросе о руководстве профсоюзным движением со стороны политической партии пролетариата [ср. 48, т. 10, с. 449—451 и 2, т. 16, с. 429 и др.]. Самостоятельная позиция «тесных социалистов» по этому вопросу показывает, что Благоев все более расходится с Плехановым. В годы реакции, когда революционное движение в России испытывало отлив и в РСДРП появились «левые» и правые ликвидаторы, Благоев встал на сторону сил, боровшихся за сохранение и укрепление нелегальной партии. Когда в Болгарию пришли первые известия о появлении ликвидаторов в русской социал-демократии, Благоев в редактировавшемся им журнале «Новое время» писал: «При обсуждении этого вопроса появились деятели, которые не постеснялись подчеркнуть тот факт, что партия настолько дезорганизована реакцией и разногласиями в руководящих органах, что в сущности она не существует как организация и поэтому ее нужно создавать заново» [48, т. 14, с. 47]. Этому антипартийному взгляду Благоев противопоставлял взгляд больше-виков и полностью в духе революционного марксизма указывал, что борьба Ленина за сохранение и укрепление русской социал- демократической партии в годы реакции является одним из решающих факторов победы революционного рабочего движения.Позиция, занятая теоретиками II Интернационала по отношению к мировой войне, ускорила разрыв Благоева с Каутским и
Плехановым и его переход на ленинские позиции. Критика Бла- гоевый Плеханова в статьях «Magister dixit» и «Плеханов и Пар- вус» 48, т.
16, 17] помогла болгарской партии быстрее освободиться от влияния Плеханова.Интернационалистическая позиция благоевцев и критика ими Плеханова укрепляет у Ленина мнение, что благоевцы в Болгарии отстаивают дело интернационалистических традиций в международной социал-демократии. Защита интернационализма является большой заслугой Благоева перед международным рабочим движением. Ленин высоко оценил болгарских «тесняков» «как интернационалистов на деле» [см. 2, т. 31, с. 172—174]. Ленин и Благоев почти одновременно критиковали социал-шовинизм и центризм II Интернационала. Однако Ленин выступал уже с новой концепцией революции, тогда как Благоев еще не разделял ленинских лозунгов о превращении империалистической войны в гражданскую.
Изучение Благоевым революционных событий в России, позиция большевиков по отношению к войне и Февральской революции убедили Благоева, что созданная и руководимая Лениным партия есть единственная революционная партия в России. Победа Вели-кого Октября дала Благоеву возможность еще глубже понять ленинизм.
В целом теоретическая и практическая деятельность Благоева и болгарского теснячества обеспечили им особое место в революционном движении. Среди всех других левых течений II Интернационала они ближе всего подошли к большевикам и сразу же вошли в новый, Коммунистический Интернационал (1919).
Еще в начале своего пути как пролетарского революционера Благоев понял, что без революционной теории, без марксистской философии не может быть действительно революционного движения. В марксистской философии Благоев видел важное идеологи ческое оружие в борьбе за создание марксистской партии в Болгарии. С момента ее создания и до конца своей жизни он по-стоянно работал над формированием идейно-теоретических, философских взглядов партии по проблемам социальной жизни народа, конкретно-исторических целей деятельности различных классов и прослоек в болгарском обществе.
Благоев неустанно пропагандировал философские идеи Маркса и Энгельса, идеи политической экономии и научного коммунизма, отстаивал их в борьбе против народнических взглядов, неокантианства и ревизионистов. Проблемам философии посвящены такие труды Благоева, как «Что такое социализм и имеет ли он почву у нас?» (1891); статьи против русских народников-эмигран- тов в Болгарии: «Научный социализм или марксизм» (1891), «Марксисты, или социал-демократы и г. Прокопиев» (1892); статьи против Бернштейна и болгарских бернштейнианцев: «Марксизм или бернштейнианство?» (1901), «Оппортунизм или социализм?» (1902); «Диалектический материализм и теория познания» (1903—
/
1904); труды «Социализм и рабочий вопрос в Болгарии» (1900); «Экономическое развитие Болгарии» и др. /
Философские вопросы ставились и разрабатывались Благоевым и в огромном количестве статей по широкому кругу вопросов общественно-политической, научной, литературной жизни, опубликованных в журнале «Новое время» и в рубриках «Из общественной хроники», «Из жизни и литературы», «Новые книги», «Литература», «Общественная хроника» и др. Благоев подчеркивал в своих работах, что только марксистская философия дает действенный метод исследования и теорию общественного развития и слу-жит теоретическим руководством для борьбы пролетариата за свое освобождение. Он прослеживал неразрывную связь между материалистической диалектикой, материалистическим пониманием истории и научным социализмом и резко выступал против нападок Бернштейна на диалектику. Благоев понял социальную опасность выступлений Бернштейна против диалектики. В его попытке «освежить» марксизм идеализмом, заменить диалектику метафизикой, а материалистическое понимание идеалистическим Благоев увидел стремление идейно разоружить международный революционный пролетариат. Он разъяснял, что идеи Бернштейна уводят международный пролетариат с позиций классовой борьбы, социальной революции и диктатуры пролетариата, увлекая его по гибельному пути ревизионизма.
Благоев показал во многих работах, что Маркс смог глубоко и целостно изучить развитие общества и обосновать неизбежность гибели капитализма именно благодаря применению диалектикоматериалистического метода исследования. Диалектика Маркса, подчеркивал Благоев, «не является простой дедукцией понятий и не есть увлечение «формулами по аналогии», а это — неизбежный вывод из наблюдений над действительностью, из «опыта». Так что Марксово учение не только ничего не теряет в своей научности от того, что принимает «гегелевскую диалектику», но, напротив, диалектика придает ему научную ценность и логическую стройность... Без диалектики учение Маркса перестало бы быть научной теорией» [48, т. 7, с. 115—120].
Марксистскую философию Благоев определял как учение о развитии. «Диалектический материализм,— пишет он,— рассматривает и вообще мир, природу и человеческую историю как совокупность процессов, в которых предметы и явления, как и отражения их в голове человека, понятия, находятся в непрерывном изменении, в непрестанном движении...» [48, т. 9, с. 14]. Причем диалектическая концепция развития не имеет ничего общего с эволюционизмом: «развитие, как в природе, так и в обществе происходит диалектически. Всякое явление несет в себе свое отрицание, с развитием которого явление превращается в свою проти-воположность» [48, т. 7, с. 114]. Благоев отмечал, что для диалектиков закон единства и борьбы противоположностей — «великий, вечный, повсеместный закон».
Последовательно марксистскими являются взгляды Д. Благоева на соотношение диалектики и теории познания, абсолютной и относительной истины. Отстаивая марксистскую концепцию о познаваемости мира, он определяет кантовскую идею о непознаваемости «вещи в себе» как «философские измышления», которые опровергаются практикой. Благоев подчеркивал в своих работах, что нет в принципе непознаваемых вещей и явлений. Непознанное сегодня с развитием практики, техники, производства будет познано завтра.
Благоев утверждал, что не существует метафизических вечных и окончательных истин, что абсолютная истина есть сумма относительных, исторически ограниченных истин. В решении проблем теории познания Благоев занимал позицию, близкую к позиции Ленина.
Большое внимание в трудах Благоева уделялось проблемам материалистического понимания истории. Обращение к этим проблемам было подчинено задачам создания революционной партии, выработки стратегии и тактики коммунистического движения. Благоев отстаивал идеи единства и цельности марксистского философского мировоззрения, неразрывности диалектического метода и материалистического понимания истории. В этой связи он решительно выступал против ревизионистских попыток оторвать исторический материализм от диалектического и раскрывал социально-политический смысл этих попыток: такой отрыв позволил бы ревизионистам «защищать все основные идеологии, которые скрепляют современное буржуазное общество» [48, т. 9, с. 113]. Благоев стремился раскрыть важнейшие категории исторического материализма, такие, как общественное бытие и общественное сознание, базис и надстройка, развить идею классовой борьбы как движущей силы общественного развития.
Взгляды Благоева на классовую борьбу с течением времени менялись. В период 1891—1900 гг. он абсолютизировал легальные формы борьбы. Затем, выступая против «теории» Бернштейна о классовом мире, Благоев на первый план выдвинул тезис о непримиримой классовой борьбе. После победы Октябрьской революции Благоев с ленинских позиций критиковал теорию Каутского о мирном пути к власти, восприняв до известной степени ленинское положение о крестьянстве как союзнике пролетариата.
Благоев постоянно подчеркивал классовый характер государства. Однако в 90-х годах он еще не дошел до признания необ-ходимости слома старой государственной машины в ходе пролетарской революции. До конца 900-х годов он преувеличивал значение легальных форм классовой борьбы, надеялся на парламентский путь победы социалистической революции. Под влиянием Октябрьской революции Благоев преодолевает эту непоследовательность. В конечном счете он воспринимает ленинское положение о диктатуре пролетариата и делает вывод, что задача БКП состоит в том, «чтобы подготовить рабочий класс к взятию политической власти
в Болгарии, организовать новое производство, на основе которого можно создать коммунистическое общество с помощью нового государства, т. е. революционной пролетарской диктатуры» [48, т. 18, с. 473]. /
Используя методологию исторического материализма, Благоев заложил основы традиции разработки проблем человека в марксистской философской мысли в Болгарии. Он подчеркивал, что действительным исходным пунктом в разработке этой проблематики является идея Маркса и Энгельса об общественной сущности человека, о том, что люди сами творят свою историю, «но они не творят ее самопроизвольно, они вынуждены действовать не при обстоятельствах, выбранных ими, а при обстоятельствах, которые не зависят от их выбора» [48, т. 14, с. 191].
Благоев придавал исключительное значение теоретическому положению марксизма, согласно которому в классовом обществе существуют не люди вообще, а люди, принадлежащие к определенным классам, прогрессивным или реакционным.
При этом ои особо подчеркивал, что прогрессивные, революционные классы и партии борются «за торя^ество новых общественных отношений», а реакционные стремятся сохранить старую экономическую организацию и препятствуют развитию новых общественных производственных форм [см. 48, т. 6, с. 432]. Разрабатывая проблемы наступательной стратегии и тактики революционного движения, Благоев с необходимостью обращался к проб-леме активной преобразующей деятельности человека, класса, партии. Благоеву чужды идеи пассивно-созерцательной трактовки взаимодействия субъекта и объекта. Он писал, что исторический субъект целенаправленно «избирает известные явления, что ставит субъекта в активное отношение к бытию и заставляет явления и предметы действовать согласно его, субъекта, данной цели» [48, т. 9, с. 89]. И Благоев обобщает: «Сознание, другими словами, ставит субъекта к бытию в отношение причины, которая вызывает известные явления и предметы для сознательной цели человека» [там же].
Оценивая в совокупности заслуги Благоева в области разра-ботки марксистской теории, необходимо прежде всего подчеркнуть, что он пропагандировал и отстаивал марксизм во всех трех его составных частях и сумел на базе марксизма определить пути к решению коренных социальных проблем Болгарии конца XIX — начала XX вв.
Разносторонняя теоретическая деятельность Благоева как философа, экономиста, историка, теоретика искусства, литературного критика и публициста делает его одним из видных и последовательных революционных марксистов не только в болгарском, но и в международном рабочем движении. Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Изд. 2-е.
Ленин В. И. Полное собрание сочинений.
Алътер И. Демократия против революции. М., 1930.
Алътер И. Теория пролетарской революции Каутского.— Под знаменем марксизма, 1928, № 4.
Астров В. О социальных корнях оппортунизма.— Под знаменем марксизма, 1924, № 4-5.
Группа «Освобождение труда». Из архивов Г. В. Плеханова, В. И. Засулич и Л. Г. Дейча, Сб. № 5. М.— Л., 1926.
Димитров Г. Избранные произведения, т. 2. М., 1957.
Дицген И. Избранные философские сочинения. [М.], 1941.
Дицген И. Письма к К. Марксу и Ф. Энгельсу.— Вопросы философии, 1958, № 3.
10. Зайдель Г. С. Организационные принципы II Интернационала.— Под знаменем марксизма, 1926, № 12.
И. Зайдель Г. С. Очерки по истории II Интернационала 1889—1914 гг. Л., 1930.
Из литературного наследства К. Маркса, Ф. Энгельса и Ф. Лассаля. Одесса, 1908.
Искра, 1903, 22 окт., № 51.
Канделоро Дж. История современной Италии. Т. 6. Развитие капитализма и рабочего движения. 1871—1896. М., 1975.
Каутский К. К критике теории и практики марксизма (Анти-Берн- штейп). М.—Пг., 1923.
Каутский К. Экономическое учение Карла Маркса. М., 1956.
Каутский К. Эрфуртская программа. М.„ 1959.
Корш К. Марксизм и философия. М.— JL, 1924.
Кривогуз И. М. В. И. Ленин и советская историография международного рабочего движения.— В кн.: Историография рабочего движения
и социалистических революций зарубежных стран. Л., 1973.
Лабриола А. Исторический материализм и философия. М., 1922.
Лабриола А. О социализме. СПб., 1906.
Лабриола А. Очерки материалистического понимания истории. М., 1960.
Лафарг П. Сочинения. М.— Л., 1925—1931.
Лафарг П. Литературно-критические статьи. М., 1936.
Лафарг П. Экономический детерминизм Карла Маркса. М., 1923.
Марксизм и этика. М., 1925.
Меринг Ф. История германской социал-демократии, в 4-х томах. М.— СПб., 1906.
Меринг Ф. Карл Маркс. История его жизни. М., 1957.
Меринг Ф. Литературно-критические работы, в 2-х томах. М.— Л., 1934.
Меринг Ф. На страже марксизма. М., 1927.
Меринг Ф. Некоторые замечания о теории и практике марксизма. Ива
ново-Вознесенск, 1924.
Меринг Ф. [Открытое письмо группы «Спартак» в редакцию газеты «Правда»] — Правда, 1918, 13 июня.
Месин Ф. Новая ревизия материалистического понимания истории. М., 1929.
Оболенская С. В. Франц Меринг как историк. М., 1966.
Пик В. Предисловие.— В кн.: Бухвиц О. 50 лет функционером германского рабочего движения. М., 1959.
Плеханов Г. В. Избранные философские произведения, в 5-ти томах,
. т. III, М., 1957.
Плеханов Г. В. Философско-литературное наследие, т. 2. М., 1973.
Под знаменем марксизма, 1924, № 1.
Под знаменем марксизма, 1924, № 4.
^Разумовский И. Против извращений ленинской оценки Каутского.- Под знаменем марксизма, 1932, N° 1-2. 73. Скворцов В. Я. Антонио Лабриола в борьбе с философским ревизионизмом.— В кн.: К 150-летию со дня рождения К. Маркса. М., 1968.
Тольятти П. Избранные статьи и речи, т. И. М., 1965.
Тольятти П. От Гегеля к марксизму. Развитие и кризис итальянской
мысли в XIX веке.— Вопросы философии, 1955, № 4—5.
Тридцать лет жизни и борьбы Итальянской коммунистической партии. М, 1953.
35 лет Коммунистической партии Германии. М., 1955.
Фридляпд Ц. Живой труп.— Под знаменем марксизма, 1925, № 1-2.
Фурщик М. М. Философия марксизма и современная социал-демократия. М.— Л., 1936.
Благоев Д. Съчинения, т. 1—20. София, 1957—1964.
Работнишко дело, кн. 8. София, 1904.
Adler V. Briefwechsel mit August Bebel und Karl Kautsky sowie Briefe von und an Ignaz Auer, Eduard Bernstein, Adolf Braun, Heinrich Dietz, Friedrich Ebert, Wilhelm Liebknecht, Hermann Muller und Paul Singer. Wien, 1954.
Bergner D. Nachwort.— In: Mehring F. Aufsatze zur Geschichte der Phi- losophie. Leipzig, 1975.
Brockschmidt K. F. Die deutsche Sozialdemokratie bis zum Fall des So- zialistengesetzes. Stuttgart, 1929.
Gay P. The Dilemma of Democratic Socialism. Eduard Bernstein’s Challenge to Marx. N. Y., 1962.
Gerratana V. Introduzione.— In: Labriola A. Del materialismo storico.
Roma, 1963.
Hohle Th. Franz Mehring, sein Weg zum Marxismus. 1869—1891. Berlin, 1956.
Kautsky K. «Das Elend der Philosophie» und «Das Kapital».— Die Neue Zeit, Stuttgart, 1886, Jg. IV.
Kautsky K. Die materialistische Geschichtsauffassung, Bd. 1. Berlin, 1927.
Kautsky K. Ein sozialdemokratischer Katechismus.— Die Neue Zeit, Stutt
gart, 1894, Jg. XII (1893-1894), Bd. 1.
Karl Kautsky, der Denker und Kampfer. Festgabe zu seinem siebzigsten Geburtstag.— Der Kampf. Sozialdemokratische Monatsschrift. Wien, 1924. Jg. XVII, H. 10-11. Okt.-Nov.
Koch H. Franz Mehrings Beitrag zur marxistischen Literaturtheorie. Berlin, 1959.
Kumpmann W. Franz Mehring als Vertreter des historischen Materialismus. Wiesbaden, 1966.
Labriola A. Opere complete, Vol. 1—3. Milano, 1959—1962.
Labriola A. Lettere a Engels. Roma, 1949.
Labriola A. Saggi sul materialismo storico. Roma, 1968.
Labriola A. Scritti filosofici e politici, Vol. 1. Torino, 1973.
Lukacs G. Franz Mehring (1846—1919).—In: Beitrage zur Geschichte der Asthetik. Berlin, 1954.
Matthias E. Kautsky und der Kautskyanismus. Die Funktion der Ideologie in der deutschen Sozialdemokratie vor dem ersten Weltkriege.— In: Marxismus Studien, 2. Folge. Tiibingen, 1957.
Mehring F. Historischer Materialismus.— Die Neue Zeit, Stuttgart, 1909/1910. Jg. XXVIII, Bd. 2.
Mehring F. Zur historisch-materialistischen Metode.— Die Neue Zeit, Stuttgart, 1893/1894, XII, Bd. 2.
Die Neue Zeit. Revue des geistigen und offentlichen Lebens. Stuttgart, 1899, Jg. XVII (1898—1899).
Pieck W. Franz Mehring, Forscher der historischen Wahrheit.— In: Pieck W. Reden und Aufsatze. Bd. 1. Berlin, 1950.
72; Pieck W. Vorwort — In: Mehring F. Gesammelte Schriften, Bd. 1. Berlin. 1960.
Protokoll liber die Verhandlungen des Parteitages der Sozialdemokrati- schen Partei Deutschlands. Abgehalten zu Stuttgart vom 3. bis 8. Oktober 1898. Berlin, 1898.
Prpic /. Pogledi Karla Kautskog.— Nase teme, Zagreb, 1970, N 4.
Rey P.-Ph. Les alliances de classes. Paris, 1973.
Schleifstein J. Franz Mehring. Sein marxistischen Schaffen. 1891—1919. Berlin, 1959.
Steinberg H. J. Sozialismus und deutsche Sozialdemokratie. Zur Ideologie der Partei vor dem I. Weltkrieg. Hannover, 1969.
Togliatti P. Momenti della storia d’ltalia. Roma, 1963.
Togliatti P. Per una giusta comprensione del pensiero di Antonio Labriola. Rinascita, 1954, Anno XI, N 4—7.
Die Volkswirtschaftslehre der Gegenwart in Selbstdarstellungen. Leipzig, 1924.
Waldenberg M. Kautsky. Warszawa, 1976.
Waldenberg M. Wzlot і upadek Karola Kautsky’ego, t. 1-2. Krakow, 1972.