НЕВСКИЙ СБОРНИК, УЧЕНО-ЛИТЕРАТУРНЫЙ Изд. Вл. Курочкина. 1867 г.4
Из «ученых» статей, помещенных в сборппке, заслуживает внимания статья г. П-ова6 «Несколько мыслей об истории мысли». «История представляет, — говорит г. П-ов,— хронологические сборники полезных для составителей сведений, списки любопытных событий, тенденциозные обвинительные акты против лица или партии или не менее тепденцнозные апологии, доказательства в пользу и против какого-нибудь мпения, изящные попытки оживления перед глазами читателя картины события или быта эпохи; по можно ли назвать ее наукой?» Автор отвечает па этот вопрос отрицательно. Наука точно определяет факты, группирует их, подводит их под известные законы, устанавливает между ними точную, определенную связь. История же только ради хвастовства может уверять, будто и она открыла и установила неизменную последовательность в связи событий, будто и она нашла исторические законы и подчинила им развитие че-ловечества.
Всему свету известно, как она еще далека от этого. Некоторые даже полагают, что она п никогда не дойдет до истипно научных построений, потому что в истории человечества события не повторяются, а потому метод паведення к пей решительно пепрпложнм. Г. П-ов согласеп с этим. Он согласен, что при таких сложных явлениях, каковы исторические, «открыть законы путем наведения почти невозможно, но можно то же сделать путем вывода. Для этого стараются разделить целое явление на его элементы, рассматривают важнейшие из них каждый особо, прилагая к их исследованию тот метод, который они допускают по своей природе; если удастся открыть законы, управляющие отдельно каждым из главных элементов явления, обращаются путем вывода к ро- зысканию, что получится от их совокупности». Вот эти-то приемы он рекомендует для истории как науки и делает даже попытку расчленения исторического материала. Прежде всего он выделяет «из массы исторических событий главную совокупность исторических явлений, составляющих то, что обыкновенно называется «история циви- лизации»». Историю цивилизации ои разделяет на внешнюю (история культуры) и внутреннюю (история мысли). Внутреннюю историю, т. е. историю мысли, которой ои только и занимается в своей статье, он разделяет на составляющие ее элементы и, как результат этого деления, представляет следующую схему, которую мы выпишем здесь целиком:Мысль суди г Путем чувства и дает элемент искусства.
-J Критически
При отсутствии чувства и дает элемент знания, в частности науки.
При содействии чувства целостность и дает элемент философии. Стоит повнимательнее вглядеться в эту схему, чтобы тотчас же увидеть, что в пей нет решительно ничего нового и оригинального и что даже в таких отсталых исторических учебниках, каков, иапрнмер, учебник г. Смарагдова, — в отделе, посвященном истории мысли (а такие отделы есть также во всех учебниках), мы встречаем рубрики: история искусств; наука, философия (последпие дво соединяются обыкновенно вместе).
Конечно, мы пе хотим этим сопоставлением поставить на одну доску гг. Г1-ова н Смарагдова, — мы хотим только сказать, что методы, ре-комендуемые почтенным автором, давно уже известны в исторической науке и что под выведенную им схему давно уже подводились разнообразные явлепия умственной жизни общества, по дело от этого мало подвинулось вперед. История все еще не открыла и не выяснила ни частных законов явлении каждой специальной сферы, пи законов, общих всем сферам, т. е. всему историческому развитию вообще. Отчего это? Указывать все причины, объясняющие это прискорбное обстоятельство, мы здесь не будем, потому что это завлекло бы пас в сферы слишком отдаленные и притом совершенно чуждые предмету разбираемой статьи, но скажем несколько слов об одной пз них. Дело вот в чем: определить формально схему исторического исследования — это еще не велика штука; вся суть в том — как осуществить схему на практике, т. е. как наполнить материальным содержанием схемати-ческие формы? Что отнести, например, в сферу историимысли, что в сферу истории кулвтуры? Что отнести к первой, что — ко второй, третьей и четвертой категории мысли? Где критерий для такого разграничения? Дайте нам его, и тогда ваша схема будет иметь свое значение,— без него же она приведет только к той бессмысленной, ненаучной и в высшей степени вредной (в интересах науки) группировке событий и явлений, которую мы находим под рубриками — наука, искусство и т. п. в отсталых учебниках.
Я называю эту группировку вредной, потому что она чисто механическая. Механическое же расчленение целостного организма науки уничтожает науку, превращая ее в простой агрегат ничем не связанных между собой знаний; механическое расчленение пауки приучает человека абстрагировать в своем уме такие вещи, которые не должны быть рассматриваемы абстрактно; заставляет его забывать связь, существующую между различными сторонами общественной жизни и практической деятельности. Г. П-ов вопрос о критерии обошел молчанием, потому, нам кажется, что составленная им схема,— хотя и выработана с большим умением, талантом н знанием,— вещь совершенно бесполезная и что время, потраченное на нее, потрачено совершенно задаром [...]