Первый раздел Речи Посполитой (1772 г.)
Царская Россия в течение долгого времени выступала против раздела и ликвидации Речи Посполитой, которая находилась под ее влиянием. Однако императрица Екатерина II видела угрозу этому влиянию в начавшемся в Польше движении за реформы.
Стремясь оказать давление на правящие круги Речи Посполитой, царское правительство использовало в качестве предлога так называемый диссидентский вопрос, т. е. вопрос об угнетенном положении в Польше украинского и белорусского населения, исповедующего православие. Екатерина II в 60— 70-х годах предъявила Польше требование об уравнении православных и других диссидентов в правах с католиками.Политика царского правительства в отношении Речи Посполитой вызывала раздражение в правящих кругах Пруссии и Австрии, которые стремились уничтожить русское влияние в Речи Посполитой и добиться согласия Екатерины II на раздел Польши.
Австрия при молчаливой поддержке прусского двора шантажировала царское правительство угрозой заключения союза с Турцией. Впоследствии к этому приему прибегла также и Пруссия. Австрия и Пруссия воспользовались в свою очередь диссидентским вопросом, стараясь всеми способами усилить антирусские настроения в Речи Посполитой. Австрийский двор открыто выступал в роли защитника католицизма и поддерживал противников уравнения в правах православных с католиками. Прусский король давал своим представителям в Польше тайные инструкции противодействовать русскому влиянию.
Надеясь на поддержку со стороны Пруссии и Австрии, правящие круги Речи Посполитой стали на путь открытого сопротивления царскому правительству. Сейм 1766 г. выступил против уравнения в правах католиков и диссидентов. После окончания сейма русское правительство предложило Чарторыским решить вопрос о диссидентах, а также заключить оборонительно-наступательный союз с Россией. Получив отказ, правительство Екатерины II оказало давление на созванный осенью 1767 г.
сейм. Оно добилось решения об уравнении в гражданских правах католиков и диссидентов и отмены почти всех проведенных в 1764 г. реформ. Россия брала на себя гарантию сохранения вольной элекции (избрания) королей, «либерум вето» и всех шляхетских привилегий, признавая их «кардинальными правами» Речи Посполитой.Против этих решений выступила организованная в феврале 1768 г. в Баре (Украина) конфедерация. Барская конфедерация была весьма пестрой по своему составу. К ней примкнули, помимо ярых клерикалов и вообще консервативных элементов, еще и патриотические круги шляхты, недовольные вмешательством России во внутренние дела Польши и ставшие ее противниками. Конфедерация провозгласила отмену равноправия диссидентов и католиков и начала борьбу против других
Первый раздел Речи Посполитой (1772 г.)
постановлений сейма 1767 г. Царское правительство направило в Польшу военные силы, которые совместно с войсками Станислава Августа летом 1768 г. разгромили конфедератов.
Войска Барской конфедерации притесняли население, что послужило толчком к ряду крестьянских восстаний. В мае 1768 г. поднялось на борьбу украинское крестьянство, видевшее в организаторах Барской конфедерации своих давнишних угнетателей. Требование крестьян восстановить православную церковь являлось лишь религиозным выражением антифеодального и национально-освободительного движения.
Еще в 1767 г. в селе Торчин появился манифест, который распространялся на польском и украинском языках. Манифест призывал польское и украинское крестьянство к совместной борьбе против общего врага — магнатов и шляхты. Крестьянское движение 1768 г. охватило значительную территорию Правобережной Украины. Отряды восставших, возглавляемые Зализняком, Шило, Бондаренко, Гонтой, заняли Звенигородку, Умань и другие укрепленные города.
Размах крестьянского движения, получившего название колиивщины (от кольев, которыми вооружались повстанцы), стал настолько значительным, что встревожил и польское и царское правительства.
Против восставших двинулись царские войска под командой генерала Кречетникова и отряд польских войск во главе с Браницким. В результате карательных действий уже летом 1768 г. силы восставших были разгромлены и вожди их казнены. Но борьба не прекращалась» и отдельные крестьянские отряды продолжали действовать.Колиивщина показала, что магнаты и шляхта уже не в состоянии собственными силами подавлять антифеодальные движения. Обращаясь к царскому правительству за помощью против восставших народных масс, польские феодалы тем самым признали свою зависимость от царской России.
Пруссия и Австрия воспользовались напряженной обстановкой в Польше и приступили к захвату пограничных польских областей. В то же время, осенью 1768 г., Турция объявила воину России, вследствие чего значительные русские военные силы были отвлечены на новый театр военных действий. Правительство Екатерины II опасалось возможного выступления Австрии на стороне Турции. Кроме того, Екатерина II имела основание не доверять нейтралитету Пруссии, а главное не могла надеяться на прочность своего влияния в самой Польше. В этих условиях она дала согласие на раздел Польши. Первый раздел Польши был закреплен особым договором между тремя державами, подписанным в Петербурге 5 августа (25 июля) 1772 г. Пруссия получила Поморское воеводство (Западную Пруссию без Гданьска), Вармию, Мальборкское и Хелминское воеводства (без Торуня), часть Куявии и Великой Польши. Австрия заняла всю Галицию, часть Краковского и Сандомирского воеводств и Русское воеводство с городом Львовом (без Холмской земли). К России отошли часть Белоруссии — Верхнее Поднепровье, Подвинье и часть латвийских земель — Латгалия.
Речь Посполитая была бессильна отстоять свои границы, и сейм 1773 г. утвердил акт раздела. Этот раздел означал полное подчинение Речи Посполитой соседним государствам и предопределил — в результате двух последующих разделов, 1793 и 1795 гг., — ее окончательную гибель.
Культура Речи Посполитой
По сравнению с эпохой польского Возрождения — «золотым веком» польской литературы — уровень культуры польского общества во второй половине XVII — первой половине XVIII в.
значительно снизился. Это — время торжества контрреформации, господства католицизма, упадка наук, искусства, литературы, просвещения.Школа и просвещение в деревнях стояли на весьма низком уровне; в городах положение было несколько лучше. Для шляхты существовали школы иезуитов и других монашеских орденов. В течение XVII в. количество иезуитских школ возросло втрое; в 1700 г. имелась уже 51 школа с 20 тыс. учащихся. Однако обучение в этих школах давало очень мало. В них прочно держалась схоластика, главное внимание уделялось заучиванию латинского языка. По сохранившимся сведениям, на одной из львовских ярмарок начала XVIII в. среди прибывших мещан было 44% неграмотных, из крупной шляхты — 28, из средней шляхты — 40 и мелкой — 92% неграмотных. Эти цифры отражают более или менее положение в стране в целом.
Низкий уровень просвещения, религиозный фанатизм и нетерпимость благоприятствовали распространению суеверий и предрассудков. Умножается число судебных процессов над ведьмами и колдуньями. Выходившие в конце XVII — первой половине XVIII в. книги с пышными названиями «Ученые беседы», «Новые Афины» и т. п. представляли собой сборники фантастических сведений о приметах и чудесах.
Шляхетское общество XVII — первой половины XVIII в. сильно отличается от общества времени «польского Возрождения». Сужение политических горизонтов, застой во внутренней жизни имели своим следствием ограничение и оскудение интеллектуальных интересов. Шляхетское общество проявляет равнодушие и пренебрежение к прогрессу науки и культуры в других европейских странах и в то же время рабски копирует французские или саксонские моды в одежде, украшениях, образе жизни. Жизнь магнатов, окруженных многочисленными приживалами из мелкой шляхты, а также следующих их примеру помещиков средней руки проходила в разгуле и пьянстве, постоянных
Сельская школа.
Гравюра М. Морва 1657 г.
столкновениях и вооруженных нападениях одних шляхетских групп на другие.
В это время родились такие выражения, как «Польша держится беспорядком» и «при королях саксонских ешь, пей и распускай пояс». Подобные поговорки характеризовали не только образ жизни, но и идеологию шляхты, нашедшую свое выражение в идейно-литературном направлении, известном под названием «сарматизм» (от латинского наименования Польши — Сарматия).Сарматизм — это возвеличение шляхты, безоговорочная защита шляхетского духа, шляхетских «доблестей», шляхетского господства. Вместе с тем это — превознесение Польши, пренебрежительное отношение к чужим странам, к «чужим» наукам. Со второй половины XVII в., когда явственно обозначается упадок Речи Посполитой, сарматизм становится способом маскировки собственной слабости. Идеями сарматизма проникнута вся литература второй половины XVII в. Она не удержалась на высоте, достигнутой польской литературой предыдущего столетия; в ней зазвучали теперь мотивы ханжеской набожности, религиозной нетерпимости, шляхетского самопрославления.
В католическом духе прославляет Польшу историк и поэт Веспасиан Коховский (1633— 1700) в своей поэме «Польская псалмодия»; ему принадлежит много других поэтических произведений, в том числе поэма о битве под Веной в 1683 г. Более талантливым поэтом был Вацлав Потоцкий (1625—1696). Необычайно плодовитый, он оставил свыше 300 тыс. стихотворных строф. Автор поэмы «Хотинская война» и сборников эпиграмм и афоризмов, Потоцкий выступает в них как замечательный бытописатель. Он показывает читателю свет и тени шляхетского быта, нередко в острой сатирической форме. Произведения Потоцкого важны для понимания жизни современного ему шляхетского общества.
Из писателей-прозаиков этого времени наиболее значительными были Андрей Максимилиан Фредро (1620—1697), Станислав Любомирский (1640—1702) и Ян Хризостом Пасек (1630—1701). Фредро выступал в качестве апологета шляхетских вольностей. Любомирский, драматург и публицист, известен главным образом своим произведением «О тщетности советов», проникнутым скептицизмом и сомнениями в возможности реформ в Речи Посполи- той.
«Воспоминания» Пасека являются ценнейшим источником сведений о жизни шляхетского общества второй половины XVII в.Из писателей первой половины XVIII в. заслуживают внимания поэтесса Эльжбета Друж- бацкая и автор сатирических произведений Антоний Понинский.
В строительстве и архитектуре тон задавали магнатство и католическая церковь, по заказу которых возводились дворцы и костелы. Наиболее значительными памятниками архитектуры этого времени являются дворец короля Яна Собеского в Вилянове (около Варшавы), дворец Красинских и костел Визиток в Варшаве,
а также костел св. Анны и костел Петра и Павла в Кракове. В архитектуре в XVII и первой половине XVIII в. преобладал стиль позднего барокко.
Конец XVII в.
Изобразительное искусство представлено рядом портретистов и художников, занимавшихся декоративной и религиозной живописью. Наиболее известны портретист Людвиг де Сильвестр и церковные живописцы Чехович и Конич. Замечательным художником второй половины XVIII в. был переселившийся в Польшу итальянец Бернардо Белотто (Каналетто), который оставил серию превосходных видов польской столицы.
В 1724 г. в Варшаве открылся постоянный театр. Сценическое искусство начинает поощряться в «благочестивых школах» католического ордена пиаров (основан в 1607 г.), члены которого давали обет воспитания юношей. В этих школах с середины XVIII в. ставятся пьесы Мольера,
Корнеля, Вольтера. Это свидетельст-
вовало об усилении в Польше влияния идей французского Просвещения.
В связи с начавшимся в это время экономическим и политическим подъемом страны деятельность прогрессивных элементов польского общества в области культуры стала более активной и целеустремленной. Такие радикально настроенные публицисты и писатели, как Стефан Гарчинский, Станислав Конарский, Францишек Богомолец, видели необходимость перемен в системе просвещения, понимали важность дальнейшего развития науки, литературы и искусства. Их волновала судьба польского языка, засоренного латинизмами и находившегося под угрозой дальнейшей латинизации. Конарский и Богомолец неоднократно в течение 40—50-х годов выступали против господства латыни в школе и против ее внедрения в польский литературный язык. Они получили поддержку со стороны других выдающихся деятелей польского просвещения, в частности Гуго Коллонтая, и в 1780 г. добились введения преподавания в Краковском университете на польском языке.
Выступая против схоластики и догматизма в польских школах, Конарский выдвигал программу расширения круга изучаемых в школе предметов. Он доказывал необходимость строить обучение на понимании предмета, а не на его механическом заучивании. Преодолев противодействие иезуитов, Конарский основал в 1740 г. в Варшаве новую школу — «Collegium Nobilium», сыгравшую важную роль в последующей перестройке всего образования в Польше. В 1766 г. в Варшаве появилось еще одно учебное заведение нового типа — кадетский корпус («Рыцарская школа»).
В основанной Конарским школе был создан физический кабинет. Большая роль в истории польской науки принадлежит Ю. А. Залусскому, который открыл для общего пользования свою богатейшую библиотеку, насчитывавшую около 300 тыс. книг и 10 тыс. рукописей. Важным признаком пробуждения научных интересов явился ряд периодических изданий, начавших выходить в 70—80-х годах: «Новые экономические и ученые ведомости» Вавжин- ца Мицлера, «Монитор» Богомольца и др.
В середине XVIII в. наметился определенный подъем польской художественной литературы, клеймившей наиболее уродливые стороны социального и политического строя магнатско-шляхетской Речи Посполитой, религиозный фанатизм, католическую реакцию. Ведущим литературным направлением был просветительский классицизм.
В это время уже начинали творческий путь те прогрессивные писатели, которые несколько позднее, в период польского Просвещения, внесли основной вклад в развитие национальной культуры. Однако и ранние их произведения сыграли важную роль в развитии польской литературы. Таковы комедии Богомольца «Брак по календарю» (1766 г.) и «Добрый пан» (1767 г.), в которых остро высмеиваются различные пороки шляхетского общества; поэмы 70-х годов крупнейшего польского просветителя Игнация Красицкого (1735—1801) «Мы- шеида» и «Монахомахия» (или «Война монахов»), осуждающие косность и произвол шляхты, невежество и фанатизм католического духовенства; произведения Трембецкого и Нару- шевича, разоблачающие отдельные стороны шляхетского быта, порицающие ханжество духовенства и своеволие шляхты.