Иран под властью Надир-шаха. Завоевательные походы Надира

Надир-шах проводил политику ограничения влияния могущественных феодалов,

особенно тех из них, которые не входили в состав хорасанской кочевой группировки, являвшейся основной его опорой.

Взамен тиулов, предоставлявшихся правителям областей прежними шахами, Надир-шах установил для них денежные выдачи из казначейства области. Но если Надир-шаху в какой- то степени и удалось ликвидировать в ряде областей наследственных правителей и превратить последних в государственных чиновников, назначаемых и смещаемых по приказу шаха, то в систему управления более мелких округов не было внесено никаких изменений, и они оставались по-прежнему в наследственном владении местных феодалов.

Расширение и укрепление государственной собственности на землю осуществлялось шахом путем конфискации не только тиулов, но и передачей в шахскую казну частных феодальных владений, а также земель духовных и благотворительных учреждений. Надир-шах ограничивал влияние высшего шиитского духовенства на государственные дела и стремился превратить духовенство в свое послушное орудие.

По утверждению иранских хронистов, Надир-шах в первые годы своего правления проявлял заботу об улучшении экономического состояния государства, о восстановлении городов и разрушенных ирригационных сооружений, об оживлении торговли и заселении пустующих земель Хорасана. Однако эти мероприятия, совершенно недостаточные по своим масштабам, осуществлялись за счет опустошения и разорения других иранских и неиранских областей; они преследовали лишь ограниченные военные и политические задачи.

Весь период правления Надир-шаха (1736—1747) отмечен непрерывными захватническими войнами. В 1737 г. войсками шаха был осажден Кандагар. Город, взятый только после длительной осады, был разграблен и разрушен победителями.

Разбив войска могольского шаха Мухаммеда, охранявшие Хайберский горный проход, Надир в ноябре 1738 г. захватил Пешавар и овладел территорией Пенджаба. В феврале 1739 г. в Карнале (северо-западнее Дели) Надир-шах одержал над войсками Мухаммед-шаха победу, открывшую ему дорогу на Дели. Вступление завоевателей в могольскую столицу ознаменовалось грабежами и насилиями. В Дели начались волнения. Надир-шах огнем и мечом расправился с восставшим населением города. Захватив огромную добычу (золото, драгоценности, скот и большое число пленных ремесленников), Надир покинул пределы Индии. По условиям заключенного в 1739 г. с могольским шахом договора, земли к западу от Инда были уступлены Надир-шаху, а могольский правитель Лахора должен был выплачивать ему ежегодную дань в размере 2 млн. рупий.

Находясь еще в Индии, Надир-шах издал приказ о военных приготовлениях для намечавшегося им похода в Среднюю Азию. В 1740 г. войска Надира захватили Бухарское и Хивинское ханства. Упорное сопротивление Надир встретил со стороны правителя Хивы — Иль- барс-хана, впоследствии казненного по приказу завоевателя.

В течение 1741—1743 гг. войско Надира находилось в горах Дагестана, где шах пытался свирепыми мерами, а также с помощью подкупов сломить сопротивление местных племен. Шахское войско, потрепанное в многочисленных стычках с горцами, в 1743 г. вынуждено было начать отступление из Дагестана.

В результате завоевательных войн Надир-шах создал огромную феодальную империю, в состав которой были включены многие племена и народы, чуждые друг другу по языку и культуре, стоявшие на различных ступенях общественного развития. В состав этой империи, кроме Ирана, входили части Армении, Грузии, Дагестана, Азербайджан, Хивинское и Бухарское ханства, Афганистан, Белуджистан и области к западу от Инда. Некоторые земли были превращены в провинции державы Надира, другие существовали на правах вассальных территорий.

В целях укрепления империи Надир пытался провести религиозную реформу. Он стремился ввести такой культ, который объединил бы мусульман (суннитов и шиитов), христиан и евреев. Однако эта попытка потерпела полную неудачу. Религиозная реформа вообще не могла стать основой прочного объединения различных стран и областей, составлявших империю Надир-шаха.

Захватнические войны Надир-шаха обогащали феодальную верхушку Ирана, но народные массы не получили никакого _тт ^г облегчения. В марте 1739 г., после захвата в Индии грандиозной добычи, шах объявил об освобождении населения своего

государства от налогов сроком на три года. Однако указ этот фактически остался неосуществленным. По свидетельству современников, Надир-шах содержал свое войско, не прикасаясь к награбленным в Индии сокровищам; таким образом, население, на которое падало все бремя содержания огромного войска и разветвленного аппарата центрального и местного управления, продолжало страдать от многообразных и тяжелых налогов. В 1743 г. в связи с возобновившейся ирано-турецкой войной было введено новое обложение, предусматривавшее значительное повышение налоговых ставок и сбор недоимок. Чиновники фиска получили приказ взимать налоги, не останавливаясь перед самыми жестокими мерами. Кроме того, были введены налоги на илятов. Отныне каджары, афшары, луры, бахтиары и другие кочевые племена должны были платить налоги наравне со всем податным населением. В то же время эти племена не освобождались и от военной службы.

Налоги собирались с помощью войска. О жестоких репрессиях шахских сборщиков рассказывает историограф Надир-шаха Мухаммед-Казим. Неплательщиков налогов подвергали пыткам, ослепляли, обезображивали. «У всякого, кто не доставлял установленной суммы, — пишет Мухаммед-Казим, — сборщики продавали жену и детей европейским и индийским купцам».

Непосредственным результатом роста налогового бремени и усиления феодальной эксплуатации являлись многочисленные народные восстания.

Иран в 30—40-х гг. XVIII в.

объединилось несколько тысяч крестьян Ширвана, а также дагестанские племена. В восстании приняла участие даже ширванская знать. Центром восстания стала крепость Аксу (Новая Шемаха). По свидетельству историка Мухаммеда-Казима, каждый день туда являлись крестьяне. Русский дипломат Братищев сообщал:

«Многие из разных мест, а именно из Ардебиля, Тевриза и других азырбайджанских городов и деревень, оставляя свои жилища, спешно и все охотно, исправляясь по возможности к содержанию своему лошадьми, ружьями, саблями и иными военными действиями... прибегают к нему, Сам-мирзе». В донесении того же Братищева от 21 ноября 1743 г. сообщается, что Сам-мирза «довольно о насильственном правлении шаха распространялся, напоминая при том, коль от него пограбительным непрестанным побором генерально все персицкое государство истощено и жалостному опустошению подвержено...»

Восставшие нанесли ряд поражений шахским войскам. Лишь в феврале 1744 г. Надиру удалось задушить восстание и зверски расправиться с его участниками.

В начале того же 1744 г. произошли большие волнения в области Фарс. Основной силой этого движения были кочевники, недовольные налогами. Они убили сборщиков налогов и других шахских чиновников. Под их нажимом правитель области Таги-хан стал во главе восстания. В течение нескольких месяцев власть в области находилась в руках восставших кочевников.

Аналогичный характер носило восстание арабских племен Маската, курдского племени думбули в районах Хоя и Салмаса. Серьезные крестьянские волнения происходили в Мазан- деране и Хорасане.

Хотя все эти движения были стихийными, слабо организованными, разрозненными и нередко переплетались с мятежами феодалов, значение их для Ирана было чрезвычайно велико. Подавление восстаний требовало от феодального государства колоссального напряжения и подрывало его силы. Это в свою очередь создавало благоприятные условия для освободительной борьбы народов, угнетаемых шахскими властями.