Образование племенных союзов в Палестине

Происходившие в начале II тысячелетия до н. э. племенные передвижения, отчасти связанные, возможно, с использованием лошади как для транспортных целей, так и в военном деле, привели к созданию в течение XVIII в.

и, вероятно, разнородного в этническом отношении союза племён, известных под названием гиксосы. Конкретные причины его создания и его история нам неясны, но во всяком случае он охватил обширную территорию от Северной Сирии

Пленные перед палестинским царьком.

Резьба по слоновой кости. Мегиддо. Вторая половина II тысячелетия до н. э.

до Египта; центром его, по всей видимости, была именно Палестина. Добыча, награбленная гиксосами, в частности в Египте, привела к обогащению племён, участвовавших в гиксос- ском союзе, в особенности племенной знати; археологические находки в Палестине этого времени, особенно же богатые погребения, показывают рост накопления и имущественного неравенства. К XV—XIV вв., о которых мы располагаем обильными письменными данными из амарнского архива фараонов, перед нами предстаёт уже раннее классовое общество.

Изгнание гиксосов из Египта и последующее завоевание египтянами Палестины, начавшееся ещё с первой половины XVI в. до н. э. (при Яхмесе I, занявшем южно-палестинскую крепость Шарухен), привело к разорению страны, засвидетельствованному археологическими данными. Палестина не была включена в состав Египетского государства Нового царства как его органическая часть. Египтяне грабили

Палестину, превращая её в источник добычи, особенно рабов в различных крепостях Палестины (среди которых уже тогда выделялся Иерусалим, а также Мегиддо в Есдраелонской долине и другие) продолжали сидеть собственные царьки, представители местной родовой знати, от которой они полностью зависели. Государственное и общественное устройство этих маленьких царств было, вероятно, аналогично устройству государств Финикии, с той лишь разницей, что здесь большее значение имело земледелие и гораздо меньшее—ремесло и торговля; в отношении материальной культуры Палестина значительно отставала теперь от Финикии.

Правовой документ из Гезера, написанный клинописью.

Вторая половина II тысячелетия до н. э.

Переселение «народов моря».

С египетского рельефа XIII в до н. э.

Наряду с постоянным, оседлым ханаанейско- хурритским населением, в среде которого уже существовали классовые отношения (и к которому в период хеттско-египетских войн, возможно, прибавилось и хеттское население из поселенцев, происходивших с территории Хеттского царства), в Палестине, как и в Сирии, имелось и население другого рода, связанное с кочевыми племенами пустыни. Часть его, видимо, наряду со скотоводством занималась и земледелием, постепенно оседая на землю, но во всяком случае сохраняя первобытно-общинные порядки. Эти люди, которых письменные источники называют хапиру (апиру), или, по-шумерски, са-газ (что значит «подрезатели жил», «головорезы»), появлялись иногда мирно, как наёмники на сельскохозяйственных работах, иногда же воинственно, стремясь захватить землю и крепости оседлого населения. Они представляли серьёзную опасность для владычества египтян и местной ха- наанейско-хурритской знати — в особенности потому, что трудящееся население ханаа- нейских городов иной раз искало союза с ха- пиру в борьбе против своих и чужеземных угнетателей. Особенно значительным центром оседания хапиру были, по-видимому, южные и восточные районы Ливанских гор.

Весьма вероятно, что в числе хапиру, происходивших из западно-семитических по языку племён, обитавших на широком пространстве Сирийской степи от Палестины до Евфрата и Месопотамской равнины (и известных в вавилонских источниках под названием суту, или амореев), были и предки будущих евреев, ставших основным населением Палестины в I тысячелетии до н.

Сильнейший удар владычеству Египта в Азии был нанесён нашествием «народов моря» — племён побережья и островов Малой Азии и Эгейского моря, пришедших в движение во второй половине XIII в. до н. э. Опустошив южные области Хеттской державы, эти племена прошли огнём и мечом вдоль восточного побережья Средиземного моря. В конце XIII в. до н. э. гегемония в Палестине переходит в руки нового, еврейского племенного союза, носившего название Израиль. Израиль упоминается впервые в одной из египетских надписей (около 1230 г. до н. э.), где

TTT—II тысячелетиях до н. э., пока верблюд не стал главным транспортным средством и сообщение между Сирией и Палестиной, с одной стороны, и Месопотамией — с другой, ввиду редкости колодцев на пути не могло ещё осуществляться напрямик через степь, этот оазис не имел значения.

Осевшие в Халпе (Алеппо), Катне, Алалахе и других местностях северной и западной части Сирии земледельческие племена, так же как и степные скотоводческие племена, уже издавна были связаны с Двуречьем в экономическом и культурном отношениях.

Через Сирию проходят основные пути, соединяющие Месопотамию, Малую Азию, Аравию и Египет. Здесь рано возникли торговые города, и Сирия, в которой не было трудно преодолимых естественных рубежей, постоянно являлась объектом захватнических устремлений своих мощных соседей: Митанни, Хеттской державы, Египта, Вавилонии. Сирия являлась основной территорией, на которой эти державы вели между собой войны. Все эти обстоятельства, а также географическая разобщённость отдельных частей Сирии (в частности, отсутствие единого речного бассейна) препятствовали образованию здесь самостоятельных государств крупного масштаба.

Уже в очень древние времена в Сирию пришли племена, говорившие на языках семитической группы. Они смешивались с населением, говорившим на языках несемитического происхождения, в частности с хурритами. Ещё во второй половине TTT тысячелетия в Северную Сирию совершали походы цари Двуречья. Надо полагать, что это оказало влияние на темп развития здесь классовых отношений, однако в конце TTT тысячелетия классовое общество можно считать сложившимся лишь в отдельных частях Сирии.

Жизнь в ряде областей Сирии в самом начале TT тысячелетия ярко рисует нам египетская «Повесть о Синухете» — сановнике, бежавшем сюда из Египта. Население, жившее частью в укреплённых поселениях, частью в шатрах и занимавшееся земледелием, садоводством и особенно скотоводством, делилось на роды и племена; власть принадлежала родоплеменным вождям, которые владели крупными стадами и земельными наделами. В семье господствовали патриархальные отношения; уже возникло рабство. В некоторых областях Сирии этот процесс развития рабовладельческих отношений зашёл, по-видимому, гораздо дальше.

Во второй половине XVTTT в. до н. э. создался обширный, этнически неоднородный гик- сосский племенной союз, подчинивший себе Сирию, Палестину и Финикию, а на рубеже XVTTT и XVTT вв. захвативший и большую часть Египта. Не вполне ясно, каково было соотношение гиксосского племенного союза с государством Ямхад с центром в городе Халпе, которое господствовало в XTX—XVTTT вв. до н. э. в Северной Сирии. Гиксосский племенной союз просуществовал недолго и вскоре распался вследствие военных поражений, понесённых им от Египта на юге, от хеттов — на севере.

После этого некоторое время гегемонию в Сирии осуществляло Митанни. Это не мешало существованию здесь хотя более или менее зависимых, но внутренне самобытных государств, как Алалах (Мукиш) на северной излучине Оронта, Халпа к востоку от него, Катна в долине Среднего Оронта, Кинза (Кадеш) на Верхнем Оронте и др.

До нас дошли довольно многочисленные письменные источники из некоторых центров Сирии начала и середины TT тысячелетия до н. э., в том числе хозяйственные и правовые документы. (Жители Сирии пользовались главным образом аккадской клинописью.) К сожалению, эти документы пока ещё не изучены должным образом историками, однако уже ясно, что здесь к этому времени сложилось рабовладельческое общество. Например, в Алалахе существовали уже ростовщичество и долговое рабство, причём в качестве ростовщика выступал сам царёк. В некоторых случаях должник обязан был служить в доме царька, пока жена должника не отработает долг.

В середине II тысячелетия до н. э. на смену непрочному По- Положение в Сирии ^ - ^

^ ложение в Сирии митаннийскому владычеству над Сирией

в середине II тысячелетия

пришло более тяжелое, египетское, которое было результатом

ряда походов фараонов XVIII династии; затем последовали

завоевания хеттских царей и, наконец, борьба Египта с Хеттской державой за господство в Сирии.

В азиатских владениях Египта имелись уже сформировавшиеся рабовладельческие общества. Но многие из числа проникших сюда племён, а также тех, которые и в это время продолжают вторгаться в земледельческие области Сирии, по-видимому, жили ещё в условиях первобытно-общинного строя. Источники, как уже указывалось, обычно называют подобных пришельцев именем хапиру.

Экономика Сирии отличалась в это время многообразием. Население занималось пашенным земледелием, садоводством и виноделием, а в степных районах — скотоводством. В северной части страны большое значение имела также торговля.

Весьма многообразным было население Сирии и в языковом отношении. Наряду с преобладавшим семитическим, аморейским языком существовал и хурритский язык, на котором в некоторых городах говорила во всяком случае часть населения, как, например, в Тунипе — городе в средней части Сирии. В Северную Сирию, возможно, уже тогда стали проникать со стороны северо-запада представители одной из народностей, близкой к хеттам-несийцам (может быть, лувийцы).

Рабовладельческое государство Египта поставило перед собой задачу организации систематического ограбления городов и племён завоёванных им стран. Царьки сирийских городов-государств были поставлены в полную зависимость от Египта. Для того, чтобы держать в повиновении эти области, в их столицы были введены небольшие египетские гарнизоны, вполне достаточные до тех пор, пока египетским владениям в Азии не угрожал какой-нибудь сильный внешний враг.

Над ними стояли египетские «царские рабису», между которыми были поделены области Сирии. Они объединяли в своём лице функции и военачальника и администратора, располагая военной силой и некоторым количеством писцов. С помощью писцов они следили за своевременным поступлением дани, т. е. за ограблением завоёванных областей, которое проводилось с большой жестокостью. Эксплуатируемое население Сирии было готово приветствовать любого врага фараона, надеясь найти облегчение своей участи хотя бы в смене угнетателей.

Враги, которые могли угрожать Египетской державе, появились в Передней Азии в конце XV в. до н. э. Это была Хеттская держава. С другой стороны, это была и новая волна скотоводческих семитоязычных племён, которые своим вторжением в Сирию активизировали движение тех племён, которые жили здесь ещё со времени гиксосского владычества. Вновь появившиеся племена продолжали называться ха- пиру. Опираясь на уже жившие на территории Сирии племена, новые пришельцы пытались осесть на плодородных землях и захватить расположенные там города. В ряде случаев им это удавалось, поскольку их иной раз поддерживали народные массы завоёванных городов, а также и хеттский царь.

Одним из преуспевающих племенных вождей был в то время некий Абдаширта, который в конце концов объединил под своей властью область Амурру к западу от верхнего течения Оронта. Сделавшись правителем этой области, он попытался пробиться к морю. Но тут он пришёл в столкновение с некоторыми городами финикийского побережья, в борьбе с которыми и погиб. Его сын Азиру продолжал его политику. Искусно используя соперничество между Египтом и Хеттской державой, он упрочил свою власть в Амурру и подчинил себе центральную часть финикийского побережья. Став здесь твёрдой ногой, он захватил торговые пути, которые вели из Финикии в Митанни, куда он и братья его, на словах будучи верными фараону, продавали египетских военнопленных. Политика Азиру, создавшего себе из владений фараона в Сирии обширное царство, привела к тому, что египетский царь вызвал его к себе. Азиру вынужден был прибыть в Египет, но здесь он сумел оправдаться и избегнуть «смерти от топора». Вернувшись в своё царство, он, однако, продолжал свою антиегипетскую политику и завершил её официальным союзом с хеттским царём Суппилулиумой. По свидетельству документов из богазкёйского архива, не только Азиру, но и его преемники продолжали оставаться союзниками хеттских царей.

Что касается государств севера Сирии, расположенных к западу от излучины Евфрата, как, например, Каркемиш и Халпа (Алеппо), то они уже при первом наступлении хеттов на юг оказались потерянными для Египта. В Каркемише и в Халпе были поставлены правителями хеттские царевичи, и, вероятно, уже Суппилулиума ради закрепления здесь хеттского владычества привёл сюда поселенцев из числа близких хеттам племён. Северная Сирия оставалась во владении Хеттского государства и после мира с Рамсесом II (1295 г. до н. э.), по которому господство Египта сохранялось лишь в Южной Сирии и Палестине.

После разгрома «народами моря» Хеттской державы, в том числе союзных ей сирийских областей — причем были разрушены Алалах, Амурру и другие области — в Сирии вновь создаются многочисленные мелкие независимые государства; некоторые из них сохраняли хеттские традиции. Так, Каркемиш сохранял название страны Хатти, т. е. хеттов; на Оронте образовалось государство Хаттина. Во многих государствах цари иной раз носили традиционные хеттские имена; официальной письменностью было хеттское иероглифическое письмо. ^[61] попытки вмешаться во внутреннюю жизнь других государств (например, в вопросах престолонаследия) с тем, чтобы обеспечить интересы своих рабовладельцев. В этой связи растёт стремление государств оградить себя от таких попыток, отстоять свое право на управление всеми внутренними делами. В области внешних отношений складываются союзы отдельных государств, направленные против других государств. Появляются договорные отношения, основанные на признании тех или иных интересов договаривающихся государств или закрепляющие господство одних и подчинение других.

Права иностранцев

Раньше всего эти отношения складываются в долине Евфрата и Тигра. Ещё в середине III тысячелетия до н. э, правители отдельных шумерских государств переписывались между собой и обменивались дарами. В XXIII в. до н. э. был составлен (на эламском языке) первый из дошедших до нас международных договоров, заключённый между аккадским царём Нарамсином и мелкими правителями Элама. При III династии Ура правители Элама отправляли своих посланцев ко двору Ура, причём они получали по пути довольствие из шумеро-аккадского царского хозяйства. В старовавилонский период регулярно отправлялись посланцы и велась переписка между царями Ямхада, Мари, Ашшура, Вавилона и других государств Месопотамии. В некоторых случаях существовали и постоянные послы одного царя при дворе другого.

Ряд международно-правовых проблем возникает в связи с организацией ассирийцами сети торговых колоний, так как эти колонии возникали на чужой государственной или племенной территории.

Как общее правило, житель одного государства не пользовался правовой защитой на территории другого. Мало того, даже член чужой общины долгое время был неполноправным лицом (по-аккадски — убару). Это последнее положение в значительной мере смягчилось в связи с созданием общегосударственного законодательства (например, законов Хаммурапи), частично заменившего обычное право отдельных общин. Но это смягчение не отражалось на положении чужестранца. Находясь в пределах другого государства, он не имел в нём никаких прав. Государство, к которому он принадлежал, считало, что его подданный в чужой стране должен сообразоваться с законами лишь своего государства. Но поскольку в большинстве случаев государство не могло фактически оказывать своим подданным правовой защиты на чужой территории, постольку иностранец обычно был совершенно бесправным. Это соответствовало низкому уровню международного обмена и в свою очередь затрудняло его развитие.

Переписка между государствами имела в подавляющем боль- ^{Переписка} шинство случаев характер личной переписки между главами

^{между государствами} государств; отношения между государствами принимали

форму как бы личных отношений между царями. В переписке между собой дружественные независимые цари называли друг друга «братьями», если положение их было равным. Наряду с этим существовали и зависимые цари, относившиеся к более крупным, как к «отцам» или «господам». О них говорилось, что они «идут за таким-то царём», для которого они были его «рабами». Было принято, чтобы равные между собой цари посылали друг другу время от времени ценные подарки — в особенности при вступлении получателя подарка на престол или при других важных для него событиях его царствования. Перед своими подданными царь нередко выдавал такие подарки за дань. Зависимые цари, конечно, уплачивали настоящую, регулярную дань. Если дань не поступала, то это рассматривалось как мятеж, а если не присылались подарки, то это считалось способом выразить недружелюбное отношение к данному государству; поэтому обмен подарками играл важную роль в дипломатии того времени.

Таким образом, в Месопотамии к началу II тысячелетия до н. э. сложились определённые международные обычаи, перераставшие в международное обычное право.

Культура Двуречья вообще стояла выше культуры Сирии и Палестины, и, испытывая нужду в письменности, обитавшие здесь племена, говорившие на западно-семитических и хур- ритском языках, обычно пользовались готовой письменностью аккадцев, уже приспособленной к языку, близкому к западно-семитическому. В связи с этим вавилонские международные обычаи и сам аккадский язык, как язык международных сношений, с созданием в Сирии и Палестине классового общества распространились там, а оттуда— и в Египте, и в Хеттской державе.

В середине II тысячелетия до н. э. при дворах царей крупнейших государств существовали уже целые дипломатические архивы. Так, нам известны архив египетских фараонов, найденный в Эль-Амарне, на месте столицы фараона Эхнатона, и архив хеттских царей, найденный в Хаттусе (Богазкёе). Документы в большинство случаев были написаны клинописью по- аккадски. Хетты пользовались также своим, несийским языком, в особенности в переписке и договорах с государствами южной и западной части Малой Азии. В архивах хранилась не только переписка с независимыми державами, но и переписка с зависимыми государствами, входившими в область господства Египта и Хеттской державы, а также международные договоры.

Царьки Финикии, Сирии и Палестины поддерживали постоянную переписку со своими владыками. Наряду с изъявлениями преданности их письма содержали сообщения о военном и хозяйственном положении, просьбы о военной помощи, жалобы и доносы на соседних царьков и пр.

Нередко обменивались посланиями и цари более крупных держав. Иногда это были простые приветствия, как большинство писем митаннийского царя Тушратты к фараонам; или же письма касались переговоров относительно династического брака, который должен был соединить оба царства узами родства (как в случае того же Тушратты); или они содержали униженные просьбы о подарках (золоте) — такие письма посылал египетскому фараону его вавилонский «брат». Но иной раз эти послания служили и целям более широкой международной политики. Так, хеттский царь в письмах к вавилонскому верховному сановнику стремился поссорить Вавилонию с Ассирией; вавилонский царь выражал фараону протест против обращения последнего с ассирийским правителем как с равным, в то время как тот всегда якобы был «рабом» вавилонского царя.

Немаловажную роль играли династические браки между представителями царствующих домов различных государств. Египетские цари избегали выдавать своих царевен за иностранных государей, так как брак с египетской царевной давал по египетским законам её мужу право претендовать на египетский престол. Зато в остальных государствах посылка царских дочерей и сестёр в гаремы соседних царей была важнейшим средством обеспечения дружественных отношений. В этих случаях завязывалась переписка уже не только между царями, но и между царицами и другими членами царского дома.

Существовали определённые формы обращений при переписке между государствами. Например, зависимый царёк должен был начинать своё письмо со следующего обращения: «Царю, моему господину, моему Солнцу — так говорит твой раб Рибадди: к ногам моего господина, моего Солнца я припадаю семь и семь раз». Он называл себя при этом «собакой» своего господина. «Брат» же должен был выражать приветствие своему корреспонденту в такой форме: «Я благополучен — а ты, твои дома, твои жёны, твои сыновья, твои кони, твои колесницы, твои войска, твоя страна, твои вельможи — да будут весьма благополучны».

Система международных договоров получила особое разви- ^{Международные} тие в Хеттской державе. Из Египта до нас дошёл только один

международный договор — уже упоминавшийся договор ме

жду Рамсесом II и хеттским царём Хаттусили III. Возможно, что, устанавливая с государствами Сирии и Палестины отношения господства и подчинения, основанные на силе оружия, египтяне не оформляли этих отношений договорами. Напротив,

Хеттская держава вступала в договорные отношения как с независимыми, так и с зависимыми от неё государствами. В этих договорах, дошедших до нас в довольно значительном число, оговаривались обязательства военной помощи как против внутренних врагов, так и в случае подавления восстаний на зависимых территориях; порядок раздела общей военной добычи (например, одна договаривающаяся сторона получала территорию, другая — жителей для обращения их в рабство); взаимная выдача перебежчиков, беглых и военнопленных, выдача беглецов и военнопленных из третьих стран; в одном договоре между двумя сирийскими городами, напротив, оговаривается право убежища для беглецов и изгнанников, за исключением воров и убийц. Международными договорами устанавливались также границы с передачей тех или иных пограничных крепостей, определялось право укреплять пограничные города или обязательство не укреплять их и т. п. В своих договорах с зависимыми союзниками Хеттская держава оговаривала право вести торговлю и стремилась воспрепятствовать ассирийской торговле. Договору нередко предпосылалось введение, содержавшее обзор предшествующих отношений между двумя странами.

Следует обратить внимание, что в этих договорах всячески подчёркивалась взаимность обязательств. Каждое положение договора формально уравновешено содержащимися в нём обязательствами одной и другой стороны, в особенности когда дело идёт о договоре между равноправными сторонами. В обеспечение исполнения договора стороны клялись — каждая богами своей страны, призывая их кары на голову нарушителя.

Не следует, однако, представлять себе эти дипломатические связи очень тесными. Как правило, государства того времени не имели постоянных представителей при других государствах, а ограничивались отправкой посланцев от случая к случаю. Находясь при чужом дворе, такой посланец рассматривался здесь часто либо как соглядатай, либо как заложник. Иной раз он годами не имел связи со своим двором и при ухудшении отношений между державами мог погибнуть. Государство пребывания брало на себя защиту посланца и его свиты лишь на то время, пока длились дружественные отношения между державами. Конечно, цари настаивали на безопасности своих посланцев и даже некоторых своих подданных, но иностранцы, как уже указывалось, были практически лишены правовой защиты.

В рассматриваемое время история рабовладельческого мира включает в себя историю взаимодействия государств, их борьбу, определяемую противоречиями хищнических интересов рабовладельцев разных стран, заключение союзов между государствами, их взаимные обязательства в условиях войны и мира.