§4.Концепция диалектики

Венцом, высшим и наиболее существенным результатом человеческого познания в целом выступает у Платона диалектика. Именно в ней раскрываются до конца сущность философского познания и его специфика.

Рассматриваемая в своем предельно общем смысле и значении, платоновская концепция диалектики является своеобразным итогом, возведением на качественно более высокую ступень предшествующих трактовок этого предмета, основательно развитых и определенно сформулированных в учениях Гераклита, элеа- тов, софистов и Сократа. Отношение диалектики Платона к этим предшествующим ее разработкам не есть попытка чисто внешнего, механического соединения основных ее принципов, сформулированных предшествующими мыслителями, что привело бы к чисто эклектической позиции, которую достаточно легко под-вергнуть основательной критике и опровергнуть за ее непоследовательность. Диалектическое учение Платона представляет собой усвоение и глубокую, основательную переработку предшествующих концепций диалектики, заключающуюся в приведении их в органическое, внутреннее единство и целостность, в которой сохраняются все положительные моменты предшествующих учений, «о вместе с тем эти моменты лишаются своей абсолютной самостоятельности, лишаются приписываемого им ранее значения принципов, превращаясь в особенные моменты более глубокого и более широко разработанного платоновского принципа.

Собственно говоря, переработка эта состоит в том, что в объективную диалектику Гераклита, выдвинувшую принцип всеобщей изменчивости вещей и понявшую Вселенную как процесс в самой себе, как непрерывное становление, Платон вносит неорганически связывает с ней субъективную диалектику элеатов и ее гносеологическое видоизменение у софистов, заключающиеся в том, что субъективное мышление, осознавшее всю силу своего логического рассуждения, во всем и вся вскрывает и обнаруживает противоречия, истолковываемые субъективно, т.

Главная цель философствования Сократа, в противовес внешней диалектике софистов, умевших запутывать необразованное сознание в искусно вскрываемых в предмете противоречиях и тем самым приводить это сознание в замешательство, заключалась в том, чтобы посредством применения правильного метода исследования и обсуждения предмета (со стороны внешней формы этот метод характеризовался как ирония и майевтика, со стороны же своей логической сущности — как индуктивное рассуждение и его результат, всеобщее определение) достичь истины, понимаемой как всеобщее определение, в котором схвачена сущность рассматриваемого предмета. Углубляя сократовское понимание истины, Платон трактует всеобщее как конкретное единство противоположных определений. Тем самым, он впервые строго формулирует понятие диалектического противоречия как противоречия в одном и том же смысле и отношении. Подчеркивая отличие истинной диалектики от диалектики софистов, умеющих вскрывать в каждом обсуждаемом предмете присущие ему противоречия и в рассуждении лишь переходить от одного определения к другому, а не связывать эти противоречащие друг другу определения в единство, Платон пишет: «Если кто-нибудь, как будто бы он нашел невесть какое трудное дело, находит удо-вольствие в перенесении мысли от одного определения к другому и обратно, то нужно сказать, что он этим ничего не делает дот стойного похвалы, ибо это не есть ни что-либо превосходное, ни что-либо трудное... Трудное и истинное состоит в том, чтобы показать, что то, что есть другое, есть то же самое, а то, что есть то же самое, есть другое,, и именно оно состоит в том, чтобы показать, что в том же отношении и с той же стороны, с которой в них является одно, в них показывается наличие и другого.

Наиболее четкая и развернутая формулировка сущности диалектического метода содержится в диалоге «Парменид». Здесь показано, что предмет диалектического исследования — не та или иная материальная вещь или рассудочное определение этой вещи, а определенная идея, рассматривается чисто умозрительно как сама по себе, так и в соотношении со своей противоположностью, во взаимосвязи двух взаимоисключающих точек зрения на ее содержание. Результатом диалектического исследования идеи является констатация в ее предметном содержании тождества двух противоположных определений.

Истинный диалектик, считает Платон, должен отвергнуть блуждание мысли вокруг да около видимых вещей и рассматривать лишь то, что постигается исключительно разумом, то есть лишь идеи. Конкретно раскрывая сущность способа диалектического рассмотрения идей, Платон пишет: «Если ты желаешь поупражняться (в диалектике. — Л. #.), то возьми хотя бы предположение, высказанное Зеноном: допусти, что существует многое, и посмотри, что должно из этого вытекать как для мно-гого самого по себе в отношении к самому себе и к единому, так я для единого в отношении к самому себе и ко многому. С другой стороны, если многого не существует, то опять надо смотреть, что последует отсюда для единого и для многого в отношении их к себе самим и друг к другу. И далее, если предположить, что подобие существует или что его не существует, то опять-таки, какие будут выводы при каждом из этих двух предположений как для того, что было положено в основу, так и для другого, в их отношении к себе самим и друг к другу.

Как предмет диалектического познания идеи не являются абсолютно самостоятельными, фиксированными лишь в некоторой одной, односторонней определенности, они обнаруживают способность к самодвижению, внутренним переходам в свою противоположность. В зрелом диалектическом учении Платон подвергает критической переоценке свою трактовку идей как лишенных движения, абсолютно сущих прообразов изменяющихся материальных вещей. Теперь он признает наличие движения в сфере идей, а вместе с тем стремится преодолеть дуализм идей и материаль-ных вещей.

Подчеркивая чрезвычайную трудность разрешения проблемы самодвижения идей и вместе с тем ее важность в деле познания существенной истины, Платон пишет: «Пусть-ка кто докажет, что единое, взятое само по себе, есть многое и, с другой стороны, что многое [само по себе] есть единое, вот тогда я выкажу изумление. И по отношению ко всему другому дело обстоит также: если бы было показано, что роды и виды испытывают сами в себе эти противоположные состояния, то это было бы достойно удивления. Но что удивительного, если кто будет доказывать, что я — единый и многий, и, желая показать множественность, скажет, что во мне различны правая и левая, передняя и задняя, а также верхняя и нижняя части, — ведь ко множественному, как мне кажется, я причастен, — желая же показать, что я един, скажет, что, будучи причастен к единому, я как человек — один среди нас семерых: таким образом раскрывается истинность того и другого.

Учение о диалектике составляет идейное ядро философской системы Платона. Именно оно придает ей целостность и внутреннее единство. Сам Платон видит в диалектике метод постижения наиболее глубокой, доступной человеческому познанию истины.

Будучи важным достижением в развитии античной мысли, платоновская концепция диалектики не лишена ряда существенных теоретических недостатков. «Диалектику Платона, — справедливо пишет в этой связи Гегель, — нельзя еще признать во всех отношениях совершенной. Если он и стремится в особенности, показать, что во всяком определении содержится противополож-ное утверждение, то все же нельзя сказать, что во всех его диалектических движениях понятий выдерживается этот строгий способ развертывания понятия; в его диалектике сказывается; влияние внешних соображений. Так, например, Парменид говорит: Может ли каждая из обеих частей единого сущего, «единое» и «бытие», оставаться особняком друг от друга? Перестанет ли когда-нибудь «единое» быть частью «бытия» (той elvai pptovV а «бытие» быть частью «единого» (той evog (xoptou)? Каждая часть, следовательно, содержит в себе, в свою очередь, и «единое^ и «бытие», и мельчайшая часть опять-таки всегда состоит по- крайней мере из этих двух частей».

Второй существенный недостаток платоновской концепции диалектики заключается в не всегда строго и четко проводимом им различии между элеатско-софистической формой диалектики И своей собственной. >)

Наконец, третий, наиболее существенный, на наш взгляд, недостаток диалектического учения Платона заключается в некоторой несистематичности философской рефлексии Платона и в непосредственно связанном с этим отсутствием последовательной и строго разработанной концепции диалектического метода. У Платона еще нет ясного осознания и четкого формулирования того последнего основания, посредством которого осуществляется самодвижение и саморазвитие идей в целостную категориальную систему. Принцип имманентной отрицательности, составляющий ядро диалектического метода, хотя и был высказан Платоном, однако он не стал еще единственным внутренне организующим систему чистой истины принципом. Такой статус он приобрел впоследствии в философии Гегеля.