17. ГАЙ ФАБРИЦИЙ ЛУСЦИН

Гай Фабриций — наиболее известная личность среди римлян в пору войны с Пирром. Римляне в своих рассказах противоставляли его, как представителя всех римских добродетелей той эпохи, первому чужеземному царю, с которым они мерялись силами, даровитейшему представителю тогдашнего греческого мира, и, по их словам, его простая, пеподкрашенная чистота души высоко ценилась тонкообра- юванным греком.

Уже до появления Пирра в Италии Фабриций играл в Риме важную роль. Когда в 284 г. луканы, тарентинцы и другие города и народы в Южной Италии затеяли восстание, чтобы вместе с этрусками, умбрами и галлами уничтожить ненавистный Рим, этот последний, встревоженный таким движением, отправил Фабриция в качеств посланника к союзным городам для предостережения их от нововведений, которые могли оказаться для них пагубными; но союзники удержали Фабриция в плену, без сомнения с той целью, чтобы этим способом добиться возвращения своих заложников, и продолжали свои происки. Вскоре война шла полным ходом. Каким образом Фабриций получил свободу, нам неизвестно; мы знаем только, что в 282 г. он уже сражался в звании консула с самнитянами, луканами и бреттийцами. Многочисленное войско союзных народов осадило город Турин, примкнувший к Риму для спасения себя от нападений соседей.

дан военную подать того года, но и внести в государственную кассу 400 талантов. Заслуги полководца были награждены блестящим триумфом.

В этом походе Фабриций прошел весь Бруциум до самого Региума и для защиты этого последнего оставил там кампанский легион под начальством Деция Юбеллия. Этот легион, как мы уже говорили, скоро отпал от Рима, умертвил жителей Региума и в продолжение целых десяти лет занимался грабежами и разбоями. Город Тури и в следующем году перешел в руки тарентинцев.

В битве при Геракл ее Фабриций сражался в качестве легата.

все они были отправлены обратно в плен; сенат пригрозил смертной казнью всякому, кто подумал бы остаться в Риме.

Рассказ об этом посольстве изукрашен многими, не совсем правдоподобными, подробностями, которые все вертятся на изумительном величии души Фабриция. Судя по ним, Пирр, очень много слышавший о честности и полководческих талантах этого человека, оказывал ему совершенно исключительный почет и старался всевозможными отличиями приобрести в свою пользу его сильное влияние. Он пред ложил Фабрицию в подарок большую сумму золота, отнюд не в вознаграждение, как он выразился, какой-нибудь тем ной услуги, но только как доказательство его приязни і уважения.

Однажды за обедом Кине ас рассказывал о доктрині философа Эпикура и его приверженцев, эпикурейцев которые учили, что наслаждение жизнью есть высочай шее благо, и потому воздерживались от всякого занятия государственными делами, могущего помешать приятно му препровождению времени. «Я бы желал, — сказал Фабриций, — чтоб Пирр и самнитяне держались этого учения, пока мы ведем с ними войну». Ум и характер Фабриция ценились эпирским царем так высоко, что он просил славного римлянина содействовать ему в заклю чении мира и затем переехать к нему в Эпир в качеств его первого друга и полководца. Такое предложение пока зывает, какое неверное понятие имел Пирр об обра-' мыслей истинного римского патриота. Фабриций отвеча; что ни царю, ни его окружению не придется по сердь его откровенность, что свою бедность он ценит выше б( гатств и тревожных забот единодержавного повелителя,

Летом следующего года (279) Фабриций участвовал ц качестве легата в битве при Аскулуме и был ранен. В 278 г. его избрали консулом вместе с Эмилием Папом, который и в первое свое консульство имел его своим товарищем. Оба они выступили против Пирра. Как только эпирский царь услыхал, с какими полководцами ему предстоит иметь дело, он прервал свои военные приготовления и стал собираться в Сицилию. В то время как оба консула стояли Лагерем недалеко от войска Пирра, Фабрицию принесли однажды от лейб-медика (или одного из приближенных) царя письмо, в котором писавший предлагал за приличное вознаграждение отравить своего государя.

После отъезда Пирра в Сицилию римляне воспользо- лись этим случаем для покорения покинутых им союз- іков его в Южной Италии. Фабриций успешно воевал с [мнитянами, луканами, бреттийцами и тарентинцами и истечении срока своего консульства отпраздновал по- кды над ними триумфом. С городом Гераклеей, близ косого Пирр за два года до того разбил римлян, Фабри- 1й заключил союз и этим доставил римлянам важный Горный пункт, благодаря которому союзники Пирра и Інятая им в Южной Италии местность разъединились. В 275 г., ознаменовавшемся победой, одержанной над

Пирром при Беневенте другом и единоплеменником Фаб- риция, Курием Дентатом, Фабриций занимал должность цензора вместе с Эмилием Папом, его двукратным товарищем по консульству. Оба они выступили энергичными противниками повсюду распространившейся роскоши; П. Корнелий Руфин, бывший два раза консулом и один раз диктатором, был исключен ими из сената за то, что держал дома для своих обедов десять фунтов серебряной посуды. Может быть, это было сделано ими и с целью наказания за корыстолюбие и несправедливость, которыми Руфин ознаменовал свою полководческую деятельность. У обоих цензоров вся серебряная утварь ограничивалась одной чашей и одной солонкой для жертвоприношения.

Вероятно, к последним годам жизни Фабриция относится следующий рассказ, свидетельствующий о его простоте и воздержанности.

При таком образе мыслей Фабриций действительно оставался бедняком до конца жизни. Когда он умер, государство должно было принять на свой счет снабжение его дочери приданым и во внимание к его заслугам позволило, вопреки закону двенадцати таблиц, похоронить его самого и на будущее время хоронить его потомков внутри города. «Этим постановлением, — говорит Нибур, — было признано, что он вел богоподобную жизнь и что поэтому его кости не могли, как всякая другая жертва смерти, осквернить чистоту земли, на которой построены храмы небесных богов, точно так же как тень его не могла сде-і латься зловещим привидением, которое явилось бы на зем^ лю, чтобы смущать и тревожить живых».