ДРЕВНЕАРАБСКАЯ МИФОЛОГИЯ

источ. изучения домусульм. миф. представлений (1-е тыс. до н.э.

нач. 7 в. н.э.) арабских народов, населявших Сев. и Цент. Аравию, служат др.-араб. надписи (по хар-ру письменности выделяются сафские надписи племен Сирийской пустыни, самудские

племен Цент.

их святилищ; надписи из госуд. со смешанным арабо-арамейским населением

Пальмиры и Набатеи на арамейском яз., в эллинистич. эпоху также на греч., лат. и двуязыч. (они имеют особое значение, поскольку отожд. арабских богов с греч. и рим.); отдельные упоминания в соч. греч. и рим. авторов; немногочисл. археологич. данные. Нек-рые сведения о Д. м. дает мусульм. традиция, прежде

всего Коран; важное значение имеет также «Книга идолов» Ибн аль-Кальби (8 в.); эта лит-ра, однако, явл. тенденциозной, интерпретируя Д. м. в зависимости от текста Корана.

Миф. представления арабов не сложились в единую систему. Наиболее развиты мифологии были у земледельцев оазисов, в гос. образованиях

Лихьян, Кедар и др., менее разви- тые

у полукочевых и кочевых племен пустынь. На С. аравийские племена вступали в контакты с оседлыми народами Сирии и Палестины, принимали арамейский яз. как язык письменности. Это приводило к контаминации и синтезу культур, в частн. и мифологий.

Т.о., Д. м. представляла собой конгломерат относительно самостоят., но переплетавш. и влиявших друг на друга миф. систем. В состав пантеонов входили и по- разному группировались как общие, так и локальные боги. Одно и то же божество в миф. отдельных этнокультурных общностей могло занимать различ. места, приобретать новые черты и имя; аналогич. функциями и обликом, с др. стороны, могли наделяться боги с разными именами. При переселениях божество той или иной местности иногда заимствовалось ее новым населением (как Кос).

Хар-рным явлением в Д.

Такие процессы были возможны, поскольку сложивш. в Д. м. системы имели как общие типологич. черты, так и общих божеств. Важную роль играло почитание луны (особенно у кочевников) и Венеры. Солнце в пустынной Аравии имело черты грозн. и губительн. божества. Эти боги не сохранили первонач. имен, и выявить их в пантеонах часто затруднительно. Почитались также олицетворения природных явлений

дождя, грома и т.д. Существовали божества плодородия и растительности, скотоводства и т.п. Однако они не играли большой роли в пантеоне, поскольку их функции дублировались обычно верхов. божеством, к-рым повсюду был бог

предок данного народа, покровитель и владыка его страны, бог небес, создатель мира и людей и, как правило, податель дождя. В поздний период, очевидно, появилось общее для Сев. и Цент. Аравии верхов. бо-жество, вероятно, в результате слияния верхов. местных богов

Аллах, демиург и отец богов. Это было проявл. появивш. тенденции к объед. божеств разных этнокультурных общностей в единый пантеон. Супругой Аллаха и матерью богов у арабов Сирийской пустыни считалась Аллат; однако в Цент. Аравии она, Манат и Узза почитались как дочери Аллаха; одновременно с этим на Ю. Цент. Аравии существовало представление о том, что Узза

это мать Аллат и Манат. В г. Мекка были собраны идолы 360 божеств разных племен, что также, видимо, говорит о начале возникновения единого пантеона. Тем не менее с уверенностью говорить о хар-ре миф. осмысления этого явления нельзя.

Богам отводилась свящ. терр., где находился бетэль, «дом бога», считавш. одновременно жилищем и воплощением божества. Бетэлем служили, как правило, грубо обработ. камень пирамидальной или конич. формы, скала, дерево. Иногда вокруг бетэля или (и) идола божества возводилось здание кубич. формы

кааба (араб.

«куб»). Пережитки этих обычаев в переосмысл. виде сохранились в исламе (почитание свящ. терр. гг. Мекка и Медина; мекканская кааба

гл. святыня мусульман).

Имело место различение мира богов и мира духов. Почитались деревья, источ., колодцы, отдельные камни как особые духи или как ипостаси местных богов. Существовали также домашние боги, иногда

грубые статуэтки

идолы гл. божеств, напр., Манат.