Социально-экономические отношения в Карфагене (V—III вв. до н. э.).

В V—IV вв.

до н. э. Карфаген был самым крупным центром посреднической торговли в Средиземноморье. Через него проходили товары из различных областей Восточного Средиземноморья: Финикии, Египта, Малой Азии, ряда греческих городов,— а также из глубин Сахары, со Средиземноморского и Атлантического побережий Пиренейского полуострова.

Посреднический характер торговли (товары крупными партиями привозились морем или на караванах) обусловил специфику денежного обращения в Карфагене: до IV в. в Карфагене не чеканили собственную монету, для различных расчетов использовались главным образом греческие и персидские монеты или слитки драгоценных металлов.

Карфаген в V—III вв. до н. э. был и крупным ремесленным центром: в городе работали многочисленные мастерские, обслуживаемые главным образом рабами в один-два десятка человек, где производилась разнообразная керамика, статуэтки, изделия из драгоценных металлов. Наемное карфагенское войско было снабжено оружием (мечами, копьями, дротиками, панцирями и шлемами и др.), изготовлявшимся в городских мастерских. Карфагеняне были искусными строителями. Город опоясывали мощные оборонительные стены, внутри которых строились великолепные храмы, дома знати, в гаванях возводились многочисленные складские помещения и доки.

Стела с антропоморфным изображением и пунической надписью. Карфаген

Карфагеняне считались не только искусными моряками, но и умелыми кораблестроителями.

Строительство кораблей представляло собой сложное производство, объединявшее труд многих специалистов-ремесленников по металлу, опытных плотников, столяров, мастеров по производству парусного полотна и других профессий. В Карфаген свозилось много металлов из разных мест Средиземноморья, особенно из Испании: серебро, золото, медь, олово, железо. На привозном сырье работали металлообрабатывающие мастерские, продукция которых затем вывозилась во многие страны Средиземноморья.

Захват обширных территорий в Северной Африке в V—IV вв. до н. э. создал благоприятные условия для развития интенсивного сельского хозяйства, которое приобретает большое значение в карфагенской экономике. Местные жители, продолжающие заниматься традиционным хлебопашеством, облагались налогом в размере Vio урожая; нередко им вдвое увеличивали эту долю. Они находились в зависимом положении от карфагенян, их свобода была ограничена, хотя они не считались рабами. Особенно высокого уровня сельское хозяйство достигло в рабовладельческих поместьях. Их собственники организовывали высокопродуктивное хозяйство с обширными виноградниками, оливковыми рощами, садами и огородами. Город Карфаген был окружен целым поясом таких хорошо возделанных рабовладельческих имений. На далекой периферии Карфагена жили туземные племена, занимавшиеся примитивным хлебопашеством; они также платили тяжелые налоги в пользу карфагенян.

Карфагенское общество VI—III вв. до н. э. сочетало элементы рабства античного типа и некоторые особенности, свойственные древневосточному обществу (значительную роль в производстве и социальной организации играло зависимое население, жившее в условиях общинного строя и эксплуатировавшееся как отдельными представителями карфагенской аристократии, так и государством в целом).

При наличии оформившихся прослоек аристократии и подневольных работников в Карфагене можно выделить также свободных мелких производителей, главным образом в ремесле, и зависимое сельское население на захваченных территориях. В самом Карфагене — многолюдном богатом городе (его население достигало около 200 тыс. человек) — низшую прослойку свободного населения составлял плебс, занятый в ремесленных мастерских, на работе в порту и живший за счет подачек карфагенской олигархии. Последняя состояла из крупных землевладельцев, собственников рабских мастерских, оптовых торговцев, жречества. В отличие от многих древневосточных стран, в том числе и собственно финикийских городов, в Карфагене не был развит бюрократический аппарат.

Экономическое процветание Карфагена покоилось на самой жестокой эксплуатации многочисленных рабов и зависимого местного населения. Классовые и социальные противоречия здесь были поэтому всегда довольно острыми. Карфагенским олигархам удавалось подавлять в зародыше проявления социального протеста. Источники не сообщают о восстаниях рабов, но имеются данные о волнениях среди местного зависимого населения, к которому примыкали и рабы. Так, в начале IV в. до н. э. поднялось зависимое ливийское население, воспользовавшееся тяжелым поражением карфагенян в Сицилии, и лишь ценой огромных усилий удалось подавить это восстание. В нем участвовало, по сведениям греческого историка Диодора, около 200 тыс. человек. В 24i—238 гг. до н. э. разразилось восстание наемников и местного населения, поставившее Карфаген на грань катастрофы; лишь мобилизовав все свои резервы, карфагенское правительство справилось с этим движением.

Неспокойно было и внутри Карфагена. Городской плебс, хотя и подкармливался карфагенской олигархией, тем не менее довольно часто проявлял недовольство, создавая социальную напряженность в самом городе.