IV 6. Бог — центр и периферия нашей религиозной веры; христианство — его закон 2
Отношение человека к богу подобно отношению сына к отцу: оно имеет моральную природу.
Бог — чистый источник нашей жизни и наших способностей, наших надежд н радостей; взамен этих благ мы отдаем ему единственный дар, какой он мог бы пожелать: преданность наших сердец.Но человеку было недостаточно естественной религии, ибо, не обладая пи достоверностью, ни жизненностью, ни признанием, она не удовлетворяла потребностей его совести, и стало необходимым, чтобы позитивные религии, основывающие свой авторитет на исторических фактах, провозгласили те законы, которые должны руководить этими тесными отношениями между человеком и его создателем.
Лучшая из позитивных религий — христианство, ибо оно является не чем иным, как раскрытием моральных побуждений человечества.
Евангелие —¦ это закон бога, ибо оно есть моральный закон совести и разума.
Христианство принесло в мир братство, равенство и свободу и, восстанавливая человеческий род в его правах, освободило его. Христианство в своей основе является прогрессивной и цивилизующей религией.
Мир был погружен во мрак, слово Христа осветило его, и из хаоса возник новый мир. Человечество было мертво и с божественным дыханием воскресло и получило жизнь.
Евангелие — закон любви, и, как говорит святой Иаков, закон совершенный, представляющий закон свободы. Христианство должно быть религией демократии.
Изучи все и выбери хорошее, учит Евангелие; оно провозглашает, таким образом, независимость разума и свободу совести, ибо свобода состоит главным образом в праве исследования и выбора.
Любая религия предполагает культ. Культ — это видимая сторона или внешнее выражение религии, как слово — необходимый элемент выражения мысли.
Религия — это молчаливое соглашение между богом и человеческой совестью; она создает такую форму ду- ховпой связи, которая объединяет творение с его творцом.
Следовательно, человек должен направлять свою мысль к богу таким образом, как он сочтет более полезным. Бог — единственный судья действий человеческой совести, и никакая земная власть не имеет права узурпировать эту божественную привилегию; она не сможет сделать это, даже если захочет, потому что совесть свободна.Если подавить свободу совести, то голос и руки будут выполнять обряды даже машинально, но сердце будет внутренне отрекаться от них и сохранять эту свободу в священной неприкосновенности.
Если свобода совести есть право личности, то свобода отправления религиозных культов есть право религиозных общин.
Было бы противоречием, признав свободу совести, не признавать также и свободу религиозных культов, которая есть не что иное, как непосредственное применение первой.
Всякое вероисповедание и отправление религиозных культов будут свободными только тогда, когда им не будут чинить никаких препятствий и когда члены любой религиозной общины будут равны в гражданских и политических правах с остальными гражданами.
Религиозное общество независимо от общества гражданского; надежды первого обращены к иному миру, надежды второго сосредоточены на земле. Миссия первого духовная, второго — светская. Тираны выковали из религии цепи для человека, и из этого возник нечистый союз власти и алтаря.
На правительстве не лежит обязанность регламентировать вероисповедания и ставить себя между богом и человеческой совестью; но оно должно защищать принципы, охраняющие общество, и обеспечивать соблюдение общественной морали.
Если какая-либо религия или религиозный культ попытаются публично или в иной форме, действиями или письменно оскорбить общественную мораль и нарушить общественный порядок, то правительство должно активно противодействовать этому беззаконию и уничтожить их.
Власть правительства в отношении религиозных культов должна ограничиваться лишь заботой о том, чтобы они не причиняли вреда друг другу и не сеяли беспорядка в обществе.
У государства как политического организма не может быть какой-либо религии, ибо, не являясь личностью, оно лишено собственно сознания.
Кроме того, существование господствующей религии представляет несправедливость по отношению к равенству людей и посягает на пего, поскольку господствующая религия провозглашает отлучение от общества тех, кто не исповедует ее веру и лишает их естественных прав, не освобождая от социальных обязанностей.
Принцип свободы совести несовместим с существованием государственной религии.
Если государство признает свободу совести, оно не должно объявлять одну какую-либо религию господствующей и покровительствовать только ей: все религии должны быть одинаково уважаемы и защищаемы, пока их мораль чиста и их культ не нарушает общественного порядка.
Слово терпимость в области религии и религиозного культа говорит лишь об отсутствии свободы и означает оскорбление прав человека. Терпят лишь плохое или то, что мешает; право же признают и провозглашают. Человеческий дух — свободная сущность; свобода — нерушимый элемент природы и дар божий.
Священник — исполнитель религиозного культа, его сан —- общественная обязанность. Задача священника — сделать людей моральными, проповедовать братство, человеколюбие, т. е. закон мира и любви — закон бога.
Священник, который с алтаря разжигает страсти и призывает к мести, нечестив и совершает кощунство.
Любите своего ближнего как самого себя, любите ваших врагов, говорит Христос,— вот слово священника.
Священник должен проповедовать терпимость, а не преследовать неверующих или тех, кто безразличен к религии. Принуждение порождает лицемеров, а ие искрение верующих, разжигая в то же время фанатизм и войну.
«Как будут верить слову священника, если он сам не соблюдает закона. Он, который говорит, что знает бога, а не соблюдает его заповедей, является лжецом, и в его словах нет истины» [*******].
«Мы не требуем слепого повиновения,— говорит святой Павел.— Мы учим, доказываем, убеждаем». Fides suadenda поп imperanda [Веру проповедуют, а не навязывают], повторяет святой Бернард.
Миссия священника исключительно духовная; поэтому, вмешиваясь в мирские страсти и интересы, он подрывает и оскверняет святость своего дела и вызывает у людей презрение и ненависть вместо любви и почитания.
Священники и служители Христа не должны занимать светские должности и осуществлять светскую власть. Regnum meum поп est de hoc mundo [Царство мое не от мира сего], сказал им их божественный учитель и таким образом указал им границы власти его церкви.
Священники, будучи членами государства, находятся под его юрисдикцией и не могут образовать привилегированное сословие в данном обществе. Как и остальные граждане, они должны выполнять его повинности и обязанности, подчиняться его гражданским и уголовным законам, его власти. Все люди равны, только заслуга и добродетель порождают превосходство [†††††††].