Тромбоз и эмболия мезентериальных сосудов («инфаркт кишечника»)
Это заболевание встречается не так уж и редко, поражает оно чаще организмы тучных пожилых людей и не имеет прямого отношения к тромбофлебиту, флеботромбозу и варикозному расширению вен нижних конечностей.
Брыжеечные сосуды относятся, в основном, к системе не полой, а воротной цены.
Поэтому венозный стаз кишечных вен заканчивается на уровне воротной вены или печени.Это заболевание представляет трудности для экстренной диаг- н°стики: боли, вздутие живота, отсутствие стула, кровянистые выдеЛения из заднего прохода. При кишечной непроходимости кишечные ^Умы усилены, а при инфаркте кишечника никаких шумов нет. К сожалению, этот признак наступает при уже состоявшемся инфаркте, а вначале заболевания кишечника шумы могут еще прослушиваться К Єі4є большему сожалению рентгеновская картина не специфична
т
Диагноз ставится на основании нарастающей интоксикации, 0т сутствии кишечных шумов и появления перитониальных симптоім0й Далеко не всегда можно ограничиться резекцией части тонкой ки^ ки, часто омертвевает весь кишечник. '
Пример. В первые три месяца моей работы клиническим ординатору (сентябрь 1946 г.) мне пришлось оперировать молодого человек^ острым флегмонозным (!) аппендицитом. В день операции ничто н6 предвещало осложнений. На следующий день я обнаружил бледНо. го больного с частым пульсом, «молчащим» животом, частой рвотой Я обратился к ассистенту клиники, с которым дежурил. Опытный хи. рург с большим стажем пожал плечами и сказал, что надо посмот. і реть. Я просидел с больным всю ночь, наблюдая развитие явной кишечной непроходимости (тахикардия, рвота, вздутый живот).
Я стал обращаться ко всем старшим хирургам, ассистентам и доцец. там клиники с просьбой сделать лапаротомию, но все они давали уклончивые ответы, а старший хирург, с которым я дежурил, шепотом сказал мне на ухо: «Поздно»
Через день больной скончался. В состоянии крайней депрессии я пошел на вскрытие.
Оказалось, что имел место полный некроз тонкой кишки от дуоденоеюнальной складки до баугиневой заслонки. Старший хирург, с которым я дежурил, объяснил мне, что тромбоз ме-зентериальных сосудов был главным заболеванием, не распознанным нами при поступлении; флегмонозно измененный червеобразный отросток был сосудистого происхождения. Конечно, говорил старый хирург, аппендэктомия оказалась напрасной, но если бы мы и удалили весь кишечник, то шансов на выздоровление у больного не было. Ретроспективно анализируя этот случай через много лет, я вос-принимаю события 55-летней давности иначе.Главной ошибкой во время аппендэктомии под местной анестезией было то, что, удовлетворившись флегмонозными изменениями червеобразного отростка, я не осмотрел конечный отдел тонкой кишки.
Не обратил внимания на необычно тяжелое состояние больного, выходящее за рамки острого аппендицита.
Учитывая свой опыт, могу предположить, что некроз всей кишки не наступил сразу, и, следовательно, мог быть момент, когда некроз носил ограниченный характер, и его резекция могла быть про-изведена.
В те годы релапаротомия была исключительным событием, и мне понятна отстраненность старших хирургов от безнадежной с их точки зрения операции И в 60-е, и в 70-е, и, конечно, в более поздние годы я сам и мои сотрудники немедленно приступили бы к релапаротомии, как только наметилось бы ухудшение состояния больного Ошибки учат1
g 70-е годы у нас сложилось твердое убеждение: релапаротомия нее опасна, чем грозящие осложнения. По настойчивому предло- м;нИю М.И. Кузина лечение перитонита происходит с помощью се* и релапаротомий с промыванием брюшной полости. По меткому Р аЖению М.И. Кузина — если Вы подумали о релапаротомии, то, ааВерняка, опоздали минимум на сутки!