13.6. Что есть истина?

Данный вопрос — один из центральных в теории познания. Он занимал людей с самых древних времен. К его разрешению обращались Платон и Аристотель, Бэкон и Декарт, Кант и Гегель, Маркс и Ленин, Рассел и Хайдеггер.

Наиболее известные концепции: истинно то, что полезно (прагматизм); истинное суждение — продукт соглашения (конвенционализм); истина — психологическое состояние личностного переживания (экзистенциализм) и др. Платон и Аристотель являются родоначальниками древнейшей, классической концепции истины — истина есть соответствие мыслей действительности.

При всей простоте и очевидности классическая концепция истины столкнулась с немалыми трудностями, когда речь шла о способах установления соответствия мыслей действительности, особенно в теоретических областях знаний. Данными трудностями не преминули воспользоваться противники этой концепции. Они утверждали, что в процессе познания человек имеет дело непо-средственно не с объективным миром, а с продуктами его чувственного восприятия и концептуального осмысления, т.е. со знаниями. Поэтому нет и быть не может гарантий верного мысленного воспроизведения действи-тельности и устранения из мыслей субъективных прив- несений. Представители домарксового материализма, взявшие на вооружение классическую концепцию истины, не смогли справиться с этим (и не только с этим) возражением. Проблема была разрешена на более высокой стадии развития материалистической философии — в диалектическом материализме.

Продолжая классическую традицию в понимании ис-тины, диалектико-материалистическое учение является качественно новым этапом в его теоретическом развитии, преодолевает присущие классической концепции недостатки. В нем более глубоко и всесторонне обосновывается понятие объективной истины.

Важнейшей отличительной чертой диалектико-ма- териалистического подхода является рассмотрение объективной истины в связи с практикой. Роль практики определяется тем, что она — связующее звено между объектом и субъектом познания. Предметы внешнего мира задаются субъекту через практику, в ней выделяются те их свойства, которые становятся предметом знания.

Связывая субъект и объект, практика тем самым представляет собой единство двух сторон — субъективной и объективной. Первая включает человека с его способностями, навыками, знаниями и формирующимися на их основе целями и действиями, вторая — условия, средства, исходные материалы и продукты, получаемые из исходных материалов под воздействием средств в определенных условиях деятельности. При этом объективная сторона практики может охватывать не только фрагменты природы, но и людей с их отношениями и деятельностью.

Практически включаясь во внешний мир, человек не только видоизменяет его, но и подчиняет свою субъек- тивность его законам и возможностям. Если мы считаем человека частью природы, то и дела рук человеческих, производственные в том числе, надо рассматривать в рам-ках природы. В процессе практики человек может действовать только так, как действует природа, изменяя лишь формы вещества. Законы внешнего мира составляют основу целесообразной деятельности человека. Деятельность, рассогласованная с природой и ее законами, приводит человека к неудачам.

Рассмотрение понятия истины в связи с практикой позволяет отвергнуть доводы противников классической концепции истины. Практика разрывает круг, в который они попадают, и выступает каналом выхода за пределы знания, соотнесения его с объективным миром.

Объективная истина не есть нечто застывшее и окаменевшее. Она находится в постоянном развитии, становится более полной с каждым новым открытием. Диалектический процесс изменения и развития объективной истины характеризуется понятиями относительной и абсолютной истины.

Относительная истина — это знание, которое приближенно и неполно воспроизводит объективный мир. Специфические свойства относительной истины — приближенность и неполнота - органически присущи процессу познания, поскольку человек не может познавать мир, не фиксируя своего внимания на одних его сторонах и не отвлекаясь от других.

Противоположностью относительной истины является истина абсолютная. Каким бы односторонним и ограниченным ни было некоторое знание, оно содержит в себе элемент, который никогда не отбрасывался, выступает предпосылкой дальнейшего развития познания и в снятом виде содержится в его новых результатах. Это — абсолютная истина. Например, геометрия Евклида представляет собой относительное знание, поскольку обобщает человеческий опыт в привычных для нас, трехмерных пространственных условиях и непригодна для относительно больших пространств. Вместе с тем в рамках повседневного опыта она является абсолютной вечной истиной, предельно полным и точным знанием.

Постепенное суммирование подобных зерен абсолютных истин в человеческих знаниях ведет в пределе (никогда недостижимом) к абсолютной истине еще в одном смысле: вечное приближение мысли к неисчерпаемой действительности.

Отказ от признания в относительной истине зерен абсолютной истины (релятивизм) ведет к отрицанию объективности познания, к агностицизму.

Одновременное наличие в знании абсолютных и относительных моментов предполагает его использование в строго определенных объективных границах. Его распространение за эти границы ведет к ошибкам и заблуждениям.

Иными словами, истина конкретна. Принцип конкретности — один из главных принципов диалектического подхода к познанию. В соответствии с этим принципом требуется точный учет всех условий, в которых находится объект по-знания, рассмотрение главных, существенных связей, свойств, тенденций его развития вместе с их проявлениями. Крайний случай неконкретного подхода — рассуждения, претендующие на истинность не только в данном контексте пространства и времени, но и вне всякого контекста; рассуждения, «истинные» сами по себе, всегда и везде.

«Пагубна или благотворна война?» — вопрос, которым Н.Г. Чернышевский иллюстрировал диалектическое понимание принципа конкретности. «Вообще, — писал он, — нельзя отвечать на это решительным образом; надобно знать, о какой войне идет дело, все зависит от обстоятельств, вре-мени и места... Например война 1812 года была спасительна для русского народа; марафонская битва была благодетель- нейшим событием в истории человечества. Таков смысл аксиомы: «отвлеченной истины нет; истина всегда конкретна» (63. С. 281). Добавим, что в наши дни любая война, чре-ватая применением ракетно-ядерного оружия, будет, безусловно, пагубной для человечества.

Истине противостоит заблуждение, т.е. принимаемое за истину искаженное представление о действительности. Было бы неверным считать заблуждение чем-то сугубо субъективным, что можно исключить при желании из познавательного процесса. Какими бы точными и надежными ни казались регулятивы и правила, указывающие дорогу к истине, они не могут соответствовать всему сокрытому в неизведанном разнообразию объективного мира и потому неизбежно сталкиваются с предметами, находящимися за пределами своей применимости. Таким образом, заблуждение — вполне естественный этап в освоении новых, еще неизвестных сфер бытия.

Итак, истина есть процесс. Благодаря ему совершается переход от незнания к знанию, от знания менее полного и точного к знанию более полному и точному. Решение вопроса об истинности наших знаний, т.е. соответствии их действительности, имеет практическую основу. Процесс познания осмысливается глубже, если выявить его особенности в науке.